'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА – Граждане, давайте-ка голосовать поактивнее. Радио говорит, говорит радио. Обращаемся ко всем, у кого сейчас это радио включено. Ну-ка встали и пошли. Опустите свой голос в урну. Пожалуйста. Это все равно правильно, в любом случае. Правильно я говорю? Не знает наш гость. Сейчас проверю. Итак, сегодня в нашей студии Эльдар Шенгелая, знаменитый, легендарный, я бы так сказала, грузинский кинорежиссер. Представитель целого клана, потому что и отец режиссер, и брат режиссер, и артистки кругом прекрасные – мама артистка и жена артистка. И дочка артистка.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да.

К. ЛАРИНА – А вторая дочка тоже артистка?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет, у меня дочь не артистка. Была первая жена … актриса. У меня вторая жена не актриса.

К. ЛАРИНА – Дочки не артистки?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет.

К. ЛАРИНА – Но все равно на этом все не кончается?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – У меня внучка учится в театральном институте в Тбилиси. Она будет актрисой.

К. ЛАРИНА – А, то есть все продолжается.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да.

К. ЛАРИНА – Прекрасно. Я напомню нашим слушателям главным фильмы Эльдара Николаевича Шенгелая – это, конечно же, «Голубые горы, или Неправдоподобная история». Собственно говоря, главный фильм, по которому знает его вся наша советская зрительская общественность. Ну, кроме этого, конечно, «Чудаки», «Необыкновенная выставка», «Мачеха Саманишвили». Еще напомню, что Эльдар Николаевич после 9 апреля 1989 года, это такая знаковая дата в истории Грузии, всерьез занялся политикой, и достаточно долгое время был и депутатом, и даже вице-спикером парламента.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, вице-спикером был тоже. Сознаюсь.

К. ЛАРИНА – А сейчас возглавляете киноцентр в Грузии, да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет, я в этом году пошел в отставку. Мне 80 лет, но немножко неудобно уже, знаете, в таком возрасте. Сейчас молодой, очень хороший режиссер Заза Урушадзе, председатель союза кинематографистов Грузии.

К. ЛАРИНА – Ну, вот вы сказали про эту дату, и я хочу нашим слушателям сказать, что это не просто дата в истории конкретной биографии. Это дата в истории грузинской культуры. Именно поэтому в Грузии 2013 год объявлен годом Эльдара Шенгелая. Это действительно так?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, вы знаете, объявлен. Но я вам скажу следующее, что у нас есть очень хороший Музей театра, кино и хореографии, там такой директор Георгий Каландия. Они сделали очень хорошую выставку мою. Но вечер там не провели. Я очень благодарен Эльдару Александровичу и его супруге Эмме Валериановне…

К. ЛАРИНА – Эльдар Александрович – это Рязанов. Объясняю.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да. Они провели вчера вечер. Я думаю, что неплохой вечер был. Много было юмора. Эльдар Александрович свой клуб мне подарил. Он так сказал.

К. ЛАРИНА – Конечно, два Эльдара, да.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Владеют одним клубом. Ну это, конечно, в шутку.

К. ЛАРИНА – Я, кстати, хотела сказать, Эльдар Николаевич, что, конечно, нас сейчас слушает семья Рязановых – и Эмма, и Эльдар Александрович. Поэтому передаем большой привет. И я скажу – все нормально с вашим другом. Вот, сидит, чаю выпил, доволен. Все хорошо, все спокойно.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, да. Им тоже от меня привет, пожалуйста. И большую любовь.

К. ЛАРИНА – Вот, они вас слышат.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, вы пропустили. Несколько фильмов. Можно добавить?

К. ЛАРИНА – Да, конечно.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я на «Мосфильме» вместе с Алексеем Сахаровым снял «Легенду о ледяном сердце» и «Снежную сказку». Так что, потом уже, когда я приехал в Грузию, так случилось, что я и Леша – я так называл Алексея – мы написали сценарий по Гоголю, «Нос». Мы были в объединении Ивана Пырьева. Ну, он был очень экспрессивный человек, вы знаете, когда объединение собралось, он разбросал наш сценарий, сказал: «Вы не будете это ставить, вы молокососы, вы будете ставить современные фильмы». Честно говоря, это меня так обидело, что я собрал эти листки, пошел в канцелярию, подал заявление об уходе с «Мосфильма». Они сказали: «Ты что, с ума сошел? Люди мечтают на «Мосфильм», а ты уходишь». Я говорю: «Ну, так случилось». «Нет-нет, ты уходи и через неделю приходи. Хорошенечко подумай, остынь немножко». Я все равно сказал свое и уехал на «Грузияфильм». Вот там уже началась моя творческая биография. Мы с Тамаза Мелиава, который тоже учился на нашем курсе, вот, Леша Сахаров, я, Эдик Абалов, Курочкин и многие другие, Ершов – известный режиссер, учился тоже там. И я снял вместе с Тамаза Мелиава «Белый караван». Ну, потом я снял маленькую новеллу «Микела» по Давиду Клдиашвили. И потом случилась очень важная встреча – моя и Резо.

К. ЛАРИНА – Резо Габриадзе, да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Резо Габриадзе, да. Вы знаете, что все начинающие режиссеры, а я тогда только начинал, ищут свой почерк. И вот Резо Габриадзе помог мне найти этот почерк, потому что его в его сценарии я увидел те интонации, юмор и грусть какую-то, которая пришлась мне очень по душе. И я стал работать в этом жанре. Ну, я хотел бы отметить, что Валентина Теличкина играла у нас. Был такой очень странный случай. У нас другая актриса, Валя снялась в «Журналисте», уже стала очень известной, и ее в другом фильме стали снимать. Поэтому мы очень хотели, я и Резо, очень хотели, чтобы она играла, но, к сожалению, она была занята. Пришлось другую актрису взять. Через какое-то время она сказала: «Я беременна». Но она не от меня была беременна, естественно. Я, говорит, беременна. Но такой закон советский был, что ее отпустили, и никаких, так сказать, она не должна была платить, и так далее… Потом, к счастью, прилетела к нам Валя Теличкина. Она создала необыкновенный образ. Научилась говорить по-грузински, какие-то фразы прекрасно говорила она, танцевала по-грузински. С Гурамом Лордкипанидзе и Пипиния играл Василий Чхаидзе. В общем, я думаю, что неплохая картина была. Она была показана в Болгарии только. Вообще, Болгария была такая страна, где испытывали нас. Вот, если мы в Болгарии сдавали экзамен, тогда мы могли куда-то в другое место полететь. Но «Необыкновенную выставку» нигде не показали. И уже после перестройки, на Роттердамском фестивале, меня там не было, был мой ученик, такой известный режиссер Дито Цинцадзе, он мне рассказывал, что очень хорошо была принята картина. Вот что касается «Необыкновенной выставки».

К. ЛАРИНА – Эльдар Николаевич, конечно, хотелось бы поговорить с вами не только об искусстве, но и о том, что происходит сегодня в стране, в Грузии, и то что происходит между нашими странами. Я думаю, что все знают, насколько крепки были эти историко-культурные связи, между Россией и Грузией. Но, естественно, мы переживали разные периоды в наших отношениях, и последний период трагический – это был август 2008 года, когда от нас тогда отказались многие люди, которых мы любили очень и всегда ценили их как личностей. Это и Буба Кикабидзе, и даже, я помню, Роберт Стуруа хотел тоже уехать от нас. Но в итоге сейчас он по-прежнему остался в театре у Александра Калягина. Он работает и у себя в театре, и здесь работает тоже в театре Калягина. Как вы пережили это время и что для вас это событие было, август 2008 года?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, я считаю, что это была огромная ошибка наших политиков.

К. ЛАРИНА – Ваших политиков?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, несомненно, я так считаю. Вообще я думаю, что… вы знаете, я вырос в тбилисском дворе, и в том дворе, где прошло мое детство, там жили армяне, поляки, евреи, грузины – все, понимаете? Во время войны было очень трудно. И у нас говорят, что сосед гораздо ближе, чем родственник. Потому что сосед рядом живет, и если какая-то помощь нужна, то он тебе помогает. Это было так, понимаете, мы бегали друг к другу… У кого-то соли не было, у кого-то воды, у кого-то что-то, и так далее. Друг другу все помогали.

Я думаю, что Грузия должна стремиться к тому, чтобы со всеми сейчас соседями, и, конечно, с Россией в первую очередь, с этим огромным государством, иметь нормальные отношения. С Турцией, Арменией, Азербайджаном. Вот, все страны, которые ее окружают, должна она быть с ними в нормальных отношениях. Это необходимо для развития экономики ну и, конечно, для культурных связей. Знаете, вчера я так рад… я столько своих друзей увидел!

К. ЛАРИНА – Здесь, в Москве, да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да. На вечере. Столько нас связывает – поездки, совместные какие-то конференции были, съезды. Я там не вспомнил, такой смешной случай расскажу. У нас съезд проходил обычно в Кремле, а потом был такой ритуал. В середине был такой перерыв, мы шли к Ленину и несли большой венок. А передо мной шла Нонна Мордюкова, известная вам великая актриса. И вот мы зашли. Нонна идет передо мной. Солдаты делают так – «ш-ш-ш», это значит, что перестать разговаривать. Ну, все замолчали, подошли к саркофагу Ленина, и вдруг Нонна: «Батюшки, Господи!» — начала причитать.

К. ЛАРИНА – Это прямо в Мавзолее, внутри?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Внутри. «Батюшки!» Идет, идет вокруг. Там стоял офицер, она его толкнула, он упал, солдат упал. Вышли на улицу, я говорю: «Нонна, ты что, не знала, что Ленин умер?» «Нет, я-то знала, но во что его превратили?!»

К. ЛАРИНА – Это почти анекдот уже, конечно. Замечательно. А вот, Эльдар Николаевич, вы, конечно, пережили многие… разные режимы в Грузии. Даже за последнее, скажем так, новейшее время, Шеварнадзе, Гамсахурдия… а, потом был Шеварнадзе. Потом Саакашвили, и вот сейчас Иванишвили. Как менялось ваше отношение к этим политикам? Каким образом менялась жизнь при них в стране?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Когда пришел Гамсахурдия, были какие-то надежды.

К. ЛАРИНА – Я помню, интеллигенция грузинская большие надежды возлагала на него. Тем более он был известным диссидентом. Человек с таким прошлым, с такой историей! Это было удивительно. Надежды были.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Но, к сожалению, это не оправдалось.

К. ЛАРИНА – А почему?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, я думаю, что он не готов был. Понимаете, президент – это все-таки другое понятие, а диссидент – другое понятие. Я думаю, что он не был готов, потому что это были лозунги, а не реальность. Понимаете? Это привело в конце концов к тбилисской войне. Трагическое событие, где практически друг друга убивали грузины. Потом он такой очень странный лозунг бросил, что все живущие негрузины – они гости в Грузии.

К. ЛАРИНА – То есть это как «Россия для русских»? Да? Здесь то же самое.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, что-то в этом роде. Это везде был такой какой-то момент, и там тоже прозвучало. Что касается Шеварнадзе, я думаю, что, когда он пришел, практически государства не существовало. И Шеварнадзе создал государство, вот, основы государства. Он создал. Но последнее время какие-то трудности появились. Вот, я тоже был в оппозиции тогда. Ну, когда Саакашвили пришел, у всех большие надежды были. Между прочим, вот, грузинский флаг вы знаете, да? Один из авторов этого флага – я. Да. И Миша, я так его называл, он мне позвонил, сказал, что да, приходи ко мне, поговорим насчет флага. Я пришел к нему, это в бывшем ЦК, не тот дворец, который у него тогда… ЦК было бывшее, он там был. И я сидел, и от него вышел Иванишвили. Я хочу сказать этим, что все возлагали какие-то надежды. И первый приказ, который он подписал, когда была инаугурация, это было по поводу вот этого флага грузинского. Но, к сожалению, все, вроде бы, было хорошо, и как-то, так сказать, надежда была. Но потом произошло убийство Жвания.

К. ЛАРИНА – А вы дружили с ним?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я не то что дружил, я считал его своим учителем в политике. Я же не политик. Это был необыкновенный человек, великолепно воспитанный, интеллигент, прекрасно говорил по-английски. И это был большой удар для всех. С того момента что-то случилось. Уже по-другому стали смотреть…

К. ЛАРИНА – А вы считаете, это политическое убийство было?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, это политическое убийство. Сейчас открываются какие-то моменты, идет следствие. В общем, по политическим убийство, и даже это идет и за границей, как говорят. Я пока не могу это точно сказать, потому что идет расследование. Ну, потом случилась вот эта война. Это была большая ошибка, несомненно. Я думаю, что и Россия тоже ошиблась. Надо было немножко сдержаться.

К. ЛАРИНА – То есть можно было избежать этого конфликта?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, можно было. Надо было перейти на переговоры. Надо было вести долгие переговоры, и что-то можно было срегулировать. Вот, к сожалению, это случилось. Я думаю так – есть стремление попасть в НАТО и Евросоюз, это длится годами. Ничего не получается, и не получится это. Не получится. И ключи объединения Грузии – они в России. И я так думаю, я сейчас не знаю большую политику и не могу это так анализировать очень глубоко. Но я думаю так, как простой человек и гражданин, я думаю, что обязательно Грузия должна восстановить нормальные отношения с Россией.

К. ЛАРИНА – Ну, как мы помним, у Саакашвили и команды, которую тогда он возглавлял, как я поняла, были большие надежды, связанные с Америкой, с Европой – как-то войти вот в это пространство, и подальше от России. Сегодня, судя по всему, разворот совсем другой. Или это только кажется?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, вы знаете что, во-первых, я скажу следующее. Что с приходом Иванишвили, во-первых, видите, он пришел с выборами. Видите, Гамсухурдия с выборами, потом его… после войны он был изгнан. Значит, после этого Шеварнадзе пришел, его тоже изгнали. Была Революция роз. Бесконечные революции и войны. Наконец, были нормальные выборы. Это какой-то шаг вперед. Ну, есть надежды с Иванишвили.

К. ЛАРИНА – Я прочитала в вашем интервью, вы сказали, что Иванишвили спас грузинскую интеллигенцию. Вы имели в виду с чисто материальной точки зрения? Он помогал очень…

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, он дает интеллигенции субсидию. Вот я, например, получаю. И я прямо скажу, что если бы не его субсидия, то моя семья просто с голоду умерла бы. Это годы продолжается. И сейчас я получаю эту субсидию. Просто в какой-то момент там было такое, что сбой был какой-то. Было такое волнение интеллигенции. И потом, когда вновь восстановилось, то все друг другу звонили, поздравляли. Понимаете? Потому что это очень существенно было.

К. ЛАРИНА – А как сегодня грузинская интеллигенция относится к новому президенту?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, вы знаете, разное отношение. Сейчас уже такой период, когда не может быть, как в Советском Союзе, одно отношение. Есть разное отношение. Есть люди, которые поддерживают Саакашвили, есть люди, которые… Но большинство, конечно, поддерживает Иванишвили.

К. ЛАРИНА – Напомню, что сегодня у нас в гостях Эльдар Николаевич Шенгелая. Сейчас мы слушаем новости, а потом продолжим наш разговор.



НОВОСТИ



К. ЛАРИНА – Возвращаемся в программу. Напомню, что сегодня в нашей студии режиссер, который приехал к нам из Тбилиси – Эльдар Николаевич Шенгелая. Напомню нашим слушателям, что вы можете задавать вопросы, и я вижу, что вопросы уже идут. Чуть позже я к ним обращусь. Напомню номер СМС – +79859704545. Эльдар Николаевич, а что вам дал опыт политический? Вы не жалеете об этом времени?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет, я не жалею. Знаете, дело в том, что после 9 апреля, когда мы работали в комиссии Собчака, я думаю, что Антон Александрович сделал очень многое, для того чтобы правда была сказана о 9 апреля. Это был замечательный человек, великолепный человек… Он блистательно все это провел. Несмотря на то, что военная прокуратура тогда… ну, можно лгать, но несмотря на это правды он добился. Ведь в Тбилиси не было света. Ну о каком кино можно было думать? Понимаете? И к тому же после 9 апреля чисто популярным я стал в политике, и народ потребовал, чтобы я был в политике. Поэтому я пошел в политику. И, как я вам уже говорил, встреча с Зурабом Жвания сыграла большую роль, что я остался в политике. Я хотел уходить, но он меня не отпускал. Говорил: «Твой авторитет необходим». И вот, я был до того, пока у меня случилась трагедия. У меня погибла дочка в автокатастрофе, моя младшая дочка. И тогда я покинул политику. Сейчас я с политикой ничего общего не имею. Могу только такие пожелания сказать, что я бы хотел, чтобы Грузия и Россия имели нормальные отношения.

К. ЛАРИНА – А возможно быть политиком и быть порядочным человеком, или эти две вещи несовместные? Если человек не может идти на какие-то компромиссы со своей совестью – лучше туда не ходить? Это мой вопрос.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вот, например, Зураб Жвания – он сочетал это.

К. ЛАРИНА – То есть возможно, да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Абсолютно. Он был чистейший человек, и в то же время он был политик. И никогда он не допускал какой-то нравственной ошибки. Этого я не помню. Поэтому может быть в политике нравственный человек, но, к сожалению, многие, конечно, не такие.

К. ЛАРИНА – Но у вас остались друзья из этого периода вашей жизни, политического?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Остались, конечно, но мало. Честно говорю, мало.

К. ЛАРИНА – Ну, давайте теперь немножечко поговорим о том, что происходит в кино грузинском. Хотя, как я понимаю, «Грузияфильм» — это некий уже образ, которого нет. Или он существует?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, сейчас идет восстановление.

К. ЛАРИНА – Студия-то существует вообще? Она все эти годы, все эти 20 с лишним лет, существовала, или ее не было?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет, вы знаете, ее разрушили до основания, и сейчас начинается постепенное восстановление. Ну, на это уйдет много времени, чтобы восстановить. Но у нас появилось достаточно много маленьких компаний, которые довольно успешно работают. Вот, при Союзе кинематографистов есть такая компания – «Синетек». Кстати говоря, помог ее созданию Иванишвили в свое время. И она хорошо работает. Недавно был снят такой фильм – «Чайка». Это не по Чехову. Это «Чайка», вместе с испанцами. Этот фильм очень хорошо прошел, на многих фестивалях он получил призы. Есть несколько хороших режиссеров у нас. Вот, Заза Урушадзе, я вам сказал, очень хороший режиссер. Георгий Когуашвили – тоже очень хороший. Нет, есть несколько хороших режиссеров.

К. ЛАРИНА – Параджанов, по-моему, тоже у нас известен хорошо. Племянник, по-моему, Сергея Параджанова.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Племянник, да, да.

К. ЛАРИНА – По-моему, очень интересный режиссер.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, насчет Параджанова, если хотите, я два слова скажу.

К. ЛАРИНА – Конечно. Это легендарная личность. Я, кстати, могу вам сказать, что я была в его доме. Я видела этого человека, я с ним разговаривала. Это был 1986 год. Это было чудо какое-то, я впервые вообще увидела, что такое масштаб личности и свободы какой-то. Это было советское время, и это был абсолютно свободный человек. Который прошел тюрьму, унижения, травлю, все ужасы. Абсолютно свободный человек. Но это я сказала, простите, ради Бога, для…

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, я сейчас коротко расскажу несколько историй. Вы знаете, очень странно было, когда его… обычно ссылали – Солженицына сослали на запад, кого-то еще, а его сослали в отчий дом. И первый период он ничего не делал, то есть кино не делал. Он дома как раз делал коллажи бесконечные, люди к нему шли. И там будущее поколение увидит тот театр, который он создавал. Увидит фильм, театр. Он был великий актер, маг был. И вот мы решили сделать его выставку. Начали готовиться, это рядом, принесли его коллажи, и так далее. И вдруг приходит ко мне в кабинет… Я был тогда Первый секретарь, это так называлось, Первый секретарь союза кинематографистов. Пришли 3 человека. Они говорят: «Мы из КГБ. Почему вы нас не спросили и делаете выставку Параджанова?» Я сказал: «Мы никогда не были, у нас нет телефона… и вообще – мы устраиваем очень много выставок, и никогда такого вопроса не было». «Ну, вы знаете что. Вот наши телефоны, отныне вы всегда с нами связываетесь. Ну а теперь так. Вы сделаете выставку, мы придем и посмотрим ее». Теперь, у него были зэки, замечательные. Вот, которые с ним вместе сидели. И вот хотели мы, это чтобы было в выставке. Я пришел, мы его называли по-грузински «Серго». Я ему говорю: «Серго, вот такое положение. Вот, пришли из КГБ». Он говорит: «Ничего, я сделаю один коллаж, и будет нормально. Приходи завтра». Я прихожу, он сделал коллаж Ленина. В общем, он вырезал Ленина из журналов, Ленин вниз, Ленин наверх, на пьедестале, его портреты, там, детские… ну, в общем, сплошной Ленин. Ну, я это понес в Союз, и тогда мы сделали так – повесили такие нейтральные коллажи, потом Ленин, а потом зэки. Вот, они пришли, и они по 5 минут стояли у этих самых… потом подошли к Ленину: «Все в порядке» — сказали. — «Все в порядке. Пожалуйста, пускай будет». Теперь, я прихожу к Серго и говорю: «Ленина уберем?» «Ты что, с ума сошел? Это моя лучшая работа». И прошла выставка. Это было замечательное, … маленьких … он устроил целое представление – маленькие балерины там пели… был замечательный вечер.

Еще одну историю. Я и Георгий, мой брат… были показаны в Японии два фильма моего отца – «Элисо» и «Двадцать шесть комиссаров». Куросава присутствовал на этом показе. Но когда мы выезжали, мы зашли к Серго. Он нам сказал: «Привезите мне кимоно». Ну, конечно, привезем. Мы его очень любили, естественно. Приехали в Японию, оказалось, что кимоно стоит такие деньги! А у нас были копейки, тогда давали. Потом нам сказали – очень дешево стоят кимоно для мертвых. Мы купили одно кимоно, ну, как раз, черное, так раскрашено, японские эти узоры. В общем, прошел этот самый там… Куросава сказал: «Я очень рад, что такого великого режиссера две картины посмотрел». Приехали мы в Тбилиси, дали ему это кимоно. Он созвал весь двор, все вышли. Он говорит: «Посмотрите, какое кимоно» — ходит, показывает. Потом мы снизу говорим: «Это для мертвых». «О, сволочи, братья, сволочи». Он замечательный человек был.

К. ЛАРИНА – Я хочу сказать, что у Эльдара Николаевича потрясающие родители. Я когда смотрела биографию, там, естественно, смотрела про родителей. Я была поражена красотой матери вашей. Скажу для тех кто не знает, что мама Эльдара Николаевича была звезда немого кино, наверное, так можно сказать.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да. Не только немого. Потом она уже… до 40-х годов снималась.

К. ЛАРИНА – Но прозвучала она как актриса, невероятной красоты женщина. Настоящая такая княжна грузинская. Невероятной красоты. У меня возник вопрос к вам – вы делали, может быть, какую-то книгу, посвященную родителям? Потому что хотелось бы увидеть… наверняка есть дома архив –фотографии, фрагменты какие-то.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, вот сейчас делается книга об отце, и в ноябре будет сделана книга о моей матери. Но сама мама написала очень хорошую книгу. Она очень хорошо писала, знаете, очень хорошо писала. Она знала прекрасно поэзию, наизусть, очень… она дружила с Пастернаком в очень близких отношениях. Пастернак очень много ей посвящал, замечательные высказывания. С грузинскими поэтами дружила. И она написала очень хорошую книжку. Очень хорошую книжку, где начинается от ее детства и кончается буквально, ну, она погибла, но до этого все описано.

К. ЛАРИНА – Она же погибла в достаточно еще сравнительно молодом возрасте. Не пожилой женщиной.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, 49 лет ей было. Я еще во ВГИКе учился.

К. ЛАРИНА – Ну, что это? Это вообще.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я во ВГИКе учился и, к сожалению, … не почувствовали. Я и мой брат …, старший брат, проводили ее, посадили в автобус. Тогда такси – такое сложное было. И мы не почувствовали…

К. ЛАРИНА – В самолет, да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да. И тут сыграла ее популярность плохую роль. Самолет сел в Сухуми, но его не пускали. Но в этот день, когда она погибла, ее день рождения был. Ее друзья ждали. И она попросила. А летчик был очень хороший летчик, ас был. Он еще во время войны воевал, поэтому ему дали разрешение. Но, к сожалению, вот такое странное совпадение. Мой отец погиб очень близко от Гурджаани, где детство провела моя мама, а самолет упал над деревней моего отца, где он родился, Обуджи. Она погибла там.

К. ЛАРИНА – А правда, что молния попала? Я читала в Интернете.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Молния, да. Гроза была, молния.

К. ЛАРИНА – Какая-то мистическая история. Страшная. Но, видите, все равно успела написать книжку. Удивительно. А вы ее издавали? Она была издана, эта книга.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Книга?

К. ЛАРИНА – Да, ее.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Она сама издала. Еще при ее этом… она издала по-русски и по-грузински эту книгу.

К. ЛАРИНА – Ну сейчас-то сделайте. И ее книгу переиздать, и о ней написать.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Во-первых, мы хотим ее переиздать. Во-вторых, делаем большую очень книгу, где будут многие… ей посвящали стихи, писали письма. Вот, все это будет. Все наследие по поводу нее – все будет. А что касается отца, будет книга, и там будет два фильма. «Элисо» и «Двадцать шесть комиссаров».

К. ЛАРИНА – Вот еще такой вопрос к вам. Эльдар Николаевич, учитывая, что такая семья звездная, в советское время особенно было понятно, что если ты вырываешься наверх, то тебя видят все. Не только те, кого ты любишь. У меня вопрос, связанный со сталинским временем. Как ваша семья пережила это время? Не было никаких столкновений с системой в то время?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, моя тетя, Кира Андроникашвили, была замужем за Пильняком. Вот там, к сожалению, мы пережили трагедию, потому что Пильняка расстреляли, а мою тетю сослали. Но до того, как сослали, у нее был сын Боря, маленький, потом очень известный писатель Боря Андроникашвили. Ну, наверное, вы знаете. И моя бабушка, Екатерина Сливицкая, она польского происхождения была. Она поехала поездом, и она успела, потому что Борю сдали бы в детский дом, и он пропал бы. И она успела, она взяла и дала ему свою фамилию – Андроникашвили. И когда его… меня мама взяла на перрон вокзала, когда поезд стал, там маленький мальчик, она сказала: «Вот твой брат». И мы как братья были всегда.

К. ЛАРИНА – Отношение к Сталину как к фигуре? Я знаю, что в Грузии тоже все очень болезненно, почти так же, как и в России, но там по-особенному, поскольку считают его во многом как бы своим, что называется, человеком – соплеменником, сородичем.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, нет.

К. ЛАРИНА – Нет?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет.

К. ЛАРИНА – Вот буквально вчера мы новости слушали. И памятник поставили в каком-то городе. Коммунисты, правда, естественно, грузинские коммунисты.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Где?

К. ЛАРИНА – В Телави, или где-то, я не помню. В каком-то из городов грузинских поставили памятник на средства коммунистов. В итоге, после того как его поставили, его облили красной краской, написали на нем «убийца», и сейчас руководство города приняло решение демонтировать памятник. Но, что интересно, на средства тех коммунистов, которые его ставили. Вот, сегодняшнее отношение к этой фигуре исторической?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Разноречивое отношение. Ну, я считаю, что, вы знаете, что, несмотря на то, что, конечно, были большие негативные явления, расстрелы, и так далее и так далее, но Сталин очень сложная фигура. Надо так спокойно исторически подходить, потому что сейчас идет немножко другое отношение уже. Историки по-другому смотрят. Он очень странный человек был. Вы знаете, до того, пока Курская битва произошла, он созвал совещание, где он поставил вопрос о том, какая должна быть советская школа после войны. Еще была не выиграна война, а он уже думал вперед. Понимаете? Потому что наше новое поколение должно быть воспитано.

К. ЛАРИНА – То есть вы с уважением к нему относитесь?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я отношусь… как сказать? Понимаете, к истории нельзя относиться так: я его люблю или не люблю. История – это вещь такая, которую надо очень спокойно анализировать. Эмоции должны уйти. Потому что в конце концов, я думаю, что если бы не Сталин – я не знаю, сложно было бы выиграть эту войну. Потому что его умение политическое… ведь Черчилль писал, когда он скончался, писал: «Мне уже не интересно быть политиком. У меня нет человека, с которым я буду бороться». Эйзенхауэр написал, что эпоха Сталина ушла. Это его эпоха была.

К. ЛАРИНА – Но они здесь не жили. Они же здесь не жили, ни Черчилль, ни Эйзенхауэр.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я понимаю.

К. ЛАРИНА – Они не знают, какой ценой эти победы достигались – и в войне, и в мире. Разве это не важно для вас на этой чаше весов? С одной стороны – победы, а здесь – страшные трагедии людей.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я понимаю. Я понимаю. Я и говорю, что надо анализировать и видеть и эти трагедии, и в то же время то, что он принес. Ведь когда он пришел к власти, практически Россия была разрушена. А кончил тем, что водородная бомба была в России. Это мощнейшая держава.

К. ЛАРИНА – Ну, это ваша вольная цитата из Черчилля, вы мне цитируете известную вещь.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да.

К. ЛАРИНА – А вот скажите, чтобы мы по этому поводу не спорили, нет времени. Искусство должно вообще заниматься осмыслением каких-то исторических сюжетов? Именно таких, спорных, которые рождают самые разные интерпретации. Я приведу вам пример – фильм «Покаяние» Абуладзе, который стал настоящим событием историческим. Не просто событием культурным, а общественно-значимым. Почему сегодня грузинское кино, или даже за все эти последние 20 лет после существования Советской страны… больше чем 20… ни разу не обращалось к таким сюжетам, не пыталось рассказать о том, что происходит?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, что я вам скажу. Последний период не только для Грузии – для всего Советского Союза – 60-70-е – это был Ренессанс в искусстве. Ведь какое кино у нас было вообще!

К. ЛАРИНА – Вы советское время имеете в виду? Ну, конечно. О чем мы говорим.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Тарковский, Гельман, я не знаю, так сказать. Великие режиссеры были. Правда, нет?

К. ЛАРИНА – Да, да, безусловно.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Замечательные. И у нас, вот, Абуладзе, там, Лана Гогоберидзе, Михаил Кобахидзе, Саша Рехвиашвили, я не знаю, Мераб Кокочашвили, Резо Эсадзе, Тенгиз Абуладзе, Резо Чхеидзе. И в театрах…

К. ЛАРИНА – Иоселиани забыли мы назвать.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Иоселиани, да, конечно. В театре – Роберт Стуруа, такой великий актер Рамаз Чхиквадзе, Темур Чхеидзе…

К. ЛАРИНА – Резо Габриадзе.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Резо Габриадзе, Темур Чхеидзе. Везде… Тенгиз Мирзашвили, Нижарадзе. Многие замечательные…

К. ЛАРИНА – Ананиашвили и Цискаридзе еще. Добавьте.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, да. Думбадзе. Понимаете, везде это было какое-то… дело в том, что никого не интересовали деньги тогда. Во-первых, их было мало, интересовало… все хотели создать что-то значимое. Вот сейчас это страшно, ведь – деньги, понимаете? Потому что они заставляют идти на компромисс людей. А что касается истории, просто в Грузии очень маленькое финансирование. Но, в принципе, если говорить, то, конечно, искусство должно заниматься этим. Конечно, заниматься.

К. ЛАРИНА – Если говорить о том, что вы в последнее время… было для вас важным в культуре в грузинской, потому что мы сейчас с вами называем имена культовые, но уже прошлой эпохи. Вот, на сегодняшний день могли бы вы назвать, если вы конечно смотрите, из литературы, из музыки, из кино, из театра то, что вам кажется таким вот, значимым, в культуре современной грузинской. И вообще – что такое из себя сегодня представляет современная грузинская культура, если она есть?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Она есть. Но я думаю, что она не в том качестве, которое было при Советском союзе. Но она есть. Она дышит, она развивается. Я думаю, что со временем она должна какие-то результаты дать. В литературе, и в живописи, и в искусстве. Ну, в театре Роберт работает, так что…

К. ЛАРИНА – А русский театр работает в Тбилиси?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Да, конечно, «Грибоедов» работает.

К. ЛАРИНА – А, ну, кстати, есть же еще и высшая школа театральная? Да?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Театральный институт. Там моя бывшая супруга Ариадна преподает, она русской речи учит, которые студенты, да, грибоедовские. Есть азербайджанский театр, армянский театр. Эта, так сказать, многонациональность, она существует в Грузии.

К. ЛАРИНА – Эльдар Николаевич, мы начали с Эльдара Рязанова. Мы должны, как бы, и закольцевать нашу беседу и немножечко рассказать о том, как вы познакомились и подружились с Эльдаром Александровичем.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, с Эльдаром Александровичем я скажу потом, а что касается «Карнавальная ночь» когда прошла, во ВГИКе показали, это был большой праздник. Вы знаете, мы каждую картину, которая нового поколения, мы как свою ее воспринимали, как собственную победу воспринимали. А дальше уже сложились у нас очень хорошие отношения в жизни. Мы неоднократно встречались. Ну, какой он человек, какой он обаятельный, добрый, и вообще с юмором…

К. ЛАРИНА – И смелый.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, конечно, да. Необыкновенный человек. Я его очень люблю. И я думаю, что он очень много сделал для советского кино, для русского кино. Замечательно. Вот этот дом – это чудо. Вы знаете, когда я там ходил, там такие уголки, там Гия Данелия, картины, где он пародирует себя. Там стулья, на которых написаны имена актеров. Ну, это замечательно придумано все. Там автомобиль повешен на потолке. Ну, это «Берегись автомобиля», понимаете? И вот эти афиши, все. Я вчера сказал, что я во многих местах бывал, был в Академии… Киноакадемии в Америке, был в Сан-Франциско на фестивале, был в Помпиду Центре, ну, я не знаю, в Киевском Доме кино, Тбилисском, еще где был… Но такого я нигде не видел.

К. ЛАРИНА – Это про Клуб «Эльдар» рассказывает Эльдар Николаевич. Такую рекламу мы делаем. Так что, дорогие друзья, Клуб «Эльдар» открыт для вас. Ну я, кстати, поддерживаю абсолютно все, что сказал Эльдар Николаевич, поскольку когда впервые побывала вот в прошлом году у Рязановых, я те же чувства испытала. Какого-то невероятного комфорта, уюта. Замечательная атмосфера там. Я бы хотела прочитать отзыв, который пришел к нам на СМС от Юлии: «Я вчера была на творческом вечере Шенгелая в клубе «Эльдар». Это было необыкновенно интересно, искренне, трогательно, ностальгически. Жаль, что мало было молодежи. Очень хочется, чтобы границы рухнули». У вас какие в этом смысле… какое видение, какой прогноз? Рухнут границы между Грузией и Россией?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я мечтаю об этом. Я надеюсь, что это произойдет. Вы знаете, что есть какие-то вещи естественные. Это должно быть. Наши культуры очень близки. Великая культура американская, но она все-таки далека от нас. Понимаете? Далека от нас. Гораздо ближе российская культура.

К. ЛАРИНА – Тем более столько связывает.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, в конце концов, вы знаете, что весь XIX век вся культура грузинская – она из России пришла. Потому что все – и Нина Чавчавадзе, Акакий Церетели и другие – они учились в Санкт-Петербурге, кто-то в Москве, и так далее. И потом – русские поэты на Кавказ ездили, Пушкин, Лермонтов, многие. Толстой приезжал в Тбилиси. Тифлис, тогда Тифлис.

К. ЛАРИНА – «Батон Эльдар, — спрашивает вас Анна, — очень люблю Грузию, грузинское кино. А вы не знаете, почему Иванишвили закрыл канал «ПИК»?»

Э. ШЕНГЕЛАЯ – «ПИК»? Вот этого я не знал. Знаете, я знал, что он закрыл девятый канал. Свой.

К. ЛАРИНА – А зачем он закрыл? Свой? А, ну это свой. А почему он это сделал?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, он считает, что, поскольку он премьер-министр, то, я так понял, что у него не должен быть свой канал. А насчет «ПИКа» я не знал, это для меня новость.

К. ЛАРИНА – «Батон Эльдар, — спрашивает Георгий, — что для вас превыше всего – интересы Родины или личные интересы?» Хороший вопрос на последние 2 минуты.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Конечно, все-таки, я думаю, что желательно, чтобы твой народ был в нормальном состоянии, чтобы он был в дружбе с соседями, чтобы его культура процветала, чтобы экономика была. Но это мечта, знаете… А реальность очень тихо-тихо двигается вперед.

К. ЛАРИНА – Вы не преподаете?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Нет, пока не преподаю.

К. ЛАРИНА – Почему?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Я преподавал, но сейчас не преподаю.

К. ЛАРИНА – А почему? Вы прекрасно говорите, у вас есть дар безусловно убеждения…

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Ну, я сам не могу навязаться, а меня не приглашают. Так что…

К. ЛАРИНА – Ну, я надеюсь, что нас слушают сейчас в Тбилиси. Да? Может быть, когда вы вернетесь, будет предложение. Ну и последний, наверное, вопрос про кино – нет ли у вас планов все-таки вернуться в кино? Или вы не хотите?

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Вы знаете, мой друг Рустам Ибрагимбеков написал сценарий и попросил меня. Я сейчас режиссер этого. Мы начинаем снимать. Кроме этого, с Резо Габриадзе мы в октябре начинаем писать сценарий, и вот … Я говорю, что это для меня дебют, потому что я почти 20 лет не снимал, и сейчас я вновь начинаю. Вот, картина Рустама – это первый дебют мой.

К. ЛАРИНА – Ну что ж, остается только пожелать, чтобы все это случилось, воплотилось, чтобы дебют был успешным. Ну и, конечно, здоровья вам желаем.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Спасибо вам большое.

К. ЛАРИНА – Огромное вам спасибо за то, что пришли.

Э. ШЕНГЕЛАЯ – Самое лучшее вашей редакции и слушателям.

К. ЛАРИНА – Спасибо. Это Эльдар Шенгелая – наш сегодняшний гость. Спасибо огромное.

Комментарии

6

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


orcival2 08 сентября 2013 | 13:45

Очередной россиянский жо..лиз,привыкший всю жизнь веселить московских богемных дам,на всевозможных мероприятиях,заканчивающихся грандиозным застольем..Чего чего, а застолье грузины профи...) Так он ничего не понял...Как и большинство так называемой грузинской интеллигенции,привыкшей к пустым разговорам о вековой "дружбе" и прочему словоблудию...Как говорится,горбатых могила исправит.. Но Слава Богу, в Грузии выросло молодое свободное поколение,прекрасно говорящее на различных языках мира,на которых и вся надежда ! Эта древняя страна обязательно будет в клубе передовых и цивилизованных стран мира,а не в объятиях заснеженной Нигерии,куда так упорно её тянет советская грузинская "интеллигенция"...


08 сентября 2013 | 13:50

Обласканный сталинист........ противно слушать.


zaluppian 09 сентября 2013 | 03:10

даа ,старые сексоты 7 отдела КГБ ссср опять вспылили или вообще не тонут, как говно , суки! Ну нароод, вот не могут эти Грузины чтобы не скурвится или от рожденья такие! народ крыс!Скоро хана им сказал же лама Итигелов что это чмо Бизина конец Грузинов!


zaluppian 09 сентября 2013 | 03:12

народ крыс


exogru 11 сентября 2013 | 20:46

Болен коммунистическим прошлым... Конформист.


zaluppian 09 сентября 2013 | 03:14

сука

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире