Обычная версия

передача

Все передачи

Разворот

время выхода в эфир — пн-пт, 15:00-17:00

Ежедневная интерактивная программа, которую поочередно ведут журналисты радиостанции

Ведущие:: Антонина Самсонова , Ирина Меркулова , Алексей Соломин , Ирина Воробьева , Тихон Дзядко , Ольга Журавлева , Алексей Осин , Инесса Землер , Евгений Бунтман , Марина Максимова , Алексей Дурново , Александр Борзенко , Дарья Полыгаева

Обычная версия

эфир

14.11.2007 15:35

Разворот : Почему закрывают музей им. А.Д. Сахарова

Гости:: Юрий Самодуров организатор выставки "Запретное искусство-2006"

Ведущие:: Марина Королева зам главного редактора радиостанции "Эхо Москвы"

Владимир Варфоломеев первый заместитель главного редактора радиостанции "Эхо Москвы"

Почему закрывают музей им. А.Д. Сахарова

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Наш гость сейчас раскладывает бумаги по портфелям, выкладывает документы на стол. Это Юрий Самодуров - директор музея и общественного центра им. А.Д.Сахарова. Добрый день.

Ю. САМОДУРОВ - Здравствуйте.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Насколько мы знаем, музей-центр Андрея Сахарова столкнулся с серьезными проблемами, проблемами финансового свойства. Прежде всего, каков статус музея-центра. Что это, с юридической точки зрения.

Ю. САМОДУРОВ - Музей был учрежден общественной организацией, общественной комиссией по сохранению наследия Сахарова фондом Андрея Сахарова. Мы открылись в 1996 году. И собственно говоря, другого статуса до 2000 года мы не имели. Но в то время там были гранты правительства Москвы на учреждения культуры и мы решили, что если мы музей зарегистрируем в качестве некоммерческого учреждения культуры, у нас будет больше шансов на получение поддержки от правительства Москвы. И с 2000 года музей и центр имени Сахарова имеет статус автономного некоммерческого учреждения культуры.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Насколько я понимаю, все годы средства на работу и деятельность музея-центра были. Откуда поступали?

Ю. САМОДУРОВ - Вот чуть-чуть скажем так, у любого музея, здесь важно понимать, что такое музей и откуда у него средства. У любого музея есть шесть источников существования. Я подчеркиваю, у любого музея. Это поддержка из госбюджета, мы не можем на нее рассчитывать, потому что мы не государственное учреждение. Автономное. Это доход от продажи билетов, у нас вход бесплатный, все, что мы делаем для публики, бесплатно, у нас нет этого источника. Доход от музейного магазина и кафе у нас просто нет мест, у нас нет этого дохода.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Да, здание небольшое

Ю. САМОДУРОВ - Да. У нас соответственно остаются, у нас нет эндаумента, как сейчас у многих музеев, и в частности в нашей стране сейчас тоже стали…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Переведите на русский, пожалуйста.

Ю. САМОДУРОВ - Это не расходуемый целевой капитал, доходы с которого, проценты 4-5 от которого учреждение культуры, образования имеет право использовать на свою уставную деятельность. Обычно это средства на зарплату и на инфраструктуру. Сейчас Третьяковка делает такой эндаумент. Музей искусств имени Пушкина. МИМО – Международный институт отношений. У нас этого тоже нет. Остаются два: пожертвования и целевые гранты. Главный источник нашего существования все эти годы были целевые гранты от западных фондов. В России мы получили целевой грант один раз от фонда «Открытая Россия» Ходорковского на программу для учителей. При этом что такое целевые гранты. Это немножко люди это слышали, но большая разница между грантами, которые давали до 2000 года и после 2000 года. Или с начала 2000. Потому что когда в нашей стране началась перестройка, то западные грантодатели, западные фонды, американское агентство международного развития, National Endowment for Democracy, Фонд Форда, Фонд Джексона, Фонд Белля и так далее, довольно много фондов пришли работать в нашу страну впервые. Потому что очень хотели поддержать создание новых демократических институтов. Независимые выборы, независимый суд, учили, как поставить там, правовая система, реформа правовой системы, приватизация. В том числе гражданский сектор. Вот это все были целевые гранты, которые можно было расходовать, грубо говоря, на зарплату тех людей, которые занимаются этой деятельностью. Сейчас ситуация изменилась. Все западные грантодатели, во-первых, понимают, что ждать от нашей страны помимо имитации независимой судебной системы и всего остального, имитации выборов, не приходится, резко сократили свою просто поддержку для России. Стали работать гораздо больше в других странах. Это первое. То есть сократился бюджет общий. А во-вторых, все западные грантодатели считают, что деньги все-таки на зарплату штатных сотрудников, вернее на содержание инфраструктуры вот тех организаций гражданского сектора, которые у нас в стране появились, все-таки мы должны находить в нашей стране. И они не дают денег на зарплату и на инфраструктуру.

М. КОРОЛЕВА - Юрий Вадимович, дело не в том, что ли, что здесь российские власти чинят какие-то препятствия для получения этих западных грантов. Дело в самих западных грантодателях, которые сокращают помощь?

Ю. САМОДУРОВ - Российские власти, скажем так, нам, во всяком случае, никаких препятствий со стороны властей в получении грантов от западных грантодателей никогда не было. Но я еще раз говорю, западные грантодатели относятся к своим вложениям, они хотят получить отдачу. Оказалось, что в России получить серьезную отдачу в плане работы серьезной работы, а не имитации демократических институтов, невозможно.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Отдача не имеется в виду прибыль.

Ю. САМОДУРОВ - Нет, отдача не прибыль, а отдача просто…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Реальный результат изменений в стране.

Ю. САМОДУРОВ - Верховенство закона, независимые гражданские профсоюзы, нормальные выборы, независимая пресса.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – То есть получается, что эти западные денежные мешки, которые занимаются не благотворительной помощью, а оказывают поддержку разным структурам, что они во многом на нашу страну махнули рукой?

Ю. САМОДУРОВ - Они на нашу страну махнули рукой по моему мнению. В значительной мере, почему – потому что все-таки если бы не было сейчас поддержки западных фондов, то не работала мы масса прекрасных организаций. Не существовало бы международного и российского «Мемориала». В основном это западные деньги. Не существовало бы Московской Хельсинкской группы. Не существовало бы «Движение за права человека». Я называю только московские организации. Не существовало бы организаций, которые занимаются мониторингом выборов. А имею в виду независимые.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Некоторые профессиональные журналистские организации, которые существовали и работали. Некоторые до сих пор еще живы.

Ю. САМОДУРОВ - Вот Манана Асламазян. Увы, «Интерньюс» вынужден был прекратить свою деятельность.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – А не в том ли дело, вот другие структуры еще на плаву, в том числе и те, которые вы упомянули, им деньги из Запада еще поступают. А может быть все дело в том, что канал к вам иссяк, потому что просто наша правоохранительная система сделала из вас, простите, почти уголовников. Сахаровский центр, его руководители фигурировали и, наверное, еще фигурируют в нескольких уголовных делах. Зачем с такими контактировать?

Ю. САМОДУРОВ - Я думаю, что для западных грантодателей дело не в этом. Это дело как раз для российских жертвователей. Я потом об этом должен сказать, конечно. Спасибо за этот вопрос. Для западных грантодателей проблема в том, что мы с самого начала очень необычная организация. Мы не просто правозащитная организация, у нас есть функция правозащитной организации, мы не просто некий общественный центр, не просто ведем мониторинг чего-то. Мы не просто проводим конкурс для учителей. Мы музей. В названии нашем есть музей и общественный центр. В нашей стране помимо нашего музея, я прошу прощения, нет ни одного музея, возникшего открытого публичного музея, которые бы соединял все функции музея и общественного центра, ну нет таких. Раньше просто все музеи были государственные. А когда стали делать частные музеи, это музей, допустим, автомобилей, музей гармоники, во-первых, это все муниципальные. Хотя музей автомобилей частный. Но это все музеи не политические. Так вот мы политический музей. Вот поддерживать музеи, вообще говоря, это не дело тех фондов, о которых я сказал. Это не дело Фонда Сороса, не дело Фонда Макартура, это не входит в их мандат. Не входит в мандат Endowment for Democracy, не входит в мандат Агентства международного развития.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Им более интересны общественно-политические проекты.

Ю. САМОДУРОВ - Да, а поскольку мы выполняем все функции музея, хотя все они по сути общественно-политические, но это другой язык. Это язык музейной экспозиции, это язык экскурсий. Это язык создания выставок. Вот это не тот язык, с которым работают те фонды, которые работают в нашей стране.

М. КОРОЛЕВА - Хорошо, но может быть они правы. Вы упомянули, что многие западные грантодатели действительно считают, что деньги на такие организации должны находиться внутри страны. Но может быть тогда обратиться в эту сторону и махнуть рукой на западных грантодателей, денег-то в России немерено. Как вы видите сейчас.

Ю. САМОДУРОВ - Я с вами согласен. Меня периодически, грубо говоря, охватывает такая злость и тоска, что а какого черта вообще говоря, а почему мы должны искать, ну почему мы можем рассчитывать только на деньги западных грантодателей, просто чувство какого-то отчаяния.

М. КОРОЛЕВА - И как вы себе отвечаете на этот вопрос?

Ю. САМОДУРОВ - Нужны мы нашей стране или нет. Дальше начинается…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Воспоминание об истории Ходорковского. Помог: Чита, Краснокаменск.

Ю. САМОДУРОВ - И некие конкретные цифры. Я говорю о музеях. В декабре 1999 года у нас была такая ситуация, мы должны были закрыться. Потому что USAID резко сократила за год вложения в Россию, нас за год предупредили, что, господа, я 1 января 2000 года все. И они наняли нам сотрудника за свои деньги очень высокооплачиваемого фандрайзера так называемого, искать деньги. Он год работал. Он был очень добросовестный человек. Американец с хорошим русским. И он на свою зарплату взял еще себе помощника на полгода. Причем зарплата помощника была в три раза выше зарплаты директора музея. Так вот, год работы – ноль рублей, ноль долларов. Мы обращались тогда же в 200 банков.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Что отвечали?

Ю. САМОДУРОВ - Было два контакта, было всего 8 ответов, из восьми – шесть, что мы ничего не можем. А Сбербанк сказал: да, мы можем, и оказалось, что они могут нам передать старые компьютеры, которые уже настолько старые, что их уже нельзя включить в локальную систему. Они не годятся.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – 386-е какие-нибудь.

Ю. САМОДУРОВ - Что-то уже совсем.

М. КОРОЛЕВА - Но это был 2000 год. Сейчас 2007 на исходе.

Ю. САМОДУРОВ - Потом мы еще раз обращались. Тогда перечислю всех. Мы еще раз обратились через года полтора в 40 банков. Помог нам один раз из банкиров Гусинский, правда, мы очень долго препирались, но была помощь 20 тысяч долларов. И сам предложил помощь и приехал в наш музей, мы рассказали все, что мы делаем. И он говорит: я готов приобрести для вашей коллекции работ художников, которые прошли ГУЛАГ, какие-то вещи из тех, что вы хотели бы купить. Мы показали ему ряд работ, он приобрел нам работы на 2 или 3 тысячи долларов, там очень важно, в том числе Константина Рудакова. И потом я просто хочу помянуть добром, покойный Юрий Заполь, директор «Видео интернешнл», он два раза передал нам помощь по 20 тысяч долларов и его заместитель такую же. То есть мы получили 40 тысяч от него.

М. КОРОЛЕВА - Фактически как частные лица.

Ю. САМОДУРОВ - Да. Это частные лица. И в нашей стране это все было до этого года. А в этом году мы должны были закрыться, с 1 ноября этого я должен был уволить сотрудников. У меня договора были с сотрудниками до 30 октября этого года. Потому что денег от американского фонда Сахарова на этот год нам выделили до конца октября. И нас спасли опять же, как бы некие два частных лица, которые просили…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Россияне?

Ю. САМОДУРОВ - Да это анонимное пожертвование. Но они нам обеспечили зарплату и оплату инфраструктуры до конца года. Сказали, что в следующем году помочь не могут. В этом году нас спасли. И еще. У меня просто не будет повода к этому больше обратиться. Понимаете, 2 августа «Новая газета» опубликовала отчаянный призыв к нации, всем, для кого это важно. Это была инициатива, это было письмо, инициатор этого дела был Владимир Синельников, режиссер, снимавший фильм о Сахарове, под этим письмом была подпись, кого я помню: Евтушенко, Аксенов, Гавриил Попов.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Расскажите про отклик.

Ю. САМОДУРОВ - Вот отклик у меня в руках. Я взял сегодня ведомость из бухгалтерии. Около 20 человек, общая сумма – 17 тысяч 380 рублей. Спасибо большое им и в частности Елена Геннадьевна Архангельская, пенсионерка из Москвы, она сказала, что будет каждый месяц посылать 50 рублей. А максимальная сумма это я думаю, какой-то ученый из Черноголовки Руманов, здесь нет его имени-отчества Э.Н. – 4500.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Мы сейчас хотим спросить наших слушателей. На ваш взгляд откуда, прежде всего, должны поступать деньги таким музеям как центр Сахарова: из своей страны или из-за рубежа. Ваши объяснения, Юрий Вадимович, почему люди, структуры, которые у нас деньгами располагают, почему они не дают, не оказывают вам помощь?

Ю. САМОДУРОВ - Объяснение на улице, когда я к вам шел. Дом напротив вас, это громадное здание, там метров 300, плакат: наш выбор – Путин. Понимаете…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Боятся?

Ю. САМОДУРОВ - Есть страна Путина и есть страна Сахарова. Вот то, что думал о стране Сахаров и то, что предлагает стране Путин, это две большие разницы. И люди боятся открыто и легитимно, люди с деньгами поддержать музей. Потому что к ним придут с проверкой как к Ходорковскому и у них будут большие неприятности.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – На эту тему пишет Александр, наш слушатель: какой музей Сахарова. Вы что, забыли, кто утюжил Сахарова при СССР. Они же сейчас управляют страной. И музей Сахарова для них бельмо на глазу. Почему ваш маленький музей, вот этот скромный особнячок, находящийся на пересечении Садового кольца и набережной Яузы, почему он бельмо. Кому до вас, простите, есть дело?

Ю. САМОДУРОВ - Понимаете, у нас управляемая система, вот чего хотят – задавят, чего не хотят – не задавят. Но все чувствуют, куда ветер дует. Вот что такое наш маленький музей. Вот если бы он не был имени Сахарова, я думаю, нам было бы жить гораздо прошу прощения у Елены Георгиевны Боннер, гораздо проще и лучше. Потому что имя Сахарова ко многому обязывает. Вот я боюсь, но делаю многие вещи, которые я, наверное, не смог бы сделать, если бы и не стал бы, если наш музей не носил имя Сахарова. В прошлом году, три выставки, которые я боялся делать. Современные российские политзаключенные. Сегодняшние. Честно говоря, подстелил соломки, и мы эту выставку сделали совместно с другими правозащитными организациями. Выставка «57 часов в театре» британских художников Джон Кин, годовщина захвата заложников «Норд-Оста». Выставка «Пятая печать» о проблеме терроризма чешского художника с использованием религиозного символа. Совершенно в другом значении, чем вера в Бога. В этом году я боялся делать, только что у нас была выставка политического плаката «Конец эпохи Путина». Боялся - сделали. У нас была выставка «Запретное искусство 2006». На ней были представлены работы, которые по внутренней цензуре не могли показать у себя другие музеи. По этой выставке 30 мая 2007 года возбуждено уголовное дело.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Оно закончилось?

Ю. САМОДУРОВ - Оно не то, что закончилось. Мне даже не сообщили, что оно возбуждено. Нас допрашивал следователь Таганской прокуратуры Коробков, который сообщил нам, что с его точки зрения… грубо говоря дела нет. Выеденного яйца не стоит. И он напишет соответствующую бумагу своему начальству. При этом он нам сказал, что уверен, что начальство его постановление об отказе в возбуждении дела отменит, потому что отменит. И те, кто не хотят возбуждения уголовного дела, не возьмут на себя ответственность за это. И только что несколько дней назад художник Герман Виноградов принес мне материалы с сайта организации, которая называется МАПО «Народная защита». На этом сайте есть ответ начальника Управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности межнациональных отношений и противодействия экстремизму…

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Я понимаю, Юрий Вадимович. Мы сейчас не сможем все процитировать.

Ю. САМОДУРОВ - 23 мая этого года Таганским межрайонным судом возбуждено уголовное дело.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Юрий Вадимович, простите, давайте резюмируем. Дело продолжается?

Ю. САМОДУРОВ - Оказывается, продолжается. И я думаю, нас ждет скорое и громкое развитие.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – У меня несколько вопросов, которые касаются возможности выхода из кризиса. Пожалуйста, короткие вопросы – короткие ответы. Кто является собственником здания, где находится музей и центр?

Ю. САМОДУРОВ - Собственником здания, правительство Москвы передало фонду Андрея Сахарова в безвозмездное пользование до 2021 года.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Можете ли вы сдать в аренду часть помещений?

Ю. САМОДУРОВ - Нет, не имеем права. Я обращался в правительство с соответствующей просьбой. Действительно по закону не имеем,

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Понятно. По поводу правительственных грантов. Вы негосударственная структура. «Эхо Москвы» тоже негосударственная структура и многие другие СМИ. Однако некоторые СМИ получают правительственные гранты на те или иные значимые проекты.

Ю. САМОДУРОВ - Мы обращались в Общественную палату, я решил ладно, понятно, что музею не дадут. Но просили грант на деятельность архива Сахарова. Это тоже часть фонда Сахарова.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Дали?

Ю. САМОДУРОВ - Нет.

М. КОРОЛЕВА - Но с другой стороны у нас слушатели задают вопрос, вы говорили о том, что есть пожертвования от частных лиц. Возможно, это путь. Анна спрашивает: как передать в ваш фонд деньги?

Ю. САМОДУРОВ - На нашем сайте www.sakharov-center.ru есть счет и рублевый и валютный. Понимаете, моя мечта, если бы авторитетные для нашей страны люди с именем писатели, кто-то из известных художников передали деньги, и об этом можно было бы сказать, это может быть, переломило бы ситуацию. К сожалению, пока среди тех, кто прислал деньги, - рядовая интеллигенция, рядовые пенсионеры.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Скажите, а вы считаете сейчас во времена расцвета суверенной демократии, когда страна поднимается с колен, этой стране нужен такой музей и центр?

Ю. САМОДУРОВ - Этой стране необходим такой музей и центр, потому что нашей страны не будет не только как страны, в которой мы бы хотели жить, но нашей страны не будет просто как государства.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Но без центра простите, обойдутся многие.

Ю. САМОДУРОВ - Не в этом дело. Я не про центр говорю. Я говорю про те ценности, которые центр стремится поддерживать. Мы одни из организаций, для которых эти ценности не имитация, а всерьез работа на их основе. Вот понимаете, в этом смысле мы форпост в каком-то смысле, вот если мы хотим быть частью Европы. Музей-центр имени А. Сахарова это форпост тех ценностей, по которым живет Европа.

М. КОРОЛЕВА - Юрий Вадимович, может быть, мой вопрос вам покажется странным. А не пробовали вы обращаться туда, откуда ветер дует, туда или куда он дует. К тому, кем окутано здесь все здание напротив. К президенту. Как бы сумел он отказать музею-центру Сахарова.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – В 2000 году я его встретил на Востряковском кладбище. У могилы Андрея Дмитриевича. Значит для него имя Сахарова не пустой звук.

Ю. САМОДУРОВ - А в 2007 году он был, как известно, в Бутово. А прощу прощения, в 2004 или 2005 он посмел, я подчеркиваю, он посмел поддержать федеральный закон о лишении жертв политических репрессий пособия, нищенского пособия от федеральной власти. Из закона были вычеркнуты слова, что государство несет материальную ответственность. И он повесил доску Андропова, который… и так далее. Так вот этому президенту мы не нужны и этот президент не нужен нам.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Понятно. Какова позиция Елены Георгиевны в связи с нынешними материальными проблемами.

Ю. САМОДУРОВ - Елена Георгиевна обратилась в прошлом году в Европарламент с просьбой, потому что есть премия имени Андрея Сахарова в Европарламенте, с просьбой поддержать музей Сахарова. Нынешний президент Европарламента очень за то, чтобы оказать помощь. У них те же самые правила. Они хотели бы предоставить нам грант в размере 100 тысяч евро на 2008 год, к сожалению, там есть люди, члены Европарламента, которые против этого. Но дело даже не в этом. Из этого гранта тоже нельзя потратить ни одного евро по их правилам на зарплату и на инфраструктуру.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Голосование наше завершено. 83% считают, что таким музеям как центр Сахарова должны помогать прежде всего из своей же страны.

М. КОРОЛЕВА - И кто 17% считают, что помогать должны из-за рубежа.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Последний вопрос. Сколько времени еще будет работать музей? Я понимаю, вы бы хотели, чтобы бесконечно, но реально.

Ю. САМОДУРОВ - Вот все наши функции музея и общественного центра без какого-либо сокращения мы можем выполнять до 31 декабря. Дальше если денег не будет, я буду вынужден уволить практически всех сотрудников. Причем все-таки, чтобы вы понимали, мы не жируем. Моя зарплата 15 тысяч 200 рублей. И у нас на следующий год мы можем пока рассчитывать на 50 тысяч долларов от американского фонда Сахарова, этих денег не хватит даже на содержание инфраструктуры. Она стоит в приличном состоянии 60 тысяч долларов в год.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Чтобы здание содержать просто.

Ю. САМОДУРОВ - Здание, чисто, электрика, компьютеры и так далее.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Архивы.

Ю. САМОДУРОВ - Скорее всего, если мы не найдем денег, это все должно быть переформатировано и преобразовано просто, нельзя же терять здание, в конце концов. Не надо быть святее Римского Папы в этом смысле. Постараемся сохранить это здание как некоторую демократическую площадку для встреч демократических организаций. Но при этом я подчеркиваю, музей и центр имени Сахарова для общества будет потерян.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Архив не придется вывозить в Америку?

Ю. САМОДУРОВ - Американский фонд Сахарова сейчас действительно может и собственно говоря, этим вызвано, в смысле денег существование архива Сахарова я думаю, гарантировано лет на 10 вперед.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Здесь в России или в Америке?

Ю. САМОДУРОВ - Здесь в России в смысле денег. Содержание архива Сахарова стоит 50 тысяч долларов. И сохранение архива Сахарова абсолютный приоритет как для российского фонда Сахарова, так для американского фонда Сахарова.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ – Спасибо большое. У нас в гостях был директор существующего музея-центра имени А. Сахарова Юрий Самодуров. Надеемся, что и дальше также будет. Спасибо.

Рекомендую

код для блога

Другие эфиры

23 мая 2012, 16:35

Разворот

Тема: Инновации в учебном процессе: как вузы стремятся идти в ногу со временем, чтобы удовлетворять требованиям работодателя

Гости:

Константин Антипов ректор МГУП, доцент, доктор экономических наук, известный практик российской рекламы, эксперт в области медиа индустрии, член россйского отделения IAA (Международной рекламной ассоциации)

23 мая 2012, 16:08

Разворот

Тема: Каким Вы видите идеального президента?

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема: Открытие Гайд парка

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Этническая преступность в школах

Ведущие:

Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Алексей Осин - обозреватель "Эхо Москвы"

22 мая 2012, 16:04

Разворот

Гости:

Сакен Аймурзаев корреспондент "Эхо Москвы" на Украине (по телефону)

Валерий Семененко - сопредседатель Объединения украинцев России (по телефону)
Александр Дикусаров - пресс-секретарь Министерства иностранных дел Украины (ожидается по телефону)

22 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема: Развитие частного космического бизнеса

Гости:

Сергей Костенко ген.директор компании "Орбитальные технологии"

22 мая 2012, 15:08

Разворот

Ведущие:

Ирина Воробьева журналист «Эхо Москвы»

Тихон Дзядко - корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

21 мая 2012, 15:08

Разворот

Гости:

Алексей Венедиктов главный редактор "Эха Москвы"

21 мая 2012, 14:35

Разворот

Ведущие:

Ирина Меркулова журналист радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Соломин - корреспондент "Эхо Москвы"

18 мая 2012, 16:05

Разворот

Тема: Нужна ли России новая Конституция

Гости:

Степан Сулакшин российский политический деятель, генеральный директор Центра проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования, депутат ГД первого и второго созывов

18 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема: Законопроект об ужесточении наказания за нарушения на митингах

Гости: