a_vedrussov

Александр Ведруссов

18 сентября 2018

F

В минувшее воскресенье приморский избиратель всё-таки показал власти небольшую электоральную «фигу», о необходимости которой всё время говорили большевики в данном блоге писалось ранее. Во втором туре губернаторских выборов победил (и мы говорим об этом с уверенностью) кандидат от КПРФ Андрей Ищенко. Буквально до последнего казалось, что его преимущество почти в 8% после обработки 50% протоколов уже не закрыть никакими фальсификациями.

Какими же всё-таки наивными чукотскими приморскими мальчиками мы оказались!

Сигналы о манипуляциях с протоколами стали поступать одновременно с первыми итогами голосования, но всё равно Ищенко сохранял преимущество вплоть до обработки 98.77% протоколов. На этой планке сайт ЦИК внезапно «завис» примерно на два часа и после этого началась полная «чуровщина»: после перерыва в систему ГАС-выборы было введено 0.26% дополнительных протоколов (не бюллетеней, а именно протоколов!) и – о, электоральная магия – у кандидата от «Единой России» волшебным образом появилось более 13 тысяч голосов, в то время как у его оппонента несколько голосов, наоборот, таинственно исчезли. Если первое ещё хоть как-то (пусть и чисто теоретически) можно объяснить, то как вообще возможно второе?

2980372

По сути страна за один день вернулась на пять лет назад, вновь оказавшись в «ситуации 146%». Пять лет работы (или её имитации – это уж кому как видится) по легитимации выборов насмарку. Кто после электорального беспредела в Приморье опять поверит в честность выборов?

Если же рассматривать прошедшие в минувшее воскресенье выборы в связке с результатами единого дня голосования 9 сентября, то основной вывод таков: «Единая Россия» как «президентская партия» полностью провалилась. Перед вторым туром на Дальнем Востоке глава государства специально встречался с ВРИО Тарасенко и давал тому установку на то, чтобы всё было «в порядке». Установка провалена. Выборы в Приморье должны были стать наименее проблемными из всех четырёх вторых туров голосования на губернаторских выборах. Вместо этого – самая топорная фальсификация за последние годы и бессрочная акция протеста жителей региона у краевой администрации как следствие.

Другой наглядный пример – Иркутская область. Один из регионов, в котором федеральный центр разрешил местному «ЕдРу» напрямую привязать свою утопающую политсилу к имени Президента. Результат: второе место по области в целом и позорное третье в таких городах, как Братск, например.

С одной стороны, это говорит о том, что даже авторитет Президента уже не спасает потерявшую доверие населения и привлекательность политобраза «Единую Россию».

С другой стороны, такие электоральные показатели могут свидетельствовать и о гораздо более серьёзном кризисе власти в целом. Если раньше глава государства мог в нужный момент стать и реально становился почти что волшебной «палочкой-выручалочкой» для всей системы управления (классический пример – парламентские выборы 2007 года, когда «партия власти» именно в качестве «президентской» впервые получила конституционное большинство), то сейчас ему самому явно требуется какая-то новая политическая подпорка.

Как оказалось, взяв на себя прямую ответственность за грабительскую пенсионную реформу, Президент подорвал доверие не к какой-то обезличенной власти в целом (к ней-то у нашего народа укорененного доверия отродясь не было), а конкретно к ее главному столпу – верховному арбитру и условному защитнику простых людей от произвола априори несправедливой государственной машины.

Глава государства явно переоценил свой авторитет и личное обаяние, когда решил публично прикрыть свое правительство и «Единую Россию», символически поставив своё имя на кон антисоциальной пенсионной «оптимизации».

2980374
Надпись на бюллетене в Приморье
(фото с FB-страницы депутата ГД Парфёнова)

По итогам вчерашних выборов Президенту следовало бы задуматься о назревшем переформатировании политсистемы. Ещё не поздно вернуть её в хорошо зарекомендовавший себя ранее режим «Хороший царь при плохих боярах»: населению явно не совсем привычно и комфортно пребывать в уверенности, что «ВСЕ они там один лыком шиты».

Люди с удовольствием вернулись бы к прежнему порядку вещей, когда казалось, что не государственная политика как таковая направлена против их фундаментальных социальных интересов, а имеют место пусть даже и все множащиеся, но всего лишь «эксцессы исполнителя» (обезличенного чиновничества, которое как бы искажает и саботирует благие намерения главы государства). С этим весьма упрощенным восприятием реальности ещё хоть как-то можно было жить. Ведь всегда оставалась надежда (пусть и весьма абстрактная) на то, что в один прекрасный день на эту ненавистную свору бюрократов должна найтись управа в лице Президента.

Для стабильности всей политической конструкции в стране это неоценимо важно.

К следующему электоральному циклу ещё можно реабилитировать фундаментально значимый образ главы государства в качестве Президента всех граждан государства, а не только его «наилучших представителей». Для этого, конечно, надо резко смягчить явно антисоциальный финансово-экономический курс и – как же без этого – устроить показательную порку тех, кто «подставил» Президента и заставил его «свернуть с пути истинного». Лучше всего на роль «козла отпущения» в этих условиях, естественно, подходит «Единая Россия».

Причём никто не говорит о каких-то резких движениях (это не в стиле действующего главы государства), но за последующие избирательные циклов было бы целесообразно сбросить «токсичные» политические активы на свалку современной российской истории. В конце концов, «партии власти» не привыкать менять названия: «Наш дом – Россия» — «Единство» — «Единая Россия». Теперь пусть будет ОНФ как полноценная пропрезидентская надпартийная структура, объединяющая разные политические силы патриотического спектра, или нечто подобное.

Другой вопрос, что корень проблемы кроется не в оболочке, в которую обличена «партия власти» (или даже «партии власти» — во мн. ч.).

Не в её названии и персональной конфигурации среднего и низового уровня. А в кризисе доверия к власти в целом, к государству как таковому.

Без изменения губительного внутриполитического курса система обречена на дальнейшую деградацию, как ни пересаживай музыкантов какофоничного парламентско-правительственного оркестра.

Хотелось бы надеяться, что выводы из результатов единого дня голосования будут сделаны правильные. Бесполезно, да и невозможно бесконечно закручивать гайки. Нельзя до «стерильного» состояния зачищать политическое поле. И уж тем более нельзя возвращаться к прежней практике открытых фальсификаций там, где политполе заблаговременно зачистить не удалось.

Народное недовольство все равно пробьется и даст о себе знать. Никакой пропагандой его полностью не забьёшь. Когда граждане чувствуют прямую угрозу (внутриполитическую агрессию государства, если угодно), то никакими успокоительными увещеваниями их уже не убедить делать вид, что ничего страшного не происходит.

В общем, сигнал послан. Коммуникация состоялась. Граждане дали понять, что считают действия власти (не каких-то абстрактных властей, а именно власти в целом!) ошибочными, а её социально-экономический курс — губительным для страны. Теперь слово и дело за Президентом: либо продолжать продавливать отвергаемую народом политику (что чревато дальнейшим углублением и усугублением кризиса доверия), либо же «перейти на сторону восставших» и выправить своим волевым усилием нынешнюю недопустимую ситуацию…

По подсчетам замруководителя Министерства иностранных дел России Сергея Рябкова с 2011 года американцы уже успели ввести карательные ограничения против нашей страны более пяти десятков раз. Т.е. вся эта русофобская канитель завертелась задолго до «аннексии» Крыма и прочих мнимых и явных антизападных выпадов со стороны России.
Поскольку конца и края западным санкциям не видно, а их отмена в ближайшие лет эдак 100 явно не предвидится, надо бы уже наконец хорошенько вмазать по США и их сателлитам. Так чтоб и им было больно, и у нас при этом, условно говоря, кулак не отвалился.

Можно, конечно, до посинения ухахатываться над тем, что мы можем разве что закрыть нерадивым американцам счета в Сбербанке и запретить им отдыхать в Минеральных Водах, но на самом деле наш ответ вовсе не обязательно должен быть таким уж прям карикатурно симметричным.

Практика показывает, что наиболее действенны как раз ассиметричные, неожиданные для Запада решения. И не стоит думать, что мы абсолютно не в состоянии нанести США болезненного экономического удара, который не будет при этом убыточным для нас самих.

Например, вместо прямого запрета на экспорт в США жизненно необходимой американцам продукции типа ракетных двигателей и редкоземельных металлов (РЗМ), мы могли бы добиться желаемого результата, не отказываясь от взятых на себя обязательств.

Для этого необходимо выдвинуть в качестве условия продолжения наших поставок осуществление соответствующих торговых операций исключительно через зарегистрированную в Крыму специальную международную корпорацию. Хотят наши РД-180 и РЗМ – пусть де-факто признают российский статус полуострова. Только так.
Это нетривиальное предложение было, кстати, выдвинуто еще в апреле нашими зарубежными друзьями в ходе Ялтинского международного экономического форума. На сегодняшний день условия для его практической реализации вполне можно считать созревшими.

Кроме того, у России уже есть опыт координации усилий с другими нефтедобывающими странами в сфере регулирования цен и экспортных объемов углеводородов. Результат налицо – только за семь месяцев 2018 года стоимость российской нефти увеличилась на 40%.

Если американцы думают, что мы не сможем по схожей схеме договориться о приоритетном взаимодействии в области оборота тех же РЗМ с Китаем (47% мировых запасов) и партнерами по СНГ (17%, большая часть из которых как раз находится в России), то они сильно ошибаются.

Хотелось бы посмотреть, как поведут себя Соединенные Штаты, если через какое-то время у американцев просто не будет ресурсной базы для их ультрасовременных высокотехнологических разработок.
Ведь РЗМ имеют критическую значимость для экономики США, которая на 100% зависит от импорта скандия, на 99% — галлия, на 91% — висмута, на 85% — сурьмы.

В разрезе потребностей конкретных корпораций американская уязвимость просматривается еще рельефнее: например, «Боинг» закупает в России до 90% технологически незаменимого титана.

Что касается чувствительных для нас ограничений на передачу Москве высоких технологий в ряде стратегически важных отраслей производства, то, опять же, они и так применяются к Советскому Союзу-России на протяжении последних десятилетий. Независимо от степени нашей дружелюбности или враждебности по отношению к Западу.
Стоит ли напоминать, что та же пресловутая дискриминационная «поправка Джексона — Вэника», серьезно ограничивающая торговые отношения США с СССР-Россией, действовала с 1974 по 2012 годы и была отменена только для того, чтобы без промедления «наказать» Москву «актом Магнитского».

Или, возможно, не все помнят о срыве продажи 55-процентного пакета акций Opel совместному консорциуму российского Сбербанка и канадской компании Magna, обусловленном категорическим нежеланием американской GM передавать нашей стране соответствующие технологии? Не будет лишним напомнить, что случилось это в далеком 2009 году, когда кризисной ситуации вокруг Крыма и уж тем более всяких там Солсбери не было даже на горизонте.

Так что попытки «наказать» нас за то, что мы – суверенная и все более самодостаточная страна, а не безропотный сырьевой придаток Запада, будут продолжаться. В этом смысле расслабляться нельзя. Однако даже если бы Россия стояла на месте и использовала исключительно советские наработки, то мы все равно оставались бы лидерами во многих сферах: начиная от освоения космического пространства и заканчивая атомной энергетикой.

А ведь по целому ряду направлений мы продвинулись вперед даже по сравнению с передовым опытом СССР. Простой пример: реактор на быстрых нейтронах, который представляет собой будущее мирных ядерных технологий. Абсолютное мировое достижение российских ученых, оказавшееся не под силу западным разработчикам. Высокотехнологичнее просто некуда.

Конечно же, даже наши несомненные достижения не производят такого впечатления, как продвинутые американские смартфоны или до безобразия распиаренная Tesla. Зато наши технологические ноу-хау дают реальную отдачу, а не приносят убыток в 740 миллионов долларов всего за один квартал 2018 года, как у детища Илона Маска.

В общем, у нас действительно есть основания полагать, что новые американские санкции могут стать для России довольно болезненными. Так что бравуриться на предмет того, как на «Тополях» мы весь этот Запад вертели, конечно же, не стоит. Однако весьма вероятно, что в конечном итоге горькая пилюля дискриминационных мер со стороны США, вопреки ее деструктивному предназначению, поможет нашей экономике выздороветь, окрепнуть и бесповоротно встать на передовые технологические рельсы.

По крайней мере, предпосылки для этого наличествуют. Была бы только политическая воля…

Откровенно говоря, не до конца понимаю всего этого ажиотажа вокруг пенсионной «оптимизации»: выбор в пользу повышения возраста выхода на пенсию был сделан еще в марте. После выборов, как говорится, голосами не машут.

Можно, конечно, сколько угодно митинговать, писать негодующие посты в соцсетях или – что по нынешним временам безопаснее всего, кстати — угрюмо бурчать на кухнях. Однако все непопулярные решения правительства сейчас и в обозримом будущем – наипрямейшее следствие рекордного голосования граждан страны за status quo этой весной.

Получите – распишитесь.

Возможно, это излишне упрощенная картина, но давайте рассуждать вместе: разве 76.69% поддержки на выборах – это не карт-бланш на наиболее удобный президенту формат правительства (точнее – его социально-экономического блока)?

И так уж получается, к огромному нашему патриотическому сожалению, что, условно говоря, «коллективный кудрин» наиболее удобен действующему главе нашего государства. Т.е. не какие-то дерзкие и непредсказуемые глазьевы, а понятные и привычные бухгалтеры-временщики, которым всего-то нужно здесь и сейчас свести бюджетный баланс, чтобы не было неприглядных дыр, а там хоть трава не расти и солнце поутру не всходи.

Ни о каком стратегическом мышлении в такой команде просто не может быть и речи. Действия этих ребят сообразуются только с самыми примитивными финансовыми соображениями: дефицит бюджета (и, конечно, внебюджетных фондов) не должен быть слишком велик, равно как и инфляция. За эти два показателя президент-то точно, пусть и мягко, но все-таки спросит. А вот учитывать при этом мнение населения никто не заставляет.

А зачем?

Да, по данным Левада-Центра 89% граждан страны выступает против повышения пенсионного возраста (причем 70% — резко против). Но это нас социологи спросили, а не государство. Государству было хоть сколь-либо интересно наше мнение в марте. И мы тогда дали ему свой разве что не единогласный ответ. Следующий раз оно поинтересуется нашим политическим настроем в 2021, а то и в 2024 году.

А к тому времени, во-первых, как нельзя кстати очередная мобилизующая русофобская истерика на Западе разразится (с такими врагами, ей-богу, и друзей не надо), а, во-вторых, наше родное правительство уж как-нибудь наскребет по бюджетным сусекам предпраздничный наборчик социальных стимулов для наиболее электорально значимых категорий населения (в том числе с опозданием вышедших на заслуженный отдых пенсионеров).

И мы, в очередной раз забыв обо всех предшествующих этому радостному событию «непопулярных решениях», стройными рядами снова пойдем на участки дружно голосовать за то, чтобы «как бы чего не вышло». За status quo то бишь.

А если мы как избиратели раз за разом выбираем, что называется, путь наименьшего сопротивления, то почему члены по сути формируемого по итогам выборов правительства должны поступать иначе? Ведь в их случае наименьшее сопротивление – правильно, оказывает население. Не с государственных корпораций же деньги трясти? Попробуй-ка «перешибить» чем-то их гигантский лоббистский потенциал. Если даже увещевания президента, в общем-то, не способны умерить безмерные корпоративные аппетиты.

А что же население? Где его лоббистский потенциал? Да как обычно бесславно спущен в никуда на выборах. Ведь из шести представленных в Госдуме партий, только члены фракции «Единая Россия» поддержали вчера в первом чтении пенсионную «оптимизацию». И то не все (8 единороссов вообще не голосовали и аж целый один депутат — Наталья Поклонская — проголосовал против).

Однако результат волеизъявления населения в 2016 году предопределил такой безотрадный законодательный расклад, при котором практически любую деструктивную инициативу правительства можно проштамповать без всякого общественного обсуждения голосами лишь одной фракции (причем даже не в полном составе).

Конечно же, можно возразить, что выборы в нашей стране все равно ничего не решают. Допустим. Тогда скажите, а что вообще тогда может кардинально повлиять на сложившуюся ситуацию?

Митинги?

Но помогли ли они предотвратить погром РАН, «оптимизацию» здравоохранения, реновацию и т.д.?

Сбор подписей на всяких Сhange.org-ах?

А разве есть хоть один убедительный пример того, когда они реально повлияли на что-то принципиально важное?

Это не значит, что не надо митинговать и забрасывать органы власти всякими петициями. Надо. Конечно же. Это же живая повседневная школа гражданского общества.

Однако в конечном итоге решающее влияние на ситуацию можно оказать только на выборах. Какими бы «специфическими» они у нас ни были.

Да, конечно, теоретически остается еще вариант «цветного переворота», только вот я не знаю ни одной современной страны в мире, которой бы он пошел на пользу. Скорее, наоборот.

Так что нравится вам такая перспектива, или нет, но все решалось, решается и будет решаться на выборах. На федеральных, прежде всего.

Однако показать пусть и небольшую «фигу» на муниципальном или региональном уровне тоже можно и нужно – не исключено, что именно какой-то локальный протест на выборах заставит власть задуматься над тем, а так ли уж покладисто население, мнением которого пока что никто даже и не собирается интересоваться вплоть до большого электорального цикла 20-х годов…

18 июля 2018

Кругом враги

«Я думаю, что у нас много врагов. Думаю, что Евросоюз является нашим врагом в торговом плане. Возможно, вы не думали так о ЕС, но это наш враг. Россия — враг в некоторых аспектах. Китай — враг в экономическом плане, однозначно враг», — так действующий президент США обрисовал международное положение своей страны накануне встречи с Владимиром Путиным в Хельсинки.

Несколько ранее, перед визитом в Старый свет Дональд Трамп еще более откровенно рассуждал о том, что общение с главой российского государства, скорей всего, станет для него наименее проблемным.

Так, в сущности, и вышло.

После целой череды конфузов и взаимных упреков в Великобритании и на брюссельском саммите НАТО, на встрече с Путиным американский президент казался сравнительно спокойным и расслабленным.

Возможно, даже слишком спокойным и расслабленным, учитывая нелестные эпитеты, которыми уже успели наградить Трампа коллеги по партии: бывший актер и экс-губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер сравнил лидера своей страны с «вареной макарониной», экзальтированный сенатор Джон Маккейн охарактеризовал выступление Трампа на совместной с Путиным пресс-конференции как «одно из самых позорных в американской истории» и т.д.

Но это все, в общем-то, информационная шелуха, которая обычно проскальзывает в ленте новостей где-то между фотографиями очередного «вызывающего наряда» Тим Кардашян и срочными сообщениями о наконец-таки лопнувшем от ЧСВ Канье Уэсте.

Что до субстантивной составляющей переговоров, то за счет политического «эффекта низкой базы» их итоги вполне можно охарактеризовать как довольно утешительные.

Просто потому, что ухудшаться российско-американским отношениям еще дальше уже просто некуда, как бы ни старались наши многочисленные заокеанские недруги опустить их ниже всякого плинтуса.

Как это ни парадоксально, но находить общий язык с Трампом нам помогает относительно низкий уровень экономической взаимозависимости.

Объясню, почему.

За прошлый год российский экспорт в США составил $17 млрд, в то время как американцы реализовали в нашей стране товаров и услуг всего на $7 млрд. Казалось бы, явный дисбаланс в пользу Москвы, а, следовательно, и в ущерб Вашингтону. Однако по сравнению с торговым дефицитом в торговле с Китаем ($375 млрд) и Евросоюзом ($151,4 млрд) – это буквально капля в море.

Стало быть, взаимная экономическая зависимость, которая ранее служила залогом если уж не союзнических, но, по меньшей мере, стабильных партнерских отношений, теперь становится причиной для все более углубляющихся разногласий США с остальным миром.

Очевидно, что ближайшие годы администрация Трампа проведет в «сведении счетов» со своими основными торговыми контрагентами. А Россия, в свою очередь, может и будет использовать накапливающиеся в треугольнике США-ЕС-Китай противоречия для продвижения своей политической и экономической повестки дня на континенте.

Чем же еще, помимо вольного или невольного подрыва невыгодного России евроатлантического единства, может быть полезен нам президент Трамп и его администрация?

Конечно же, своими небезуспешными усилиями по денуклеаризации Корейского полуострова, которые мы поддерживаем совершенно искренне и без всякой, что называется, задней мысли. Чем меньше стран вдоль наших границ будут иметь сверхмощное смертоносное оружие, тем спокойней нам будет спаться по ночам. Особенно это в данном случае касается нашего Дальнего Востока. Да и вообще проблема крайне опасного для мира в целом ядерного нераспространения не может быть решена без воли и объединения усилий двух атомных сверхдержав.

Еще один очень здравый тезис, доказывающий насущную необходимость взаимодействия России и США в сфере безопасности неожиданно прозвучал вчера – вы удивитесь — на CNN. К явному неудовольствию ведущего главного «fake news»-канала США сенатор-республиканец Рэнд Пол напомнил зрителям о продуктивном сотрудничестве спецслужб двух стран. Ведь российские силовики предупреждали своих американских коллег о подготовке теракта на Бостонском марафоне в 2013 году. И если бы ФБР воспользовалось предоставленной информацией, то жизни ни в чем не повинных людей, по всей видимости, удалось бы спасти. Как это произошло в конце прошлого года, когда с помощью ЦРУ специальные службы России предотвратили серию террористических актов в Петербурге.

Пожалуй, на этом примере как нельзя лучше видно, зачем нам так важны стабильно работающие каналы связи с американцами по ключевым направлениям взаимодействия. Но нужно ли нам от американцев нечто большее? Едва ли.

Даже если представить, что Путин и Трамп проявят недюжинную политическую волю и приложат поистине титанические усилия, в обозримой перспективе вывести сотрудничество России и США на уровень какого-то стратегического партнерства просто не удастся.

Да и далеко не факт, что это вообще было бы целесообразным. Как уже отмечалось ранее, с учетом наших запредельных оружейных потенциалов нам главное не превратить друг друга в ядерный пепел, а уж остальное – куда кривая американской (ну, или русской) мечты выведет…

Вчера под бравые аккорды великолепной Марсельезы в Москве завершился 21-й чемпионат мира по футболу. И можно сколько угодно твердить, что спорт-де должен быть вне политики, однако лично мне было просто до невероятия приятно слышать в финале этого феерически красивого спортивного праздника гимн Великой Французской Революции. Да простят меня проигравшие братушки-славяне, но победа страны, которая – вот урок некоторым – по праву гордится своим революционным прошлым, была не только закономерной, но еще и очень символично-жизнеутверждающей. «Долой тиранию!», «Да здравствует свобода, равенство и братство!» — радостно пели и скандировали мы вчера до самого утра. Пусть даже и каждый вкладывал в эти пережившие века, но не потерявшие своего блеска максимы свой особый смысл и значение.

Ну что, друзья. Мы все-таки сделали это! Все прошло без единой провокации или серьезного организационного «косяка». На таком высоком уровне, что до сих пор даже не верится.

Мы подарили себе и всему миру такой потрясающий спортивный праздник, который по накалу положительных эмоций и впечатлений реально способен перекрыть любую русофобскую волну. Даже если она будет размером с девятый вал.

Мы встретили наших зарубежных гостей с таким гостеприимством и радушием, под напором которых не устояли даже самые закоренелые антирусские стереотипы. Весь этот месяц мы буквально жили футболом: вместе радовались победам своих сборных, поздравляли друг друга с выходом на следующие стадии чемпионата и утешали тех, кто был менее удачлив.

Эти четыре незабываемые недели восторженные болельщики со всего мира без устали напевали и русскую «Катюша», и американскую «Seven Nation Army». А на улицах и стадионах вперемешку пестрели и экзотические для иностранцев несезонные ушанки, и непривычные для нас цветастые сомбреро рядом со строгими куфиями.

Рискуя невольно «передразнить» одну из наиболее распространенных дипломатических формулировок, все-таки скажу: чемпионат мира по футболу в России прошел в самой отличной атмосфере! И в духе самого искреннего интернационализма: в эти летние дни на улицах принимавших чемпионат российских городов как будто бы ожил иногда казавшийся сугубо плакатным лозунг о «дружбе народов». Каждый, что называется, был со своим флагом, и, что уж скрывать, со своими предрассудками и предубеждениями в отношении друг друга. Однако в некоторые моменты вся эта шелуха отпадала и действительно казалось, что все мы — одна огромная многолосая семья, которая празднует какой-то очень важный общий праздник. Неповторимое футбольное торжество!

Кто-то, конечно, может упрекнуть нас за то, что мы придаем слишком большое значение тому, что подумают и скажут о нас иностранцы. Что напишут о нашей стране в зарубежной прессе. Возможно. Но только отчасти: ведь на самом-то деле нам было очень важно просто посмотреть на себя и свою страну со стороны. Чужими, более объективными глазами. И вот что я скажу вам, друзья: мы можем быть вполне довольны увиденным.

Мы сами как будто бы даже и не заметили, как за последние годы стали той самой в самом хорошем смысле «нормальной страной», о необходимости построения которой, что называется, так долго говорили большевики. Мы создали для себя (по крайней мере, в наших крупнейших городах) довольно комфортную среду, которая по своим основным качествам не уступает передовым западным аналогам. А в чем-то даже и превосходит. Мы постепенно организуем вокруг себя вполне удобное и даже приятное для жизни пространство, которое, к тому же, постоянно расширяется. А то, что это замечают и по достоинству оценивают иностранцы, нам важно не само по себе, а скорее как подтверждение непредвзятости оценки происходящих в нашей стране изменений.

Прошедший в России чемпионат по футболу в очередной раз подтвердил, что при всей своей самобытности мы не собираемся ни от кого отгораживаться. А если какой-то новый железный занавес между нами и Западом и возникает, то уж точно не с нашей стороны и не по нашей инициативе. Мы открыты миру и всему лучшему, что он может нам предложить, при этом не перекраивая самих себя по западному образу и подобию, чтобы только угодить нашим «зарубежным партнерам». Мы, как и прежде, упорно отказываемся поступаться в международных и внутренних вопросах своими ценностями и принципами, однако полностью готовы воспринимать и использовать все преимущества, которые дает нам современный глобализированный мир.

Кто-то, конечно, может упрекнуть нас в том, что этот праздничный карнавал стал всего лишь средством отвлечением внимания от насущных проблем страны. Возможно. Но только отчасти: ведь пресловутая пенсионная «оптимизация» и повышение налогов являются практически неизбежным следствием заоблачных мартовских 76.6%. Что с чемпионатом, что без него – в период электорального затишья наше «глубокоуважаемое» правительство все равно пыталось бы побыстрее протолкнуть самые непопулярные решения, чтобы к следующему важному выборному циклу хотя бы частично успеть компенсировать их негативный социальный эффект.

Так что да, конечно, в определенном смысле чемпионат, безусловно, стал пестрым и шумным действом, которое просто позволило нам, если хотите, хотя бы на время отвлечься от проблем и скрыться от некоторых неприглядностей нашей повседневной действительности. Но ведь для того люди еще в незапамятные времена и придумали всякие праздники и карнавалы – чтобы забыться, развеяться и насладиться жизнь. Тем, что она дает в каждое конкретное мгновение. А как же без этого?

А еще нам очень хотелось хотя бы на время почувствовать, что весь мир с нами, а не против нас. И ведь удалось же, разве нет? Несмотря на жалкие и нелепые бойкоты со стороны наших недругов. Объединяющая сила футбола в этом смысле просто поразительна. И пусть сейчас все наши противоречия и разногласия опять выйдут на первый план – мы все-таки получили ту передышку и «разрядку», которой нам так не хватало.

Однако все хорошее, к сожалению, имеет свойство заканчиваться. Иностранные гости, с которыми мы так здорово провели этот месяц, разъезжаются по домам делиться со своими родными и близкими удивительными впечатлениями о настоящей России. А вот дороги, стадионы, аэропорты и все, что было построено или отремонтировано в нашей стране к чемпионату, останется с нами и будет хорошим заделом для дальнейшего развития соответствующих территорий.

Потому что весь этот удивительный месяц на стадионах и Воробьевых горах, на Никольской улице и Красной площади, у телевизоров и во дворах по всей стране, мы с душой и чувством скандировали «Вперед, Россия!», не только радуясь неожиданным успехам и красивой игре нашей футбольной сборной.

Хочется надеяться, что та постепенно пробуждающаяся вера в свою страну, в себя самих, которую мы так живо прочувствовали в эти дни, поможет нам воплотить в реальность и другие дерзновенные мечты и планы.

Пусть даже и делать все это нам придется не в какой-то «команде мечты», а с нашим родным российским правительством, которое пока что научилось качественно работать разве что по особым случаям. Как раз таким, как завершившийся вчера чемпионат.

В любом случае, это уже лучше, чем ничего. С паршивой овцы, как говорится, хоть футбола чуток…

По российским и зарубежным СМИ в несколько этапов прокатилась радужная информационная волна: со дня на день в наши дикие и неприветливые края должны пожаловать уважаемые представители американского Конгресса на пару с самим советником президента США по национальной безопасности.

Более того, на 15 июля таки намечена историческая встреча Дональда Трампа с Владимиром Путиным в Вене. И не важно, что она уже третья по счету, и никто, даже сильно постаравшись, не назовет конкретных существенных положительных подвижек в российско-американских отношениях после первых двух. Уж в этот-то раз беседа точно пройдет как надо: «в дружественной атмосфере» и по самому «широкому кругу вопросов».

Ведь такая важная составляющая успешных переговоров, как положительный настрой Путина и Трампа по отношению к друг другу, очевидно, наличествует. Значит, и подтянуть лежащие сейчас где-то в районе плинтуса межгосударственные отношения до уровня обоюдных симпатий лидеров США и России вроде бы не должно составлять такого уж титанического труда.

И вот в этом-то и состоит главная проблема: просто хороших отношений, или, как говорят американцы, «химии», для налаживания равноправного и конструктивного диалога недостаточно.

Мы хорошо помним, как прекрасно общались на личном уровне Владимир Путин с Джорджем Бушем-младшим. Удержало ли это наших американских коллег от экспансионистского расширения НАТО, выхода из договора по ПРО и бесцеремонной поддержки «цветных переворотов» по периметру наших границ?

Так и сегодня. Лидеры России и США по-прежнему комплиментарно и даже тепло отзываются друг о друге. В американском истэблишменте продолжают высмеивать неспособность Трампа «выжать из себя» что-то хотя бы минимально резкое в адрес Путина, иронично называя такие отношения «бромансом».

Однако воз и ныне там: отношения между странами остаются на самом низком уровне за всю современную историю.

И нельзя сказать, что такая ситуация нас в корне не устраивает. Ведь даже американцы уже начинают понимать, почему мы совсем не жалеем о том времени, когда российского президента встречали овациями в Конгрессе США, а в российских госорганах почти открыто работали кадровые сотрудники ЦРУ. Мы еще не забыли, какими бедствиями обернулась для нашей страны такая «дружба» с Соединенными Штатами.

Именно поэтому слишком тесным отношениям с Вашингтоном современная Москва предпочтет четкое разграничение сфер влияния, не ущемляющее ни российские, ни американские интересы. Чисто теоретически мы вполне могли бы договориться на устраивающей обе сверхдержавы основе. Есть только одна помеха — извечное стремление американцев играть с нами в игру с нулевой суммой. Т.е. автоматически считать любое приобретаемое нами преимущество своим поражением. И наоборот.

Кроме того, на пути к нормальному диалогу стоит и все менее отвечающие реальному положению дел в мире глобальные амбиции США. Американцы никак не могут смириться с фактическим установлением многополярного миропорядка и продолжают испытывать мучительные фантомные боли по тому славному для них времени, когда либеральные ценности американского образца (по предсказанию старика Фукуямы) должны были положить конец истории, зацементировав американскую военную, экономическую и идеологическую гегемонию.

В то время как Россия говорит о своей «особенности», американцы продолжают считать себя «исключительными» и с высоты своего мессианского «Града на холме» упрямо отказываются вести дела со всякими «дикарями» на равноправной и взаимовыгодной основе.

В итоге российский подход, при всех наших вполне обоснованных претензиях на свой «особый путь» в этом мире, нисколько не мешает нам вести дела практически с любой другой, даже еще более «особенной» страной на общей прагматической основе.

А вот США просто застряли в своем «славном прошлом» и никак не могут наступить на горло собственной «исключительности», признав российское, китайское или даже европейское «равновеличие».

Несмотря на все вышесказанное, мы, конечно же, все равно будем продолжать диалог с американцами. Тут уж никуда не деться.

Однако, в конечном итоге, мы готовы даже к самому худшему варианту развития событий – пробивать дно российско-американских отношений, как показывает практика последних лет, можно еще долго и, главное, глубоко.

Главное, чтобы между нашими странами всегда оставались полноценные каналы экстренной связи, необходимые для предотвращения инцидентов в военной и иных сферах. Просто чтобы в запале геополитического противостояния ненароком не «элиминировать» друг друга.

А без остального мы уж как-нибудь обойдемся. Как говорится, никогда не дружили, так нечего и начинать…

Визит президента Франции в Вашингтон стал очередным подтверждением того, что США активно стремятся заручиться поддержкой своих европейских сателлитов для подрыва «ядерного перемирия» с Ираном.

По итогам встречи с Трампом Макрон уже «вбрасывает» идею о необходимости разработки нового договора о контроле над иранским атомным арсеналом, давая понять, что прежние договоренности перестанут действовать в самое ближайшее время.

«Совместный всеобъемлющий план действий» (СВПД), более известный как «иранская сделка», был одобрен в Вене в формате 5+1 (пять постоянных членов Совета Безопасности ООН + Германия). Соглашение стало уникальным примером компромиссного международного решения по крайне сложной атомной проблеме: Тегерану гарантировалось право на мирное использование атомной энергии в обмен на гарантии неиспользования ядерного потенциала в военных целях.

Вплоть до прихода новой американской администрации «иранская сделка» считалась мировым сообществом успешной. Парадоксально, но в настоящий момент США не устраивает именно тот факт, что Иран добросовестно и последовательно выполняет взятые на себя обязательства. Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), имеющее доступ ко всем ядерным объектам в стране, за все время работы не зафиксировало серьезных нарушений со стороны Тегерана и многократно подтверждало, что иранская ядерная программа носит исключительно мирный характер.

К сожалению, в этом и кроется основная проблема: приверженность Ирана «ядерной сделке» неизбежно выводит его из изоляции, ведет к постепенному снятию международных санкций, что категорически не устраивают ключевых сателлитов США в регионе — Израиль и Саудовскую Аравию. К сожалению, кто платит, тот и заказывает музыку: очевидно, что действующая американская администрация в обмен на соответствующее финансовое «содействие» взяла на себя ряд конкретных антииранских обязательств и следует на Ближнем Востоке именно в том фарватере, который определяют главные противники Ирана в регионе.

Не случайно Хасан Рухани презрительно охарактеризовал поведение Трампа как «торгашеское», намекая не только на его некомпетентность в международных делах, но и на вовсе не политические соображения, которыми руководствуется американский президент в вопросе срыва СВПД.

К сожалению, разрыв якобы невыгодной для Вашингтона «ядерной сделки» с Ираном был одним из пунктов предвыборной программы Трампа, поэтому в качестве дополнительного аргумента (основным в современной политике он является крайне редко) президент США всегда может сослаться на необходимость выполнить обещание, данное своим избирателям.

Так уж получается, что политика одного американского президента может в корне отличаться от политики последующего. Это характерно для Запада в целом: каждый новый руководитель может легко оказаться свободным от обязательств предыдущего, как будто речь идет о каких-то частных вопросах, а не о межгосударственных договоренностях.

В свое время мы совершенно искренне недоумевали, почему Запад упорно не держит данное им слово (по нерасширению НАТО, например). Теперь же ситуация оказывается еще более «запущенной», чем мы могли себе представить: что там говорить о данном западными президентами или канцлерами устном обещании, если даже поддержанные всем мировым сообществом, скрепленные всевозможными печатями и подписями, сто раз одобренные ООН соглашения являются для них пустым звуком?

Изменились условия, что-то перестало быть выгодно Западу в целом или его отдельным представителям — будет сделано все, чтобы избавиться от неудобных договоров: развернутся на 180 градусов и глазом не моргнут.

Вот с такими «партнерами» и нам, и Ирану приходится сейчас иметь дело.

В этом контексте совершенно иначе выглядит поведение нашей «коллеги» по «оси зла» — Северной Кореи. Вместо договоренностей по примеру Ирана, Пхеньян решил идти на обострение, максимально повысив ставки в этой непредсказуемой игре. И добился своего — теперь КНДР ведет переговоры с США с позиции силы, потому что в свое время отказались разоружаться (т.е. капитулировать) перед лицом потенциальных агрессоров и теперь пожинают хороший урожай своей неуступчивости и принципиальности.

Да, конечно же, официально Россия последовательно выступает за денуклеаризацию Корейского полуострова — нам совершенно не нужно несанкционированное и бесконтрольное пополнение в «ядерном клубе». Однако действия КНДР не могут не вызвать нашего уважения и симпатии. Так и только так надо вести себя с агрессивным и лицемерным Западом: накачать военные мускулы так, чтобы США и их сателлиты сами боялись ввязываться в драку. Потому что примирительные шаги и жесты доброй воли почти всегда воспринимаются Западом как слабость. Силой же — хоть мягкой, хоть классической — наших «западных партнеров», наоборот, почти всегда можно склонить к взаимоприемлемым договоренностям. Как известно, добрым словом и револьвером можно добиться большего, чем одним только добрым словом.

К сожалению, выход США из «ядерной сделки» — вопрос фактически решеный. Хочется надеяться, что не только Россия и Китай, но и ключевые страны ЕС не станут соучастниками этого деструктивного акта. Однако даже в таком случае сложно представить, как СВПД будет работать без участия Вашингтона, который не только преимущественно определяет судьбу налагаемых или снимаемых с Ирана санкций, но и во многом решает вопросы войны и мира в регионе.

Весьма прискорбно, что все благие намерения Тегерана, отказавшегося от военной ядерной программы, в конечном итоге окажутся напрасными.

Какой сигнал подрыв иранской «ядерной сделки» посылает всему миру? Вооружайтесь! Вооружайтесь до зубов и никогда не верьте ни единому слову «западных партнеров». Только так вы сможете защититься от потенциальной агрессии.

Надо ли объяснять, какое дестабилизирующее воздействие на международную обстановку окажет такое положение вещей?

По сути США запускают новую глобальную гонку вооружений, в которой многие страны будут вынуждены вместо повышения благосостояния своих граждан тратить все больше средств на оборону, лишь бы иметь надежную защиту от все более агрессивных и непредсказуемых западных государств.

Весьма печальная перспектива…

За последние годы американская киноиндустрия выдала на-гора рекордные объемы русофобской продукции. Для такой массовой американской (и не только) аудитории произведены буквально тонны самых разных сериалом и фильмов, в которых системно и, надо признать, весьма профессионально отрабатывается американская внешнеполитическая повестка.

Как закономерное следствие — даже самые отрицательные американские политические персонажи выглядят буквально «светочами демократии» на фоне русских «злодеев». От «Карточного домика» до «Родины» — практически во всех массовых киношедеврах последнего времени нам отводится роль некоего всепроникающего и готового на любые ухищрения зла.

Сюжетные линии неуклонно ведут зрителя к тому, что глава американского государства может бесконечно интриговать, лгать, заниматься служебным подлогом и даже – вдумайтесь — убивать вышедших из-под контроля журналистов и политиков, но все равно будет выглядеть почти положительным героем на фоне ужасных русских протагонистов. Более того, чуть ли не все преступления доморощенных политиков как раз и оправдываются наличием у «цивилизованного западного мира» такого коварного и опасного врага, как Россия.

В эти дни на американском телевидении продолжается показ сериала «Родина», посвященного работе ЦРУ. По сюжету американская разведка противостоит попыткам российских спецслужб подорвать доверие граждан США к вновь избранной женщине-президенту: сценарий явно писался под победу Хиллари Клинтон.

Основной посыл сериала довольно прост: цель России – общая дестабилизация и подрыв доверия к демократическим институтам США, а не содействие избранию какого-то конкретного кандидата на главный пост страны. По сюжету российские спецслужбы активно продвигают через серию «липовых новостей» в социальных сетях противоположные точки зрения, стравливая американских граждан друг с другом.

Самое примечательное в сериале то, как реальные факты весьма причудливо переплетаются с «психологически достоверным» для американской аудитории вымыслом. Например, по сюжету российский агент вбрасывает в сеть фото застреленного американскими силовиками подростка, которого якобы оставили умирать на больничной койке без оказания какой бы то ни было помощи. Семья подростка, поверив такому инфовбросу, убивает в отместку сотрудника спецслужб, тем самым спровоцировав массовую бойню в тихом провинциальном городке (аналогия с событиями в Фергюсоне видна невооруженным глазом).

По сценарию причастность Русских к провокации «доказывается» на основе аналогии с печально известной историей с «распятым мальчиком» в Славянске, которая действительно была показана в июле 2014 года на российском Первом канале, впоследствии оказалась недостоверной и была опровергнута в последующих выпусках новостей. Однако по сюжету сериала «Родина» эта «липа» якобы спровоцировала всплеск «антиукраинских настроений» в России, которого оказалось достаточно для оправдания «российского вторжения на Украину».

В английском языке такой прием называется «lie sandwich»: порция реальной информации, обложенная с обеих сторон недостоверными сведениями. Американская классика.

В иных условиях такие замысловатые авторские решения можно было бы списать на свободу творчества и желание создавать актуальный кинопродукт, что называется, на злобу дня. Предположить, что американские киноделы превращают Русских в «исчадье зла» по зову сердца и законам кинематографического жанра. Однако факты свидетельствуют о другом: в вышедшем в свет этой весной документальном фильме «Секретное задание Голливуда» приводится множество конкретных примеров участия ЦРУ, ФБР и Пентагона в систематическом «формировании художественного вкуса» американской аудитории.

В киноленте, снятой Шоном Стоуном – сыном всемирно известного режиссера Оливера Стоуна – повествуется о сотнях голливудских фильмов, произведенных при активном участии спецслужб: от «Операции «Арго» и  «Черного ястреба» до «Сделано в Америке», «Миссия невыполнима 3».

Если даже совершенно безобидной «Битве пирожных» не удалось избежать цензуры, то какова вероятность того, что знаковые американские политические сериалы являются всего лишь рафинированным продуктом американской творческой мысли?

Надо признать, что американская придуманная «кинореальность» весьма удачно дополняет не более правдивую «реальность» новостную. Если в течение нескольких лет «из каждого утюга» доносится про российское вмешательство, то через какое-то время почти не останется тех, кто усомнится в его существовании.

В этом отношении США остаются верны проверенным временем «тоталитарным» схемам, которые во времена СССР использовались и в нашей стране. Мы же все хорошо помним, что кино – важнейшее из искусств. В претендующей на глобальное влияние и даже доминирование стране оно никогда не будет полностью отдано на откуп «частникам». Сильное государство, тем более если оно, как Соединенные Штаты Америки, открыто и последовательно проповедует свою исключительность, ожидаемо сохраняет за собой функцию главного киноцензора.

И нельзя сказать, что в своем стремлении к максимальному контролю за массовым сознанием американцы категорически не правы. Да, с подлинной демократией такая системная цензура имеет мало общего. Но кто сказал, что США – это демократическая страна? Это «град на холме», беспрестанно борющийся с русской (китайской, иранской, северокорейской – you name it) угрозами. С бесчисленными «империями зла» и «государствами-изгоями».

Кругом враги! А на врагов – что внутренних, что внешних — всякие там демократические «финтифлюшки» вроде презумпции невиновности, права на защиту и просто выражение альтернативной точки зрения, не распространяются. Их надо безапелляционно и системно «мочить».

В этом смысле со времен разнузданного маккартизма в США мало что изменилось.

И опять же, можно, конечно, сколько угодно возмущаться такому положению вещей. Однако нельзя не отдать должное нашим извечным американским frenemies: вот даже представить себе не могу, как можно было бы заставить их снять по госзаказу (на госсредства) что вызывающе американофобский фильм наподобие «Левиафана», что низкопробную псевдопатриотическую «клюкву» вроде «Крыма».

Уж если гнать пропаганду – то качественно и со вкусом. В этом плане США гораздо больше похожи на СССР, а не на современную Россию. И это прискорбно. Прежде всего, для современной России…

Пока все обсуждают резкое обострение политической ситуации на вечно туманном (из-за «российского» химического оружия, видимо) Альбионе, в инфосводках как-то незаслуженно затерялась тема формирования правящей коалиции в одной из ключевых стран Европейского союза. Между тем, последствия прошедших там накануне выборов могут быть намного более серьезными и «долгоиграющими», чем может показаться в настоящий момент.

Если верить крупнейшему итальянскому изданию La Stampa, «Москва в восторге» от результатов выборов, прошедших в начале месяца в Итальянской республике при довольно высокой (более 70%) явке.

На самом же деле политическая эпопея с тем же Трампом, пожалуй, научила нас намного сдержанней и даже отстраненней следить за электоральными процессами на Западе. Меняются правящие партии, президенты, формируются новые правительства, а политика западных стран в своих общих чертах, к сожалению, пока еще остается неизменной.

Трамп увяз в «вашингтонском болоте», которое обещал осушить, правительство «пророссийского» Ципраса в итоге так и не решилось пойти против Брюсселя по вопросу отмены антироссийских санкций и т.д.

Какова вероятность того, что победа симпатизирующих нашей стране политсил в Италии станет исключением в этой закономерности?

Да, конечно, нас не может не радовать тот факт, что за восстановление «дружеских, продуктивных и конструктивных отношений» выступают 3 из 4 набравших более 10% на выборах в Италии партий, включая победителя гонки — «Движение пяти звезд». Но будет ли этого достаточно, чтобы не на словах, а на деле переломить ситуацию? Посмотрим…

В любом случае куда интересней сейчас проследить за возможным влиянием итальянских перипетий на будущее уже давно пробуксовывающего проекта «единой Европы», большая часть реальных проблем которой с Россией и антироссийскими санкциями связана разве что опосредовано.

Нельзя не обратить внимание на то, что популисты и евроскептики сейчас побеждают не где-нибудь на периферии, а в третьей экономике еврозоны и одной из стран-учредительниц Евросоюза.

Выборы в Италии по сути обнажили всю остроту не просто упадка, а постепенного ухода с европейской политической сцены многих «классических» партий, которые сменяли друг друга у власти десятилетиями. Более того, традиционное деление политсил на правых и левых все более размывается и утрачивает свою актуальность в современной Европе. Основная линия разлома проходит сегодня между сторонниками европейского status quo (преимущественно теми самыми «классическими» лево— и правоцентристами) и теми, кто бросает вызов сложившемуся порядку вещей.

Итальянские евроскептики одержали 4 марта сокрушительную победу: и занявшее первое место умеренное левое «Movimento 5 Stelle», и значительно нарастившая мускулы радикальная правая «Lega Nord» в унисон заявляют о несправедливости сложившейся в ЕС в целом и Италии в частности политической системы. То, что первые делают упор на социальном неравенстве, а вторые выдвигают на первый план неравенство региональное — уже не так важно.

Главное, что партии самого широкого политического спектра сходятся на платформе неприятия диктата Брюсселя и предлагают самые разные варианты исправления сложившихся в ЕС диспропорций: от системных реформ до выхода из Союза. Который, кстати, поддерживается почти половиной жителей Италии. Более того, по мере углубления социально-экономического кризиса в стране сторонников такого радикального решения становится только больше.

Едва ли кого-то сегодня еще могут удивить, например, факты деиндустриализации и обнищания таких периферийных стран ЕС, как Румыния и Болгария, однако сложно поверить, что страна, стоявшая у истоков Европейского экономического сообщества (предшественника Евросоюза) получила от евроинтеграции такую негативную отдачу: на сегодняшний день реальные доходы итальянцев ниже, чем до введения евро в 1999 году.

И все это на фоне лавинообразного роста внешнего долга, который уже достиг исторического рекорда в 2,279 триллиона евро (более 130% ВВП).

Совершенно очевидно, что новому итальянскому правительству, сформированному по итогам выборов 4 марта, придется приложить поистине титанические усилия, чтобы остановить спираль экономического упадка.

Однако основная проблема нынешней политической системы Италии как раз и кроется в отсутствии стабильности и необходимой преемственности власти: это уже 65-й совет министров Итальянской Республики, т.е. средний «срок годности» правительства в послевоенной Италии составляет немногим больше года. Не очень-то широкий горизонт для стратегического планирования.

Результаты последних выборов только усугубляют ситуацию: совокупно «Братья Италии», «Лига Севера» и партия вернувшегося в политику экс-премьера Сильвио Берлускони «Вперед, Италия», которые ранее уже формировали коалиционное правительство, набрали менее 36 % — для достаточного большинства не хватило всего лишь 4%. При этом пока еще правящая «Демократическая партия» не смогла даже преодолеть барьер в 20%.

При таком раскладе судьбу Республики могли бы решить популисты из «Движения пяти звезд». Однако для этого им придется, что называется, наступить на горло собственной песне. Мало того, что эта партия с момента своего основания декларирует свою принципиальную «аполитичность», так еще и возможные партнеры по коалиции едва ли могут вызвать восторг у ее сторонников — либо непопулярные левоцентристы, либо представители правого спектра, которых объединяет с победителями парламентской гонки разве что скепсис в отношении ЕС: важная, но пока еще явно недостаточная для успешных коалиционных переговоров предпосылка.

Все это означает, что Италию, по всей видимости, опять ждет «подвешенный парламент», а, следовательно, нестабильное и не опирающееся на достаточно широкую общественную поддержку правительство. Без мандата доверия на проведение системных преобразований, без которых кризис в стране будет только усиливаться.

Что же касается влияния прошедших выборов на общеевропейский расклад, то даже если сам по себе исход голосования в Италии не станет для ЕС чем-то критическим, вкупе с другими событиями, начиная от Brexit и заканчивая нарастанием центробежных тенденций в самых разных уголках Евросоюза, итальянский успех евроскептиков может оказаться именно той соломинкой, которая в итоге переломит хребет единой Европе…

Как Россия учится использовать давление Запада для защиты своих национальных интересов

На прошлой неделе директор Национальной разведки США Дэниел Коутс представил американскому конгрессу доклад под названием «Оценка американским разведывательным сообществом угроз по всему миру». Для нас важно выделить в нем два принципиальных посыла.

Во-первых, Россия наряду с Китаем, Ираном и Северной Кореей отнесена к числу глобальных угроз и «акторов, готовых к агрессии». Причем Российская Федерация отмечена в докладе как «наиболее боеспособный и агрессивный» источник угроз.

Во-вторых, наша страна гораздо лучше, чем ожидалось, справляется с наложенными Западом санкциями. Более того, проводя последовательно нелинейную внешнюю политику, российские власти успешно ослабляют партнерские отношения США с европейскими союзниками и подрывают единство подходов Запада по вопросу антироссийских санкций.

Американское разведсообщество вынуждено признать, что выбранный Россией вариант преимущественно ассиметричной реакции на давление Запада является одновременно высокоэффективным и малозатратным.

В итоге консолидированные западные санкции, призванные вбить клин между Европой и Россией (что на первых порах, надо признать, американцам сделать все-таки удалось), сейчас бумерангом бьют по «евроатлантическому единству», давая вчерашним европейским союзникам Вашингтона возможность проводить все более независимую от «града на холме» внешнюю политику.

Это процесс, в свою очередь, означает постепенное восстановление подорванных отношений ЕС с Российской Федерацией на основе общеконтинентальных экономических и даже геополитических интересов.

В данном контексте следует обратить особое внимание на все возрастающие трения между США и ЕС вокруг одного из столпов «евроатлантического единства» — свободной торговли. После провала усилий предыдущей американской администрации по продвижению Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП), Вашингтон взял курс на одностороннее введение протекционистских мер для защиты своего национального производства.

Такие резкие шаги США, явно противоречащие нормам ВТО, вызывают все менее скрываемое недовольство европейских партнеров Вашингтона. Из ключевых столиц «старого света» раздаются призывы дать общеевропейский отпор дискриминационным по отношению к производителям ЕС нововведениям.

Наиболее категоричны власти Германии и вновь избранный канцлер Австрии Себастьян Курц, который напрямую говорит о начале торговой войны США с ЕС. И это голос набирающей силу в Европе платформы, сформированной теми политиками, которые выступают за ослабление зависимости Европы от США и нормализацию отношений с Россией. С каждым днем этот голос все громче.

Стоит напомнить, что ранее Германия и Австрия совместно выступили с резкой критикой односторонних действий США по введению новых санкций в отношении Российской Федерации в целях неприкрытого продвижения экономических интересов Вашингтона на европейском газовом рынке.

Таким образом, раскол между Соединенными Штатами и Европой, отмеченный в докладе директора Национальной разведки США, приобретает все более отчетливые черты и критический масштаб с высоким риском стать уже в ближайшей перспективе непреодолимым.

Задача России — использовать открывающиеся возможности для нормализации равноправных отношений с ключевыми европейскими игроками. И с этой задачей при сохранении вышеобозначенных тенденций нам вполне по силам справиться.

Что же касается наших взаимоотношений с США, то и в этом направлении можно заметить некоторые знаковые, хотя пока еще довольно робкие подвижки. 9 марта группа американских сенаторов выступила с заявлением о необходимости возобновить полноценные контакты с Россией по вопросам глобальной безопасности, «чтобы снизить вероятность конфликта». «Стратегический диалог между США и Россией стал актуальнее после публичного выступления президента Путина 1 марта, когда он упомянул о нескольких новых видах ядерного вооружения, которые Россия, как сообщается, разрабатывает», — говорится в обращении, направленном госсекретарю Тиллерсону.

Таким образом, расчет на постепенную «разморозку» взаимодействия великих держав по критически важной для всего мира проблематике военно-ядерного баланса, выраженный в простом посыле российского президента «Нас никто не слушал — послушайте сейчас», уже приносит первые плоды.

Остается надеяться, что России все-таки удастся и далее конвертировать внешнее давление Запада в объединительную глобальную повестку, позволяющую снизить накал напряженности во взаимоотношениях с США и восстановить прежние партнерские отношения с Европой. И санкции, равно как и различные вызовы военного характера, как показывает практика, при грамотном подходе даже могут сыграть в этом процессе свою положительную роль…

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире