'Вопросы к интервью
О.ЖУРАВЛЁВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва, в гостях у нас Евгения Альбац, главный редактор журнала «The New Times». Здравствуйте, Евгения Марковна.

Е.АЛЬБАЦ: Здравствуйте-здравствуйте.

О.ЖУРАВЛЁВА: Для начала хотела бы вас спросить, что вы, все-таки, имели в виду, когда говорили о разделении РФ по Уралу?

Е.АЛЬБАЦ: Ой, Ольга, это длинный разговор. Я надеялась, что мы об этом будем говорить после 15-ти минут, но можем начать. Во-первых, я не говорила о разделении России по Уралу. Дело в том, что то, чем я занимаюсь, это называется «политическая аналитика», в том числе оценка политических рисков и угроз. Вот, если бы в 2007 году Ирена Стефановна Лесневская меня не уговорила прийти в журнал «The New Times», это было бы главной моей профессией, и это то, что я очень люблю делать.

Политическая аналитика обязательно просчитывает риски, которые существуют, да? Есть даже такая специальность «Консалтинг политического риска». Потому что никакие инвестиции, никакие просчеты бизнес-планов невозможны, если вы не понимаете, какая у вас стратегия выхода из любой ситуации, и какие у вас могут быть политические риски, как они повлияют и так далее.

Так вот анализ той ситуации, которая существует сейчас в РФ, показывает, что территория за Уралом – это 20% населения, да? И при этом это та территория, которая производит только по двум налогам 50% российского бюджета, 75% российского экспорта, 100% производства олова, никеля и платины, 75% нефти только в Западной Сибири, 85% золота, 90% газа. Ну и так далее. Алмазов там 95% и так далее. Это колоссальная территория, которая традиционно и в царской России, и в Советском Союзе, и по-прежнему в РФ воспринимается как колония. Отношения Москвы, Сибири и Дальнего Востока – это отношения метрополии и колоний. Классический вариант, когда метрополия выкачивает ресурсы из региона, оставляя там мизер. Вот, тот мизер, который оставляется Сибири и Дальнему Востоку – это 33%. Все региональные бюджеты дефицитные. Все. Это при том, что это регион, который производит колоссальное количество ресурсов.

Теперь посмотрите, что происходит. Если вы посмотрите, как же этот огромный колоссальный регион, находящийся за Уралом, связан между собой, вы увидите, что для того, чтобы долететь из Иркутска в Якутск или из Иркутска в Комсомольск-на-Амуре, или из Комсомольска-на-Амуре в Хабаровск, вам значительно проще полететь в Москву или там есть вариант через Магадан. Но проще всего в Москву – больше рейсов. А потом туда приехать.

Вы не можете нормально доехать, например, из Хабаровска до Совгавани, потому что дорогу только пробивают и она идет через 57 горных речек. Вы не можете добраться по дороге до Охотска. При этом если на Аляске (сравнимый регион по запасам и по ресурсам. То есть Сибирь, конечно же, богаче Аляски, но по трудности передвижения и так далее) зарегистрировано, если мне память не изменяет, 10 тысяч самолетов, то у нас на всю страну такого количества самолетов нет.

Если в США существует 15 тысяч аэропортов, на Аляске существует 300 аэропортов, то в Сибири и на Дальнем Востоке двадцатки не будет.

То есть там коммуникации безумно затруднены. Коммуникации региона с центром (с Москвой) безумно, на самом деле, затруднены. Вам значительно дешевле добраться до Пекина, куда летает до 4-х рейсов в неделю и это стоит 12 тысяч с копейками рублей, чем добраться до Москвы, когда у вас в одну сторону только билет стоит 15 тысяч рублей. А на самом деле, если вы делаете раунд-трип и не озаботились сильно заранее билетом, вам будет это стоить столько же, сколько долететь до Нью-Йорка.

Я не говорю о том, что… Ну, сейчас последнее время построили дорогу от Хабаровска до Комсомольска-на-Амуре, строится федеральная дорога «Лена», там еще. Но, в принципе, инфраструктура Сибири и Дальнего Востока не сильно отличается от того, каковой она была в середине 80-х годов, когда я очень много с рюкзачком ходила по этому региону.

Значит, когда вы имеете дело в отношениях между метрополией и колонией… А если читатели возьмут книги, которые были написаны по этому региону, в частности, «Сибирское благословение» Владислава Иноземцева и бывшего губернатора Красноярского края Зубкова, то вы увидите, трактовка идет ровно такая: это колония, и так она была построена изначально в царской России, что Сибирь и Дальний Восток – эти территории колонизировали и они остались в большой степени колониями.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть метрополия посылает губернатора, губернатор туземцев там более-менее приводит к послушанию.

Е.АЛЬБАЦ: Дело даже не в этом. Мы сейчас в данном случае говорим о фискальной политике. Мы говорим о том, что там производится и сколько там остается, и как…

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы говорите о несправедливости.

Е.АЛЬБАЦ: ...и какова инфраструктура региона, как люди между собой могут коммуницировать. Вот, если мы смотрим на это, то мы видим, что людям проще коммуницировать с Пекином, чем им коммуницировать с Москвой.

Значит, когда у вас отношение к региону как к колонии, а цифры показывают, что отношение Москвы к Сибири и Дальнему Востоку абсолютно отношение метрополии к колонии, то в этом смысле вступают законы, которые действуют для колоний. А именно: колонии уходят туда, где им выгоднее. Это огромная страна под названием Сибирь и Дальний Восток.

Теперь. Сейчас там только за последнее время Роснефти и Газпрому было передано 29 месторождений, которые они не начали разрабатывать. Теперь их будет разрабатывать Китай.

Китай вкладывает… Инвестиции Китая (только пока предполагаем) 10 миллиардов долларов. При этом Россия становится основным поставщиком нефти для Китая. Колоссальный контракт на 25 лет, да? Понятно, что у Китая есть проблемы нехватки территорий, колоссального населения и необходимости экспансии в российскую Сибирь и Дальний Восток. Мы должны прерваться.

О.ЖУРАВЛЁВА: Мы должны прерваться, и продолжим эту тему. Евгения Альбац, главный редактор журнала «The New Times» со своим особым мнением. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение», это особое мнение Евгении Альбац. Меня зовут Ольга Журавлёва, и мы продолжаем. Евгения Марковна, закончите свой тезис относительно взаимоотношений.

Е.АЛЬБАЦ: Мой тезис заключается в том, что, слава богу, что Путин начал вкладывать деньги в инфраструктуру – я об этом говорила и в том этом шумном «Особом мнении», которое обсуждали теперь, значит, все, кто только возможно. Но это абсолютно. Темпы вложения в инфраструктуру абсолютно невозможные. Оставлять, делать регионы Сибири и Дальнего Востока, иметь там дефицитные региональные бюджеты – это просто самоубийство.

Вы посмотрите, если в среднем по стране примерно 22-25% студентов говорят, что они хотят уехать из страны, то в университетах Сибири и Дальнего Востока это в 1,5 раза выше. В 1,5 раза выше! Это при том, что это регион, который производит колоссальные совершенно богатства. Но что происходит? Это регион, из которого высасываются ресурсы. И вместо того, чтобы заниматься переработкой, строить заводы, создавать рабочие места, привязывать людей к конкретным производствам и так далее, мы это всё мы оттуда увозим (из Сибири и из Дальнего Востока).

Вы посмотрите, 40% перевозок Транссиба – это ресурсы. Спрашивается, ну, почему надо везти уголь там или какие-то другие?.. Почему это надо везти либо вообще за границу, либо в другие регионы? Ведь, очевидная вещь, что там надо строить перерабатывающие заводы. Потому что только так, построив завод или построив производство, вы вокруг этого начинаете делать инфраструктуру, у людей появляется мотив там жить, зарабатывать деньги. А когда из них всё высасывают, еще раз повторяю, вступает в силу закон колоний: колонии уходят туда, где им выгоднее.

И если завтра Китай, который, безусловно, заинтересован в этой территории РФ, предложит Сибири и Дальнему Востоку условия более выгодные, как минимум экономические условия, то мы будем иметь немало проблем.

При этом я должна вам сказать, что я совершенно потрясена уровнем непрофессионализма госпропагандистов. Ну, казалось бы, есть же очевидная проблема. Кстати говоря, об этом говорили и руководители государства не раз и не два, что необходимо развивать регион. Только ни хрена не делается!

Казалось бы, очевидная вещь, что тут существует проблема. Я уж не говорю, какое количество книг написано на тему угрозы, которая исходит просто геополитически, цивилизационно, по разным другим линиям со стороны нашего восточного соседа. Но есть известная проблема в политической науке – это проблема центра и периферии, взаимоотношения между ними. И казалось бы, флаг в руки госпропагандистам на всех телевизионных каналах: не кричать по поводу того, что… Причем, переврали абсолютно слова, которые я говорила. Ну, бог с ними – это их профессия всё перевирать. Но просто поднять проблему! У них колоссальные есть возможности. Отправьте корреспондентов, просто поговорите с людьми, что они говорят, почему… Я же получала письма после этих всех эфиров, когда я приглашала сюда депутата «Единой России» Сергея Тена, чья компания «Труд» (ну, компания его – семейная компания), которая, собственно, занимается в том числе и развитием инфраструктуры Сибири и Дальнего Востока. Это колоссальная проблема, которая была известна и в царское время, и во времена Советского Союза, и сейчас.

Вместо этого идет этот полив Альбац, которая призывает непонятно к чему. Это всё какой-то абсурд.

Но я хочу вам сказать, меня поражает: Государственная Дума вместо того, чтобы принимать очередные законы об очередном экстремизме, ребята, у вас есть бюджеты. Ну, посмотрите! Посмотрите структуру бюджета Сибири и Дальнего Востока. Посмотрите, почему дефицитные бюджеты в регионах за исключением там двух регионов Сибири. Почему там такая бедность? Почему люди оттуда уезжают? Почему они не могут?.. Что происходит у нас с малой авиацией, которая абсолютно необходима в этом регионе для того, чтобы как-то его связать?

Еще раз повторяю, 10 тысяч самолетов зарегистрировано на одной Аляске. У нас на страну столько нету. Там необходимо строить малые аэродромы, чтобы вокруг них тоже начинала развиваться жизнь. Аэродромы – это гостиницы, это производства, это инвесторы, которые могут туда приезжать, и так далее.

Вы посмотрите, как идет почта с Дальнего Востока в соседний регион – она же тоже идет через Домодедово (Москва) и потом через всю страну летит обратно. Понимаете?

Это колоссальная проблема, которая, на самом деле, мне казалось, ну, слава богу, сейчас начнется дискуссия, я думала, что на волне этого скандала начнется дискуссия. Ничего подобного! Они, наши замечательные в том числе и коммунисты, которые в большой степени ответственны (я имею в виду их прародительницу, Коммунистическую партию Советского Союза) за то безобразное состояние, которое существует в Сибири и на Дальнем Востоке, они собираются там вносить какой-то еще очередной закон, кого-то посадить, приравнять к экстремизму и так далее.

Вот этот необыкновенный непрофессионализм меня просто глубоко и глубоко потряс.

Еще я хочу сказать. Вот, о том, о проблеме, об угрозе распада России много кто говорил и много кто говорит. На самом деле, я не считаю, что эта угроза серьезна. Когда я говорила о Сибири и Дальнем Востоке, я говорила прежде всего об экономическом вассалитете, да?

О.ЖУРАВЛЁВА: Если можно, объясните слово.

Е.АЛЬБАЦ: Ну, когда регион становится экономическим вассалом той или другой страны. Это ровно то, что Китайская Народная Республика делает в Африке. Об этом бывший глава ООН Кофи Аннан говорил в интервью журналу «The New Times» — он говорил о том, что там идет колонизация.

Что происходит? Они скупают, китайцы скупают земли, богатые природными ресурсами, осваивают их и вывозят. Понимаете? Вот, не дай бог, если то же самое произойдет с Сибирью и Дальним Востоком, не дай бог для тех, кто… Для нас, для тех, кто живет в другой части России. Потому что мы потеряем колоссальные совершенно ресурсы и богатства. Нельзя забирать ничего, не отдавая.

В России только 11 регионов-доноров, поэтому с этой точки зрения говорить… А эти бесконечные всхлипы на тему распада России – это несуществующие всхлипы. Не будут уходить те, кто зависимы. Но еще раз повторяю, Сибирь и Дальний Восток – это абсолютно отдельные регионы. Я этот регион (особенно Дальний Восток), я его ножками обошла. Я видела, что там творилось и при советской власти, и ни одну секунду не сомневаюсь, что там мало что изменилось. Поэтому бесконечный вопрос встает с Курилами. Поэтому люди просто убегают с Камчатки, из изумительных регионов, да?

Понимаете, это проблема, которой необходимо заниматься. И еще раз повторяю, и Государственная Дума, и госпропагандисты на всех этих телеканалах – они просто обязаны были! Вот, обязаны были, ухватившись за эту тему… Да ради бога, клеймите Альбац как хотите! Но вы на секунду задумайтесь, что происходит с этим крупнейшим и богатейшим регионом России. И да, нужно же понимать, что с этим надо что-то делать.

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. Непонятно было только некоторым нашим слушателям, что из все этого следует, что нужно разделить.

Е.АЛЬБАЦ: Нет!

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы этого не говорили.

Е.АЛЬБАЦ: Из всего этого… Я ничего. Во-первых, я не говорила. Во-вторых, из всего этого следует, что если вы не вкладываетесь в инфраструктуру, то, ребята, за этим следуют последствия. Если у вас де-факто страна разделена… А еще раз, внутри Сибири и Дальнего Востока передвижение крайне затруднено, потому что до сих пор не существует там нормально функционирующей ни малой авиации, ни средней магистральной авиации. Потому что нету аэродромов. Потому что железная дорога работает плохо. Потому что нету нормальных или очень мало нормальных автомобильных дорог. Понимаете?

Для того, чтобы люди ощущали себя частью большого, у них должна быть принципиальная возможность хотя бы добраться в центр! Или связаться между собой. Вот же, в чем вопрос состоит.

О.ЖУРАВЛЁВА: Возвращаясь уже с другой стороны к теме единства страны, очень много говорят о том, что у нас отсутствует государственная идеология, у нас отсутствуют объединяющие идеи. И когда речь зашла о Русском марше, эти термины опять вылезли, потому что есть какие-то вот такие вещи, которые, вроде бы, объединяют.

Пишет нам Сергей: «Если рассматривать Русский марш как зеркало русского национализма, не кажется ли вам, что в этом году русский национализм приобрел цивилизованное, человеческое лицо и, благодаря неумной, мягко говоря, национальной политике Кремля, идея национализма овладевает сердцами всё большего числа россиян?» Вроде бы, некая образующая идея. И об этом говорит сразу много вопросов.

Е.АЛЬБАЦ: Значит, я не понимаю, что такое государственная идеология. Я думаю, что идеология РФ очень просто определяется: люди должны здесь жить хорошо.

Знаете, вот, я бы ничего не имела против, если бы в нашей Конституции в качестве целей было бы записано не то, что Россия – социальное государство (мы знаем, что это не так, это вранье – никакого социального государства нет. И не будет в ближайшее время – это понятно по пенсионной реформе), а вот если бы там было бы записано, что целью государства российского было бы достижение счастья, чтобы люди достигали счастья. Да?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вряд ли есть такая Конституция.

Е.АЛЬБАЦ: Есть. Это записано, если мне память не изменяет, в билле о правах США в самом начале. Это знаменитая фраза Джефферсона, где перечисляется, ради чего существует государство. «И достижение счастья». Вот, я думаю, идеология должна быть только одна – чтобы люди отсюда не хотели уезжать, чтобы Гарри Каспаров не просил гражданства в Латвии, чтобы отсюда не старались убежать молодые и талантливые ребята, потому что жизнь здесь рискованна, не безопасна, потому что здесь неработающие правоохранительные органы, отсутствуют суды и прочее-прочее-прочее. Вот, счастье – ничего другого не надо. Вот это должно быть государственной идеологией, чтобы граждане РФ были счастливы. Точка.

О.ЖУРАВЛЁВА: Пока этого не происходит, еще тоже на ту же тему высказывается Флоренцо: «Русские марши – замена отсутствующей у нас государственной доктрине». Люди-то выходят с разными лозунгами.

Е.АЛЬБАЦ: Да нет, Русские марши – никакая это не доктрина. Русские марши – это отчаявшиеся люди, которые безумно тяжело живут, которые видят несправедливость, которые видят, что их никто не защищает, которых обворовывают все и со всех сторон. И которые в силу недостатка образования, отсутствия политических партий и так далее обращают свое отчаяние на других, не похожих, чужих. Вот, что такое Русские марши.

Если бы существовали у нас, была бы разветвленная политическая система, были бы разные партии, то были бы партии и правового толка, которые бы канализировали этот протест, и это приходило бы всё в парламент и становилось бы частью нормальной цивилизованной дискуссии. Но поскольку этого нет, Национал-демократическую партию Крылова, одного из самых интересных и ярких националистов, представителя националистического движения, ведь, так и не зарегистрировали, да? А это, ведь, из тех самых консерваторов, так, просвещенных консерваторов, да?

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть должен быть свой Ле Пен.

Е.АЛЬБАЦ: Нет, я не… Пожалуйста, это без меня. Значит, я не знаю, какой там Ле Пен – он у меня вызывает абсолютное отвращение. Но я не об этом говорю, я говорю о том, что нужны политические партии, которые бы уводили этот протест с улицы. Люди выходят на улицу, потому что им больно. Точка.

О.ЖУРАВЛЁВА: Мы продолжим этот разговор. Это особое мнение Евгении Альбац, главного редактора журнала «The New Times». Меня зовут Ольга Журавлёва. Не забывайте присылать ваши вопросы и реплики на номер +7 985 970-45-45. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение», это особое мнение Евгении Альбац, главного редактора «The New Times». Мы продолжаем. Вот, Илья из Ярославля всегда очень глубоко копает (люблю его вопросы), сегодня пишет вот что: «Не кажется ли вам, что слова теряют свои изначальные значения? Либерал ассоциируется с русофобом, националист – с нацистом, фашистом, патриот – с сугубо государственником, лояльным к властям, консерватор – с мракобесом? Отчего, как вам кажется, идет такая подмена изначального значения слов? Это естественный процесс? Виноваты сами носители данных убеждений? Или идет намеренная пропаганда?»

Е.АЛЬБАЦ: Знаете, мне кажется, мы вообще любим всякие «измы», да?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ярлычки.

Е.АЛЬБАЦ: Ярлычки клеить. Если покопаться, то мы увидим, что есть люди, которые… Ну, вот, как, например, тот же Навальный, да? Он очевидно совершенно экономический либерал, да? Но что касается социальных вопросов, он скорее консерватор, я думаю.

У нас в силу того, что у нас не структурировано политическое поле, у нас и не структурированы политически головы. И в этом есть, конечно, своя проблема.

Ничего страшного. Понимаете, самое важное: если бы у нас был бы нормальный выборный процесс, если бы у нас нормальная была бы процедура… Вот, ты подал заявку на регистрацию партии, и тебя бы не отшвыривали, как отшвыривают уже третий раз с Народным альянсом, или как это произошло с той же Национально-демократической партией Константина Крылова, да? Если бы Минюст перестал брать на себя право решать, какие партии нужны российским гражданам, какие нет… Ничего страшного – пусть их будет 100, плевать, не важно. Важно, что у людей появится структура, которая будет представлять их интересы.

Во всех парламентских республиках (а вся Европа за исключением одной страны – это всё парламентские республики) существует масса разных партий. Ситуация, которая есть в США, где 2 основные политические машины, это исключительная ситуация. Больше этого нигде нету, потому что успешных демократических президентских республик больше нет. Все остальные президентские республики – Латинская Америка, и это за исключением Чили всё либо диктатуры, либо наполовину диктатуры, да?

Европа – это всё парламентские республики, поэтому там везде много больших, маленьких, таких, сяких партий. Потому что люди с разными взглядами, людям нужно представительство.

Вот, если бы у нас были бы нормальные представительства, у нас не надо было бы никаких «измов». У нас не было бы у людей потребности требовать горлом своих прав, им не надо было бы орать те лозунги, которые они орали вчера в Люблино – они могли бы канализировать это в парламентские термины через представляющие партии. Ведь, всё упирается в одно и то же, что в авторитарном государстве люди не имеют своего представительства, они не чувствуют, что они могут что-то решить, при этом государство ничего им практически из социальных сервисов не предоставляет, не дает им ни справедливости, ни безопасности. Отсюда происходит то, что происходит.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вы уже писали, говорили и высказывались относительно того скандала, который вызвали заявления Алексея Навального относительно Русских маршей. Сформулируйте самую главную для себя мысль. Вы о Русских маршах уже всё сказали.

Е.АЛЬБАЦ: Разочарование. Разочарование. Я-то… Кстати, меня спрашивали, я терпеть не могу интеллигентов. Это правда. Я очень люблю интеллектуалов и ненавижу… Нет, не будем резких терминов. Терпеть не могу интеллигентов. Это всегда просящие существа, которые всего на свете боятся, предпочитают прятаться где-нибудь за спинами или под матрасами. Это было замечательно видно при советской власти особенно. Да и сейчас они продолжают ходить с протянутой рукой и всё время облизывать властьпридержащих и всё время у них чего-нибудь просить. Я люблю людей дела и людей мыслящих – это, конечно, интеллектуалы.

Так вот меня разочаровала реакция. Тот пост, который опубликовал Алексей Навальный с аргументацией, почему он не пойдет на Русский марш, это был искренний пост, но, прямо скажем, не самый удачный для политика Алексея Навального.

Но это меня как раз не удивило. Я была потрясена, как на него со всех сторон все кинулись и с таким сладострастием стали его кусать… Для меня это было просто совершенно поразительно нерациональностью, неумностью.

Вот, если хотите, вот эта вся история… Пожалуй, главное мое расстройство связано с недостатком ума (я уж не говорю про образование – ну, чего там можно требовать от образования, особенно в области там политики). Но неумность того, что происходило в последние 2 дня, меня как-то очень расстроила.

О.ЖУРАВЛЁВА: Скажите, пожалуйста, есть ли у вас какое-то тоже сложившееся мнение, почему, все-таки, Каспаров решил выбрать другое гражданство?

Е.АЛЬБАЦ: Вы знаете, у меня нету… Я думаю, что человек имеет право жить там, где ему хочется жить. Насколько я понимаю, Гарри Кимович не отказывается от российского гражданства. Мне кажется, что просто несчастье, что такие люди как Каспаров… Каспаров – гений. Вот, понимаете, есть… Можно как угодно относиться к Гарри. Но есть объективная реальность, которая называется «Гарри Кимович Каспаров – гений». Это человек с фантастическим мозгом. Разговаривать с Каспаровым – это счастье. Умение его просчитывать варианты невероятно: это не важно, это касается шахмат или выборов, там я не знаю, в США, как он считает варианты. И, естественно, обычному человеку трудно за этим уследить, и я ему говорю «Гарри, подожди-подожди, ты перескочил через несколько ступенечек. Объясни мне тут свою логику». Он говорит «Ну, нет, ну это же… Ну, послушай, ну, это же всё понятно».

И, вот, когда люди такого… А Каспаров  — один из самых известных россиян в мире. Это человек, которого приглашают крупнейшие корпорации от Google до Exxon, чтобы он им прочел лекцию о принятии решений и об альтернативах или о просчете вариантов и так далее, да? То есть это, вот, мир признал, что Каспаровский мозг – это сама по себе ценность для человечества. И, вот, этот человек не хочет жить в России. И я ехала сюда…

О.ЖУРАВЛЁВА: А почему он здесь не нужен?

Е.АЛЬБАЦ: ...и слышала, как человек точно с отсутствием мозгов под названием «Владимир Вольфович Жириновский» говорил «Мы ему дали!» Чего вы дали! Ему мама с папой дали такую голову.

О.ЖУРАВЛЁВА: Другие люди говорят «Скатертью дорожка». Почему не нужен в России человек с мозгами?

Е.АЛЬБАЦ: Это ужасно, когда такие люди… Понимаете, вот это трудно пощупать руками. Но есть… Вот, понимаете, вот есть вот эта интеллектуальная атмосфера, которую создают люди, которые занимаются интеллектуальной деятельностью. Вот, она в России давно уже очень разжиженная. Давно в России есть ощущение просто нехватки людей, которые видят чуть-чуть дальше своего собственного носа или чуть-чуть дальше своего собственного интереса. Такие тоже, конечно, нужны, да?

Но это вот то, что создается атмосфера страны. Отсюда уезжают лучшие ученые, и сейчас их просто выпихивают ногами – посмотрите, что творится с физическими институтами.

О.ЖУРАВЛЁВА: А, может, просто все очень нежные стали? Ну, согласитесь, Евгения Марковна, ну, нет…

Е.АЛЬБАЦ: А что значит «нежные»?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, не 1937-й же год, ну, не так же всё страшно.

Е.АЛЬБАЦ: Это правда, конечно. Ну так, конечно, не 1937-й год, нет вопроса. Я же говорю… Оля, мы с этого начали: люди хотят быть счастливыми. Понимаете? А в России не безопасно жить, в России главный источник угрозы – это государство и его так называемые правоохранительные органы, а, на самом деле, карательные органы. И для такого человека как Каспаров, который живет мозгом, размышлениями, вот эта обстановка постоянной угрозы вокруг – это то, что мешает ему мыслить.

Это же абсурд, что Гарри здесь вынужден ходить с охраной. Ему не нужна охрана в Нью-Йорке, а здесь он без охраны не может выйти. Я уж не говорю о том, что за участие в Марше несогласных он отсидел свои там 5 суток.

О.ЖУРАВЛЁВА: А как эти зубы Каспарова искали! Ой…

Е.АЛЬБАЦ: Да. А последнее – это история, когда у Хамовнического суда, когда его заталкивали в автобус, потом обвинили в том, что он там кого-то укусил.

Понимаете, вот такие люди как Каспаров – это ценность. Российское государство должно было бы сделать всё от него зависящее, чтобы не дай бог он не уехал, чтобы он здесь занимался развитием Шахматной федерации, чтобы он здесь давал свои уроки одновременной игры, чтобы здесь он встречался с молодыми ребятами, рассказывал о том, что это такое зарабатывать деньги головой, а не путем угольной шахты или нефтяного колодца, да? Это несчастье. Несчастье. Мне Гарри будет уже… Ну, мы можем общаться и по Skype’у, но, конечно, личное общение ничего не заменит. И мне, конечно, ужасно больно и обидно, что это происходит. Он – удивительный совершенно человек (Гарри).

О.ЖУРАВЛЁВА: Что должно произойти, как вам кажется, чтобы ситуация поменялась?

Е.АЛЬБАЦ: Смена режима. Поменяться может только одно. Лучше бы, чтобы эволюционным способом здесь прошла бы нормальная смена режима. И к власти пришли бы люди, которые, действительно, хотели бы работать на общее благо, а не на собственный карман и не на всякие мифические идеологии и бесконечные всхлипы и вскрипы по поводу собственного величия. Вот, когда к власти в России придут люди, для которых счастье граждан будет целью, тогда такие люди как Гарри Каспаров отсюда не будут уезжать.

О.ЖУРАВЛЁВА: Спасибо большое. «Темой счастья Евгения Марковна озвучила единственно возможную в стране национальную идею», – считает Тимур из Уфы. Спасибо Тимуру. Спасибо Евгении Альбац. Это программа «Особое мнение», всего доброго.

Е.АЛЬБАЦ: Спасибо.

Комментарии

654

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


06 ноября 2013 | 01:17

Кстати, у того красноярского губернатора фамилия не Зубков, а Зубов.


06 ноября 2013 | 08:47

....и ЭТО - единственная ошибка в страстном монологе очень умного человека.....


bosen48 06 ноября 2013 | 11:25

Все остальные президентские республики – Латинская Америка, и это за исключением Чили всё либо диктатуры, либо наполовину диктатуры, да?
--------------------------------------------------------------------------
Такое впечатление, что Альбац говорит не думая. Хорошо если её "анализ" не услышат жители Бразилии, Аргентины, Уругвая, Перу, Парагвая, Мексики и пр. Надо же одной репликой обидеть все государства Латинской Америки. Я понимаю обиду за США, чьё влияние здесь резко уменьшилось. Но чем ей помешала Колумбия, ближайший союзник США.
Возможно, что познания Альбац о Латинской Америке остановились в СССР на уровне 70-х.
--------------------------------------------------------------------------------------------------
я терпеть не могу интеллигентов. Это правда.
---------------------------------------------------------------
Ну что сказать, Ильич в юбке. "Интеллигенция - не мозг нации, а ее г***о"
Прежде чем говорить, Е.М., думать надо.


alexandr_chatskiy 06 ноября 2013 | 16:42

Читайте "Национальный вопрос" Л.Радзиховского на сайте Эха от 5.11, м-м Альбац, и попробуйте возразить.

Правда, к Вашему разочарованию, он там не упоминает о "нашей огромной потере" - о безвременном отъезде из страны "национального гения" и великого шахматиста, но, думаю, Вам будет интересно.


alexandr_chatskiy 06 ноября 2013 | 17:54

"...я ему говорю «Гарри, подожди-подожди, ты перескочил через несколько ступенечек. Объясни мне тут свою логику». Он говорит «Ну, нет, ну это же... Ну, послушай, ну, это же всё понятно»."

Поскольку он, как понимаю, НЕ "объясняет тут свою логику", а говорит "ну, это же всё понятно", то Вы, потом, поразмыслив, действительно улавливаете смысл "понятного", или - нет?
А то ведь, может. в самом деле ахинея, и он намеренно "перескакивает через несколько ступенечек", чтобы задурить Вас...


alexandr_chatskiy 06 ноября 2013 | 18:14

"Такое впечатление, что Альбац говорит не думая."

Уверяю Вас, что это - ложное впечатление. Она давно ВСЁ "продумала" и ЗНАЕТ, что и как говорить (и писать).


bosen48 07 ноября 2013 | 12:00

А как же быть с Латинской Америкой? Да и говорит она сегодня одно, а завтра противоположное. И что это называется "думает".


agav 07 ноября 2013 | 13:46

Парламентская Республика Великобритания......
Наши умники пытаются обвинить профессора Альбац в безграмотности...., кстати, не один десяток лет такие же умники пытаются обвинить гениального Эйнштейна тоже в безграмотности, ,,опровергая,, его теорию.......

Албац не первооткрыватель Америки, назвав Великобританию ,,парламентской республикой,, - это обычный термин в политической теории и присущ в академической среде...
Если посмотреть Эхо (2007) - Альбац дала мастер-класс по терминологии....

Е. АЛЬБАЦ - Действительно форма правления в Великобритании это конституционная монархия.
Но есть одна тонкость. Она заключается в том, что республика происходит от «respublica» латинского. Вещь, которая принадлежит публике, обществу.
В Великобритании есть совершенно уникальная вещь. Это называется суверенитет парламента.
Так вот, никто не может отменить законов парламента.
Парламент есть репрезентативный орган. Он представляет ту самую публику, общество. В этом смысле Великобритания тоже respublica. Ровно также. Просто с точки зрения политической теории, конечно, это парламентская respublica.
Поскольку там ведь почему появился термин «respublica». У Платона. Потому что это форма правления, альтернативная форме правления абсолютного монарха. В Великобритании конституционный монарх, строго говоря, это символ. Власти нет.



bosen48 07 ноября 2013 | 15:30

Вы эфир слушали?
Она сказала: "Все остальные президентские республики – Латинская Америка, и это за исключением Чили всё либо диктатуры, либо наполовину диктатуры."
И причём тут Великобритания?


agav 07 ноября 2013 | 17:00

Вы эфир слушали и комменты читали?
,,"Во всех парламентских республиках (а вся Европа за исключением одной страны – это всё парламентские республики) существует масса разных партий."
= = = = = =
magnaneraie - Ой, и как же профессиональный политический аналитик может быть настолько безграмотным?! Даже из школьного курса истории 20-го века и географии известно, что только конституционных монархий в чистом виде в современной Европе как минимум семь штук - Великобритания, Швеция, Дания....,,


10 ноября 2013 | 18:06

"На свете счастья нет, но есть ПОКОЙ и ВОЛЯ"

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире