15:12 , 31 января 2019

Обнаружили, изъяли, арестовали, что дальше?

У семьи сенатора Арашукова изъяли золотые слитки, коллекционное оружие и валюту.

А, что дальше?

Я полагаю, что не все забыли о том, что 2015 году при обыске в квартире бывшего руководителя департамента имущественных отношений Минобороны Евгении Васильевой  изъяли   51 000 драгоценных камней и 19 кг золота и платины.

Но уже 2017 году СМИ сообщали  о возвращении  Васильевой арестованного имущества.

В квартирах и доме губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина была обнаружена сумма в миллиард рублей в разных валютах, плюс ещё множество предметов роскоши.

При этом сообщается, что казна России уже пополнилась:

4 квартирами общей кадастровой стоимостью 248 887 583 рубля;

6 машино-местами в Москве стоимостью 2 966 736 рублей;

жилым домом, и нежилым помещением с 4 земельными участками общей кадастровой стоимостью 74 303 276, 88 рублей, расположенными в селе Успенском Московской области;

6 автомобилями марок: Мерседес-Бенц 563 AMG, Бентли Континенталь GT, Бентли Муслан, Лексус LX— 570 (2 штуки), антикварный ГАЗ-21 «Волга».

Обстоятельства, о которых расскажу ниже,  заставляют усомниться в том, что казна пополнилась.

Вот данные о том, как правительство обращается    с тем имуществом, которое конфискует. 

«В 2017 году расходы на хранение составили 222 млн рублей, а  доходы от реализации — 180 млн рублей».

«В первой половине текущего года Росимущество потратило на  хранение конфиската 62 млн рублей при прибыли всего в 64 млн рублей.

На продажу направляется менее 1% изъятого имущества».

Представляете, у Хорошавина изъяли имущества более, чем на  млрд руб., а на реализацию ушёл только 1% изъятого имущества.

А куда же пропадает изъятое у расхитителей?

Ответ  даёт Счётная палата.

Существующая десятилетия программа реализации конфиската  позволяет наживать целые состояния тем, кто получает к нему доступ.

Схема проста.

Например, на конфискованный «Мерседес», который стоит на  рынке два миллиона. Нанимается фирма-оценщик. Она его оценивает в двести тысяч. «Мерс» по этой цене выставляется на торги. Желающие его купить должны подать заявку и предложить свою цену. Кто больше предложит, тому его и продадут.  Казалось всё по-честному.

Но объявление о торгах не размещается. Либо размещается, но  там, где его точно никто не увидит. Либо там, где увидит, но без конкретных сведений.

Поэтому только один-единственный избранный покупатель знает точно, как и куда подать заявку на участие в торгах.

Он предлагает цену двести тысяч и в отсутствие конкурентов получает за эти деньги авто, которое стоит в 10 раз дороже.

Об убыточных правилах реализации конфискованного имущества знают не только в правительстве, но и в каждом регионе.

Например, Новосибирское теруправление должно было реализовать 13 конфискованных автомобилей. По правилам если в течение 10 рабочих дней не поступило ни одной заявки потенциального покупателя, продавец опускает цену на 30% и размещает повторное сообщение о проведении аукциона. Если опять нет покупателей, цена опускается на 60%, потом на 90%, и если за  такие деньги конфискат тоже никто не покупает, он уничтожается.

Все это и было проделано с 13 автомобилями, но — без размещения информационных сообщений о снижении цены на официальном сайте торгов.

В результате 13 автомобилей были реализованы в соответствии с правилами — по заниженной стоимости на общую сумму 1 млн. 699 руб.

У Хорошавина конфисковали Lexus LX 570 2010 года и ГАЗ-21. Начальная цена продажи иномарки была определена 2 млн 642 тыс, а «Волги» — 825 тыс. Аудиторы не указывают, за какую сумму они в итоге были проданы. Но если, как в предыдущих случаях, цена из-за «отсутствия покупателей» упала на 90%, кому-то очень повезло.

Казалось бы, всем россиянам должна быть известна информация о том, как реализуется конфискант, и какая сумма поступила в казну. Но этого не происходит. Даже аудиторы не знают, за какую сумму автомобили Хорошавина  были проданы. Как и молчат о том, за какую сумму были проданы: 4 квартиры общей кадастровой стоимостью 248 887 583 рубля;

6 машинно-мест в Москве, стоимостью 2 966 736 рублей;

жилой дом, и нежилые помещением с 4 земельными участками общей кадастровой стоимостью 74 303 276, 88 рублей, расположенными в селе Успенском Московской области?

И вот какие данные представило  само Росимущество  в отчете Правительству на 1 января 2018 года.

Учетная стоимость имущества, переданного в доход государства и находящегося у Росимущества на 1 января 2017, составляла 3 млрд. 405 млн. 105 тыс. руб.

На 1 января 2018 года она составляла уже 5 млрд. 927 млн. 121 тыс. рублей.

Уничтожено имущество учетной стоимостью 399 млн. 727 тыс. Переработано – 49 млн. 194 тыс

На реализацию в течение 2017 года было отправлено имущество учетной стоимостью 3 млрд. 160 млн. 812 тыс.

Но в федеральный бюджет в результате его реализации поступило только 105 млн. 929 тыс. (!!!!)

Я могу согласиться с тем, что Дмитрий Медведев мог не знать о коррупционной деятельности своего члена правительства Улюкаева, но о том, что такая бесхозяйственность ведётся с конфискованным имуществом, ему прямо  докладывали. Медведев на эту информацию никак не реагировал, но пытался россиян приободрить: «Денег нет, но вы держитесь».

С такой реализацией конфисканта есть все основания полагать, что конфискованные  у экс-министра финансов Московской области Алексея Кузнецова: отели в Куршавеле и виллы на Лазурном берегу окажутся  во владениях новых вороватых чиновников, которые выплатят государству за него крохи.

Возможно, из-за неспособности правительства организовать работу с конфискованным имуществом, Путин и не решается широко применять п.п. 8 п. 2 статьи 235 ГК РФ к «сомнительной собственности» чиновников?

А не лучше ли отправить всё правительство, включая и Медведева, за такую «работу» в отставку и набрать способных хотя бы сохранить то, что возвращается от вороватых в казну?

Даже тех, кого осудили, как, например, бывшего члена правительства Улюкаева, не лишили «сомнительной собственности» на миллиард рублей и оштрафовали всего в однократном размере той суммы, что он потребовал в виде взятки, а могли и в двадцатикратном. Кто и почему побоялся разорить  взяточника Улюкаева, ответственного за экономическое развитие страны, оставив в его обладании то, что он и за сто лет своей работы не смог бы заработать?

Вот это и есть борьба с коррупцией, о которой ежегодно очень горячо говорит Владимир Путин?

Они,  осуществляющие сегодня государственную власть, действительно не понимают, что такими законами и такой организацией их исполнения, унижают тот самый народ, что позволил им  стать носителями государственной власти?

Какие ещё деяния должны осуществляющие государственную власть совершить, чтобы единственный источник власти в стране, многонациональный  народ, навсегда зарёкся  избирать во власть неумех и вороватых?


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире