'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 12 мая 2006, 14:08

12 мая 2006 года

14.00 – 14.30



В эфире радиостанции «Эхо Москвы» — Евгений Евтушенко, поэт.

Эфир ведет Ашот Насибов.



А. НАСИБОВ — Работает радиостанция «Эхо Москвы». Ашот Насибов у микрофона. Я приветствуют в нашей студии поэта Евгения Евтушенко. Евгений Александрович, я вас приветствуют.

Е. ЕВТУШЕНКО – Здравствуйте.

А. НАСИБОВ  — С прошедшими праздниками, с прошедшим Днем Победы.

Е. ЕВТУШЕНКО – Спасибо.

А. НАСИБОВ – Вы когда приехали из Соединенных Штатов? Вы же там работаете сейчас.

Е. ЕВТУШЕНКО – Практически вчера.

А. НАСИБОВ – Приехали практически вчера представлять практически сегодня только что вышедший сборник стихов поэта Александра Межирова.

Е. ЕВТУШЕНКО – Да, это сегодня состоится в 6.30 в Центральном Доме литераторов, выход совершенно потрясающей книги. Я просто как анталогист, как поэт я отвечаю, что у нас за последние четверть века такой силы и концентрации не выходило ни одной книги поэзии, включая и мои собственные.

А. НАСИБОВ – Я помню Александра Петровича. Мы жили, по моему, даже в одном доме.

Е. ЕВТУШЕНКО – На Солянке?

А. НАСИБОВ – Нет, в районе метро Аэропорт. Там он жил, да?

Е. ЕВТУШЕНКО – Да, у него была там квартира.

А. НАСИБОВ – Вы работаете в Соединенных Штатах, а Александр Межиров живет в Соединенных Штатах сейчас.

Е. ЕВТУШЕНКО – Да, он уехал давно. Я не хочу возвращаться к этой истории.

А. НАСИБОВ – Вы пересекаетесь там?

Е. ЕВТУШЕНКО – Конечно. Ну как я могу… Это человек, который… мы с ним очень часто спорили, но это человек, который… Во-первых, я его знаю стихи почти все наизусть, а во вторых, он был для меня одним из учителей. Вообще, меня воспитали очень во многом, и вообще все поколение наше было воспитано, я бы сказал, лучшими поэтами нашего поколения. Мы были все воспитаны поэтами-фронтовиками.

А. НАСИБОВ – Вы преподаете в американских университетах. В нескольких?

Е. ЕВТУШЕНКО – Нет, сейчас я преподаю в одном.

А. НАСИБОВ – В одном. В каком?

Е. ЕВТУШЕНКО – Это город Талса, это примерно 450 тысяч человек, там есть три университета, там есть оперный театр, симфонический оркестр, балет и там школа…

А. НАСИБОВ – Это не в Техасе?

Е. ЕВТУШЕНКО – Нет, Оклахоме. И моя жена преподает в государственной школе, и вот представьте себе, что у нее только в это школе одной 140 человек изучают русский язык, разного возраста.

А. НАСИБОВ – Скажите, вы преподаете русскую поэзию по собственному учебнику. А каких поэтов вы включаете в список?

Е. ЕВТУШЕНКО – Самых разнообразных, то есть от Пушкина до сегодняшних дней. Конечно, я включаю и Межирова тоже… Разных совершенно поэтов. Например, наши студенты обожают «Облако в штатах» Маяковского. Это любимое. Из поэтов-женщин они любят очень, даже в переводах, к сожалению, в английском нет столько рифм, сколько у нас, и приходится рифмованный стих в  связи с израсходованностью рифм на английский переводить без рифмы. Вот даже… И все равно Марина Цветаева, Анна Ахматова и Бэла Ахмадулина идут впереди. И я даже сейчас привез в подарок моим друзьям по поколению Бэле Ахмадулиной и Андрею Вознесенскому, у которого сегодня день рождения, и я его поздравляю…

А. НАСИБОВ – Присоединяемся.

Е. ЕВТУШЕНКО – Да. И я привез им работы моих студентов об их стихах.

А. НАСИБОВ – 725-66-33 номер эфирного пейджера радиостанции «Эхо Москвы». И призываю вас задавать вопросы поэту Евгению Евтушенко, гостю нашей студии. Евгений Александрович, вы преподаете в американском университете. За последнее время вы не почувствовали некого изменения в отношениях студентов через русский язык к России в целом? Я почему задаю этот вопрос? Потому что сейчас пошли разговоры о неком повороте в отношениях между Россией и Соединенными Штатами, о неком сдвиге…

Е. ЕВТУШЕНКО – Это относится только к группе… притом не ко всем политикам, не ко всем конгрессменам и сенаторам, а только к какому-то узкому слою их. А отношение народа простого… Это все-таки сердце Америки, это Оклахома, о которой был написан замечательный роман Джона Стейнбека, бывшего моим другом, несмотря на разницу в возрасте, — «Гроздья гнева». Вот что такое Талса, там где был этот путь слез… И люди относятся очень хорошо к России, и на их отношение к России не влияют эти поверхностные… А когда люди изучают поэзию, они знают хорошо стихи русские. Ведь это же… поэзия это душа народа.

А. НАСИБОВ – Но они же ведь вам вопросы, наверняка, задают какие-то? Вот за последнее время у вас появились какие-то новые вопросы, которые они вам задают, ваши американские студенты?

Е. ЕВТУШЕНКО – Нет. Они совершенно не переносят в отношениях к России высказывания своих политических лидеров, связанных с той или иной конъюнктурой или настроением и так далее. Оно у них неостановимо. Бывает, что они чего то не знают, не понимают, тогда они спрашивают. А никакого влияния на их отношение к России… Вы знаете что, их просто защищают от этих…потому что, когда проступают, к сожалению… в глазах многих людей…. будем говорить по-честному, не только у нас. Ведь у нас тоже есть люди, и в нашей думе есть люди, когда они говорят на международную тематику, то в их глазах, я просто чувствую, что сидят еще ржавые осколки «железного занавеса», которые им мешают понимать, что мы живем в одной семье человечества, и что национальные интересы не могут стоять выше интернациональных интересов. Что это должно быть слитно воедино, что мы еще все земляне. Я был в 94 странах, я не видел ни одного плохого народа. Я видел плохих и хороших людей, я видел мерзавцев, негодяев, я видел посредственных просто людей, милых может быть. Но я видел и гениев. У меня, скажем, за преподавание… сколько я там? лет 12 я преподаю… у меня было пять гениев. Пять гениев даже для 12 лет – это порядочно.

А. НАСИБОВ – Вы их сами вырастили, выпестовали… американских гениев?

Е. ЕВТУШЕНКО – Совершенно верно. Но они и сами появлялись, я добавил что-то к чему-то. Например, у меня был такой мальчик Крис Смит. Он уже пришел ко мне в 18 лет, и он уже читал семь главных работ Достоевского. У меня такой Брайан Хаас, сейчас один из лучших пианистов хард-рока и джаза, вольного джаза, в десятку первую входит… Вот сейчас с ним последнюю ночь, после того, как я поставил все отметки,  — он уже давно не мой студент – он прочел мою поэму «Коррида» старую, пришел в восторг, и мы записали с ним ночью, я не спал последнюю ночь, мы записали с его ребятами просто новую вещь. Я читал…

А. НАСИБОВ – Музыкальное произведение?

Е. ЕВТУШЕНКО – Музыкальное произведение сделали, да.

А. НАСИБОВ – Евгений Евтушенко, поэт, в студии радиостанции «Эхо Москвы». Я думаю, сейчас стоит прерваться на краткие новости и вернуться к нашей беседе.

НОВОСТИ

А. НАСИБОВ – Работает радиостанция «Эхо Москвы». Ашот Насибов у микрофона. В студии поэт Евгений Евтушенко, мы продолжаем нашу беседу. Евгений Александрович, вы раскрыли сборник Александра Межирова, и  хотите прочитать несколько строчек?

Е. ЕВТУШЕНКО – Вы знаете, что?.. Это одни из последних стихов Межирова, неизвестные…

А. НАСИБОВ – Ему 82 года ведь сейчас?

Е. ЕВТУШЕНКО – Да, совершенно верно. И вот, смотрите. Вот это люди когда прочтут, это сразу множество рук, тысячи, десятки тысяч рук будут переписывать в свои тетрадки, это будет повторяться…

А. НАСИБОВ – Читайте скорее.

Е. ЕВТУШЕНКО – Читаю. Четыре строки всего…



Может родина сына обидеть,

Может даже камнями побить.

Можно родину возненавидеть —

Невозможно ее разлюбить.



Это потрясающие стихи. Это на уровне тютчевских стихов. Или, скажем, вот Межиров написал совершенно дивное стихотворение, неисторическое, но…



Родная, боже, как давно расстались мы!

И год от году меня преследует, свободу…



Он написал там,.. такое у него есть выражение… а я вдруг неожиданно, поэт, написавший уже давным-давно, даже во время войны, несколько антологических стихов, среди них «Артиллерия бьет по своим», именно так названа эта книга. Меня, кстати, за это стихотворение исключили из Литературного института.

А. НАСИБОВ – 57-й год. 725-66-33, номер эфирного пейджера. Задавайте вопросы Евгению Евтушенко, поэту, гостю студии радио «Эхо Москвы». Евгений Александрович, хочу обратиться к эфирному пейджеру. Ирина Сергеевна из Москвы благодарит вас за письмо в поддержку Байкала. Я знаю, что в апреле вы писали президенту России Владимиру Путину письмо с просьбой перенести трубопровод, который предлагается там строить, подальше от Байкала. Решение было принято, трубопровод перенесен.

Е. ЕВТУШЕНКО – Я очень рад этому. Конечно, мой голос был не одиноким, но эти голоса, в том числе и мой, были услышаны и подвигли президента принять быстрое, молниеносное и очень нужное решение. Вы знаете, одно время я просто устал писать письма наверх, потому что…

А. НАСИБОВ – «Одно время» — это когда было?

Е. ЕВТУШЕНКО – Ну, я бы сказал – как ни странно, в момент расцвета так называемой демократии.

А. НАСИБОВ – Ну, почему «так называемой»?

Е. ЕВТУШЕНКО – Ну, потому что на самом деле слово «демократия» оказалось в эти годы скомпрометировано.

А. НАСИБОВ – Когда это было? Год или десять лет назад?

Е. ЕВТУШЕНКО – Нет, это было после путча. Потому что, с моей точки зрения, Ельцин и окружавшие его люди, они не выдержали испытания властью и не отнеслись в полной мере с ответственностью перед замечательными лицами тех людей, которые когда-то окружили живым кольцом Белый дом, поддержали их. Они просто не поняли своей ответственности перед этим людьми.

А. НАСИБОВ – А сейчас какую бы вы характеристику дали нынешней ситуации?

Е. ЕВТУШЕНКО – Еще рано делать выводы. Я просто хотел бы сказать, что мне кажется, что не самое лучшее направление жизни в любой стране, когда люди думают, что партийное строительство может принести какую-то большую пользу. Вообще, с моей точки зрения, я писал это много раз, это не имеет отношения только к России, я считаю, что партии становятся постепенно анахронизмом. Слишком много люди тратят времени на межпартийную борьбу. А когда они приходят к власти, получив ее, то они, во-первых, начинают убирать других людей из других партий, чьи мнения не совпадают с ихними, а иногда эти люди бывают очень толковыми и талантливыми… А потом слишком уже быстро начинают готовиться к предстоящим выборам и забывают те обещания, которые они давали.

А. НАСИБОВ – Это политика.

Е. ЕВТУШЕНКО – Это политика, да. Но мне кажется, что это не самое главное. У нас должно быть соревнование идей, а не партий. Потому что за спину партии иногда прячутся люди, у которых нет никаких идей по улучшению жизни человечества и собственной страны, и они свою безликость прячут и пристраиваются к той или иной возможности быть поближе к привилегиям и поближе к власти, которая будет давать им поблажки просто за то, что они беспринципно поддерживают все, что…

А. НАСИБОВ – Партии и формулируют идею, облеченные в компактную политическую форму, в лозунг такой…они генерируют такие идеи.

Е. ЕВТУШЕНКО – Это в идеале так должно получаться, но это не всегда получилось. Самый лучший лозунг был придуман большевиками – «Мир — народам, фабрики — рабочим, землю – крестьянам!» Это был самый лучший лозунг. И народ поэтому поддержал партию большевиков, которая была просто горсткой революционеров, проводивших главное время в эмиграции, далеких иногда очень от народа. И, к сожалению, все это не получилось. Земля не была дана народу, фабрики не были отданы рабочим, и вместо многих капиталистов получился один большой капиталист  — само государство. То есть, государственный капитализм вместо социализма. Кстати, я хочу сказать, что я остаюсь убежденным социалистом. Просто социализмы тоже бывают разные.

А. НАСИБОВ – Евгений Евтушенко, поэт, гость студии радиостанции «Эхо Москвы». В столице нашу радиостанцию можно принимать на частоте 91.2 FM. Евгений Александрович, у меня перед глазами текст одного из ваших относительно недавних интервью, где вы говорили о причинах фашизма, в том числе о причинах проявления фашизма в нашей стране. Процитирую: «Уверен, что не все те молодые, что сегодня надевают на рукава свастики, или что-то на них похожее, и тусуются в день рождения Гитлера, делают это потому, что они убежденные фашисты. А от скуки. Скука – мать фашизма».

Е. ЕВТУШЕНКО – Да, я абсолютно в этом убежден. То есть, скука – это символическое выражение, определяющее какую-то бездуховность общества. К сожалению, у нас не развивается философия. Я считаю, что государство должно вкладывать… вообще все государства должны вкладывать и финансовые даже средства в развитие философии. Потому что мы сейчас приходим, когда мы ищем…

А. НАСИБОВ – Что значит «в развитие философии»? В науку?

Е. ЕВТУШЕНКО – Да.

А. НАСИБОВ – А кто будет читать эти научные труды?

Е. ЕВТУШЕНКО – Конечно, люди, которые аплодируют попсовым, бессмысленным абсолютно песням, они не будут читать не только Тютчева или Межирова, они не будут читать, тем более, философские работы. Это очень кропотливая работа, это инвестиция в развитие человеческих душ. Я считаю, что в нашем государстве, в народе есть огромные потенциальные силы. И вот выход книги Межирова… Это потрясающая книга. Я не видел ни одной книги…я считаю… Может быть, такого никогда не происходило на вашей станции, но я заявляю, что я лично, я, поэт Евгений Евтушенко, создатель «Антологии 20 века», я выдвигаю эту книгу на Государственную премию России. У нас нет другой книги, которая заслуживает настолько, как вот эта книга.

А. НАСИБОВ – Евгений Александрович, презентация этой книги сегодня в ЦДЛ, да? А помните, что там, в кафе ЦДЛ на стенке написано про вас, а?

Е. ЕВТУШЕНКО – Ну, я буду… то, что я сам написал?..

А. НАСИБОВ – Ну, я не знаю, сам вы это написали… «Недавно, ев тушенку, я вспоминал про евтушенку».

Е. ЕВТУШЕНКО – Кирсанов написал.

А. НАСИБОВ – Кирсанов?

Е. ЕВТУШЕНКО – Конечно. Это упражнение в рифме… Поэты должны дружески подкалывать друг друга. Я хочу сказать одну вещь. Вот у Межирова был момент неверия в себя. Я просто заставил Александра Петровича, моего учителя, все-таки согласиться на выход этой книги. Он написал.



И уж теперь тем более не тайна,

Что я несостоявшийся поэт.

Поэт, не состоявшийся случайно.



Так он состоявшийся великий поэт и состоявшийся не случайно. И вообще, человека состоявшегося нет неслучайно состоявшегося человека. И поэтому культура и воспитание… нашему обществу не хватает развития философии. Много ли наших депутатов, помимо прагматических вопросов, много ли их ставят большие проблемы?

А. НАСИБОВ – Большие проблемы – большим людям. А философию на хлеб не намажешь.

Е. ЕВТУШЕНКО – Неправда. Это неправда. Потому что тогда теряется смысл жизни. Сейчас человечество тоскует вообще, потому что разрушились столькие идеалы у многих людей. Потому что национализм, например, агрессивный, когда убили перуанского мальчика в Воронеже… Прекрасный город Воронеж, и вдруг там убивают одного за другим… Вы знаете, как перуанцы обожают русских! Потому что русские спасли на моих глазах стольких перуанцев в деревнях после землетрясения, рискуя своей жизнью. И они посылают на свои деньги, чтобы эти ребята учились здесь… В деревне шапку бросают, деньги… посылали вот этого мальчика и других, и вдруг их здесь убивают, потому что у него другой цвет кожи. Как убили кубинца, который был просто замечательным… последний из могикан сворачивания сигар. Это тоже особое искусство. Его убили просто мальчишки какие-то только потому, что у него был другой цвет кожи. Вот мы должны сделать все, создать полную нетерпимость к этому. И не надо стесняться называть это фашизмом. Да, это есть проявления фашизма. Это не есть оскорбление нашего народа. Наоборот, в нашей стране, которая положила столько миллионов человеческих жизней, чтобы победить в войне против фашизма, мы не должны позволить, чтобы у нас что-либо похожее, отдаленно напоминающее фашизм, имело право на существование. Это наша задача.

А. НАСИБОВ – Евгений Александрович, пришел по Интернету вопрос: «Ваше отношение к Солженицыну и Ходорковскому», — спрашивают.

Е. ЕВТУШЕНКО – Ну, как можно этих людей сравнивать? Солженицын – это великий человек, выдержавший поединок с государством и победивший в этом поединке. Но, к сожалению, он не нашел себе места…в современной… не вышел на какое-то кристаллизованное мнение, четкое и философию будущего. Он не вышел на него.

А. НАСИБОВ – Вы читали его последнюю статью? Она была опубликована две недели назад примерно в России.

Е. ЕВТУШЕНКО – Вот это нет, пропустил.

А. НАСИБОВ. – Мы сейчас выйдем из студии, я найду эту статью.

Е. ЕВТУШЕНКО – Хорошо, я обязательно прочитаю все. Это великий человек, ему будет поставлен памятник. Но это не означает, что… У него есть все-таки один очень большой недостаток. У него есть узко-националистический взгляд. Он не видит всего земного шара, не чувствует других культур. Хотя его поддержала интеллигенция всего мира, и он был выдвинут на Нобелевскую премию замечательным немецким писателем Генрихом Бёллем. Вот. Это недостаток. Я считаю, что модель будущего русского человека, каким я его хочу видеть, дал Пушкин. Потому что Пушкин решил этот дурацкий спор — хотя и в чем-то благотворный, но в чем-то и дурацкий, — между славянофилами и западниками. Он был одновременно и славянофилом, знавшим блистательно и фольклор и историю, одновременно он усвоил все лучшее в западной литературе и искусстве. Все это сплавил в себе, и он был и гражданином мира, и гражданином России. Вот каким должен быть русский человек. Он дал нам пример.

А. НАСИБОВ – Спасибо, Евгений Александрович. Ну вот, наши 20 минут беседы уже пролетели, а мы только-только разошлись, в хорошем смысле слова разошлись. Спасибо большое. На этом точка не поставлена, ждем вас еще в студии.

Е. ЕВТУШЕНКО – А я пойду сегодня читать стихи Межирова с огромным удовольствием.

А. НАСИБОВ – Спасибо.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире