'Вопросы к интервью
И. ВОРОБЬЕВА - У нас на прямой линии со студией депутат ГД Дмитрий Гудков. Добрый день.

Д. ГУДКОВ - Я еду в поезде, надеюсь, вы меня слышите.

И. ВОРОБЬЕВА - Отлично слышим, надеюсь, поезд не помешает вам оставаться на связи. Дмитрий, у вас есть понимание, какие категории войдут в состав амнистируемых?

Д. ГУДКОВ - Если вы говорите об инициативе президентского совета, то у меня нет вообще никаких представлений, потому что прогнозировать, что будет делать власть, у меня не очень получается. Я могу просто сказать, что в принципе, судя по настроениям в думе, скорее всего, хоть какой-то вариант очень скромный, скорее всего, это будет амнистия некоторых людей по Болотному делу, но это не будет широкой амнистией, которую предлагаем мы. Мы – я имею в виду Координационный совет.

И. ВОРОБЬЕВА - Расскажите о вашей инициативе.

Д. ГУДКОВ - У нас предполагается по делу Болотной площади будет 318-я статья часть первая, соответственно для всех участников, которые принимали участие в каких-то протестных действиях и их обвинили в причинении насилии в отношении органов власти, вот всех этих людей вне зависимости, когда происходили эти мероприятия, митинги, акции, мы всех их предлагаем амнистировать. Потому что судебная практика говорит о том, что именно сфабрикованы были эти дела. Более того, мы предлагаем амнистировать многих предпринимателей. Там у нас понятно статья «мошенничество». Много других статей. Можете посмотреть, это в принципе все опубликовано. Мы предлагаем амнистировать, например, беременных женщин, ветеранов, инвалидов, которые впервые были осуждены на срок до двух лет. И так далее. То есть мы подходим глобально, а не к конкретным уголовным делам.

И. ВОРОБЬЕВА - Но вот, например, то, о чем говорил глава совета по правам человека Михаил Федотов, он хотел, если я правильно понимаю сообщение, которое у нас на лентах, чтобы под амнистию попали осужденные за ненасильственные преступления. Это примерно то же самое, о чем вы говорите.

Д. ГУДКОВ - Да, но мне кажется, по крайней мере, то, что я слышал в ГД, подход президентского совета будет все-таки персонифицированным, конкретных людей. Наш подход предполагает, что все люди, которые когда-либо были осуждены именно по этим статьям, они должны быть амнистированы. Потому что есть судебная практика и есть заключенные, не только которые участвовали в митинге, акции 6 мая, есть политзаключенные в Нижнем Новгороде, в Краснодарском крае, их очень много в стране. Поэтому мы бы хотели все-таки… подойти к этой проблеме.

И. ВОРОБЬЕВА - Ясно. Спасибо большое.



И. ВОРОБЬЕВА - Мы сейчас готовы подключить к нашему разговору обозревателя журнала «The New Times» Зою Светову. Добрый день.

З. СВЕТОВА - Добрый день.

И. ВОРОБЬЕВА - Мы говорим об амнистии, проекте амнистии в честь 20-летия Конституции. У кого-то, как вы думаете, есть понимание, какие категории осужденных могут под нее попасть?

З. СВЕТОВА - Я, например, изучила те предложения, которые сейчас выдвигаются правозащитниками и депутатами. И есть представление, как мне кажется, что будут делать правозащитники с этой амнистией. Но это совсем не значит, что она в таком виде будет принята. Мне кажется, что будет идти борьба за каждую статью, за каждую категорию осужденных.

И. ВОРОБЬЕВА - Тогда если можно, как вам кажется, какие должны быть критерии по амнистии?

З. СВЕТОВА - Мне кажется, то, что уже было высказано, что речь будет о том, чтобы были освобождены женщины, которые имеют малолетних детей. И, как правило, такие женщины освобождаются, если они не совершили тяжкие преступления. Но есть среди тюремного населения нашего фигуранты громких резонансных дел как, например, девушки из «Pussy Riot», 212-я статья это тяжкое преступление. Здесь может быть использован такой подход, что может быть сказано, что можно освобождать женщин с маленькими детьми, если они уже отсидели половину срока или срок их не превышает 5 лет, например. Это конечно не значит, что амнистия задумывается только для фигурантов резонансных преступлений, но я думаю, что есть возможность таким образом им выйти на свободу. Или, например, можно сказать, что осужденные по тяжким преступлениям, возьмем, например, Ходорковского и Лебедева. Мы слышали, что Мара Полякова из Совета по правам человека сказала, что они тоже могут подойти под амнистию. Здесь можно тоже сказать о том, что люди, которые отсидели больше половины срока, конечно же, может быть отдельной строкой, отдельным пунктом амнистия людей, которые проходят по Болотному делу. Это просто как отдельно, потому что это тяжкое преступление.

И. ВОРОБЬЕВА - И там еще процесс не закончился.

З. СВЕТОВА - Но амнистия может быть, когда процесс не заканчивается мне кажется.

И. ВОРОБЬЕВА - Да, насколько мы в прошлый раз смотрели, можно амнистировать до.

З. СВЕТОВА - Да, конечно. Это все политическая воля. Мне кажется, здесь очень важно, если бы была политическая воля на то, чтобы эту амнистию можно было сравнить, например, с горбачевской амнистией политзаключенных, которая была в 1987 году. Когда просто Горбачев подписал указ…все политические заключенные, которые тогда сидели в лагерях.

Л. ГУЛЬКО – Зоя, простите, но у нас нет как такового понятия официального политзаключенных.

З. СВЕТОВА - Это понятно, но понимаете, здесь можно же, если есть политическая воля, то понятно, как потом будет пресса представлять это. Просто у нас есть категории людей, которые естественно не считаются политзаключенными, но которых можно амнистировать, использовать то, что я перечислила до этого. Я так вижу, я бы так видела. Тогда эта амнистия достигнет своей цели. А иначе мы будем иметь то, что мы имеем по экономической амнистии. Не знаю, сколько там людей вышло на свободу. Но, по-моему, говорили о 13 человек или сколько или 20-30. Но просто единицы. Учитывая, что там сидят тысячи осужденных по экономическим преступлениям. Мне кажется, что если говорить об амнистии к 20-летию Конституции, она должна быть очень большой. Она должна быть резонансной.

И. ВОРОБЬЕВА - То есть не пофамильно, а именно группы людей. По определенному признаку.

З. СВЕТОВА - Но ведь насколько я понимаю, президент сегодня обратился к совету по правам человека. Совет по правам человека сейчас выступает именно в таком ключе. Он говорит о том, он называет фамилии людей, но это уже дело юристов, как эти фамилии людей облечь в статьи, в обстоятельства их сроков и так далее. Это же все политика, а политика это искусство возможного и невозможного. Вот что мне кажется, тут важно. А если это опять будет какая-то куцая амнистия, зачем она нужна тогда.

И. ВОРОБЬЕВА - Да, она, конечно же, будет нужна тем людям, которые даже по куцей амнистии выйдут на свободу, но в широком смысле слова к 20-летию Конституции, конечно, это будет совершенно не то, о чем идет речь. Спасибо большое.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире