Поддержали: xx
Минутку...
ПОИСК
Обычная версия
передача
Все передачи

Особое мнение

время выхода в эфир — пн-пт, 17:08 и 19:08
Известные политические журналисты - постоянные участники программы - отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, на интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.
Обычная версия
эфир
20.07.2009 19:08
Особое мнение
Гости:
Дмитрий Муратов главный редактор "Новой газеты"
Ведущие:
Ольга Бычкова журналист "Эха Москвы"
О.БЫЧКОВА: Добрый вечер и добрый день, это программа «Особое мнение» в студии прямого телеэфира телекомпании и радиостанции «Эхо Москвы», в студии Ольга Бычкова, с «особым мнением» - главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов. Давай сразу – расскажи мне про Наталью Эстемирову, которая сотрудничала с «Новой газетой» и публиковалась в твоем издании много и постоянно, и сейчас наши слушатели могут найти на сайте «Новой газеты» подборку публикаций – о Наталье Эстемировой и ее самой, - расскажи, почему это произошло, что получилось?

Д. МУРАТОВ: Многие материалы Натальи Эстемировой мы публиковали под псевдонимом. Ее смерть доказательство того, что так и надо было делать - хоть какое-то время, чтобы она могла писать. Она была такими глазами и ушами газеты в этом регионе – в течение 8 лет она работала вместе с Аней Политковской, многие темы материалов Ани Политковской – это те темы, которые подсказывала Наташа Эстемирова. Она вообще учитель истории, 10 лет только занимается защитой Конституции – если кому-то не нравится слово «правозащитник», тогда скажу так.

О.БЫЧКОВА: Почему так получилось, что она стала этим заниматься?

Д. МУРАТОВ: Много мотивов. Один из них – это ее постоянное, очень серьезное и гордое желание помогать людям – тут ни убавить, ни прибавить – таков мотив. Она была в Чечне человеком очень заметным, очень известным, дверь в ее офис не закрывалась. Многие журналисты жили у нее – она была втянута во все это. Причем, она не была – как у нас любят представлять правозащитников как людей, которые не знают, что такое «Хед энд Шолдерс» - такими маргинальными, убогими. Она была продвинутым, образованным, интеллектуальным, остроумным человеком.

О.БЫЧКОВА: Кстати, она очень красивая на фотографии.

Д. МУРАТОВ: Да, так оно и было. Она для защиты конституционных прав граждан и на Кавказе и в Центральной России была очень хорошим менеджером – она для защиты этих прав могла работать с кем угодно – кстати, она и с правительством Кадырова сотрудничала. И в комиссию входила, и пока ее не сняли, была в Общественном совете Грозного.

О.БЫЧКОВА: То есть, это сотрудничество заключалось в чем?

Д. МУРАТОВ: Все очень просто: вот нарушаются права человека. Она не бьется в открытые двери, а она всем официально отправляет свои заявления о том, что вот здесь и вот здесь есть нарушение человеческих прав.

О.БЫЧКОВА: Вот похитили человека, или пропал человек.

Д. МУРАТОВ: Похитили человека, да. И во многих вещах она сотрудничала с местной деспотичной властью, - например, по фактам дурного, совсем дурного, абсолютно незаконного, плохого содержания чеченцев в местах лишения свободы на территории большой России. Кстати, она должна была буквально чуть ли не на следующий день, в четверг или пятницу, поехать в командировку – если не ошибаюсь, в Ставропольский край - как раз по местам лишения свободы. Вместе с представителями кадыровской власти и аппарата уполномоченного по правам человека. Она использовала абсолютно все возможности, сотрудничала с кем угодно, лишь бы людям помочь. Но она была крайне принципиальным человеком. Ее невозможно было конвертировать во власть, невозможно было давать ей любые бонусы в обмен на лояльность. Скажу одну деталь – может быть, она многое прояснит: Наташа, после того, как проспект Победы в Грозном переименовали в проспект Путина, перестала ходить по этой улице. Для нее все-таки режим личной власти был намного ниже по своим ценностям и качествам, чем проспект общей Победы. Именно она сделала – и информация эта дошла повсюду – о том, как сотрудники Курчалоевского РУВД, местные силовики чеченские, показательно расстреляли, на глазах односельчан, Резвана Улбекова - в селу Акинчу-Борзой - якобы по подозрению в сотрудничестве с боевиками – прямо на улице и добили его. Она очень не любима - мягко сказано – внесудебных расправ.

О.БЫЧКОВА: Это было в каком году?

Д. МУРАТОВ: Сейчас. Это произошло только сейчас.

О.БЫЧКОВА: Только что?

Д. МУРАТОВ: Это было ее последним делом – это буквально совсем-совсем недавно. Когда Рамзан Кадыров сейчас заявляет, что «народными методами» будут искать убийц Эстемировой…

О.БЫЧКОВА: «Традиционными».

Д. МУРАТОВ: Традиционными для народа, нетрадиционными для законов РФ методами – вот Наташа Эстемирова была крайним противником этих омерзительных методов, когда отец отвечает за сына, родственники становятся заложниками, сжигается дома тех, кто ушел мнимо, или ушел по-настоящему к боевикам, и ее основные публикации за последнее время наши - теперь мы можем раскрыть ее псевдоним – вот они об этом и были. О том, что формируется новое подполье в Чечне, связанное с тем, что таким образом наказывают родственников. О том, как убивают так называемых «женщин легкого поведения» в Чечне без суда и следствия, о таинственных убийствах жителей Чечни, произошедших в конце ноября 2008 года - «Расстрельная осень». Она не спускала все не только местной власти, она не спускала все и представителям федеральной власти, федеральных войск. О том, что происходило там с майором Матвеевым после того, как он раскрыл тайну кражи денег у военных - в общем, много всего этого было, вот Наташа всем этим очень внятно и серьезно занималась. Осталась у нее маленькая – ну, 16 лет, - дочка Лана. Вот такая, очень тяжелая ситуация.

О.БЫЧКОВА: Это действительно тяжелая ситуация, и это еще одна, уже не первая, не вторая и не третья потеря «Новой газеты», которой мы, конечно – и газете, и близким Натальи Эстемировой хотим еще раз высказать наше соболезнование. Мы продолжим сейчас говорить об этом с Дмитрием Муратовым, главным редактором «Новой газеты». И номер для СМС - 970-45-45. Делаем перерыв, потом будем говорить дальше.

РЕКЛАМА

О.БЫЧКОВА: Продолжаем программу «Особое мнение», главный редактор «Новой газеты», Дмитрий Муратов, с нами в прямом эфире. Ира спрашивает, была ли Наталья Эстемирова чеченкой? У нее отец был чеченец, а мама была русской.

Д. МУРАТОВ: Да. Она была не мусульманкой по своему вероисповеданию, она в одном интервью сказала, что мало кто понимает, что такое атеизм – видимо, с вопросами веры она все больше верила в людей.

О.БЫЧКОВА: Я читала в одном из ее интервью, что вот это двойное национальное происхождение позволяло ей вести себя более или менее независимо. Потому что действительно, она категорически отказывалась носить этот традиционный чеченский платок и подчиняться таким правилам, потому что она говорила – ну, тогда я буду ходить как русская.

Д. МУРАТОВ: Она для всех добивалась того, чтобы можно было ходить без платков, чтобы не было такой своеобразной второсортности. Она полагала, что люди равны, независимо от пола и вероисповедания. Но я хотел бы сейчас про другое сказать - не столько про Наташу, сколько про то, что произошло после ее убийства. Мы конечно, на мой взгляд, столкнулись с такой феноменологии, - она заключается в том, что уже спустя полчаса после убийства начали говорить, что все это сделано для того, чтобы подставить и опорочить честное имя Рамзана Кадырова.

О.БЫЧКОВА: Но он сам сказал об этом в интервью - что вот эта странная схема, что похитили в Чечне, вывезли в Ингушетию…

Д. МУРАТОВ: Я знаю эту схему. Я бы сформулировал ее так - враги Кадырова, - противники, а не враги, - противники Кадырова усиленно уничтожают друг друга, чтобы ему досадить, - вот такой специальный способ. Но хочу вам сказать, что после того, как не стало Ани Политковской, не стало сейчас Наташи Эстемировой, фактически никакая информация - ни государственная, ни официальная, из региона невозможна. Вы знаете, что сейчас «Мемориал» - и правильно - дай бог Черкасову долгих лет, - свернул свою там деятельность. У нас там тоже – прямо скажем – никого не осталось. Ну, президент высказался о том, что власть не может рассматривать версию вообще о любой причастности руководства Чечни – я не думаю, что это обоснованное юридическое мнение, но видимо, оно повлияло на государственных чиновников. Про Наташу сообщили, что тело ее нашли в одном из районов Ингушетии в 17 с копейками, а в 18 часов, например, министр внутренних дел МВД РФ, Рашид Нургалиев – сначала приехали в ледовый каток на улице Рабочей, - сначала туда приехали кинологи с собаками, обыскали все, - чтобы безопасно было министру.

О.БЫЧКОВА: Это в Ингушетии?

Д. МУРАТОВ: Нет, все здесь, в Москве – только-только сообщили, что найдено тело правозащитницы - выступил президент, выразил свое соболезнование, начался диковинный международный очередной скандал – скорбь, непонимание, оторопь, что делает министр? Он приезжает с многочисленными людьми, с многочисленной охраной, с микроавтобусом спецназа - играть в хоккей. Играть в хоккей. Матч не может быть отменен ни в какую погоду. Он не полетел туда, он не начал вести оперативное совещание. Вариантов два: или он такой у нас человек, который уверен в деятельности своих подчиненных, и в том, что вся милиция под контролем и преступление будет раскрыто, или он вообще знал, что произошло, поэтому можно было хоккейный матч не отменять, - и поехал министр у нас играть в хоккей, и в 18.45 начался матч. По-моему, команда министра выиграла - если не ошибаюсь. К этому я бы еще одну вещь добавил – почему они себя так ведут. Почему министр едет на хоккей, почему так безапелляционно делаются все вот эти заявления. Видите ли, мне кажется, что в обмен на телевизионную картинку, федеральная власть закрыла глаза на то, что реально происходит с правами человека, конституцией и убийствами в Чечне.

О.БЫЧКОВА: То есть, на телевизионную картинку – красивую и благостную.

Д.МУРАТОВ: Фонтаны, мороженое, студенты, открытие мечетей, - это Путин создал режим личной деспотии Кадырова. Кадыров абсолютно внятно выполняет вот этот самый приказ: можно делать все что угодно обмен на минимальную безопасность для федерального центра и для Центральной России. Вот Кадыров умеет стрелять, проводить специальные операции, выбивать показания, - вот ему дан этот «карт-бланш», и он абсолютно внятно его выполняет. Но концепция эта – безусловно, федерального центра. Это такой «план Путина-Кадырова». Кадыров же не скрывает, он честно говорит: Я служу не России, я служу Путину. Эта фраза знаменита, эта фраза популярна, это фраза абсолютно верного солдата - вот это к чему угодно может привести: к дружбе, к тому, что они все время думают, что деспотия эффективнее. Знаете. Ходорковский по другому поводу сказал: это такая «легкая доступность к насилию». «Легкая доступность к насилию» - им кажется, что это крайне эффективно. Но как вы видите, к миру это никак не привело.

О.БЫЧКОВА: Но реальное насилие – если сейчас не брать убийство правозащитницы, - реальное насилие по отношению к обычным людям в Чечне.

Д. МУРАТОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Какие есть основания для того, чтобы предполагать, что оно не становится меньше? Или этот уровень по-прежнему высок? Может быть, он действительно низкий, может быть, это не просто картинка?

Д. МУРАТОВ: Нет, картинка заключается в том, что все наши прокурорские работники – абсолютно все, - прекрасно знают, что сжигать дома тех, кто ушел к боевикам, - может быть, на самом деле, кстати говоря, не исключаю – но сжигать их дома незаконно, что брать в заложники родственников - незаконно, что устраивать бессудные расстрелы – незаконно. Но это же происходит, и никто этого не скрывает. Я что-то не слышал ни про одно уголовное дело по этому поводу. Методы Кадырова настолько нужны там были нынешнему премьер-министру, что фактически, - на мой взгляд, - ну, если Дудаев, как он заявлял, хотел отсоединить Чечню от России, то мне кажется, что Кадыров станет «Великим героем чеченского народа» - он присоединил Россию к Чечне. Федеральная власть зависит от настроения Кадырова, от его этой самой «эффективности», от его жестокости - она зависит абсолютно. И именно поэтому, кстати говоря, многим разгуливающим по Москве вооруженным сотрудникам охраны военизированных формирований Чечни можно все. Можно все. Я не буду сейчас приводить эти примеры, мы когда-нибудь к этому вернемся, но вот такое присоединение России Чечни состоялось - Кадыров, безусловно, войдет в историю чеченского народа.

О.БЫЧКОВА: Но Медведев сказал не только, что не следует рассматривать в этом направлении версии следствия, в анти - государственном, но он также сказал сразу, по свежим следам этой новости, об убийстве Натальи Эстемировой – о том, что правозащитники занимаются серьезной работой, они серьезно рискуют, они помогают людям и нужно их защищать.

Д. МУРАТОВ: Это было сказано сразу же Дмитрием Анатольевичем Медведевым, и, в отличие от предыдущих высказываний, когда погибла Аня Политковская, это было по-человечески, и как-то очень пристойно и прилично сказано. Правда, я хотел бы заметить, что после того, как президент страны говорит о том, что правозащитники выполняют важную работу, проходит 4 дня. И сегодня в Ассоциацию «Агора» - штаб-квартира располагается в Казани – «Агора» - известная правозащитная организация, это молодые, талантливые, замечательные люди - адвокат Ирина Хрунова, Дмитрий Колбасин, Павел Чиков – к ним сегодня пришли – в Казанский правозащитный центр и в ассоциацию «Агора». В казанский правозащитный центр пришли сразу 10 милиционеров, а в «Агору» пришли 4 человека, предъявили постановление, подписанное, ни больше, ни меньше - целым заместителем министра внутренних дел Татарстана Гамиулиным, - если не ошибаюсь. Если фамилию спутал, пусть г-н генерал-майор меня простит, потому что фамилия его на самом деле Рафаэль Гельманов. Пришли что делать? Они пришли обыскивать и изымать документы, узнавать, как финансируется ассоциация правозащитников.

О.БЫЧКОВА: И что-то такое с налогами.

Д. МУРАТОВ: И что-то такое у них с налогами. Я вам могу сказать, чем занимается «Агора» и Казанский правозащитный центр, - они занимаются тем, что охраняют граждан от беспредела сотрудников правоохранительных органов. Они многократно занимались пытками в милиции, они занимались способами выработки различных методов, как люди могут защититься от своего бесправия, когда сталкиваются с правоохранительными органами. По материалам Казанского правозащитного центра было не одно уголовное дело в отношении сотрудников милиции, которые глумились над населением. «Агора» вообще сейчас представляет отчасти интересы жертв майора Евсюкова, расстрелявшего, как известно, из пистолета 9 человек. Так вот знаете, 15 человек правоохранительных органов, целый зам.министра Татарстана их туда посылает - вот они шерстят правозащитников, через сто часов после заявления президента о том, что «правозащитники занимаются правильной и полезной деятельностью» - вот пожалуйста.

О.БЫЧКОВА: А может быть, у них действительно там было что-то с налогами и финансами?

Д. МУРАТОВ: Конечно. Они же «Газпром». Они «Газпром», они кладут трубы, они строят Сочи.

О.БЫЧКОВА: Гребут лопатой деньги.

Д. МУРАТОВ: Да, они финансируют Шалву Чигиринского и другое подрывное подполье – конечно-конечно, - у них огромные проблемы с налогами. У нескольких молодых, продвинутых, умных ребят в Казани. Поэтому зам.министра собирается, и приходит туда изымать документы – да, конечно, - это мы все знаем. И я прекрасно понимаю. Та же самая Ирина Хрунова защищает интересы СМИ, у которых под предлогом контрафактного оборудования фактически закрывают газеты. Она и «Новую газету» в Самаре до сих пор защищает. Это управление «К», которое используется как «Управление цензуры», - этим тоже занимается ассоциация «Агора». Поэтому, собственно, что делает милиция? Она защищает не народ от преступников, а себя от правозащитников – огромными, невозможными ресурсами. Вот, собственно, и все – цинично и просто.

О.БЫЧКОВА: Виталий из Тулы: «Правозащитная деятельность, г-н Муратов, это удел политических партий, а не диссидентов-одиночек» - ну так, Виталий, если партия этим не занимается?

Д. МУРАТОВ: Я сейчас отвечу Виталию – дорогой Виталий, тут на днях одна партия, правящая - называется «Единая Россия» - занималась важнейшей правозащитой животных – приняли закон об охоте. Принимали закон об охоте те самые члены «Единой России», которые в абсолютно регулярном режиме сами лично охотятся – на зубров, охотятся в Африке, в разных странах мира. Вот они приняли закон, по которому теперь все лесные угодья фактически будут отводиться на гигантские сроки для царской охоты – чтобы можно было самок стрелять, чтобы можно было зверей на переправе убивать, чтобы можно было из арбалета стрелять. Поэтому, слушайте, может, вы обратитесь не ко мне, дорогой Виталий, а обратитесь в «Единую Россию» - чтобы она занялась не обустройством своих заимок новых охотничьих, в размере около – если не ошибаюсь – нескольких сот тысяч гектаров, а занялись бы правозащитой. Обращайтесь туда, виталлий. А когда с вами что-то случится, виталлий – первым делом будете «www.NovayaGazeta.ru» - ребята, нельзя ли нам помочь, а нет ли у вас связи, чтобы Венедиктову позвонить? Знаем мы все это – эта практика нам известна.

О.БЫЧКОВА: Никита из Питера: «Не кажется ли вам, что нужно менять методы борьбы, так как все разговоры приводят только к убийствам и ухудшению ситуации, к огромному сожалению». Я не очень понимаю, что имеет в виду Никита. Какие еще есть варианты, которые бы не приводили к убийствам и ухудшению ситуации?

Д. МУРАТОВ: У нас есть один вариант - про это писать. Как теперь писать из Чечни, я искренне не знаю - «Мемориал» сейчас приостановил свою деятельность в Чечне, мы это сделали чуть раньше, на несколько месяцев.

О.БЫЧКОВА: Это уже все сделали – достаточно.

Д. МУРАТОВ: Да, поскольку - вот. А скоро взбеленятся чекисты, и нельзя будет писать про спецслужбы, а потом все не будет нравиться ассоциации каких-нибудь крупных инвестиционных банков, а затем нельзя будет писать про комиссию по фальсификации истории. Понимаете, уже ни про что нельзя будет писать, потому что ото всюду будут приходить какие-нибудь ребята из Центрального федерального округа Следственного комитета, и там что-нибудь обыскивать и изымать.

О.БЫЧКОВА: Делаем перерыв на несколько минут. Дмитрий Муратов, главный редактор «Новой газеты» вернется в прямой эфир через несколько минут, чтобы поделиться впечатлениями от очередного заседания на процессе Ходорковского.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: Мы продолжаем программу «Особое мнение», в студии Дмитрий Муратов. Мы говорили сейчас об убийстве правозащитницы Натальи Эстемировой в Чечне. Но Дмитрий Муратов был сегодня в Москве, на очередном заседании по делу Ходорковского-Лебедева – расскажи, что ты видел сегодня.

Д. МУРАТОВ: Думаю, что конечно, если бы кто-то из тех, кто ведет этот процесс, был серьезным бизнесменом, туда бы, наверное, продавали билеты. Потому что это, конечно, надо видеть, это надо смотреть, это крайне любопытно. Такой идет поединок между огромной машиной следствия, которое там - там множество этих томов, сто второй том, по-моему, сегодня читали. И между двумя людьми, которые сидят в аквариуме. У нас сейчас работает на этом процессе замечательный российский художник, один из лучших наших графиков за всю его историю, Борис Житовский. У Житовского абсолютно незамыленный взгляд, он сегодня нарисовал в газете, которая вышла, отдельно наручники. А что их в наручниках, - говорит, а что их в аквариуме держат?

О.БЫЧКОВА: Их в наручниках держат?

Д. МУРАТОВ: Вводят в наручниках, когда заводят в зал, - всех отгоняют на один лестничный пролет вниз и ведут прикованных наручниками. И только когда заводят в аквариум, то там эти наручники снимают. Ну, об этом много говорили.

О.БЫЧКОВА: Спасибо, что не в кандалах.

Д. МУРАТОВ: Кандалов не видел, но звон от наручников приблизительно такой же, судя по историческим фильмам. Сегодня была, конечно, прелюбопытная вещь. Прокурор Лахтин очень добросовестно читает все тома этого дела и произносит кампанию, которая вела аудит ЮКОСа, называет аббревиатуру «РВС», на что Лебедев встает с непередаваемой интонацией, которую он, видимо, уже за долгие годы лишения свободы приобрел – такая особая интонация, интонация «не верь-не бойся-не проси», он говорит - Слушайте, я хотел бы вам сказать, что РВС – это латинские буквы, это крупнейшая в мире аудиторская компания «ПрайсВотерхаусКуперс», а не Реввоенсовет, как вы хотите сейчас это заявить. Смеяться там нельзя, поэтому было такое хмыкание – отказывали у людей там модемы, которые передавали информацию. Но на самом деле, если задуматься - то у них переводы плохие, то они не знают, что это не РВС, а «ПрайсВотерхаусКуперс», то там почему-то вместо кипрских фунтов – я тоже был на этом процессе – указывают сумму в долларах, что меняет в разы все эти сделки.

О.БЫЧКОВА: В смысле, та же цифра, но только в других единицах?

Д. МУРАТОВ: Та же цифра, но только в долларах, а не в кипрских фунтах – это тоже все было на моих глазах. И Ходорковский с Лебедевым – конечно, в их ситуации веселиться трудно, но они веселятся. Они очень аргументировано, хладнокровно, с этими непередаваемыми интонациями, весь этот удар держат. Но я тут задумался о другом. Смотрите, - вот держат там их в этом аквариуме. Водят в этих наручниках. За них готовы поручиться крупнейшие политики мира, включая президента США, общественных, политических и культурных деятелей России. Наверное, когда-то суд уйдет в отпуск - в эту жару, во все эти наши дела. Закупил Минюст браслеты - знаете эти браслеты? – ну и отдали бы их под домашний арест, изменили бы меру пресечения, чтобы они сидели с адвокатами. Потому что смотреть на это забавно - рассматривается интеллектуальнейшее дело, важнейшее, с гигантским количеством цифр, а это - как из книжного киоска, из этого аквариума, высовывается рука, например, Лебедева, трогает адвоката в спину, и говорит – сделай покрупнее на экране, - там стоит монитор, - чтобы я еще раз эту цифру посмотрел. Конечно, так сложно защищаться. Тем более, все великие подробности этого главного политического процесса – они же у них в головах. Я вот и думаю – если даже президент Медведев говорит о том, что за экономические преступления нельзя держать под стражей – если ущерб возмещен, - а что тут возмещен? Они недобровольно, положим, его возмещали, - у них все забрали, все активы.

О.БЫЧКОВА: Так что все равно - возмещен.

Д. МУРАТОВ: Да, то есть, каким-то образом, все равно возмещен. Так что тогда? Президент говорит, что не надо за экономические преступления держать, если ущерб возмещен, но уголовному преследованию подвергать, - пожалуйста, пусть подвергают, - их в браслеты, из браслетов приехали, поговорили, - и дальше. А так, конечно, мы присутствуем при странной истории. Когда одному известному бандиту дают 9 лет условно за покушение на убийство, выпускают известного полковника, который все-таки черенок лопаты напоследок вонзил в эту несчастную чеченку. А здесь мы держим людей, которые очевидно никуда не сбегут, и очевидно с кистенем грабить не пойдут.

О.БЫЧКОВА: Ты согласен с теми комментаторами, которые считают, что этот процесс так идет странно, долго и непонятно, потому что основного решения все-таки - да или нет, - не принято? Ну, не принято. То есть, с одной стороны это хорошо, потому что нет отрицательного ответа, - такого плохого для Ходорковского и Лебедева, но с другой стороны, нет и никакого другого. Вот его нет.

Д. МУРАТОВ: Я по этому поводу вот, вам что скажу – я знаю, о чем вы говорите. То есть, просто решение будет приниматься или в белом доме на Краснопресненской набережной, или в Кремле, и эти решения по телефону будут доведены до судьи. У меня есть слабая уверенность – ну, посмотрим через какое-то время, - мне кажется, что это решение пока не принял один человек, - но ему рано его принимать. По фамилии судья Данилкин, который процесс ведет очень внятно и вдумчиво, и дает говорить сторонам, и всех внимательно слушает. Я буду идеалистически надеяться, что это решение не принято пока одним человеком – председательствующим в процессе, председателем Хамовнического межрайонного суда, господином Данилкиным.

О.БЫЧКОВА: Ну, если так идеалистически относиться к судье…

Д. МУРАТОВ: Вот так я и буду относиться.

О.БЫЧКОВА: Я понимаю. Я бы тоже так очень хотела, и очень в это верю, если честно. Даже если это наивно. Но если это так происходит, то разве судья не видит всех этих перечисленных глупостей и многих других, о которых пишут и рассказывают буквально каждый день?

Д. МУРАТОВ: Судья – умный человек, он конечно видит, что там происходит. Я полагаю, что подобное неуважение к суду и к присутствующим в открытом заседании – оно абсолютно беспредельно, поскольку даже обвинители не объясняют, почему они читают эту бумагу, и почему эта бумага лежит так? В принципе, так можно начать читать историю болезней с самого детства Ходорковского и Лебедева, и приобщать к делу вообще все, к чему они прикасались - ну, что ж сделаешь, - такой метод у них.

О.БЫЧКОВА: Виталий из Тулы продолжает полемику по поводу правозащитников и диссидентов-одиночек, он теперь пишет: «А что мешает правозащитникам создать собственную партию? 99% голосов гарантированы». А действительно?

Д. МУРАТОВ: Виталий, а кому принадлежит тот один процент, который будет против? Дорогой Виталий, простите за политинформацию – на сегодняшний день создать политическую партию в РФ не представляется возможным. Для этого нужно гигантское количество отделений, для этого нужно пройти огромный абсолютно в думу 7%-ный барьер, для этого нужно зарегистрироваться, а вам всегда скажут, что одна подпись одной старушки, которая ее поставила – она обычно расписывалась правой рукой, а здесь расписалась левой, - и не зарегистрируют вашу партию. Поэтому вы уж простите, вот эти люди – поклонитесь им лучше, а не советуйте им не самые дальновидные и продуманные вами вещи. Вы им поклонитесь, скажите – ребята, спасибо, спасибо Людмила Михайловна, спасибо Лев, спасибо Ганнушкина, спасибо Графова, - вот этим всем людям. Тем, кто их поддерживает, кто с ними работают, « Мемориалу» с Рагинским и с Орловым спасибо скажите. Орлову сейчас сложно будет, кстати говоря - в новостях же мы слышали, что Кадыров подал на него в суд за то, что он объявил его ответственным за это убийство - сложно очень будет это Орлову доказать, потому что я думаю, что сам Рамзан Ахметович, естественно, в планировании и участия в операции не принимал, однако господину Кадырову очень сложно будет объяснить, как в Чечне, где он контролирует каждую пядь земли, кроме нескольких, по его словам, боевиков, которые бегают там где-то в горах – это каким образом через два блокпоста прошла машина с захваченной Эстемировой? Там досматривают все. Все-все-все. Мы минимально про это знаем - там такая змейка бетонная, сначала стоят чеченские солдаты, федеральные войска, потом, на ингушской границе с ингушской стороны - это же значит каким удостоверением надо было махнуть в боковое окошко для того, чтобы машину пропустили без досмотра? Вот на этот вопрос сложно будет ответить в этом суде - очень сложно. Поэтому посмотрим еще, как там и что.

О.БЫЧКОВА: Но он же сказал, что как только стали сотрудничать чеченские и ингушские – не помню, как он это сформулировал - ну, скажем. Силовые структуры, и у них стало что-то получаться, вот как раз устроили такую провокацию

Д. МУРАТОВ: Я действительно не знаю. Я знаю, что Наташа Эстемирова погибла за свою профессиональную деятельность, за абсолютно бескорыстную, серьезную и большую работу. А сейчас пытаться декапитализировать, что ли, унизить что ли, ее смерть, сказав, что она стала разменной монетой, чтобы дестабилизировать обстановку, или чтобы там типа подставить Кадырова, - нет. И Аня, и Наташа были убиты за свою безбашенную, бескорыстную, и очень серьезную работу.

О.БЫЧКОВА: И мы видим, что заменить их некому и некем.

Д. МУРАТОВ: Некому.

О.БЫЧКОВА: Потому что их никто не заменил. Не заменит, и все.

Д. МУРАТОВ: Нет.

О.БЫЧКОВА: Это была программа «Особое мнение», с нами сегодня был главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов.

Другие эфиры
Станьте
членом клуба
и получите дополнительные преимущества на сайте
Дежурный по сайту
Эфирный телефон: (495) 363-36-59
sms в эфир: +7 (985) 970 45 45
tweet в эфир: @vyzvon
Поддержка - problem@echo.msk.ru
1168528

1133040

ЛОБКОВ. «Осторожно ройтесь в своих корнях – докопаетесь до Чингиз-хана». Президент воскресил моду на поиски предков

Павел Лобков о том, как правильно поскрести русского.



1090015
1066304

876074
1106900
795394
681013
681012
743643

Константин Андреев: Звездные весы человечества

Если помнить, что ты — космос, познающий себя, лента новостей выглядит иначе
Сказано на свободе
Как только на Украине появятся танки, первые пленные или раненые, которых можно показать по телевизору, будет быстрый мучительный конец всей "вертикали". Путин на это не пойдет.

  • coe.ru/
    Информационный центр Совета Европы