'Вопросы к интервью
30 мая 2007
Z Разворот Все выпуски

Строительство доступного жилья для россиян; жилищная проблема в России; ипотека


Время выхода в эфир: 30 мая 2007, 16:35



В.ВАРФОЛОМЕЕВ: 16 часов 35 минут, это дневной «Разворот» на «Эхе». Марина Королева, Владимир Варфоломеев.

М.КОРОЛЕВА: И наш сегодняшний гость — Александр Лебедев — депутат ГД РФ, член партии «Справедливая Россия». Александр Евгеньевич, добрый день.

А.ЛЕБЕДЕВ: Добрый день.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Прежде всего, скажите нам за всю вашу партию, зачем справедливороссам нужны коммунисты? Ваш лидер Миронов сказал о грядущем объединении.

А.ЛЕБЕДЕВ: А давайте я по-другому сформулирую – а давайте избирателей спросим, зачем нужны коммунисты? Вот если спросить, чем они занимались в этой Государственной думе, можно и про две предыдущие поговорить, мы с вами не найдем никаких следов, которые отражались бы в законотворчестве, то есть покажите мне хоть один закон, который защищает интересы пенсионеров или интересы каких-то иных социальных категорий. Поэтому вопрос надо ставить не так.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Законов-то, возможно, нет, выступлю в роли адвоката коммунистов, потому что их там меньшинство, а большинство – тех, кто поддерживает Кремль, и, видимо, эти депутаты не дают коммунистам принимать законы в защиту социально обездоленных.

А.ЛЕБЕДЕВ: Знаете, я до сих пор состою во фракции «Единая Россия», хотя членом партии никогда не являлся. «Единая Россия» неоднократно выступала против моих законотворческих инициатив, например, Закон о выводе игорных заведений в специальные зоны из мест нашего обитания. Почему бы коммунистам, будучи даже в меньшинстве, все-таки не предлагать что-то содержательное? Я в данном случае намеренно абстрагируюсь от идеологии коммунистической. Ну что, у нас мало в стране проблем? Доступное жилье, можно у коммунистов узнать, есть у них конкретные предложения? Вот я-то за себя отвечу, в какой бы фракции я ни состоял. Поэтому вопрос к избирателям – за кого они голосуют? Что, какую роль коммунисты играют у нас в стране? И в этом смысле я-то человек такой, достаточно деидеологизированный, поэтому мое, например, воссоединения со «Справедливой Россией» связано с позицией партии по доступному жилью – они знают, как решить проблему доступности жилья для всех россиян, в том числе самых бедных, в течение предстоящих двух лет. Или, например, «Справедливая Россия», поддержав мою позицию по выводу досрочно игорных заведений, также становится для меня привлекательной политической силой. Будет или не будет эта тема у нас избирательной – если мэр нас поддержит, то и нет, наверное…

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Так все-таки про коммунистов-то…

М.КОРОЛЕВА: Да, если они так бесполезны, то зачем с ними объединяться, казалось бы?

А.ЛЕБЕДЕВ: Я Миронова понял следующим образом – та часть коммунистического электората, которая действительно хочет, чтобы их просьбы и требования были услышаны, могла бы увидеть такую политическую силу в «Справедливой России», и тем самым мы просто забираем коммунистический электорат, но вовсе не те коммунистические идеалы, которые, строго говоря, нашей стране принесли трагедию многих десятилетий. Я бы вообще предложил, чтобы у нас коммунисты поработали на субботниках на мемориале Гулага. Мало того, я бы, честно говоря, их не приглашал бы туда в качестве людей, которые изображают заключенных. Вполне подойдет и роль вертухаев.

М.КОРОЛЕВА: Ну, такое, оригинальное предложение. Но все-таки если говорить о вашем личном отношении, о вашем личном мнении – вы за то, чтобы «Справедливая Россия» слилась с коммунистами, или против?

А.ЛЕБЕДЕВ: Я за то, чтобы «Справедливая Россия» выражала интересы левого электората намного эффективнее, чем обещали это сделать, но не сделали коммунисты.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Наши слушатели сегодня проголосовали – мы около часа назад поднимали и обсуждали эту тему, и вот подавляющее большинство, около 90%, не верят в такую большую сильную партию, которая будет отстаивать левые интересы. Около 90% считает, что цель одна – просто уничтожить коммунистов как организацию, конечно.

А.ЛЕБЕДЕВ: Да не дай бог. Я думаю, что мы вообще категориями уничтожения давно должны перестать оперировать.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Чтобы не было у нас больше Коммунистической партии как таковой – дескать, атавизм.

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну, вообще, желательно, чтобы больше коммунистических экспериментов над нашей державой вообще никто не ставил, а что же касается электората коммунистов, я прекрасно понимаю, по каким причинам люди пожилые верят вот в эти идеалы, на мой взгляд, показавшие свою несостоятельность в истории бывшего СССР. Но если партия «Справедливая Россия» сможет решить конкретные проблемы, — ну например, партия «Справедливая Россия» пытается подать в суд на правительство за то, что оно не выполняет законодательство, которое мы приняли. Это касается категорий особо тяжких профессий пенсионеров. Так вот, с 1 сентября они не смогут получать пенсию. Серьезнейшая проблема. «Единая Россия» и коммунисты этим не занимаются, а «Справедливая Россия» занимается. Разве не логично для электората коммунистов стать практиками-прагматиками и посмотреть – а кто конкретно что для вас сделал? Или хотя бы предлагает сделать? А через выборы можно спрашивать с любой партии. На мой взгляд, электорату коммунистов пора спросить у Геннадия Андреевича Зюганова – скажите, пожалуйста, вы не морочите ли нам голову последние четыре Государственные думы? Кстати, напомню вам, что в предыдущих созывах у коммунистов в думе практически было большинство. Можно спросить, как они это большинство реализовали, с точки зрения законотворчества?

М.КОРОЛЕВА: Хорошо, а как реализовала «Справедливая Россия»? вот вы, кстати, заявили о том, что готовы возглавить московский список «Справедливой России», но сказали, что не готовы войти во фракцию «Справедливой России» в Госдуме.

А.ЛЕБЕДЕВ: Я, действительно, дал согласие возглавлять список, и думаю, что у нас впереди интересные декабрьские выборы. Что же касается фракции – напомню, что сама партия «Справедливая Россия» существует немногим более полугода, и фракция до этого называлась фракция «Родина», и, честно говоря, ничем она, как и коммунисты, в этой Государственной думе не отличилась. Именно поэтому я ее покинул. Напомню, что я избирался как лидер блока «Родина» по городу Москве, поэтому я счел для себя, что я обещал избирателям заняться игорными заведениями и попробовать запретить спецсигналы у чиновников. Кстати, кое-что нам удалось, пока, к сожалению, не все. И я бы ничего не добился совсем, если б был во фракции «Родина», поскольку она практически в думе не работает. И если вдруг фракция нынешняя «Справедливая Россия» решает, что у нее появляется содержательная повестка дня. Например, от подачи в Конституционный суд по поводу изменений, которые единороссы ввели в Законодательство о выборах, и предложение отменить эти поправки – например, 50-тысячный барьер для того, чтобы зарегистрировали партию, или, например, «Справедливая Россия» занимается серьезно поправками в Закон об информационной открытости органов государственной власти – я, кстати, такие поправки внес в прошлую пятницу, потому что закон получается очень слабый. Или «Справедливая Россия» начинает применять Закон о парламентских расследованиях. Мы ни разу его не применяли. Или мы обсуждаем серьезнейшим образом Закон о Федеральном собрании, потому что сегодняшний регламент работы Госдумы, на самом деле, практически лишил Госдуму возможности заниматься законотворчеством. 95% всех законов, которые были приняты этой думой, инициированы исполнительной властью. Вдумайтесь в это. Что касается парламентского контроля, его практически не существует. Я единственный депутат, который дважды выиграл Верховный суд у премьер-министра Фрадкова на тему регламента. Этот регламент полностью перечеркивает Закон о статусе депутатов Государственной думы и о члене Совета Федерации. Если «Справедливая Россия» готова в этой думе этим заниматься, я, может быть, серьезно рассмотрю возможность перехода туда. Думаю, что в этой думе, из-за того, что у нас нет большинства, нам не много удастся, но мы хотя бы объявим повестку дня следующей Государственной думы, чтобы мы все понимали, и избиратели, в первую очередь, чем эту новая Государственная дума будет заниматься.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Напоминаю, в гостях на радио «Эхо Москвы» в дневном «Развороте» депутат Госдумы Александр Лебедев, в чьей фракционной и партийной принадлежности я, честно говоря, окончательно запутался.

А.ЛЕБЕДЕВ: А что здесь сложного? Избирался от блока «Родина» — это была попытка создать современную социал-демократическую партию. Попытка, на мой взгляд, на том этапе провалилась, и присоединился к фракции «Единая Россия», поскольку это была единственная возможность чего-то добиться в этой Государственной думе. Сегодня я возвращаюсь в ту точку, откуда я начал, поскольку «Родина» стала частью «Справедливой России».

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Ну, и еще когда работали в Лондоне, наверняка ведь были членом Компартии?

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну конечно, как бы я иначе был офицером разведки? Но если вы меня спросите, любил ли я коммунизм, — нет, я любил свою Родину и знал все политические анекдоты и неоднократно, кстати, за это страдал. У меня были серьезнейшие кадровые проблемы.

М.КОРОЛЕВА: Вы говорите о том, что вы деидеологизированы, а как же тогда быть с идеологией?

А.ЛЕБЕДЕВ: Знаете, в то время я был более идеологизированный, я читал Солженицына, Шаламова, и, в общем, прекрасно себе понимал, что мы живем в обществе, с политической точки зрения, и с точки зрения наших прав, несправедливом.

М.КОРОЛЕВА: Смотрите, эти книги могут быть объявлены экстремистскими.

А.ЛЕБЕДЕВ: Да ну, ну что вы. Я думаю, что это какая-то наша очередная бюрократическая чепуха с этими книгами Пионтковского, и на мой взгляд, мы эту нашу последнюю и самую эффективную попытку построить в стране демократию еще не должны признавать провалившейся. Подождите.

М.КОРОЛЕВА: Ну, вот кстати да. Я могу процитировать сегодняшнее высказывание Михаила Горбачева, который заявил о том, что в стране есть свободы прессы, раз уж мы заговорили и книгах, о прессе. Михаил Горбачев сделал именно такое заявление: «Я считаю, что свобода слова и свобода прессы в стране есть». А вам как кажется?

А.ЛЕБЕДЕВ: Знаете, я в ближайшее время издам книгу со своими статьями за три года. Мне самому стало любопытно. Она называется «Записки Сизифа». И там очень много критики, в том числе по поводу отсутствия развитой системы свободных СМИ. Но каждый раз, когда я что-то критикую, я вспоминаю, как было в советское время. Я вам скажу – конечно, несравнимо. Тот факт, что я могу здесь говорить то, что я думаю, то, что я могу критиковать и оппонировать исполнительной власти, или обращаться против премьер-министра в Верховный суд и выигрывать, говорит о том, что мы все-таки живем в абсолютно другом обществе. И пока у нас есть «Эхо Москвы», «Новая газета», скажем, РБК, Интернет, Живой Журнал, конечно, мы живем в обществе, которое, к сожалению, еще далеко от совершенства, но у нас есть серьезный шанс.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Скажите, а на каком-нибудь из телеканалов вы в стоп-листе значитесь?

А.ЛЕБЕДЕВ: На Первом, конечно. Первый канал никогда меня не показывает. Вот за три с половиной года ни одного раза. Один раз показали мою руку, потому что я стоял рядом с руководителем страны, а один раз – мое ухо, когда я сидел между двумя спикерами. Это очень сложная у них работа – надо вырезать из кадра и не поранить какого-нибудь государственного деятеля.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Но вспомните, опыт-то хорош – тогда не было телевидения, но вырезали фотографии. Все же руки-то помнят. У меня вопрос сейчас к вам как к одному из владельцев «Новой Газеты». Журналисты, как я понимаю, жалуются на то, что расследование убийства Анны Политковской идет, как они говорят, мягко говоря, странно. Можете что-то сказать?

А.ЛЕБЕДЕВ: Сильной сказано – совладелец. Мы все-таки с Михаилом Горбачевым такие друзья «Новой Газеты». Это, конечно, никакой не бизнес. Действительно, расследование затягивается. Думаю, что 8 месяцев – срок достаточно большой для того, чтобы спросить с правоохранительных органов, но я все-таки надеюсь, там сильно составлена следственная группа из различных наших силовых структур, и давайте начнем спрашивать, но я все-таки надеюсь, что расследование завершится успешно. В какой-то очень обозримой перспективе. Мы не получим, скажем, ситуацию Листьева или Холодова.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Александр Лебедев – депутат Государственной думы. Откуда есть пошла инициатива ваша, которую вы активно поддерживаете, тут уже чуть ли не уличные акции, по запрету казино?

М.КОРОЛЕВА: Что за ненависть?

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вы столько всего перечисляли, чем должны заниматься политические партии – забота о народе и т.д. и т.д., Конституционный суд… и вдруг казино – совсем другой уровень. Что это?

А.ЛЕБЕДЕВ: Это, кстати, между прочим, самая что ни на есть забота о наших гражданах.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Пенсионеру-то все равно, есть казино, нет казино. Наоборот – существует и платит налоги.

А.ЛЕБЕДЕВ: Во-первых, налогов они почти никаких не платят. В Москве, я напомню, речь идет о нескольких десятых долях процента. Я цитирую нашего мэра. Что касается природы данного вида деятельности. Ну, вообще, оно не только аморально, оно еще и большую угрозу таит в себе для наименее социально защищенных слоев наших граждан – это школьники, студенты, пенсионеры, одинокие матери…

М.КОРОЛЕВА: Подождите, а для них-то с какой точки зрения? Неужели они ходят в казино?

А.ЛЕБЕДЕВ: А они введены в заблуждение и, прежде всего, проигрывают свои последние деньги в игорных автоматах. Поэтому я не делаю здесь большой разницы. Это первое. Второе – раз уж мы все-таки добрались до того, чтобы убрать весь игорный бизнес в отдельные резервации, то почему мы должны церемониться с казино? Вы считаете, что это такой нравственный или очень уж высокоморальный вид деятельности, который социально для нам полезен? нет, конечно.

М.КОРОЛЕВА: Мы можем только предположить, что это налоги, что это, действительно, существенные поступления в бюджет. По крайне мере, так всегда говорили.

А.ЛЕБЕДЕВ: Отвечаю – нет. Цитирую нашего мэра. Он осенью сказал, что потери для московского бюджета будут настолько незначительны, что даже об этом не стоит говорить. Мало того, он еще сказал, что это полный разврат и моральное уродство. Почему я не должен соглашаться с мэром? Я с ним полностью согласен. Второе, что он сказал – что когда все эти тысячи игорных заведений из города уедут, это по ТВЦ он выступал, «Лицом к городу», там будут книжные магазины. Я очень люблю книжные магазины. Я думаю, что там и Пионтковский будет продаваться, и Солженицын, и Юрий Михайлович у нас написал не одну книгу. Поэтому у меня нет оснований с мэром не соглашаться, и я совершенно не предлагаю делать это избирательной темой. Хотя 97% населения нашей страны поддерживают идею о выводе игорных заведений в специальные резервации.

М.КОРОЛЕВА: Ну а зачем вам досрочный вывод? Итак ведь 1 января все они уедут отсюда. Куда торопиться-то?

А.ЛЕБЕДЕВ: Знаете, я в этом не уверен. Игорное лобби уже выстроилось на предмет участия в выборах в Госдуму с надеждой, на самом деле, выхолостить из закона, который мы приняли все-таки, с таким большим трудом… напомню, что мы с коллегой Самошиным в марте прошлого года проиграли большинству Госдумы – они принял другой закон, а наш они прокатили. Но в октябре президент внес свой законопроект, который по главной идеологической линии – вывести в зоны, в резервации – полностью напоминает наш. Но без поддержки мы бы проиграли. Но поверьте мне, борьба еще не закончена, и я не вижу никаких оснований терпеть игорные заведения в нашем городе.

М.КОРОЛЕВА: Ну хорошо, Александр Евгеньевич, допустим, с казино вы нас убедили, но уж то, что касается строительства в Москве, я сегодня увидела какую-то устрашающую вашу фразу – вы сказали о том, что, на ваш взгляд, нудно ввести тотальный мораторий на строительство в Москве. Что это такое? Запретить строить, что ли вообще?

А.ЛЕБЕДЕВ: Да, конечно, и скажем, на полгода, когда мы будем заниматься ревизией строек – как это строится, для кого это строится, почему, и не создает ли это техногенную катастрофу у нас в городе…

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Секундочку, сразу уточню: «мы» — это кто?

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну, я хотел бы, чтобы градостроительная политика и транспортная стратегия в Москве стала бы предметом парламентского расследования, а в результате этого парламентского расследования мы пришли бы к выводу – надо или не надо вводить мораторий. Объясню вам логику. Я считаю, что в Москве торгово-развлекательных комплексов и нежилых помещений, административных, построено больше, чем достаточно, ими мы обеспечены больше, чем любой средний город в Европе. Что касается жилья, то эти 5 000 000 метров, которые вводятся и продаются, это вам средняя цена – 4500 долларов за квадратный метр, но на самом-то деле, весь центр застроен жильем, которое продается от 12-15 тысяч долларов за квадратный метр. Покажите мне москвичей, которые могут купить квартиру за миллион долларов. С ипотекой, без ипотеки. Поэтому я категорически уверен, что москвичи никакого отношения не имеют к приобретению московского жилья.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я надеюсь, что по крайней мере один такой москвич сидит с нами сейчас в студии.

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну, я купил свою квартиру на Можайском шоссе, наверное, лет шесть назад. У меня есть еще загородный дом, больше мне не надо. Но даже и для меня, с учетом того, что у меня есть и кое-какие другие потребности, мне гораздо важнее достроить детский центр лейкоза в Санкт-Петербурге или Театр Чехова в Ялте. Поэтому у меня тоже не всегда есть деньги, и я прекрасно понимаю, чем живут наши граждане. У меня нет мигалок на машине, я так же стою в пробках. Кстати говоря, варварская градостроительная политика не только уничтожает памятники, но способствует формированию пробок. Отсутствует транспортная стратегия – когда мы стоим в пробках, мы жутко ухудшаем экологическую ситуацию в городе…

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я понимаю, что вы предлагаете запретить строительство не только дорогого жилья в центре, но и вообще?

М.КОРОЛЕВА: Вы же говорите о тотальном моратории, и в то же время, говорите, с другой стороны, о строительстве доступного жилья.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: А я где должен покупать квартиру?

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну, вот я не так давно, что один из поселков экспериментальных, построенных нами под Москвой, был показан по одному из федеральных каналов, не буду называть, чтоб это не выглядело как реклама. Средний дом – мы, кстати, такой дом модульный привозили в Бутово летом прошлого года, правоохранительные органы нам не разрешили его поставить на участке Юлии Прокофьевой, поскольку они у нас обслуживают исключительно московскую строительную мафию, мы этот дом все-таки поставили под Москвой, и средняя цена такого дома, даже с учетом того, что в ближнем Подмосковье земля и сети очень дорогие, это отдельная тема – объясню, как можно было бы и эту проблему решить, — но этот дом стоит примерно в 4,5 раза дешевле, чем средняя московская квартира. То есть он стоит в пределах 1000 долларов за квадратный метр. Но это индивидуальный дом – он гораздо комфортнее…

М.КОРОЛЕВА: То есть это не новая хрущевка, а это некий…

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну что вы, конечно нет. Это в газетах московских, которые принадлежат московскому правительству, этот дом называли бытовкой, вагончиком, иронизировали, Ресин на эту тему выступал. Я готов товарища Ресина прямо привести в этот дом. Дом этот сдается потребителю, покупателю практически с 95% отделкой, что тоже очень выгодно его отличает от тех бетонных стен, которые вы получаете, если покупаете квартиру в Москве. Там нет общих грязных подъездов, там нет лифтов. Естественно, участок в 10 соток в хорошо организованном поселке дает вам возможность купить дом в 4 раза дешевле и жить там в 10 раз комфортнее. Но конечно, такое жилье надо строить около больших городов, в прилегающих зонах, а в городах заниматься транспортной стратегией, чтоб туда всегда можно было приехать. Сегодня это, конечно, извините, пока мечта. Но в городах, не в Москве и не в Московской области – скажем, Волгоград, Ленинградская область, Ростов, Воронеж, Самара, Саратов – это домостроение набирает обороты. И сегодня 65% населения нашей страны, напомню, что года 4 назад было 30%, говорят, что они хотят жить в индивидуальных малоэтажных домах из деревянных конструкций.

М.КОРОЛЕВА: Но в Москве-то, в Москве?

А.ЛЕБЕДЕВ: А почему нельзя жить в ближнем Подмосковье и приезжать в Москву?

М.КОРОЛЕВА: Как вы будете ездить сюда?

А.ЛЕБЕДЕВ: Как только мы займемся транспортной стратегией, можно будет в Москву приехать и уехать обратно в течение часа и добраться до любой точки, как в Лондоне.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Скажите, Дмитрию Анатольевичу ваши вот эти жилищные идеи нравятся?

А.ЛЕБЕДЕВ: Не знаю, не имел чести с ним общаться.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Подождите, ведь он курирует национальный проект «Доступное жилье» — вы что, сепаратно работаете?

А.ЛЕБЕДЕВ: Но я не работаю в органах исполнительной власти и правительстве. Я недавно большую статью в «Комсомольской правде» опубликовал, неделю назад, с фотографиями этих домов, и там все разобрал просто до последней детали — из какой даже гайки этот дом собирается, сколько нужно времени, чтоб его построить, какие там ленточные фундаменты…

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я не о самих проектах говорю. Я о стратегии.

А.ЛЕБЕДЕВ: Ну, вы знаете мою позицию, связанную с оценкой деятельности правительства Фрадкова. Это очень грустная оценка. Я считаю, что это правительство никуда не годное. У меня есть на эту тему доклад – называется «Фрадкономика: про и контра», и я там пытаюсь доказать, что, конечно, с такого качества правительством мы далеко не уедем. Ну, можно со мной не соглашаться. Может быть, вдруг завтра по всей стране начнется строительство вот этих самых маленьких цехов, каждый из которых производит тысячу домов в год, и одновременно будет принят закон – я большой сторонник такого закона, — который обязывает каждого губернатора по итогам года отчитываться – какое количество сетей и площадок через аукционы по приемлемым ценам он продал для застройщиков и граждан своей территории. И если он план не выполнил, как при коммунизме, то его надо, конечно, с работы снимать. Без этого мы эту монополию не пробьем, потому что в значительной степени, скажем, в Подмосковье, дороговизна и недоступность связана со стоимостью площадок и сетей. Потому что средняя себестоимость такого дома, будь то модульный дом, который привозится и собирается за 24 часа из модулей, либо каркасно-панельный, себестоимость – 200-300 долларов за квадратный метр.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вот мне сейчас было приятно – я как будто оказался в светлом будущем.

М.КОРОЛЕВА: В раю. Фактически в раю. Модульные дома в Подмосковье, откуда вы доедете за 5 минут.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Это было бы очень здорово, если б это удалось реализовать хоть где-то – хоть под Петербургом, в Ростове, ну хоть где-то.

А.ЛЕБЕДЕВ: Под Петербургом такие поселки есть, под Ростовом есть – Батайск, Янино под Петербургом.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Слава богу.

А.ЛЕБЕДЕВ: Их можно посмотреть, потрогать руками, зайти в этот дом. Но масштаб не тот. Нам нужна индустрия, которая позволяет эту проблему решать, производя один миллион домов в год.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Спасибо большое. Александр Лебедев – депутат Госдумы. Экономическая тема будет у нас на «Эхе» продолжена совсем скоро. Завершить хотел бы смской, которая пришла от Полины: «Лебедеву – большой респект за «Новую газету». Спасибо.

А.ЛЕБЕДЕВ: Спасибо.

М.КОРОЛЕВА: Спасибо.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире