И. Виттель― Добрый день, это «Эхо Москвы», я Игорь Виттель, и это «Культ столичности: новая промышленность». Сегодня беседуем о химической промышленности Москвы, полимеры без полумер. И сегодня со мной на связи Мирон Гориловский, генеральный директор группы компаний «Полипластик», Андрей Меньшов, управляющий партнер Научно-производственного Предприятия «Полипластик», и Дмитрий Захаров, директор по науке и развитию компании «Гамма-пласт». Я надеюсь, я не запутался в ваших многочисленных названиях, дорогие гости. Ну что же Мирон, начнем с вас. В общем, Правительство наше начало курс на увеличение использования полимеров, но и в том числе в одной из самых важных сфер – сфере строительства трубопроводных сетей, в сфере ЖКХ. Ну и в промышленном комплексе, в общем говорят, что полимеры значительно повышают эффективность сетей, считают затраты на их строительство, эксплуатацию. Опять-таки говорят, поправьте меня, если я не прав, что мы отстаем от ведущих стран по объемам производства, и применения полимерной трубы, трубной продукции. Но опять-таки, другие эксперты говорят, что не за горами так, по Мао Цзэдуну скажем, большой скачок. Надеюсь, что здесь обойдется без перегибов. Так ли обстоят дела на самом деле, и как «Полипластик», готов ли к этому, или нет.

М. Гориловский― Спасибо. Действительно, у нас отставание очень большое от Америки, Европы, и даже Китая. У нас приблизительно 4 килограмма на человека в год приходится полимерных материалов, идущих на полимерные трубы, в этих странах 10-12 килограмм. И если мы говорим о таких уже объемных показателях, то по России это 600 тысяч тонн материалов, а по Китаю порядка 15 миллионов тонн. То есть, разница совершенно фантастическая, и это, конечно, наше отставание, очень, так сказать, негативно сказывается на нашей инфраструктуре, которая очень быстро стареет, очень быстро выходит из строя, огромное количество аварий, и так далее. Действительно, в последнее время сдвиги какие-то пошли, в том числе там не только по газовым трубам, но и в рамках так сказать, наших воды, газа, тепла и канализации в какой-то степени. Но всё равно, пока ещё проникновения в эти инфраструктурные сети очень низкие. Если там по газу, практически, это уже выигранная ситуация с большим объемом труб, то по воде и теплу, это десятки процентов. А по водоотведению и канализации – это меньше 10%. Да, большую роль начали играть национальные проекты: это жилье, городская среда, там, где «Чистая вода» проект, экология, где оздоровление Волги, безопасные качественные дороги, и другие. Но они только начинают так сказать, играть свою роль. А по поводу готовности к большому полимерному скачку, как мы называем, потому что мы уверены, что в России это случится. Это случилось в Китае с 2005 по 2012 год, когда они были меньше России по потреблению, а стали так сказать, почти в три раза больше. Вот, поэтому мы считаем, что у нас не за горами большой полимерный скачок, мы его так называем. Вот, и наш, например, завод Газтрубпласт в Очаково, готов увеличить вдвое объем производства труб для горячего водоснабжения и отопления в короткие сроки. Мы уже делаем больше, чем 1300 километров, а сейчас 700 километров потребление. Климовский завод больше 100 тысяч тонн мощности, самый крупный завод в Европе, пока на сегодня производит порядка 60-ти тысяч тонн, тоже готов быстро увеличить объемы. Резервы есть, заводы даже нашей группы, расположены там от Минска до Хабаровска, и от Санкт-Петербурга до Краснодара. И на сегодня эти 16 трубных заводов легко, за короткое время могут увеличить производство в два раза. Не только наши, есть в России больше 100 заводов и заводиков, которые производят полимерные трубы, и был бы только спрос соответствующий. А увеличение со стороны производства не заставит себя ждать.

И. Виттель― Почему мы оказались в такой ситуации, что мы производим меньше? Почему, у нас не было потребности, у нас была плохая законодательная база? Что нам мешает, научные разработки, технологии у нас отсутствуют, почему мы так отстаем в развитии?

М. Гориловский― Ну, очень просто. В России, к сожалению, до 90-го года практически бурными тэмпами продолжала развиваться стальная промышленность. Мы выпускали стали, к 90-му году, мы выпускали больше, чем Америка, Япония и, по-моему, Германия вместе взятые. Мы выпускали 20 миллионов тонн стальных труб. Это было в это время, давно уже, целый ряд зарубежных стран, они перешли на полимерные решения. Вот, а у нас так сказать, развивалась вот это вот, так называемое сталинистское направление, в смысле сталь. Вот, и в этом случае, все наши нормативные документы, проектные документы были заточены под вот сталь, и, так сказать, чуть-чуть под чугун, под бетон, под все вот такие материалы. Мы просто вовремя не перешли на полимерные решения, на которые Европа, Америка перешли очень давно. И пока ещё у нас не случилось вот того большого полимерного скачка, который позволил Китаю перескочить тоже от стали, где они были, на, так сказать, преимущественное потребление полимеров для трубных систем. Это исторически, в какой-то степени. Но последние 20 лет это потихоньку меняется не с такой скоростью, с которой бы нам хотелось.

И. Виттель― Ну что же, это хорошо. Я так надеюсь, что мы все-таки справимся с этой историей, да, и большой скачок увидим опять-таки без маоистских перегибов, и без сталинизма, который вы упомянули.

М. Гориловский― Хотелось бы.

И. Виттель― Да, но об этом даже в песне известной пелось: «Я знаю, больше будет чугуна и стали, на душу населения в стране». Вопрос к научно-производственному предприятию «Полипластик», то есть, к вам Андрей. Расскажите подробнее о том, что такое полимерные компаунды, как они создаются, и какова их роль в современном мире.

А. Меньшов― Ну, на самом деле, в основе термина лежит английское слово компаунд, что обозначает соединение, смешение. А полимерными композиционными материалами принято называть многокомпонентные материалы, состоящие, как правило, из пластичной полимерной основы – матрицы, которая армирована наполнителями и добавками, обладающими различными свойствами. Например, высокой прочностью, жесткостью, светостойкостью, электропроводностью, и так далее. Сочетание этих разнородных веществ, и приводит к созданию нового материала, свойства которого, качественно и количественно отличаются от свойств каждого из его составляющих. Варьируя состав матрицы и наполнителей, их соотношение, ориентацию наполнителя, получают широкий спектр материалов, с требуемым набором свойств. Многие композиты превосходят традиционные материалы и сплавы по своим механическим свойствам, и в то же время они легче. Использование же композитов в готовом изделии, ну, обычно, позволяет уменьшить массу конструкций при сохранении, или улучшении ее механических характеристик.

И. Виттель― Да, вопрос тот же самый, что и к Мирону. А собственно, где мы сейчас по сравнению с другими странами?

А. Меньшов― Ну, разумеется, мы так же существенно отличаемся по уровню использованию полимерно-композиционных материалов по отношению к развитым странам, но на самом деле в этом нет ничего странного. Мы не первопроходцы в этом, как вы видите по фактам истории. Тем не менее, подчеркиваю, что вот на сегодняшний день мы, как предприятие, являемся, наверное, мейджером по производству полимерно-композиционных материалов в Российской Федерации. И производим это для автомобильной промышленности, бытовой техники, строительства, от тех же труб до кабелей, электротехники, кабельной промышленности, и многих других. Можно без преувеличения сказать, что внезапные исчезновение полимерных композиционных материалов отбросило бы нас просто в XIX век по уровню развития, и большинство доступных жизненных удобств, стало бы нам просто недоступным. Но пример можно привести…

И. Виттель― Примеры можно бесконечно. Дмитрий, а скажите, пожалуйста, вот мы сегодня говорим всё о России, где мы по отношению к другому миру аж, вообще, что сейчас полимеров в современном мире, что они значат? И главное вот, о чем хотелось бы ещё поговорить, это как к ним относятся, мы понимаем, что какие-то современные химические и около истории, практически всегда встречают резкую критику экологов. Вот те мифы и реальность, которые связаны с экологическим аспектом, ну и вообще о перспективах развития полимеров в современном мире.

А. Меньшов― Ну, ещё раз подчеркиваю, что с каждым годом, да, присутствие полимеров как материалов…

И. Виттель― Это вообще был вопрос Дмитрию, так что я, ну, вы тоже можете, но сначала Дмитрий.

А. Меньшов― Ну, хорошо, окей.

Д. Захаров― Вообще, производство полимеров на сегодня, это около 300 миллионов тонн. То есть, можно понять, что полимеры, они буквально везде вокруг нас, повсюду, и это следствие прогресса, технического прогресса. Потому, что полимеры пошли именно с бакелитовой смолы, начала XIX-XX века. Изобретение бакелитовой смолы, сополимера фенола и формальдегида. Вот, и затем стали развиваться, вместе с развитием промышленности. Промышленная эволюция повела за собой и развитие полимеров. Начало XX века, это смолы, в основном фенолформальдегидные, затем это производство термопластичных полимеров, полистирол, поливинилхлорид. В основном использовались в промышленности, в машиностроении. Большой скачок полимерам дал «Форд», когда начал производство своих автомобилей, поставил это на конвейер, ему были необходимы такие материалы, которые дадут возможность быстро заполнять этот конвейер. И полимеры, собственно, смогли это сделать, одним из самых массовых на тот момент полимеров был каучук, натуральный каучук, затем нитрильные каучуки, которые стали использоваться в покрышках автомобилей. К моменту начала Второй мировой войны, полимеры использовались уже достаточно широко, это было и авиастроение, где впервые использовался полиметилметакрилат, или плексиглас, органическое стекло, которое во многом превосходило на тот момент стекло традиционное. Это и легкий вес, и отсутствие хрупкости, и после полимеры уже, войны, развивались очень-очень быстро, вместе со всей опять же промышленностью. В 50-х годах это бурное развитие полиолефинов, вместе с открытием катализатора циклераната. Затем стали развиваться инженерные пластики, это полиамиды, полиэфиры, и полимеры стали проникать почти во все отрасли промышленности. И уже к концу XX века, сложилась система потребления полимеров, как она есть сейчас. То есть, наверное, основа всех полимеров — это полиолефины, которые используются в качестве полимерной упаковки одноразовой, как раз то, против чего у нас все ополчились, да? Это строительные применения…

И. Виттель― А ополчились то зря, или не зря?

Д. Захаров― Ополчились, скорее всего, всё-таки зря. Есть, конечно, достаточно серьезные проблемы, да? Это больше 100, или даже 130 по некоторым оценкам миллионов тонн, которые ежегодно выбрасываются, закапываются, сжигаются. То есть, у нас есть этот объем, и мы от него как бы никуда не денемся. Вопрос в том, что этот объем опять же можно использовать, для использования вторичных полимеров.

И. Виттель― Понятно. То есть, проблема эта решаема, проблема сбыта вторичных полимеров, вот сейчас мы каждый раз ее поднимаем в нашей студии.

Д. Захаров― Да, проблема решаема, решаема регуляторами, то есть государствами. На сегодняшний день, почему-то борются с одноразовой упаковкой, с одноразовой посудой, хотя можно просто зарегулировать эту отрасль, сделать…

И. Виттель― Ну, я не могу сказать, что борются, я вижу, что компании сейчас придумывают и сопутствующие истории по переработке такой продукции. Вопрос же не в том, чтобы ее не было, а вопрос в том, чтобы ее можно было переработать.

Д. Захаров― Да, конечно, поэтому это и есть задача регулятора сделать так, чтобы вся одноразовая упаковка перерабатывалась в дальнейшем. И на сегодняшний день у нас есть пример пэта, который замечательно перерабатывается в полиэфирное волокно, используемое затем и в строительстве, и в производстве тканей синтетических.

И. Виттель― Хорошо, спасибо большое. Мирон, я хочу, вот чтобы вы мне на пальцах объяснили, да? Мы говорили сегодня о, например, о применении полимеров в трубах, трубопроводные сети, например, в ЖКХ. В Москве вот как это работает? Я знаю, что вы вообще сотрудничаете с Москвой, вот у вас сейчас была такая прекрасная выставка у Департамента инвестиционной и промышленной политики на Винзаводе. К сожалению уже, кажется, закрылась, но я ее с удовольствием посетил, и конечно безумно интересно. Насколько я помню, там и вы были представлены, ваша компания. И вот говоря о Москве, хочется поговорить о том, а как вот внедряются полимерные трубы, что это меняет в ЖКХ, помогает ли это экономить, и как это вообще меняет картину одной из самых, скажем так, болезненных сфер нашей экономики.

М. Гориловский― Ну, здесь очень легко говорить, потому что Москва является лидером по применению современных эффективных полимерных решений, в инфраструктуре. В первую очередь понятно, это такие предприятия как Мосгаз, Мосводоканал, МОЭК, и другие городские организации, занимающиеся инфраструктурой. Правильно вы сказали, что большую поддержку оказывает Департамент инвестиционной и промышленной политики, вот информационная поддержка, у нас был визит мэра Собянина к нам, так сказать, широко освещавшийся. Выставка «Открой Моспром», это тоже было такое хорошее как бы событие, правильное. Вот, потому что мало, так сказать, производить трубы, мало их, так сказать, хорошо делать, и продавать. Надо ещё их соответствующим образом рекламировать, и надо, чтобы была определенная поддержка администрации. Вот именно в Москве, ещё в 95-м году, нами специально для Москвы разрабатывались и внедрялись газовые трубы для протяжки внутри изношенных стальных газопроводов. В Москве очень старая газовая сеть, и были очень большие проблемы, потому что если вскрыть всю эту сеть и пытаться ее ремонтировать, это тогда мы перероем всю Москву. Так вот, самый первый проект был – протяжка трубы, примерно километр. 160-й трубы под Кутузовским проспектом без разрытий, и без остановки движения. На то время, это было 1995 год, это была фантастическая штука. Я не помню уже цифр, но экономический эффект был совершенно фантастический. И вот с тех пор, как Мосгаз тогда стал потреблять буквально через год уже по 200-250 километров трубы именно для протяжки в московских сетях. Вот, и Мосгаз исторически с тех пор является у нас постоянным потребителем самых инновационных решений. В последнее время, это инновационные, уже трех-четырех слойные газовые трубы с дополнительной защитой от внешних повреждений, от точных нагрузок. Там которые при протяжке, если какие-то будут там царапины, это уже не влияет на срок службы, и так далее. Это что касается газа. Что касается тепла, у нас огромная программа с Москвой, ещё в 2001 году были разработаны и поставлены на производство гибкие теплоизолированные трубы из шитого полиэтилена, для отопления. Это было сделано впервые в России, а потом, от последствий в 2003 году, мы уже так сказать разработали свою технологию армированных труб, это уже впервые в мире для московских многоквартирных домов, которая была рассчитана на большие давления, и большие диаметры. Вот, и сейчас мы эту трубу активно экспортируем в Европу, и в другие страны так сказать, и она находит свое применение там, потому что мы пока на сегодня так сказать единственные, кто выпускает такую продукцию. Так вот, за последние 20 лет, в Москве заменено более 2,5 тысячи километров тепловых сетей. Соответственно, многие районы, которые раньше отключались на месяц горячую воду, теперь отключаются на неделю, а некоторые районы на один день, только для регулировки сетей. И эксплуатационные расходы по таким сетям уменьшились на порядок, я не ошибаюсь, более чем в 10 раз, да? То есть, аварийности на таких сетях просто нет, а на металлических сетях, у них время жизни была от 7 до 12 лет, дальше, так сказать, аварии, выкапывали, и так далее. Кроме тепла и газа, последние годы многослойные полиэтиленовые трубы стал применять Мосводоканал довольно активно, в том числе и диаметрами 1000-1600 миллиметров, это огромные диаметры, те, которые раньше клались только в стали и чугуне. Вот, это тоже очень большой так сказать, для нас сигнал так сказать, что Москва, она идет впереди многих других городов. Есть проекты по санации с Мосводостоком, по новым технологиям. Санация, то вообще идеальная штука, когда не надо ничего разрывать, а можно через колодец санировать трех-четырехметровые трубы старые, коллектора, специальным профилем, скажем профилем усиленным, который просто наливается внутри старого коллектора. Есть фантастическое количество бестраншейных технологий, которые на сегодня для городов является просто спасением. И Москва, действительно, находится, так сказать, я не знаю, впереди планеты ли всей, но точно абсолютно, впереди всех остальных российских городов. Не только потому, что здесь как-то много денег, а ещё и потому, что здесь, в общем, в достаточной степени поддерживают и интересуются вот такими новыми эффективными современными технологиями для того, чтобы не перерывать весь город постоянно, а так сказать вести такое количество.

И. Виттель― Хорошо, мы сейчас прервемся буквально на несколько минут, вернемся в студию, и продолжим беседу, начнем с Дмитрия. Оставайтесь с нами, не переключайтесь.

НОВОСТИ.

И. Виттель― Ну, что же, как я и обещал, мы возвращаемся в студию, это «Эхо Москвы», это программа «Культ столичности: новая промышленность», обсуждаем мы сегодня с вами химическую промышленность Москвы, назвали мы сегодня программу «Полимеры без полумер». Я Игорь Виттель, а в гостях у меня Мирон Гориловский, генеральный директор группы компаний «Полипластик», Андрей Меньшов, управляющий партнер НПП «Полипластик», и Дмитрий Борисович Захаров, директор по науке и развитию компании «Гамма-пласт». Дмитрий, и вопрос к вам. А расскажите, пожалуйста, всё-таки, вот тот же вопрос, который я уже задавал коллегам. А где вот в том сегменте бизнеса, в котором вы находитесь, находится сейчас Россия по технологиям. Есть ли у нас собственные разработки, насколько они хороши по сравнению с зарубежными конкурентами, и как вообще у нас научно-технические разработки развиваются в вашей отрасли?

Д. Захаров― Собственно разработки у нас, да, есть, но, к сожалению, как и в объемах производства, мы отстаем. Отстаем от ведущих мировых производителей, и можно взять производство компаундов, которые у нас, примерно, на душу населения в два раза меньше, чем в том же Китае. Европа и США опережают нас ещё больше в этом вопросе. По технологиям переработки, технологии, они одинаковые, что у нас, что в Китае, что в Западной Европе. У нас они так же развиваются, и наши технологии способны конкурировать с импортом, мы можем делать компаунды, пусть на импортном оборудовании, но не уступающие импортным аналогам. Мы спокойно можем их заменять, что успешно и делаем. Скажем, наше предприятие «Гамма-пласт» специализируется на производстве компаундов на основе полиэфирных термопластов, таких как поликарбонат, полибутилентерфталат, и мы успешно конкурируем с импортными поставками. Мы увеличиваем…

И. Виттель― Подождите, вот меня вот настораживает слово «не хуже». Мы же достаточно долгое время, я сейчас не про полимеры, но наука у нас не отставала от запада. Может быть, мы были ограничены в силу того, что мы не имели такого доступа, наверное, к современным технологиям в плане того, что мы не могли общаться, не все материалы были открыты зарубежные, не все знали языки. То есть, только узкие спецы могли получить доступ. А сейчас-то? Понимаете, мне не очень нравится, что мы догоняем. Ладно, мы, может быть, в производстве, и в силу того, стале-ориентированности, как сказал коллега. Но у нас научные то, я надеюсь, наработки никуда не делись?

Д. Захаров― Ну, к сожалению, наши научные разработки, это либо разработки Советского Союза, либо то, что делается в частных компаниях. В том числе «Полипластик», который имеет своё собственное НИИ. То есть НИИ, которое принадлежит Полипластику, а не государственные. У нас так же есть отдел разработок, который занимается, в том числе, научными разработками, мы сотрудничаем с рядом институтов, научных институтов, и образовательных институтов, да? Но это всё крохи.

И. Виттель― Я уже ничего не понимаю. Значит, у нас есть задача большого скачка, да? Задача большого скачка не решается силами частными только, да? Это все, конечно, замечательно, что у вас есть свои научные разработки, и то, что «Полипластик» прямо вот активно работает, честь и хвала. Но когда стоит задача большого скачка, когда это нужно не только частным компаниям, но и государству, мне кажется, тут надо подключать государственные силы. Почему этого не происходит тогда?

Д. Захаров― Надо вообще сказать немножко по-другому. Давайте отделим технологии от объема, да? То, что по технологиям творится, да? У нас точно абсолютно не хуже, чем есть там у них, за рубежом. Это и в области композиционных материалов, и тем более в области труб. Мы так сказать, как бы имеем абсолютно, по крайней мере, по инфраструктурным сетям, у нас есть всё то, что есть у них на западе, и ещё плюс немножко. Последние 30 лет, а это большой срок, нам можно уже не оглядываться на советскую промышленность, и прочее. Вот, у нас порядка 100 человек работают в научно-исследовательском институте, из них больше половины занимается композиционными материалами, вторая половина занимается трубными применениями, разработаны, патентуются, всё идет своим чередом. Вы абсолютно правы, когда говорите, что объем потребления зависит от государства, от государственной политики. А вот что касается технологий, то мы точно абсолютно, по крайней мере, в трудной композиционной отрасли, мы ничем не хуже наших зарубежных партнеров, будем говорить так. У нас да, у нас не хватает компонентов, у нас не хватает, не всё производится в России, не все добавки, не все стабилизаторы, не все красители, и прочие модификаторы всякие разные. Да, у нас 100%, так сказать, не хватает некоторых видов полимеров, которые ещё, так сказать, не освоены у нас, там, определенных марок высоко технологичных. Мы работаем на импортном оборудовании, но…

И. Виттель― Вот!

Д. Захаров― Но, сами технологии и продукты, которые мы выпускаем, а, по крайней мере, Группа Полипластика, они находятся на верхнем международном уровне качества и компетенции, это факт.

И. Виттель― Мирон, а я правильно понимаю, что дело государства, развивать рынок потребления, да? То есть, создавать государству, то есть, государство не должно вмешиваться в развитие технологий.

М. Гориловский― Не должно вмешиваться в развитие технологий…

И. Виттель― Не создавать научно-исследовательские институты…

М. Гориловский― Знаете, можно создавать всё что угодно в действительности, да? Я бы скорее сказал, что задача государства – поддерживать, так сказать, институты, связанные с образованием. Потому, что у нас достаточно мало, так сказать, как бы именно специалистов новых, свежих, которые могли бы потом продолжать свою деятельность, в отраслевых научно-исследовательских институтах. Отраслевые институты посмотрите, нет нигде в Америке отраслевых институтов, или где-то ещё в Европе. Там есть университеты, где развивается чистая наука, есть отраслевые, так сказать, где развивается прикладная наука. Мы сейчас говорим о прикладной науке, хотя мы сейчас вынуждены развивать и чистую науку тоже. Потому, что, к сожалению, очень многие, так сказать, вещи были выколочены, и до сих пор не вернулись. Наши университеты, это далеко не, так сказать, американские, или какие-нибудь там. И даже далеко не сегодня китайские, к сожалению, университеты. Поэтому я говорю о том, что отраслевая наука у нас находится на, достаточно, по крайней мере, по полимерной части, в отрасли труб и композитов, находится на очень неплохом уровне.

И. Виттель― Дмитрий…

Д. Захаров― Да.

И. Виттель― Я прошу прощения, Мирон просто перебил, поэтому…

М. Гориловский― Извините…

И. Виттель― Нет, нет, нет, я вижу, что вы просто аж прыгали на стуле, это хорошо, что у нас такая дискуссия. Дмитрий, на чем мы всё-таки остановимся, где роль государства?

Д. Захаров― Всё правильно, в развитии фундаментальной науки обязательно, и в развитии образования.

И. Виттель― И в развитии спроса ещё, вот тут Мирон подчеркнул.

Д. Захаров― В развитии спроса, само собой.

И. Виттель― Хорошо, тогда Андрей, вопрос к вам уже. Давайте, мы сейчас немножко отойдем от роли государства.

А. Меньшов― Подождите, не надо отходить, потому что есть конкретный пример участия государства в поддержке и развитии отрасли компаундирования, и переработки.

И. Виттель― Конечно!

А. Меньшов― И это очень хорошо понимают в Правительстве России. Вот не зря в перечень инициатив социально-экономического развития страны до 30-го года включено создание новых материалов и химических компонентов для производства пластмассовых изделий. Я буквально цитирую соответствующее распоряжение, в начале октября 21-го года подписал председатель Правительства РФ Михаил Мишустин. Поэтому я думаю, что роль государства и его участия в развитии нашего бизнеса, и общая заинтересованность применения в полимерных там материалов в различных отраслях промышленности, конечно, будет решаться.

И. Виттель― Я просто хотел сказать, что ещё из мер поддержки есть же вот, например, подведомственный Департаменту инвестиционной и промышленной политики Москвы АНО «Моспром», который поддерживает экспортеров, а вы же экспортом занимаетесь, поэтому я бы на вашем месте обратил внимание и туда. Но вернемся к науке, вот вы, какую научную разработку там за последние 2 года можете назвать главной? В вашей компании, что вы разработали?

А. Меньшов― Что касается нас, то это наше изобретение, наверное, даже не изобретение, а некое решение, компаунд на основе полиамида-6, и углеродных наполнителей. Мы первыми в России, и в нашем научно-техническом центре в Москве, разработали полимерный композиционный материал с использованием нано-технологии. Считаем данное направление очень перспективным, так как оно позволяет решать уникальные задачи. Это полимеры нового поколения, которые будут использоваться в высокотехнологичных отраслях. Они уже, кстати, востребованы сегодня, и мы начали серийную поставку и для производства оборудования нефтяной отрасли, для изготовления деталей, которым необходима защита от электростатического напряжения для производства сложного оборудования для шахт. И, конечно, этими материалами в первую очередь интересуется автомобильная промышленность. Вот мы сейчас находимся на этапе внедрения материала для изготовления внешних деталей кузова малотоннажных коммерческих автомобилей. Такие детали, например, как крыло, проще изготовить литьем под давлением, чем штамповкой их металлического листа. Но проблема заключалась в том, что для окрашивания пластмассовых деталей экстерьера автомобиля, требовалась установка отдельной линии, так как пластики нельзя окрашивать методом катафореза. Точнее, было нельзя, а вот нано-технологии позволили нам изменить свойства полимера, части электропроводности, при сохранении всех требуемых физико-механических свойств. Наш материал имеет постоянный по времени уровень сопротивления изоляции, там, на уровне десять в шестой, десять в восьмой Ома на сантиметр. Что позволяет окрашивать весь корпус автомобиля, в режиме инлайн, отдельная линия больше не требуется. Вот яркий пример той разработки, которой мы и наши ученые по праву могут гордиться в течение прошлого года. Это, вернее, уже года.

И. Виттель― Спасибо, последний вопрос Дмитрию. Дмитрий, а как себя чувствуют зарубежные игроки на нашем рынке, и как вообще развивается импортозамещение?

Д. Захаров― Два противоположных вопроса. Импортозамещение развивается замечательно.

И. Виттель― Почему же противоположных? По-моему, они связаны.

Д. Захаров― Соответственно, импортные игроки чувствуют себя гораздо хуже, я могу на нашем примере…

И. Виттель― Вот, порадовали меня, наконец.

Д. Захаров― На примере «Гамма-пласт», мы за последний год, в связи с логистическими проблемами импортных игроков, увеличили свое производство, практически, на 40%, за счет компаундов, которыми мы замещаем импортные компаунды. В частности, мы компаундами на основе поликарбоната сумели вытеснить те полимеры, которые у нас не выпускаются, это полибутилентерефталат, к сожалению, у нас нет сейчас производства полибутилентерефталата. Но на основе поликарбоната мы смогли полностью вытеснить его из производства корпусов электросчетчиков на ряде предприятий, и в других предприятиях электротехники. Так же, мы удачно работаем в сфере светотехники, откуда вытесняем импортных производителей. На сегодня почти полностью мы закрываем рынок светорассеивающих материалов, так же на основе поликарбоната, и большинство фонарей, лампочек, которые производятся в России, сделаны с использованием наших компаундов.

И. Виттель― Хорошо. Ну что же, дорогие друзья, мы на этом, в общем-то, подошли к концу. Хотя тема, как я понимаю, абсолютно безразмерная. И с таким жаром и пылом, с каким вы о ней говорите, я так чувствую, нам светит ещё несколько эфиров на эту тему. Но напомню, что сегодня на «Эхе Москвы», в нашей серии передач «Культ столичности: новая промышленность», я Игорь Виттель, и мои гости Мирон Гориловский, генеральный директор Группы «Полипластик», Андрей Меньшов, управляющий партнер НПП «Полипластик», и Дмитрий Захаров, директор по науке и развитию компании «Гамма-пласт», беседовали о химической промышленности Москвы. Ну, и прежде чем попрощаться сегодня окончательно с вами, хочу напомнить, что да, бушует по-прежнему ковид, так что социальная дистанция, маски, дезинфицирующие средства, а главное прививайтесь, прививайтесь и ревакцинируйтесь. И берегите себя, пожалуйста, пока!