М.Максимова― Итак, программа «48 минут», Марина Максимова в студии, и постоянный ведущий этой передачи, Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора ТАСС, Михаил Соломонович, здравствуйте.

М.Гусман― Добрый вечер, Марина. Я рад вас приветствовать в студии «Эха Москвы».

М.Максимова― У нас все программы интересные, а сегодня еще и крайне любопытная передача. Будем говорить… Я раздумывала, как его правильно представить. Сказать, что новый президент – жто правда, но не вся правда. Наверное, вновь избранный…

М.Гусман― Так и говорят – новоизбранный, это по-русски правильно.

М.Максимова― Новоизбранный, вновь избранный президент Узбекистана Шавкат Миромонович Мирзиёев, везде так «ё» стоит с двумя точечками, чтобы правильно…

М.Гусман― Так правильно произносится его фамилия по-узбекски, поэтому это очень точная транскрипция его имени, отчества и фамилии.

М.Максимова― Итак, в общем-то, большого удивления, наверное, ни у экспертов, ни у знатоков, ни у жителей самого Узбекистана эта новость, наверное, не вызвала. А выборы прошли в это воскресенье, они еще в понедельник подсчитывали голоса. Удивления не было, вопрос был в цифре. Победил действующий президент, вновь избранный, это будет его второй срок и последний, если я правильно понимаю Конституцию Узбекистана, которая позволяет не более двух сроков… А, не более двух сроков подряд, вот закавыка.

М.Гусман― Марина, я согласен со всем сказанным. Но я еще должен от себя добавить, что я имел честь в это воскресенье, будучи приглашенным министерством иностранных дел Узбекистана, быть на этих выборах в качестве международного наблюдателя. И я воочию наблюдал, как проходили выборы, в этом и была моя миссия. А всего более 600 было международных наблюдателей в этот момент в стране, в Узбекистане. Причем они представляли и страны СНГ, и достаточно широко были представлены. И российские парламентарии там находились, были представители ОБСЕ, целого ряда стран… Дальнего зарубежья, международных организаций. Кстати, там встретил своего давнего знакомого, бывшего президента Польши Александра Квасьневского. И много-много других.

Я хотел вот буквально несколько слов сказать, как проходили выборы. Потому что они тоже… Как они проходили, как проходила в целом предвыборная борьба – мне сложно судить, потому что я наблюдал со стороны. А вот непосредственно день выборов, накануне выборов я там находился. И честно скажу, все, что я увидел, на меня произвело сильное впечатление. Потому что я в целом ряде стран за последние полтора-два десятилетия был наблюдателем на разных выборах: парламентских, президентских. И здесь то, как проходили выборы в нынешнем Узбекистане, это одновременно, как мне показалось, и характеристика действующей власти в том числе. Что я имею в виду?

Во-первых, выборы прекрасно были организованы, на мой взгляд. В том плане, что избирательные участки… Я говорю про ташкентские избирательные участки, я не был в регионах. Но что касается ташкентских участков, я был не менее, чем на десятке, они все были прекрасно технически оснащены, там шел компьютерный учет избирателей. На меня особое впечатление произвело, что каждый избирательный участок был оснащен специальными подиумами для подъезда людей, инвалидов на колясках, были специальные кабинки, в которых бы людям-инвалидам было бы проще голосовать с точки зрения расположения избирательный урн. Практически на каждом участке, где я был… Кстати, там было пять кандидатов, были все плакаты, рассказывающие о каждом из пяти кандидатов. А для тех, кто не мог с ними ознакомиться по тем или иным обстоятельствам с точки зрения здоровья, там еще были экраны, где о кандидатах рассказывали с помощью сурдоперевода. Практически в каждом избирательном участке.

Эта забота о весьма небольшом числе граждан с физическими недостатками мне показалась очень важной, очень показательной, даже примерной.

Второе, что меня произвело сильное впечатление – то, что действительно с раннего утра… Я видел в одном, втором, третьем, пятом, седьмом участке… Целые очереди стояли людей, желающих проголосовать. Вот та политическая активность, политическое небезразличие было совершенно зримо, там было очень много молодежи. Я не знаю, насколько это нарушало… Нарушал ли я сам законодательство Узбекистана, но я делал свой небольшой самодеятельный экзит-полл на некоторых участках, беседовал с избирателями после того, как они проголосовали. Очень интересно для моего восприятия складывалась картина. И в результате такой активности людей, которые стояли на избирательных участках очередями, уже практически к полудню… А по Конституции Узбекистана выборы считаются состоявшимися, если в них приняло 33% с чем-то избирателей. Так вот эти 33% проголосовали до полудня. Это такая… Такое неравнодушие избирателей. А это, повторяю еще раз, не было малейшего преувеличения, воочию было видно, что людей очень много, голосуют, ив от эти прозрачные стеклянные или пластиковые, но прозрачные урны для голосования наполнялись стремительно голосами избирателей. Все это не могло не произвести впечатления. И в это, в общем-то…

М.Максимова― Это какая-то особенность для страны, такая высокая политическая активность? В Москве такого не наблюдаешь на выборах.

М.Гусман― У меня есть ответ на этот вопрос, потому что он как раз кроется именно в том, что нынешний президент Узбекистана, избранный президент… Кстати, по итогам уже подсчитанного большинства голосов, уже все голоса подсчитаны почти, и все уже… Ждет финальных итогов, но они предварительно сказаны. Более 80% проголосовало. И более 80% высказалось в пользу Шавката Миромоновича Мирзиёева – президента на второй срок.

М.Максимова― Обошел нашего Владимира Владимировича! На 3% с лишним обошел!

М.Гусман― Я не знаю, я эти подсчеты не проводил, не вижу в них принципиальной необходимости. А вот что могу сказать точно, он действительно очень популярен в народе, и я беседовал с людьми выборочно, не подготовленными. Разговаривал со студентами, с домохозяйкой, с инженером, разговаривал с очень многими людьми. И все вполне обоснованно… Они как-то говорили достаточно аргументированно и убедительно, почему они отдали голоса за действующего президента и почему они хотят, чтобы он продолжал руководить страной.

М.Максимова― А почему?

М.Гусман― Тут.. Во-первых, тут надо немножко заглянуть в историю. Дело в том, что Шавкат Миромонович Мирзиёев – второй президент Узбекистана.

М.Максимова― И вот, честно говоря, я когда готовилась к передаче… Как в школе говорили, когда нужно что-то выучить, чтобы от зубов отскакивало, или «чтобы как Отче наш», но это позднее. Или говорили: «ночью тебя разбуди и спроси..». Вот могу честно сказать, если меня разбудить и спросить, кто президент Узбекистана, я скажу – Ислам Каримов.

М.Гусман― Ну вот это если вас, Марина, разбудить в три часа ночи. А если разбудить любого гражданина Узбекистана, он это не скажет, потому что он знает, что Ислам Абдуганиевич Каримов скончался несколько лет назад. Он был первым президентом Узбекистана. И был практически до ухода из жизни в этом качестве.

М.Максимова― 20 с лишним лет.

М.Гусман― И надо сказать… хотя в Ташкенте есть памятник ему, хотя вокруг его места захоронения целый мавзолей такой, и даже аэропорт ташкентский назван его именем, но я не могу сказать, что отношение к ушедшему президенту однозначное у людей. Страна была очень закрытая, достаточно консервативная, закрытая, так сказать, во многих отношениях. И экономика была не очень развита. Много было проблем у страны, но они, как мне кажется, под ковер в основном заметались. И первое, что, мне кажется, очень правильно сделал, когда пришел к власти Шавкат Миромонович Мирзиёев, он, так сказать… Это произошло в 16 году, 14 декабря 16 года он провозглашен президентом. Так вот, он провозгласил курс на открытость страны. Открытость экономическую, открытость в чем-то даже политическую. Надо сказать, что… У нас должен быть подробный разговор, надо понимать специфику Узбекистана, стран Центральной Азии.

М.Максимова― Михаил Соломонович, вы можете сравнить? Я, готовясь к передаче, попыталась «прогуляться» по улицам и Бухары, и Самарканда…

М.Гусман― Очень красивые. Мы все знаем, насколько они красивые, но, не повидав их, невозможно представить, насколько красивы эти города.

М.Максимова― Но посмотреть невозможно, потому что Google Maps там не работает, нет там камеры, с помощью которой можно было бы посмотреть. И я там ни разу в жизни не была. Поэтому у меня вопрос: были ли вы там во времена Советского Союза?

М.Гусман― Очень давно был. Да, был.

М.Максимова― То есть, вы можете сравнить то, что вы увидели сейчас…

М.Гусман― Это даже невозможно… Ну как сравнить. А можете сравнить Москву нынешнюю с Москвой 65 года? Вот разница разительная. Сегодня Ташкент, во-первых… Мне проще говорить про Ташкент, потому что я и тогда был в Ташкенте. В Самарканде и Бухаре я был в качестве туриста, а в Ташкент я приезжал на разные конференции, форумы…

М.Максимова― При Каримове уже?

М.Гусман― Я был при Каримове, был при советской власти. Но не суть важно. Я веду к тому, что Ташкент – очень красивый город, реально красивый. Что я хочу сказать. В качестве самокритики, вас покритиковать и себя. Александр Сергеевич Пушкин – «мы ленивые и нелюбопытные». Я несправедлив, что мы, посвятив штук 15 программ выборам в Соединенных Штатах Америки, не менее 10 программ посвятили выборам в Германии, а вот про такую достаточно большую, там больше 38 миллионов населения…

М.Максимова― И соседа, и вообще.

М.Гусман― Традиционный наш партнер, сосед, часть нашей общей семьи в советские времена, огромный многомилионный Ташкент. А мы эти страны, нашего ближнего зарубежья, бывшая часть нашей общей страны, они находятся в гораздо меньшей степени в поле нашего внимания. Мы о них редко рассказываем, о процессах, которые там происходят, знаем меньше, чем о том, как формируется правящая коалиция в Германии. Мне не кажется это справедливым. Если говорить про конкурентную нашу программу, пусть наши радиослушатели воспримут это как самокритику, что мы об этом мало говорим, мало рассказываем. И пусть наш сегодняшний рассказ будет маленькой толикой исправления этой нашей вины.

Возвращаясь к вопросу… В Ташкенте огромное количество новой архитектуры, одновременно и современной, и с элементами традиционного восточного плана архитектуры. Там прекрасные новые общественные здания, Дворец форумов… Там у них свои названия. Но, повторю еще раз, прекрасные улицы, прекрасные мостовые, город ухоженный, город чистый. Это все не может не радовать. Я вам честно скажу, я, как человек, рожденный в СССР, переживаю за страны бывшего Советского Союза, за их жизнь. Если в какой-то стране происходят плохие истории, беспорядки… Будете смеяться, но мне печально, что это происходит, потому что у меня все равно ощущение семьи единой внутри меня остается и будет со мной навсегда. И я ничуть не смущаюсь этого ощущения, потому что сопереживать за людей, с которыми ты пару-тройку десятку лет жил одной семьей, я считаю, это правильно. Но каждому свое.

Так вот, Узбекистан в этом плане очень порадовал. Порадовал, как он выглядит, Ташкент. Как… Например, взять конкретно меня-наблюдателя. Ко мне был прикреплен какой-то соответствующий представитель одной из организаций Ташкента, в частности, один из руководителей местного Газпрома, как он там, Узбекгаза. Он меня сопровождал, чтобы я знал, как и что происходит. Это не только ко мне, это к каждому из наблюдателей была прикреплена девушка-студентка очень умная, образованная, владеющая разными языками, владеющая русским, которая знала назубок, что где происходит, где какие брифинги, пресс-конференции, посещения, где что расположено и прочее-прочее.

С одной стороны, было соблюдено действительно не надуманное, а истинное узбекское гостеприимство. А с другой стороны, в чисто практическом плане было очень удобно, что рядом со мной были люди, которые мне помогали и организовывали мою работу.

М.Максимова― А с кандидатами другими вам удалось встретиться?

М.Гусман― А я ни с кем не встречался, это и не предполагалось. Это не формат работы наблюдателей. Хотя надо сказать, там тоже… Во-первых, там второе место заняла женщина. Что для Узбекистана тоже очень симптоматично. Это не первый случай, когда женщина принимала участие в выборах, но что она заняла… 6% с чем-то набрала. Но там были очень… Я сейчас не буду перечислять партии, чтобы не отвлекать внимание наших слушателей. Но там были партии, например, и экологического толка. И партии такого более традиционного свойства, которые выступают за отдаление от России. И наоборот, партии, которые… Бывшая коммунистическая партия, которая выступает за сверхблизкие отношения с Россией. Самого президента тоже поддерживала соответствующая партия.

На каждом участке, кроме того, что там были места для наблюдатели, на каждом участке были специальные места для наблюдателей от кандидатов. Пять столиков, пять стульев, пять флажков партий. И за каждым из этих столиков постоянно сидели наблюдатели от партий-конкурентов, выставивших своих кандидатов. Причем я тоже решил проверить, не подставные ли это люди, не просто ли это какие-то люди, не наблюдатели от партий. Ничего подобного. Я разговаривал на разных участках, и специально спрашивал их про их кандидатов. Они мне рассказали, что я не дочитал в биографиях, в программах. И они мне очень спокойно, взвешенно про своего кандидата рассказывали. И я понял, что эти люди там неслучайно.

Согласитесь, Марина, мои короткие наблюдения дают основания предполагать, что выборы были объективны и, на мой взгляд, достаточно прозрачны. Другое дело, что, хотя и наблюдатели от СНГ… Там была межпарламентская ассамблея СНГ, исполком СНГ во главе с Сергеем Николаевичем Лебедевым, секретарем исполкома, который очень много делает для сближения стран СНГ. Там были наблюдатели и ОБСЕ, и даже наблюдатели ОБСЕ, которые, мне кажется, очень заковыристыми фразами, с кучей оговорок, но все равно признали, что выборы были достаточно удачными, в отличие от наблюдателей от СНГ, от стран Содружества, которые на своей пресс-конференции практически не отметили никаких мало-мальски серьезных нарушений в ходе выборов.

Если не считать – это такое традиционное нарушение на выборах в этой стране, а, может, не только в этой стране. Это так называемые попытки семейного голосования. Они идут еще с советских времен. Вот приходит, допустим, отец семейства голосовать и приносит с собой два или три паспорта. Свой, жены, тещи, не знаю, мамы. В советское время, как ни странно, хотя тоже было запрещено формально, но такая практика существовала. И на нее закрывали глаза. Современное законодательство категорически этого не позволяет. И кроме как один бюллетень этот человек на остальные паспорта получать не мог. И не получал. Но вот факты попыток такого голосования были… Достаточно приличное количество зафиксировано.

М.Максимова― ОБСЕ я читала, много опубликовано отчетов, но они выступают… Они отчасти согласны с вами, но там есть и большая критика того, как проходила борьба до выборов, что зарегистрировать партию в Узбекистане можно лишь в том случае, если ты не оппозиционер, что никто из кандидатов действующего президента не критиковал, это как-то кажется несколько странным. Но мы сейчас…Хотя они отметили, что, скорее всего, действительно большинство проголосовало за действующего президента Шавката Мирзиеёва.

Мы сейчас должны сделать перерыв на рекламу, программа «48 минут», Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора ТАСС, Марина Максимова. Говорим мы о выборах, прошедших буквально несколько дней назад в Узбекистане, и о победителе этих выборов. НЕ отключайтесь.

НОВОСТИ

М.Максимова― Продолжается программа «48 минут», Марина Максимова, Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора ТАСС. Говорим мы про вновь избранного президента Узбекистана, Шавката Миромоновича Мирзиёева. 80 с лишним процентов голосов он набрал в это воскресенье на президентских выборах в Узбекистане. Поговорили про ваше восприятие, про то, как наблюдатели от ОБСЕ с некоторой критикой выступили. Есть позитивные и негативные вещи.

М.Гусман― Я больше вам скажу, Мариночка. Я там был и на участках во время подсчета голосов. И вот все эти процедуры… И там было много прессы, в том числе – российской прессы. И все эти процедуры вскрытия урн, вываливания бюллетеней, тщательный подсчет, пересчет, еще раз пересчет. Все это было на моих глазах, и журналистов, и наблюдателей. Поэтому то, что действующий президент победил, Шавкат Миромонович Мирзиёев, победил с убедительнейшим преимуществом, у меня на этот счет нет никаких сомнений. И ни у кого не может быть сомнений. И я не могу представить… На семи точно, в которых я был, и на подсчете голосов, я не заметил никаких нарушений. Можно обсуждать, как проходила предвыборная борьба, насколько она была конкурентной. Хотя были телевизионные дебаты, и это было тоже определенной новизной.

Что касается того, что предвыборная борьба не превратилась в войну компроматов… Это только свидетельствует о политической культуре. Повторяю еще раз, там очень разные люди, все очень серьезные. Мало того, что образованные, но с таким богатым бэкграундом, имеющие имя в политике, которых знает страна. Это не никому неизвестные белые вороны, которые прилетели для галочки. То есть, за каждым из них есть определенные силы политические, личная репутация. Их знают действительно. И я спрашивал у людей, которые выходили с избирательных участков, насколько они их знают, не появились ли они только вчера на горизонте. Ничего подобного. Но повторяю еще раз. Выборы прошли в пользу действующего президента с большим отрывом именно как результат его политики последних практически пяти лет.

М.Максимова― А вот интересно. У нас, получается, редкий пример того… Нельзя сказать «после», на фоне пандемии и того кризиса, который ее сопровождает, у нас и правительства падают, и президенты, премьер-министры лишаются должностей, партии теряют своих сторонников, которые их поддерживают. А здесь, получается, несмотря на пандемию, на кризис по всему миру… Не знаю, большинство голосует за человека, который был у власти. Последние два года, когда коронавирус.

М.Гусман― Кстати сказать, в Узбекистане достаточно настойчиво и уверенно борются. У них там много разных вакцин используется. И надо сказать, что… Во-первых, там очень серьезно соблюдаются эпидемиологические порядки. Что касается, не знаю, питейных заведений, всегда люди все ходят в масках. Во всяком случае, кого я видел.. Волонтеры, сопровождающие наблюдателей представители организаций местных, все были в масках. Внешне все это было соблюдено весьма и весьма аккуратно.

М.Максимова― Надо, наверное, к герою перейти?

М.Гусман― Да, конечно, он того заслуживает. У него очень и очень насыщенная биография. Он родился, по-моему, 24 июля 57 года. Он достаточно нестарый человек. Он родился в семье врача. Он родился в Джизакской области Узбекистана. Вообще у него… Вообще на Востоке, в Центральной Азии, в Узбекистане в частности по сей день очень значимо, из какого рода человек, кто его родители, более дальние предки. Что за род стоит за ним. И в этом плане у него очень известная семья. Например, почти все родственники его по мужской линии имели в своем имени приставку «мир», что с персидского переводится как «учитель, знаток», и это все очень показательно. Там в роду зажиточные НРЗБ, но это, скажем, как фермеры по-нашему. И его род изучается со времен прадеда, прапрадеда, известны имена его родственников, которые были достаточно по тем временам свободны, известные люди.

Ну и его отец был старшим из двух сыновей, тоже из Джизака. Я уже сказал, что его отец был врач, выпускник Самаркандского медицинского института. Наш герой, нынешний президент уехал в Ташкент учиться сразу после школы. И закончил институт ирригации и мелиорации еще в 81 году. Он по образованию, нынешний президент, он инженер-механик.

М.Максимова― По крайней мере, в том возрасте он к политике не стремился.

М.Гусман― Он слишком был молод. Хотя, что значит – «к политике не стремился». Смотрите, он достаточно молодым человеком, работая в институте, он был проректором, к концу 80-х годов выступил в партию и даже был заместителем председателя парторганизации в конце 80-х годов. Но его заметили достаточно быстро, он даже был избран депутатом Верховного Совета Узбекистана в 90-м году. Это уже был показатель его зрелости, политической активности, определенных накопленных политических знаний и умений.

М.Максимова― Потом он стал кандидатом, он защитил кандидатскую. Кандидат технических наук.

М.Гусман― Да. Но потом он перешел и много лет был на государственной работе. Он был хакимом, по -нашему – глава администрации, сначала в одном из районов Ташкента, где-то до середины 90-х годов. Потом он работал уже в разных регионах, он был назначен хакимом, губернатором Джизакской области, надо сказать – одна из самых развитых в сельскохозяйственном отношении областей Узбекистана. Он был… Его увидел, перспективного молодого человека, тогдашний президент Ислам Каримов. И он был депутатом уже следующего созыва, стал называться НРЗБ, это однопалатный парламент Узбекистана.

М.Максимова― Он был, получается, в советские годы членом коммунистической партии, а после развала Советского Союза пришел в народно-демократическую партию.

М.Гусман― Народно-демократическая партия – это партия, которая преобразовалась после коммунистической. Но наконец тот же Ислам Каримов в начале нынешнего века, в сентябре 2001 года назначил его руководителем очень важной для Узбекистана Самаркандской области. Самарканд – это и промышленность, и сельское хозяйство, огромная туристическая жемчужина Узбекистана. И два года он там работал во главе Самарканда. И, конечно, Ислам Каримов готовил его на более высокий пост, что и произошло. И в декабре 2003 года наш нынешний герой возглавил правительство Узбекистана, стал премьер-министром. И сразу практически стал вторым лицом в стране. И проработал на этой должности все эти 13 лет, до 16 года, когда ушел из жизни Ислам Каримов.

М.Максимова― То есть, он в какой-то степени был протеже Ислама Каримова?

М.Гусман― На первом этапе – безусловно. Ислам Каримов выдвигал его сначала на одну позицию, районного звена. Потом – на позицию, нашим языком говоря, губернатора Джизакского района, богатого, сельскохозяйственного, родного района. Потом он стал губернатором Самаркандской области. Это все очень показательно и очень говорило о том, что вряд ли Каримов… Сейчас трудно предположить или сказать, что он готовил его себе в преемники. Но то, что его он провел по политической лестнице, доведя его до человека рядом с собой, вторым человеком сделав его в Узбекистане – это факт.

И дальше, самое главное, произошло следующее. По Конституции Узбекистана в случае смерти президента, а так и случилось. Президент Каримов скончался достаточно неожиданно. Исполнять обязанности должен председатель сената, высшей палаты парламентской. Высшей палаты парламента Узбекистана. И он таким был назначен. Однако буквально вскоре, через несколько дней, он взял самоотвод. И нижняя палата парламента утвердила именно Шавката Мирзиёева новым исполняющим обязанности президента.

М.Максимова― Я вот эту рокировку не очень поняла. Почему не мог остаться и.о. до тех пор…

М.Гусман― Я думаю, что политические элиты Узбекистана, которые на тот момент были сплочены вокруг влиятельного и сильного премьер-министра, который полностью, что ли, управлял ситуацией на тот момент, в этих странах… Они более номинальные фигуры, представительские, они не имеют сильных властных полномочий. А Шавкат Миромонович за годы премьерства, конечно, собрал и команду, и вокруг себя сплотил политическую элиту. И зачем надо было сохранять исполняющего обязанности президента человека, который возглавлял сенат и при этом явно не был готов к должности президента, хотя… Они были сами заинтересованы в том, чтобы страна приобрела сильного действующего президента, что и было сделано.

М.Максимова― И так начался первый срок нашего героя.

М.Гусман― Ну да. Его выдвинула либерально-демократическая партия Узбекистана на пост президента. Были досрочные выборы, они проходили без малого пять лет назад, в декабре 16 года. Что я могу сказать? Он победил тогда, тоже у него был больше 80%. Но дальше начиналось, на мой взгляд, самое интересное, потому что он…

Я вот сейчас даже хотел захватить, но просто решил не отвлекать наших слушателей и зрителей, хотел даже хватить книжку с собой, брошюра была издана к выборам о тех успехах, которых смог достичь Узбекистан за эти без малого пять лет руководства страной Мирзиёева. И мне показалось, что это очень убедительно. Потому что…

М.Максимова― Он начал с чистки органов прокуратуры.

М.Гусман― Не только. Прокуратура – само собой. Он реально достаточно сильно по сравнению с предыдущими годами демократизировал узбекское общество. Вообще он ходит по тонкому льду политическому, потому что он находится между Сциллой и Харибдой двух очень серьезных сил в Узбекистане. Одна сила – это традиционные, консервативные силы, опирающиеся на национальные традиции, на обычаи, в том числе – политического свойства, для которых чужды любые реформы, любая, скажем так, «вестернизация» и прочее-прочее. Они – противники реформ, противники либерализации, демократизации. Такие силы очень сильны в Узбекистане по-прежнему.

Есть другие силы, которые упрекают действующего президента в том, что недостаточно быстро он демократизирует общество, недостаточно быстро вводятся те или иные решения, законодательно либерализирующие общество по западному образцу. И таких тоже очень много, которые бегут впереди паровоза и пытаются ускорить процесс демократизации, либерализации и прочих реформ в Узбекистане. Мне кажется, сила и мудрость Мирзиёева в эти годы руководства страной как раз и проявились в том, что он умудрился действительно зримо демократизировать общество, провести целый ряд реформ в разных сферах. В прокуратуре и в очень многих других. В системе службы наказаний. И прочее-прочее. Привлек инвестиции. Страна экономически развивается достаточно интенсивно.

М.Максимова― Ощущения, что эти реформы застопорились, нет?

М.Гусман― Отнюдь, нет. Чего нет – того нет. Но они происходят эволюционным поступательным… Не рывками, без истерики, в очень, что ли, понятной обществу динамике. Вот именно это, мне кажется, ключевая заслуга Мирзиёева. Например, при нем стала конвертироваться узбекская валюта. Отменили требования по обязательной продаже валютной выручки. Прошла налоговая реформа. Достаточно много прошло реформ в экономической сфере, от либерализации автомобильного рынка до того, что были предприняты серьезнейшие меры по сокращению разрыва, а традиционно гигантский разрыв в этой стране между селом и городом. Введена практика, и все более она набирает силу, «единого окна» для государственных услуг.

М.Максимова― Там говорили, сайт работал президентский до выборов, на который могли обратиться.

М.Гусман― Здесь я еще хочу сказать о его реформах. Достаточно популярная в народе реформа образования. Он вернул 11-летнее школьное образование. Резко поднялась зарплата работников высших учебных заведений и научно-исследовательских институтов. Из таких структурных изменений – он создал специальное министерство дошкольного образования. Отдельная тема, даже две темы… Просто не хочется загружать перечислением, но он во главу угла поставил борьбу с коррупцией. И целая… Не то, что государственная программа противодействия коррупции, и закон принят… Но есть какие-то вещи, которые… Вотя не зря сказал о борьбе с традициями и тем, что, в общем-то, у одной части общества вызывает поддержку, а у другой вызывает несогласие. Знаменитые узбекские свадьбы. Он решил, что должно быть не более трех автомобилей в свадебном кортеже, потому что эти огромные свадебные кортежи с десятками гудящих автомобилей вызывали, что ли, социальное недовольство часто, потому что не все могли себе позволить.

Вплоть до того, что были традиционные свадьбы, которые продолжались неделю. Он принял решение, что свадьбы должны быть не больше одного дня и продолжаться не больше 6-7 часов, с 6 вечера и до 11. Вплоть до того, чтобы не было ярмарки тщеславия из музыкальных групп на этих свадьбах.

Для непосвященного уха, для наших слушателей, зрителей, что это какая-то нарочитость есть, а это тонкие моменты. Это тоже стремление к определенному социальному равенству, потому что сверхбогатые многодневные свадьбы могли себе позволить далеко не все, и это вызывало определенную дисгармонию в обществе. Поэтому рекомендовав, или поручив, или приказав тем людям, которые пытались кичиться богатством, возможностями, своими пышными торжествами и так далее, чтобы они поумерили свой пыл и добавили скромности в свое поведение. Лично у меня это вызывает только одобрение.

М.Максимова― Про семью хотела коротко. Старшая дочь, Саида Мирзиёева в апреле 19 года назначена заместителем директора агентства информации и массовых коммуникаций при администрации президента. Старший зять, Ойбек Турсунов, назначен заместителем главы администрации президента Узбекистана. Младшая дочь — Шахноза Шавкатовна Мирзиёева, возглавляет управление в Министерстве дошкольного образования. Младший зять — Отабек Шаханов, назначен заместителем руководителя службы безопасности президента. Отец старшего зятя Ойбека Турсунова — Батыр Турсунов — первый заместитель председателя Службы государственной безопасности.

Здесь вопросов никаких не возникает? У меня возникает много вопросов.

М.Гусман― Только потому, что вы не знаете, Марина, обычаев и традиций этих стран. Во-первых, большинство людей, которых вы перечислили, работают в его ближайшем окружении, в его личном аппарате, его охране. Это достаточно типично для азиатских стран, так было во веки веков, как бы ни назывались руководители этих стран. Здесь я не вижу какой-то такой особой предосудительности хотя бы потому, что… Я не буду говорить такие смешные аналоги, но когда дочь и зять, допустим, американского президента работали в Белом доме, почему-то не вызывало такого..

М.Максимова― Вызывало, как же.

М.Гусман― А что в этом такого? Это работа его личного аппарата. Ему удобнее работать… В конце концов, эти люди, как его дочь, она несет перед ним ответственность, может быть, еще большую, чем какой-то посторонний человек, потому что она несет перед ним ответственность и как дочь, и как сотрудник. И спрос с нее будет… Это же не просто работа на халяву, тут есть свои тонкости. Повторю еще раз, нельзя одним лекалом мерить традиции во всех странах и видеть в этом такую, скажем… Это то, что… Вот эти традиции будут меняться еще многие годы, десятилетия и столетия. И я не вижу в этом ничего того, что должно вызывать вопросы. Здесь нет, на мой взгляд, никаких нарушений, что ли, законодательного свойства.

М.Максимова― Это смотря, как законы поставить.

М.Гусман― Наверное.

М.Максимова― Наверное, законы Узбекистана это не нарушает.

М.Гусман― Я, во всяком случае, склонен пожелать ему удачи, потому что я был живым свидетелем того, что он пользуется авторитетом в народе, его, наверное, любят, раз за него голосуют столько людей. И если у нашего соседа, страны, с которой мы многие годы жили в одном государстве, в одной семье, будут удача и успех, нам надо только порадоваться.

М.Максимова― Про отношения.. Сейчас… Не сейчас, а в последнее время к Узбекистану привлечено внимание и международное, это, безусловно, связано с Афганистаном и позицией Узбекистана по этой проблеме. Но и про наши отношения, между Россией и Узбекистаном. Можно буквально два слова?

М.Гусман― Во всяком случае, он собирается с визитом в Россию, его ждут в России. И я думаю, что в конце года визит состоится, и это показатель того, что один из первых его визитов за рубеж будет к нам, в Россию, это тоже показательно.

М.Максимова― На этой ноте, что называется, поставим запятую. Посмотрим, как будет развиваться ситуация. Марина Максимова, Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора ТАСС, программа «48 минут», мы говорили про вновь избранного президента Узбекистана. Спасибо большое, до встречи через неделю.

М.Гусман― Всего доброго, спасибо.