Время выхода в эфир: 15 апреля 2017, 21:05

В.Кара-Мурза Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» еженедельная программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Слушайте обзор важнейших событий прошедших 7 дней и анализируйте мнения экспертов и гостей нашей передачи. Итак, в сегодняшнем выпуске:

 — 16 лет назад произошел захват телекомпании НТВ;

 — Москва простилась с Евгением Евтушенко;

 — сможет ли Алексей Навальный стать лидером непримиримой оппозиции?

В ночь на Страстную субботу 8 этаж Телецентра «Останкино», откуда осуществлялось вещание, был взят под контроль вооруженными людьми, имевшими на руках писки неугодных журналистов, отстраненных от эфира. Топорная спецоперация, начатая за год до этого с ареста владельца телекомпании Владимира Гусинского и неудачных попыток молодого президента России дозвониться до Генпрокурора, наконец-то, завершилась. Трагедией для всей страны считает случившиеся писатель Виктор Шендерович:

 — Я бы говорил не о последствиях для прессы, а о последствиях для страны. Потому что всякая авторитарная власть первым делом делает удар по свободной прессе — что Ленин, что Гитлер, что Уго Чавес. Каждый авторитарный лидер, имеющий свои авторитарные планы, первое, что он делает – берет под контроль прессу, разумеется, самую влиятельную. Самой влиятельной прессой была свободная федеральная телекомпания НТВ, с масштабом покрытия 80 млн человек. При свободном НТВ было невозможно то, что начал делать Путин – узурпировать власть при свободном телевидении невозможно. И он уничтожил это свободное телевидение. Это были последствия не для телекомпании. Телекомпания благополучно в несколько приемов превратилась в сливной бачок, отвратительную мерзкую клоаку. Об этом сейчас нечего и говорить. Но последствия для страны были очень существенные.

В.Кара-Мурза Использование в качестве инструментов давления на строптивых журналистов подложных судебных решений, арестов счетов и самозваных советов директоров – сегодня они выглядят как архаичная экзотика. Ситуация с НТВ отражает всю ситуацию с российской прессой, считает журналист Александр Баунов:

 — Ну, во-первых, мы видим, что произошел не только захват телекомпании НТВ, вообще произошел захват всего российского телевидения как главного предвыборного инструмента. Надо разделять случаи телевидения и прессы вообще. Пресса у нас местами в приличном состоянии. И состояние прессы не всегда зависит от степени свободы политической системы. Например, на Украине, притом, что эта политическая система свободнее, там качество прессы, в общем, не очень пока высокое. Но в нашем случае пресса иногда хороша, но телевидение совершенно ужасно. Тут ничего не поделаешь.

В.Кара-Мурза Не спасли тогда ситуацию многотысячные митинги телезрителей, собравшихся и на Пушкинской площади, и у стен Останкино. К тому же под давлением извне сам коллектив раскололся по принципу готовности сотрудничать с новыми владельцами или сохранить верность убеждениям в заведомо рискованной ситуации. Изменил свое отношение к событиям вокруг НТВ журналист Николай Сванидзе:

 — Независимо оттого, с чем была связана тогда эта акция, а у меня тогда к ней было отношение другое, нежели сейчас, независимо от этого, объективно это привело, скажем, так, это стало первым шагом к уничтожению реально независимой от государства прессы в России.

В.Кара-Мурза Пошедшая на принцип часть журналистов старого НТВ еще 2 года вела неравный поединок за право оставаться в профессии. На федеральных телеканалах ТВ-6 и ТВС они вынужденно противостояли запрещенным приемам, использованным властью для их выдавливания их из эфира. Подлинной драмой считает захват НТВ политолог Аркадий Дубнов:

 — Вообще это трагическая история, если вспомнить чем стало НТВ за эти 15 лет, и как оно себя проявило буквально в последние дни. Мерзость, которая несется с экранов, именно НТВ на фоне потери журналистами, честно говоря, совести и профессионализма, в основном телевизионными журналистами, работающими на федеральных каналах. Эта вещь для меня поразительная и очень болезненная. Я никогда не был телевизионным журналистом, но многих людей там хорошо знаю, и я всегда почему-то хорошо вспоминаю Татьяну Миткову, до сих пор работающую на НТВ. Я не знаю, что она должна испытывать, работая в коллективе, который занимается грязной порнухой?

В.Кара-Мурза На примере НТВ 15 лет назад российскому обществу был преподан наглядный урок, периодически повторяемый до сих пор, о том, что в своем отношении с прессой нынешнее руководство государства не намерено иметь ничего общего с опытом своих предшественников.

Кремль банально отомстил идеологическому оппоненту, считает политолог Глеб Павловский:

 — Захват НТВ 15 лет тому назад был своего рода актом мести поначалу врагу, который сражался, в общем-то, как и противоположная сторона имеющимися силами и проиграл. Проигравшему захотели отомстить, причем поначалу не те, кто потом стал бенефициарами всего процесса. Месть удалась, удалась более чем и превратилась далее в бизнес. Потом месть как бизнес теперь у нас один из основных видов государственного бизнеса. Телекомпания превратилась во что-то достаточно сточное, если вспомнить недавний сюжет с Касьяновым и так далее. То есть там сняты всякие ограничения профессиональные, а значит, возможно, все. То теперь это что-то другое.

В.Кара-Мурза Многоплановым считает процесс деградации отечественного телевидения журналист Антон Красовский:

 — Во-первых, не деградировало российское телевидение, а новости стали пропагандой. И в принципе российское телевидение как, например, развлекательное телевидение, совершенно не деградировало и, с моей точки зрения, является одним из лучших в мире, как развлекательное телевидение. С точки зрения новостей, действительно оно превратилось в пропагандистский инструмент. Это произошло не только и не столько потому что, как вы говорите, было захвачено НТВ. НТВ просто перешло от одного акционера к другому. А, в первую очередь, потому, что власть захватила вообще всю информационную повестку. Теперь любой канал, как бы он ни назывался, кому он якобы ни принадлежал, принадлежит Администрации президента.

В.Кара-Мурза Причины деградации отечественного телевидения анализирует журналист Юрий Сапрыкин:

 — Почему деградировало российское телевидение? Потому что российскому телевидению, федеральным его каналам, по крайней мере, ставили все больше и больше ограничений. У них появлялось все больше барьеров, которые нельзя пересекать. Вот в результате телевидение намеренно отсекло от себя массу разной аудитории и остановилось на каком-то ядре, которое вполне устраивает коктейль из довольно беззубых развлекательных программ, довольно средней руки сериалов и новостей, которые представляют из себя голос начальства. Эта аудитория далеко не равняется 100% возможных телезрителей. Если мы посмотрим на статистику, то мы увидим, что доля ее все уменьшается и уменьшается. Но я бы не сказал, что захват НТВ был… Наверное, захват НТВ был важной, но не единственной, не ключевой точкой в этой истории. По крайней мере, следующая смена начальства на НТВ, которая произошла после «Норд-Оста», у нее были, может быть, не менее драматические последствия. И какое-то падение именно этого канала началось скорее в тот момент, чем 16 лет назад, когда мы все так переживали за уникальный журналистский коллектив.

В.Кара-Мурза Сегодня гость нашей студии — политолог Григорий Трофимчук. Григорий Павлович, почему так деградировало отечественное телевидение после захвата телекомпании НТВ?

Г.Трофимчук Добрый вечер! Кто-то может со мной не согласиться. Но вся проблема в том, что на российском телевидении нет никакой пропаганды и близко, на мой взгляд. Не точной, осознанной, опасной для оппонента, зарубежного в том числе, общей программы действий, слаженной и хорошо организованной. Пропаганда ведь, как и политика, на мой взгляд, ну, если перефразировать известную цитату-формулу – это искусство невозможного. Это война, на мой взгляд, как раз искусство возможного. А пропаганда – это все-таки искусство очень серьезного, причем уровня. Это достижение цели с помощью правильно выстроенных слов, тезисов, мыслей, идей. Причем по самым запорным, актуальным проблемам, главным для страны направлениям. И российские телеканалы с удовольствием бы, я думаю, получили такие профессиональные инструкции. Я имею в виду, прежде всего, конечно, ангажированные телеканалы, бренды. Но их, к сожалению, нет, к сожалению, еще раз подчеркну, для самих телеканалов. Просто не видно по всем теледвижениям вот этих осознанных действий, поэтому каналы работают по принципу – кто во что горазд – думая, что высшему руководству простой во многом и непритязательный где-то наезд на какие-то страны, лица, в общем-то, приходится ко двору. Что такое, вот здесь будет уместно вспомнить в виде иллюстрации, что такое, например, представляла собой пропаганда большевиков накануне Октябрьской революции? Ну, это люди собирались достаточно серьезные в одну организованную группу, ораторский коллектив, они шли на чужие окопы, когда еще шла Первая мировая война, практически безоружными, что-то там говорили вдалеке тем людям, врагам, которые сидели в окопах с наставленными на них оружиями, пулеметами, и вот эти распропагандированные люди-враги, не только бросали порой зачастую свое оружие, пулеметы, а разворачивали в ту сторону, куда пальцем указывали большевики. Вот, что значит настоящая пропаганда, на мой взгляд. У нас есть сегодня так называемая информационная война в духе – от нашего стола вашему столу, вы на нас грязь слили, мы на вас сольем еще больше. Но, к сожалению, у нас нет и близко войны интеллектуальной, но только она именно и дает результат. Если говорить конкретно о компании НТВ тех времен, кстати, в том числе компании и как коллективе, достаточно был слаженный коллектив, я бы, например, использовал его по назначению. Как коллектив, например, профессионалов, который на дороге, как известно, никогда не валяется, это редкость, и все об этом знают. Ведь настоящие профессионалы всегда ценят того, кто выше его классом или хотя бы равен ему, всегда хочется такому человеку пожать руку. Хочется именно профессионала, я бы еще раз хотел это подчеркнуть. И вот такого рода телевизионные рычаги были бы на порядок сильнее и особенно пригодились бы сегодня, когда один даже профессионал в сфере актуальной войны, а не информационной, может стоить армии, а другой профессионал — целого флота. Это если говорить об общественно-политических передачах, так как все остальные, в общем-то, полные аналоги западных продуктов.

В.Кара-Мурза Во вторник Москва простилась с Евгением Евтушенко.

Архивная Запись ЕВТУШЕНКО ЧИТАЕТ «ИДУТ БЕЛЫЕ СНЕГИ»

В.Кара-Мурза Феномен успеха всенародного любимого поэта исследует журналист Юрий Сапрыкин:

 — Мне кажется, что на этот вопрос можно будет ответить через некоторое время, потому что он это место еще займет. Как ни парадоксально, поэт-шестидесятник, который пережил всех своих коллег, который пользовался феноменальным успехом, просто невообразимым успехом в 50-60-е, который видел, был знаком со всеми культурными героями своего времени, и видел такие страны, о которых советский человек в то время даже и мечтать, наверное, не мог. Так вот, этот очень успешный, очень состоявшийся человек, открывший музей имени себя при жизни в Переделкино, про то, какое он место займет в поэзии, как ни парадоксально, ответа на это до сих пор нет. Очевидно, что его суперпопулярность в 60-е сыграла с ним злую шутку – он остался немного приклеенным к этому времени, и со всеми его плюсами и минусами, достоинствами и недостатками, в какой-то момент стал казаться немножко старомодным, немножко некомпромиссным что ли. И фигура Бродского, и их прямой конфликт с Бродским, я думаю, на это очень сильно повлияли. Когда в 90-е Бродский буквально занял эту вакансию поэта N1 в России, то Евтушенко волей или неволей оказался его антиподом, его противоположностью в общественном сознании. Он оказался тем самым, кто против колхозов, и тогда ты должен быть «за», такой, что ли антигерой. Мне кажется, что это место незаслуженно, и сам Бродский говорил, что «при всех к нему претензиях, да, я знаю наизусть 200-300 его первоклассных строк». И мне кажется, что когда немножко уляжется пыль, и немножко пройдет времени, вот эти 200-300 строк в истории поэзии, безусловно, останутся. И то, что он делал для антологии русской поэзии, которую он составил, и даже в момент, когда еще цензура не была отменена, это тоже для каких-то читательских поколений сыграло очень важную роль. Наверное, Евтушенко не будет восприниматься как поэт N1 своей эпохи, но это крупный важный поэт, который без сомнений останется в истории, и уж несколько десятков его стихотворений в будущие антологии точно войдут.

В.Кара-Мурза Подлинным классиком отечественной литературы считает поэта журналист Николай Сванидзе:

 — Евтушенко — очень талантливый человек, очень искренний человек, был, царствие небесное. Я считаю, что Евтушенко 60-х годов – это поэт вневременного масштаба, очень большого масштаба, лирик любовный и лирик гражданский, гражданственный. Некоторые его стихи хотелось и до сих пор хочется учить наизусть, они просто превосходны. Я думаю, что Евтушенко выражал время. Время было весеннее, Евтушенко был по-настоящему таким весенним поэтом.

В.Кара-Мурза Глубоко личное отношение к поэту сохранил политолог Глеб Павловский:

 — Вопрос о месте поэта в поэзии — это вопрос к серьезным литературоведам. Для меня Евтушенко был просто воспоминанием детства, потому что это были стихи, напечатанные, если не ошибаюсь, чуть ли не в «Правде», которые читали мои родители в начале 60-х. Я тогда был еще мальчишка, наследник Сталина. Он был как бы частью, светлой частью советской жизни. Потом в юности какие-то стихи его мне нравились, потом как-то пришел вкус к другим стихам. Но он был тем компонентом, он входил в тот состав советской жизни, который делал ее непереносимой. Евтушенко входил в тот состав компонентом советской жизни, который делал его человеческим, переносимым. Это были поэты, это были советские фильмы, советские мультфильмы, это была известная человечность, иногда беспричинная, касалась отдельных советских руководителей, как Хрущева. Он где-то для меня остался в этом времени. Я потом меньше следил за его поэзией. Но мне кажется, что он неотъемлем, он врос в это время, в эту эпоху, а, значит, у него есть какое-то место.

В.Кара-Мурза Политической фигурой считает ушедшего классика журналист Антон Красовский:

 — Мне кажется, что Евгений Александрович Евтушенко — это персонаж скорее не поэзии, а общественного сознания. Все-таки такой политический персонаж. Я бы если и снимал про кого-то фильм «Кто-то не поэт», так это уж точно Евтушенко не поэт. С моей точки зрения, Евгений Александрович поэт был очень посредственный, но шоумен был блестящий. Это единственный человек, которому в славяноязычном мире, когда бы то ни было, со времен Пушкина, удалось возвести поэзию в ранг величайшего из искусств.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — политолог Григорий Трофимчук. Григорий Павлович, какое место в российской поэзии занимает Евгений Евтушенко?

Г.Трофимчук Ну, Евгения Евтушенко, наверное, нельзя назвать великим поэтом, но он, безусловно, поэт не рядовой, он поэт выдающийся. Об этом говорит целый ряд признаков, причем связанных не только непосредственно с его творческими строчками. Например, он очень четко, точно всегда практически замечал таланты, на которые многие другие профессионалы не обращали никакого внимания. Евтушенко особо выделял, например, такого поэта, по сути, бомжа по жизни, который рано умер, Аркадия Кутилова, у которого попадались просто гениальные стихи. И таких случаев было много. Сам Евгений Александрович Евтушенко, безусловно, является классиком советской русской поэзии 60-70-х гг., для которой, на мой взгляд, еще не подобрали точного определения. Ведь не назвать весь этот блок поэтов-современников по нисходящей бронзовым веком? То есть более слабым, низким по качеству уровня, по сравнению, например, с Пушкинским классическим «золотым», или Ахматовско-Блоковским Серебряным веком. Тогда нам надо по логике вещей ждать теперь поэтов, после уже 60-десятников, 70-десятников, в крайнем случае, нам надо ждать поэтов деревянного или алюминиевого века и так далее, вплоть до каменного, по нисходящей. То есть здесь, на мой взгляд, применяется абсолютно неправильная градация, и все последующие поэты, сегодня живущие, которые будут жить через 50 лет, они почему-то по качеству, по уровню, по определению стоят ниже поэтов золотого, серебряного века и так далее. Именно поэтому сравнения всегда страдают неточностью, если говорить о месте Евгения Евтушенко не только в нашей советской поэзии, а в искусстве в целом. Евгений Александрович, конечно, понятен нам, абсолютно понятен, так как он непосредственный наш современник. Но мы пока не знаем, как его поэзия будет взвешена на весах вечности, времени, и уж извините меня за такой стандарт, за шаблон. К примеру, язык Пушкина сегодня становится уже архаичным. Надо многое объяснять, делать сноски, читая Пушкина, в отличие от самих стихов. Пока его стихи абсолютно понятны, они нравятся, наверное, точно так же, как нравились при жизни Александра Сергеевича его современникам. Стихи его выдерживают, в отличие от каких-то терминов, отдельно проверку временем уже практически 200 лет. Но вот, скажем, Владимир Высоцкий во многих местах начинает выглядеть даже сильнее Пушкина, хотя, может быть, кому-то покажется это сравнение неуместным. Хотя, как известно, за поэта его многие не считали и не держали в принципе. Евгений Евтушенко, на мой взгляд, намного большая часть советской песенной лирики, советской культуры, то есть именно этого времени. И в этом контексте, аспекте он, безусловно, велик. Кстати, если взвешивать на тех же образных весах современника и соратника Евтушенко Андрея Вознесенского, то тот же Высоцкий оказывается намного сильнее Вознесенского как поэт. Ну, например, известен случай, когда они выступали вместе в рамках одного концерта, и зрители, зная, что они вместе присутствуют в одной программе, требовали выступления самого Владимира Высоцкого, Вознесенского слушать не хотели. Это достаточно известный случай, и Высоцкому пришлось выйти на сцену еще до своего выступления, которое позже шло, после Вознесенского по программе, и все-таки попросить настоятельно зрителей прослушать его друга, своего друга Вознесенского, а то он сам не будет выступать. Вот таким образом он по-дружески припугнул аудиторию, и она покорно слушала друга Высоцкого – Андрея Вознесенского. Евгения Евтушенко можно и нужно, наверное, сравнивать с Робертом Рождественским, который по целому набору параметров, на мой взгляд, стоит именно рядом с ним. А кто из них важнее для нашего народа, ну, наверное, проверят другие поколения.

В.Кара-Мурза В минувший вторник вновь обрел свободу Алексей Навальный. Признанным лидером непримиримой оппозиции считает Навального журналист Антон Красовский:

 — Да, вне всякого сомнения, Алексей Анатольевич Навальный сейчас единственный легитимный лидер любой оппозиции в Российской Федерации, включая системные и давно известные партии вроде КПРФ.

В.Кара-Мурза Не склонен демонизировать фигуру Навального политолог Глеб Павловский:

 — Я не считаю, что Навальный непременно и навсегда привязан к непримиримой оппозиции. Он слишком явный политик, чтобы не быть готовым в удобный момент, хороший момент для этого, совершить какой-то поворот и, как Генрих IV, заявить, что «Париж стоит мессы». Навальный может стать лидером. Единственное, я надеюсь, кем он не станет, это опасное искушение вообще для политика — быть единственным народным любимцем, а для Навального, я думаю, в особенности.

В.Кара-Мурза Серьезно относится к фигуре Навального журналист Николай Сванидзе:

 — Навальный по факту, несомненно, сейчас лидер непримиримой оппозиции, другого лидера у непримиримой оппозиции нет.

В.Кара-Мурза Навального не назовешь лидером оппозиции, считает журналист Юрий Сапрыкин:

 — Ну, мне слово «непримиримой» здесь не очень нравится. Потому что как бы лидером непримиримой оппозиции, я не знаю, кто является – Марк Гальперин, наверное. Ну, есть люди, которые действительно совсем уходят в отказ такого старообрядческого толка. Никаких компромиссов в борьбе с этим государством. Эту позицию можно уважать. Но Навальный не про это. Навальный, по-моему, пытается и не без успеха занять место лидера оппозиции вообще, в том числе той, которая совершенно не, в том числе тех людей, которые совершенно не готовы и не собираются там обязательно брать что-нибудь штурмом или ложиться под танковые гусеницы, или устраивать майдан, или еще что-нибудь. Навальный пытается, и не без успеха, стать лидером очень разных людей, которых в разной степени не устраивает нынешняя кремлевская политика. И мне кажется, тот стиль, который ему свойственен, который сейчас он доточил до почти совершенства, стиль не какой-то там злобной конфронтации, не – «Мы вышибем это ворье!» – а стиль спокойной, уверенной, такой мейнстримной, веселой силы. То есть стиль человека из среднего класса, который на самом деле и есть опора страны, и есть то самое большинство, о котором так любят говорить политтехнологи. Это ему очень к лицу, это дает ему серьезные перспективы.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — политолог Григорий Трофимчук. Григорий Павлович, может ли Алексей Навальный стать лидером всей российской оппозиции?

Г.Трофимчук Навальный не сможет стать лидером оппозиции, так как, на мой взгляд, ему мешает целый ряд факторов. Ну, во-первых, по нему лично, по всем его интервью четко видно, что политика не интересует его в принципе. Он всегда старается уйти от чисто политических вопросов, не говоря уже о геополитике, сразу видно, что это ему неинтересно, и что глаза у него загораются только тогда, и в целом он оживляется, появляются нужные эмоции, а эмоции политику крайне необходимы, когда речь идет бухгалтерии, о цифрах, о коррупции. Это, на мой взгляд, абсолютно очевидный факт. Но населению страны этого слишком мало, так как коррупция в понимании населения лишь часть общего комплекса проблем, которые необходимо решать. Во-вторых, и это самое важное, Алексей Навальный не несет с собой новой идеологии, это принципиальный момент. Он стоит на той же самой политической платформе 91 года, на которой базируется и действующая власть. Может быть, именно по этой причине его сегодня сравнивают с Ельциным, даже называя его иногда молодым Ельциным. Другими словами, он выступает против той власти, которая является для него родной идеологически. А если вдруг в России возникнет иная власть, на прямо противоположных ценностях, чем существующая либерально-демократическая, то эта власть предъявит претензии и к таким активистам, как сам Навальный. Мне кажется, он сам четко должен отдавать себе отчет. Еще одна часть проблемы для Навального в том, что Запад называет его очень часто «критиком Кремля», применяется именно такое словосочетание, а не политиком. Думаю, что это максимально точное определение того, чем занимается Алексей. Объединить на таких ценностях наше население нельзя, ну, по крайней мере, крайне сложно, не говоря уже о политической оппозиции, то есть политических активистов. Народу нужна конкретика – снижение цен, деньги, увеличение зарплат, «нет» парковкам и так далее. Все эти лозунги как раз привлекают внимание нашего населения. Если говорить о либеральных партиях и движениях, то их Навальный не сможет объединить тем более, так как буквально каждые парламентские или президентские выборы показывают, что это сериал о вечных расколах — раз так было, значит, по-другому уже не будет, даже если Навальный будет лидером всей этой сферы идеологической.

В.Кара-Мурза В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжим наш выпуск через несколько минут.

В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжаем наш выпуск. На минувшей неделе американский удар по позициям Башара Асада слегка остудил головы кремлевских стратегов.

Дальнейшей эскалации напряженности ожидает после этого журналист Николай Сванидзе:

 — Ну, нет, разумеется, никто ничьих горячих голов остудить никогда не может. Горячие головы становятся все горячее.

В.Кара-Мурза Обитатели Кремля понимают только язык силы, уверен политолог Глеб Павловский:

 — В Кремле вообще уважают признаки силы, даже бессмысленные, даже враждебные. Они любуются проявлением силы. Поэтому я уверен, что томагавки их впечатлили. Другое дело, что впечатлениями нельзя двигать внешнюю политику. Трамп показал, что наша политика слаба. Она хороша, пока ни летят томагавки или Турция ни сбивает наши самолеты. То есть она сама по себе не защищена.

В.Кара-Мурза Бомбежки вряд ли остудят горячие головы, считает журналист Юрий Сапрыкин:

 — Я думаю, что нет. Понимаете, ведь Америка не то чтобы первый раз кого-то бомбит в Сирии за последние годы. Воздушная операция в небе над Сирией по борьбе с силами ИГИЛа она продолжается уже несколько лет, она бомбит Асадовский аэродром. Вот, разница только в этом. Они сделали что-то, чего не делали раньше, и пошли поперек той стороны конфликта, которая напрямую поддерживается Россией. Точно также мы не бомбили, а если бомбили, то из этого сразу происходил какой-то скандал, те формирования, которые напрямую поддерживали Соединенными Штатами. Мы по-прежнему делаем вид, что мы боремся с общим врагом. Горячие головы в Кремле это не остудит. Но эти горячие головы без сомнения будут всячески пытаться договориться и восстановить этот статус-кво. Как бы разыграть ситуацию таким образом, что мы и Америка действуем в Сирии вместе. И судьба Асада, судьба режима Асада она находится за рамками этих договоренностей, это какой-то статус-кво, который должен оставаться в силе, а вот с ИГИЛом мы дальше воюем. Можно ли сейчас отыграть назад? Ну, возможно, но, сколько еще будет таких черных лебедей, и таких внезапных химических атак, и что в следующий раз сорвет планку у Трампа, мы же не знаем. Это всегда все происходит внезапно.

В.Кара-Мурза Обитатели Кремля опасаются прямого конфликта, считает журналист Антон Красовский:

 — Они уже осудили эти бомбардировки. Другое дело, я бы поставил вопрос, готовы ли горячие головы – а) как-то за эти бомбардировки мстить? Мы видим, нет, не готовы. Потому что боятся вступать в прямую конфронтацию с США. б) – готовы ли они просто не вступать в конфронтацию с США, а выступить вместе с США на одной стороне против Асада? Я думаю, идет торг, я думаю, что это торг вокруг Украины. И пока США Украину не готовы сдать. Но мало ли что произойдет?

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — политолог Григорий Трофимчук. Григорий Павлович, как вы считаете, остудят ли американские бомбежки горячие головы в Кремле?

Г.Трофимчук Ну, если оперировать такой терминологией, то нет, не остудят. Все будет идти примерно так же, как идет. Но с ухудшением общей ситуации. Ракетный удар США по Сирии был силовым, несомненно, предупреждением России. Но ударили при этом не по ней, а, как известно, по каким-то объектам, в худшем случае, по представителям дружественной сирийской армии. Ну, может быть, по представителям Ирана, которые там находились. То есть, по сути, удар был и относительным проявлением слабости в то же время США, так как по России или ее представителям Вашингтон, и для России это абсолютно очевидно, бить не готов. И это, опять же с той же очевидностью, успокаивает Россию. Да, параллельно идет серия крайне тревожных признаков трагедий: упавшие самолеты, теракты. Но здесь ведь никто, особенно США, не может сказать напрямую, в открытую, что это сделано специально для устрашения России. Мы можем только об этом догадываться. При этом теракты, связаны с простыми рядовыми людьми, а не представителями власти, как, например, во времена Каляева, что тоже имеет очень серьезное значение, качественное значение. Другими словами, не прямая, опосредованная угроза выглядит, на мой взгляд, не так угрожающе. И именно поэтому ситуация развивается так долго, даже нудно, может быть, кому-то кажется. Скорее даже произошло обратное. Визит Госсекретаря Тиллерсона в Россию многим показал, внимательным наблюдателям, на его персональную слабость. Даже в том случае, если он привез с собой какие-то серьезные устрашающие слова, бумаги, документы. То есть в реальности это выглядело так, что Рекс приехал мириться с Россией, но та его строго отчитала за непродуманные действия США, и обещала подумать над поведением США. То есть он не Рекс, он Тиллерсон, он просто сын землевладельца, то есть это пока сама Москва наоборот, как мне кажется, угрожает Вашингтону. А при этом, конечно, имею в виду, после отъезда того же Тиллерсона, теперь можно ожидать любых выводов со стороны США, Вашингтона, ударов, терактов, в свой адрес с разных сторон. Ну, и, кстати, на днях президент Российской Федерации об этом, в общем-то, прямо, публично сказал. Теракты здесь особенно опасны, так как, если какую-то страну приговорили к такому формату, раскладу, уйти от него практически невозможно. Но всеми этими вещами можно запугать население, а власть опять же вряд ли.

В.Кара-Мурза Наблюдатели напрасно связывали свои надежды с состоявшимся на этой неделе визитом в Москву Госсекретаря США Рекса Тиллерсона. Вполне заурядным оказался этот визит, по мнению политолога Глеба Павловского:

 — Работа Кремля с подготовкой приезда Тиллерсона, и с Тиллерсоном мне кажется нормальной. Потому что у нас не так много сейчас концов, ведущих к политике США. Чтобы хвататься за них, имея дело с импульсивным и непредсказуемым Трампом, желательно работать с его окружением. И мне кажется, что в этом случае обе стороны проявили достаточную дипломатическую хитрость. И Тиллерсон, который несколько раз менял свои заявления: с ультимативных на позитивные. И Кремль — это как раз редкий, к сожалению, случай нормальной дипломатии Кремля.

В.Кара-Мурза Наивным стремлением договориться объясняет визит Тиллерсона журналист Николай Сванидзе:

 — Нет. Визит Тиллерсона стал как раз демонстрацией готовности не воевать, желанием уйти от крайней формы конфликта, то есть военной формы конфликта, каким-то образом о чем-то договариваться. А деваться некуда. Есть две огромных ядерных державы, и независимо от отношений друг с другом, есть только две формы взаимоотношений – либо война, либо мир. Война означает взаимное уничтожение. Значит, нужен мир.

В.Кара-Мурза Визит Тиллерсона стал лишь пробным камнем, считает журналист Антон Красовский:

 — Ну, нет, это попытка зафиксировать и материализовать наши отношения, которые достались, с одной стороны, нашим странам от администрации Обамы, а, с другой стороны, усугубились при ярких действиях нынешней администрации Трампа. Вот она зафиксирована на самом низшем за последнее время, за несколько десятилетий, между прочим, таком уровне, и зафиксирована недопустимость такого уровня. И для этого, собственно говоря, для фиксации этого, этот визит и состоялся. Дальнейшая работа уже на стороне президентов. Президенты сами должны будут определить, что будут делать дальше – воевать дальше или дружить.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — политолог Григорий Трофимчук. Григорий Павлович, как, по-вашему, стал ли удачным визит в Москву Госсекретаря США Рекса Тиллерсона?

Г.Трофимчук Визит Тиллерсона, да, планировалось сделать демонстрацией негативного отношения лидеров Запада к политике Кремля. Более того, все слышали чтение с листа резких текстов самим Тиллерсона в Италии накануне его визита в Москву. Но, как я уже сказал, сам визит Рекса в Москву стал практически полной противоположностью итальянским эмоциям. По чисто внешней картинке, по тому, как это виделось изначально теми, кто уполномочил Тиллерсона на то, чтобы он выступил в Кремле от имени консолидирующей позиции Запада. Думаю, что здесь нет никакой особой конспирологии, все очень просто. Просто Тиллерсон — не политик, а бизнесмен, и даже чисто внешне видно, как он слегка растерялся в Москве. Другими словами, не зачитал перед телекамерами в Кремле на весь мир ту самую ультимативную грамоту, о которой так много говорили накануне. Поэтому создалось ощущение, что это не он угрожал Кремлю, а Кремль ему угрожал, и, кстати, после его визита, и даже в ходе визита, появилось очень много соответствующих публикаций, в том числе и западной прессе. Кстати, бесполезность визита Тиллерсона стала ясна и непосредственно перед его прилетом в Москву. Когда поступила информация из Кремля, что Россия будет официально, в официальном порядке обращаться в соответствующие структуры, инстанции ООН, чтобы высокие и ответственные комиссии тщательно расследовали, что же там, в Идлибе, на этом несчастном аэродроме, в конце концов, произошло. И где же настоящие следы этого химического преступления? Но Рекс Тиллерсон не стал разворачивать самолет над Москвой-рекой, как когда-то Примаков над Атлантикой, и поэтому не выполнил, как мне кажется, возложенную на него миссию до конца. Пока что грозное имя Рекса Тиллерсона идет далеко впереди него самого. Но все это не говорит о том, что все уляжется, что все так просто и хорошо. Это просто оттяжка. Ситуация в мире будет ухудшаться, как, собственно, и сами российско-американские отношения. Пока еще рано делать окончательные выводы, но, кажется, Тиллерсон — самый слабый Госсекретарь США за последние годы и даже, наверное, десятилетия. И роль «несущего угрозу» не для него.

В.Кара-Мурза Большое вам спасибо за участие в нашей сегодняшней программе! Это все о главных новостях уходящих 7 дней. Вы слушали программу «Грани недели» на волнах радиостанции «Эхо Москвы». В студии работал Владимир Кара-Мурза. Всего вам доброго!

Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


ag18031958 16 апреля 2017 | 04:12

Опять этот "гениальный" эксперт Трофимчук!


karen 16 апреля 2017 | 12:51

Всё, перестаю слушать эту программу, ну нельзя же так, после каждой новой темы обсуждения - музыка, и не раз. Я не говорю уже об уровне, приходится раз 15-20 за программу слушать не самую привлекательную музыкальную застаку.


naphthaline_spb 14 мая 2017 | 00:22

Опять, что ли в отпуск ушли? Или совсем закрылись?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире