yablokov

Алексей Яблоков

05 сентября 2016

F

Недавно министр экологии С. Донской заявил: «Если исходить из абсолютных показателей по загрязнению воздуха – а это основной фактор, влияющий на здоровье людей, – то наихудшая ситуация в Москве, Норильске, Иркутске, Чите, Дзержинске, Красноярске, Екатеринбурге, Челябинске, Магнитогорске»1/ .
Это заявление – повод еще раз отметить сомнительность подходов МПР к определению качества нашей среды обитания, и , главное в определении приоритетов действии по ее улучшению.
Начиная с 2013 года, МПР на основании данных по состоянию приземной атмосферы, числа автомобилей, энергопотреблению, водопользованию, обращению с отходами, состоянием растительного и животного мира, и принимаемых управленческих решений, оказывающих воздействие на окружающую среду, составляет экологический рейтинг городов и целых регионов. Утверждается, что эта методика разработана совместно с компанией Ernst&Young (четвертой по величине бизнес-консалтинговой компанией в мире).
По сумме этих семи критериев в прошлом году Москва была среди лучших. Трудно представить, как эксперты Ernst&Young суммируют, например, по Москве, такие явно негативные экологические эффекты от управленческих решений как, например, замена природных на рулонные газоны, кратный рост объемов применения противогололедной химии и сокращение зеленых площадей, с такими явно положительными эффектами, как улучшение качества моторного топлива и снижение концентрации окислов азота. Такое сложение неслагаемых («толстого с красным») – принципиальная методологическая слабость подобных «рейтингов». Но проблема еще серьезнее.
Министр прав, обращая особое внимание на качество атмосферного воздуха для здоровья. Но как определить это качество? МПР учитывает загрязнение по 20-30 широко распространенным и легко учитываемым (но не обязательно самым вредным) показателям, хотя, на самом деле, в воздух городов постоянно попадет около 500 вредных веществ. А всего в мире зарегистрировано более 250 тыс. химических веществ, в промышленных масштабах попадающих в окружающую среду, и этот список растет на десятки ежедневно. Всех их учесть в экологическом мониторинге практически невозможно. А это значит, что экологический мониторинг по предельно-допустимым концентрациям (ПДК) отдельных загрязнителей, не дает истинной картины.
Еще проблема – корректное определение размеров выбросов даже той горстки загрязнений, что учитывается. Для статистики, выбросы предприятий учитываются по их отчетам, основанным на средних величинах, заложенных в проектах. Реальные цифры всегда существенно отличаются в большую сторону. В городах главный загрязнитель — автотранспорт. Статистический учет этих выбросов тоже учитывается по средним модельным величинам на автобус, грузовик, легковушку, в лучшем случае, с учетом среднего числа авто в городн возрастом до пяти лет, до десяти лет и старше. Каждый водитель знает, что потребление топлива (и выброс!) зависит не только от типа и возраста авто, но и от режима движения (скорости и пробок, ям и дистанции и т.п.). Это значит, что статистика по автомобильным выбросам – тоже ненадежная.
Выражения «среднее по Москве», «среднее по Екатеринбургу» и т.д. – мало информативно из-за многократного различия между городскими районами. и даже окрестностями соседних улиц с разной интенсивностью движения транспорта. Это как «средняя температура по больнице», которая не сигнализирует об опасности.
Какой же выход, если мы действительно хотим определить территории для срочных управленческих решений по улучшению экологической ситуации?
Главное – сравнительный анализ экологически зависимой заболеваемости — не только онкологической, но и сердечно-сосудистой, легочной, эндокринной, психической, соотношения полов при рождении, врожденных пороков и аномалий развития для разных территорий. Об этом есть горы научно-методической литературы. Уже много лет экологи в партии «ЯБЛОКО» кричат об этом, где только могут. В каждой из брошюр серии «Региональная экологическая политика», которых мы издали в последние несколько лет для более, чем сорока субъектов Федерации2, есть разделы о связи качества среды со здоровьем. Моя книжечка «Экология и здоровье москвичей»3 вышла в «ЯБЛОКЕ» в 2009 и 2013 гг. Кчстати, в эти дни эти и другие экологические издания «ЯБЛОКА» можно увидеть на нашем стенде на Московской междунарожной книжной ярмарке. Но медстатистика по административным районам недоступна (то ли «закрыта», то ли отсутствует).
Объективным (а не статистически-«липовым») показателем экологически опасных территорий, кроме уровня распространения экологически зависимых заболеваний, может быть уровень асимметрии в популяциях растений и животных. Этот метод лет двадцать назад разработан в Академии наук, успешно апробирован в Москве, Калуге, Брянской области и на других территориях, даже  утвержден Минэкологией (!), но благополучно положен в стол.
Почему МПР платит миллионы английской консалтиговой компании за сомнительные расчеты, а не создаст экспертный пул из представителей пока еще существующих отечественных академических институтов Дальневосточного, Сибирского, Северо-Западного, Южного отделений РАН и Москвы, который за много меньшие средства выдаст более надежный результат?
Мои советы министру С. Донскому:
– не пользоваться липовыми рейтингами из несопоставимых показателей,
 — сравнивать территории по единичным, точно учитываемым, показателям (квадратным метрам незапечатанных территорий на душу населения, числу деревьев на человека, числу квадратных метров городской территории на один автомобиль, годовой прозрачности атмосферы, числу (%) исчезнувших видов растений и животных за последние 50 лет и т.п.),
 — поддержать применение современных, а не допотопных, методов экологического мониторинга (по показателям здоровья населения и живой природы).
1/http://www.mnr.gov.ru/news/detail.php?ID=144873
2/http://rus-green.ru/biblioteka
3/http://www.yabloko.ru/node/23352

Набирает обороты скандал, вызванный двумя разными журналистскими расследованиями, о сознательном многолетнем искажении и замалчивании результатов собственных исследований крупнейшей нефтяной компании мира «EXXON» последствий сжигания ископаемого топлива (см. на русском ; на англ.).

Оказывается, нефтяники хорошо знали еще в начале 1980-х годов, что сжигание нефтепродуктов опасно меняет климат на планете, но публично говорили другое. Они прямо или косвенно (вместе с другими крупными нефтяными компаниями) поддерживали немногих «климатических скептиков», добивались смещения неугодных им правительственных чиновников, и, через связанного с нефтяным бизнесом президента Буша, добились отказа США присоединиться к Киотскому протоколу, а также использовали полученные сведения для покупки месторождений, которые (как они знали) станут более доступными в связи с потеплением.

Современные расчеты Мировой комиссии по климату ООН в наше время хорошо совпадают с прогнозами специалистов «EXXON» 30-летней давности. Как пишет лондонская The Guardian: «..эта Компания была способна изменить ход мировой истории к лучшему. Вместо этого ECCSON из-за своей жадности сделал больше, чем любая другая организация, чтобы погубить нашу планету».

История с «EXXON» напоминает историю с  табачной промышленностью.

Табачники тоже задолго до появившихся в печати доказательств многообразного вреда курения, получили собственные тому доказательства, но публично яростно отрицали такой вред – из за прибылей.

Этот ряд безграничной корпоративной жадности может быть продолжен.

Атомщики во всем мире успешно лоббируют установление официального «безопасного» уровня облучения («норм радиационной безопасности») в интересах промышленности, а не людей, хотя их же исследования показывают об опасности хронического облучения даже менее одного мЗв/год.

Еще пример — деятельность генно-инженерных транснациональных компаний. Из журналистских расследований давно известно, что компании скрывают негативные результаты, получаемые их специалистами – компании знают не хуже своих критиков об опасности ГМО, но погоня за прибылью и тут оказывается важнее.

Примеров, когда корпоративная жадность идет вразрез с общественным интересом, можно приводить много. И эта борьба добра со злом могла бы продолжаться вечно (еще пример, будоражащий знающих в последние недели – фальсификация экологических характеристик автомашин некоторыми респектабельными автопроизводителями), если бы  последствия такого безответственного и аморального корпоративного поведения для биосферы и здоровья человека не становились все более значительными.

Не ядерная зима, а жадность корпораций погубит планету.

Среди маленьких и хрупких женщин, которых я встречал, гораздо больше отчаянных и талантливых. Светлана Алексиевич – яркий тому пример. Но она не только отчаянная и талантливая, но еще и очень точная— и в фактах , и в тональности, и в выборе темы.
Иногда кажется, что кто то свыше ей дает знак— надо писать об этом – об Отечественной войне, об Афганистане, о Чернобыле, о любви ....
Вот отрывок из её знаменитой «Чернобыльской молитвы»:

«… врач вспоминает: «В одной деревне мы обнаружили двенадцать лактирующих старушек, т. е. у семидесятилетних женщин молоко в грудях, как у рожениц. Специалисты могут рассуждать о радоновом эффекте малых доз, а обычное человеческое воображение приходит в тупик, наступает затмение». «Чернобыльская молитва (хроника будущего)» («Литературная Газета», 24. 04. 1996 г., с. 3).

Когда я привел этот текст в своей книге «Чернобыль: последствия Катастрофы для человека и природы» кое кто из атомщиков издевался – Яблоков цитирует литературные фантазии.
Но недавно выяснилось, что при нарушении функций щитовидной железы может возникнуть галакторея (или, как еще называется эта болезнь — гиперпролактинемия) — выделение молока из молочных желез вне беременности. Спасибо Вам Светлана за точное описание феномена, который проглядели ученые медики вокруг Чернобыля!
Одно время мы со Светланой были советниками по Восточной Европе в Фонде Макартуров: решали, кому давать гранты на экологические и другие работы. Всегда поражала ее надежность и глубина , твердость и открытость.
Безмерно рад, что Светлана стала первым русскоязычным лауреатом Нобелевской премии по литературе в XXI веке.

Общество развивается, потому что учится все более точно считать прибыль и убытки. Агентство по охране окружающей среды США считает, что стоимость для общества одной тонн выпущенного в воздух углекислого газа составляет 37 USD (в ценах 2008 г.). Многие считают эту цифру кратно заниженной. Однако все согласны, что за прибылью компаний по добыче углеводородов (нефти, газа, угля), скрываются колоссальные убытки для общества, связанные с затратами на восстановление здоровья людей, пострадавших от вызванных использованием углеводородов выбросов.

В последние недели появилось несколько специальных исследований масштаба этой «скрытой цены» («hidden cost»), или, что фактически то же самое, — скрытых субсидий общества углеводородным компаниям («energy subsidies»), которые позволяют им получать прибыль за счет отравления окружающей среды. Среди них — очередной обзор Международного валютного фонда и аналитика Judge Business School Кембриджского университета (Великобритания).

Британские экономисты посчитали, что 20 крупнейших мировых нефтяных, газовых и угольных компаний (BP, Shell, Statoil, Petrobras, Peabody, Coal India и др.) получили в 2012 г. $883 млрд. прибыли (доходность 8,6 %). Но на каждый доллар этой прибыли общество потратило полтора — три доллара на ликвидацию последствий выбросов (в случае угля — до 100 долларов).

Еще более впечатляют данные МВФ (ее расчеты основаны на данных по экологически зависимой заболеваемости Всемирной организации здравоохранения): скрытые энергетические субсидии добыче ископаемого топлива в мире в 2015 г. составили US$5.3 трлн. (6.5 % глобального ВП). В денежном выражении самые большие субсидии были в Китае, затем в США и России. В долях ВВП самые большие субсидии были в Украине (60 % ВВП). В расчете на одного жителя, по величине скрытых субсидий Россия, с ее более 2600 долл./чел., на девятом месте в мире (после Катара, Кувейта, Саудовский Аравии, Бахрейна, ОАЭ, Люксембурга, Тринидада и Болгарии). В среднем по миру, скрытые субсидии добыче ископаемого топлива составляют более 1000 USD/чел.

Приведенные выше данные убеждают, что мировая модель «углеводородной экономики» начатой с угольной эры паровых машин во второй половине XIX в., и получившая бурное развитие с нефте-газовой эрой двигателей внутреннего сгорания XX в., приведшая мир на грань климатической катастрофы, и вызывающая преждевременную смерть многих миллионов человек ежегодно — себя исчерпала. Надо поскорее переходить на экологически более приемлемую модель «безуглеродной экономики». Еще 54 года назад было сказано: «или люди сделают так, чтобы на Земле стало меньше дыма, или Дым сделает так, что на Земле станет меньше людей» (Louis J. Battan. 1961. The unclean sky (перевод: Л.Д. Баттан. Загрязненное небо. М., «Мир», 1967, 124 с.).).

Сегодня Ватикан должен опубликовать первую в двух-тысячелетней истории католической церкви экологическую энциклику. В преддверии этого в последние недели журналисты выясняют, кто персонально ответственен за «подпитку» происходящих изменений в биосфере.

Сжигание угля — один из главных источников опасных изменений биосферы. На недавней встрече «Большой Семерки» было принято беспрецедентное решение о постепенном отказе индустриальных демократий от использования угля, и переходе на возобновимые источники электроэнергии.

Имя/ компания

Владеют млн. тонн угля

Млн. $ инвестиций

Гражданство

Vinod Shantilal Adani

«Adani Enterprise»

2090

897

Индия

Роман Абрамович,

«Евраз»

1520

766

Россия

Александр Абрамов

«Евраз»

1060

767

Россия

Low Tuck Kwong,

«Bayan Resources»

1010

919

Индонезия

Сулейман Керимов,

«Polyus Gold»

920

3807

Россия

Ivan Glasenberg,

«Glencore Xstrata»

900

4667

ЮАР

Александр Фролов

«Евраз»

530

383

Россия

Гаврил Юшаев,

«Polyus Gold»

 

440

1824

Россия

Олег Мкртчан,

«Polyus Gold»

420

1583

Россия

Вадим Данилов

«Кузбасская Топливная Компания»

390

25

Россия

Daniel Badenes

«Glencore Xstrata»

340

1768

Швейцария

Aristotelis Mistakidis

«Glencore Xstrata»

340

1757

Великобритания / Греция

Статистика показывает, что среди мировой «грязной дюжины» предпринимателей, инвестировавших наибольшие средства в угольную промышленность – «угольных королей» – семь россиян.

Почему нам не должно быть безразличны дела в мировой угольной промышленности? Потому, что «Одно из двух: либо человек сделает так, что на Земле станет меньше дыма, или дым сделает так, что на Земле станет меньшек людей» (Л. Баттан, 1965).

03 мая 2015

Путин и лес

В. Путин заявил, что нужно «…внести определенные коррективны в Лесной кодекс и другие подзаконные акты, чтобы эта сфера деятельности была более гуманной по отношению к природе и будущим поколениям»1/.

ВОСЕМЬ лет потребовалось Президенту РФ, чтобы прояснить то, что было сразу ясно лесникам и экологам: Лесной кодекс 2006 года разрушает систему государственного управления лесами (основы которой заложил еще Петр Первый) и ведет к колоссальным потерям.

Напомню некоторые моменты.

Путин пришел к власти с программой де-экологизации — максимально быстрого использования природных ресурсов и привлечения инвестиций за счет снижения природоохранных требований. Своим первым указом в 2000 году он ликвидировал Госкомитет по экологии и трансформировал госкомитеты по лесу и земле. Стали меняться (ослабляться) все природоохранные и природноресурсные законов. В действующий тогда Лесной кодекс вносились многочисленные поправки, целенаправленно ослабляющие государственную лесную охрану. Помню, в 2005 году (после окончания встречи Путина с Г. Явлинским и С. Митрохиным по проблемам радиационной безопасности России, я попросил его не подписывать очередные поправки в Лесной кодекс, облегчающие застройку городских лесов. Он ответил мне, что не может выполнить эту просьбу, так как уже обещал М. Касьянову подписать эти поправки.

Под обращением к Президенту РФ против проекта нового Лесного кодекса, которое я инициировал в 2005 году, подписалось более 550 общественных и научных экологических организаций — максимальное число для всех известных мне подобного рода обращений.

После вступления в силу в 2007 году принятого-таки нового Лесного кодекса развернулась лесная вакханалия, которая до того как то сдерживалась имеющейся (хотя и постоянно слабеющей) системой управления лесами. Были уволены 90 тысяч (!) лесников – тех людей, которые ежедневно были в лесу. Была уничтожена государственная лесная авиаохрана. Были ликвидированы лесхозы.

Сейчас Путин говорит: «Когда создавался Лесной кодекс, исходили прежде всего из того, что эта отрасль должна приносить доход, поступления в бюджеты всех уровней и создавать условия для воспроизводства лесов». Последняя часть фразы (насчет воспроизводства лесов) – словесное прикрытие разграбления одного из главных природных ресурсов России.

По старому Лесному кодексу, оформлять материал для суда о незаконной порубке могли десятки тысяч лесников. По  Лесному кодексу 2006 года это стали делать только несколько сотен лесных начальников. Масштабы нелегальных рубок стали превосходить масштабы легальных в разы, особенно на Севере и Дальнем Востоке. Лесники всегда гордились, что они «государевы люди» и были более или менее честными. После 2007 года в лесных делах развилась невиданная прежде масштабная коррупция, браконьерство и фальсификация. Без армии лесников и налаженной авиа-лесоохраны лесные пожары стали распространяться на десятки тысяч гектаров, хотя раньше они гасились на первых сотнях.

Думаю, что ущерб, причиненный за последние восемь лет Лесным кодексом 2006 года (потери от ставших более масштабными лесных пожаров, увеличение заболеваемости сотен тысяч, гибель тысяч от дополнительного загрязнения атмосферы, вызванного лесными пожарами) измеряется десятками миллиардов рублей.

Вместе с десятком экологов и лесников, я поучаствовал в создании и работе инициативно созданной общественной комиссии по выяснению причин и последствий «пожарного лета» 2010 года. В  материалах этой комиссии2/, а раньше и в замечательной книжке проф. И. Шутова «Остановить деградацию лесного хозяйства России» (серия «Экологическая политика» РОДП «ЯБЛОКО»)3/ растолкованы главные «художества» Лесного кодекса, подписанного в 2006 году В. Путиным, «корректировать» который он предлагает сейчас.

По существу, надо восстанавливать систему государственного управления лесами. Никакими отдельными заплатками Лесного кодекса 2006 года (таких с 2007 года принято чуть ли не полторы сотни!) положение принципиально не поправить.

Для спасения российского леса нужен не только новый Лесной кодекс, изгоняющий из леса хапугу-арендатора и восстанавливающий в правах лесника – «государева человека», нужна независимая от вертикали власти судебная система, нужна эффективная защита законно созданной собственности, нужна компетентность и ответственность власти.

В словах В. Путина по поводу необходимости корректировки Лесного кодекса много фарисейства, и мало покаяния за ошибки и просчеты осуществляемой под его руководством российской лесной политики.

1/http://onf.ru/2015/04/28/putin-rabotu-po-razrabotke-popravok-v-lesnoy-kodeks-nuzhno-razvernut-na-ploshchadke-onf-i/.
2/ http://www.yabloko.ru/mneniya_i_publikatsii/2010/09/14.
3/http://rus-green.ru/wp-content/uploads/2013/И.В.-ШУТОВ-ОСТАНОВИТЬ-ДЕГРАДАЦИЮ-ЛЕСНОГО-ХОЗЯЙСТВА-РОССИИ.pdf.

Накануне 26 апреля — очередного Международного дня памяти жертв радиационных аварий и катастроф (с 2002 г. — российский «День участников ликвидации последствий радиационных аварий и катастроф и памяти жертв этих аварий и катастроф») я собирался написать о том, что этот радиационный год ознаменовался беспрецедентными российскими атомными (военными и энергетическими) расходами (сопоставимыми со всеми национальными резервами), и о безответственном российском ядерном шантаже, изумившем и всерьез обеспокоившим весь мир. Но вчера обнаружил только что опубликованный в серьезном издании, наиболее подробный и серьезный из когда либо ранее сделанных, статический анализ атомных аварий и катастроф1/, и решил прежде всего привлечь внимание к важному для всех землян выводу швейцарско-датского коллектива исследователей — о  50%-й вероятности катастрофы Чернобыльского масштаба в следующие 27 лет.

Такой вывод следует из математического анализа составленного авторами наиболее полного мирового списка атомно-радиационных аварий и катастроф за период 1946 — 2014 гг. (их было, оказывается, 174). Исследователи выделяют «обычные» аварии связанные с утечкой радиации (рассматриваются аварии, вызвавшие экономический ущерб более $50 тыс.), и 15 катастрофических, типа «Dragon Kings» («Королевский Дракон» — термин используется в западной литературе с 1999 г. для обозначения событий многократно выбивающихся из общего ряда). Опубликованный анализ показывает, что радиационные аварии и катастрофы, в целом, происходят реже, но зато ущерб от них увеличивается. Авторы подсчитали и «стоимость» Фукусимы (к 2015 г. — $166 млрд.), и «стоимость» Чернобыля ($32 млрд.). По моим подсчетам (основанным на официальных оценках Украины, Беларуси и России) «цена» Чернобыля – не меньше $500 млрд. Впрочем, если бы 80 % фукусимских радионуклидов не были унесены ветром на восток, а остались бы на территории Японии, то ущерб от Фукусимы кратно превзошел бы чернобыльский. Еще один вывод авторов, немедленно привлекший внимание специалистов2/ – международная шкала радиационных аварий, предложенная МАГАТЭ и широко применяемая в мире, недостаточно корректна.

Возвращаясь к выводу о вероятности большой атомной катастрофы — «предупрежден – вооружен», «имеющий уши — да слышит». Надо, как это уже сделала Германия и ряд других стран, отказываться поскорее от атомной энергетики. Тем более, что теперь для этого есть и экономические резоны (см. мой пост «Энергетическая революция: возобновляемые источники в мире стали самыми дешевыми» — http://www.echo.msk.ru/blog/yablokov/1523576-echo/).

К 30-летию Чернобыльской катастрофы (1986 – 2016) готовится очередное издание коллективной монографии «Чернобыль; последствия Катастрофы для человека и природы». Предыдущие издания этой монографии (написанной мной, в том числе, совместно с покойным проф. Василем Нестеренко – бывшим генеральным конструктором мобильной АЭС «Памир», посвятившем себя после Чернобыля спасению пострадавших детей) вышли в Санкт-Петербурге3/, Нью-Йорке, Киеве4/, Токио. В готовящемся издании, вместе с большим объемом нового материала по последствиям Катастрофы, наверное, придется упомянуть о приведенных выше сенсационных расчетах вероятности новой крупной атомной аварии.

1. Wheatley S., Sovacool B., Sornette D. 2015.Of Disasters and Dragon Kings: A Statistical Analysis of Nuclear Power Incidents & Accidents (arXiv:1504.02380 [physics.soc-ph).

2. The Chances of Another Chernobyl Before 2050? 50%, Say Safety Specialists. MIT Technology Review, April 17, 2015.

3. http://www.bellona.ru/reports/chernobyl_report

4. http://www.bellona.ru/reports/1305664794.42

В последний месяц из Америки, Австралии, Европы1, приходят результаты анализа производства электроэнергии в прошлом году, и похоже в мире происходит настоящая энергетическая революция: нормированная стоимость электроэнергии (LCOE) от  возобновляемых источников повсеместно становится ниже, чем даже на газовых и угольных электростанциях не говоря уже об атомной (даже без государственных субсидий).
Типичная картина на графике для США2:

2287794

В США нормированная стоимость ветроэнергии за 2010 — 2014 гг. снизилась на 58%, солнечной — на 78% (в 2014 г., соответственно, 5,6 и 1,4 цента за кВт-час с учетом субсидий, и 7,2 и 3,7 цента за кВт-час без учета). Цена газовой и угольной генерации почти не изменилась, цена атомной – растет.
Похоже, что в течении следующих 20-25 лет возобновляемые источники (ВИЭ), действительно, смогут заменить в мире нефть, газ, уголь и атом. Это станет самым серьезным шагом по спасению деградирующей биосферы – нашей среды обитания. Пик добычи угля в мире, по-видимому, уже пройден4, скоро будет пройдет пик добычи нефти и газа — они становятся ненужными в таком количестве.
В мире есть уже одна страна, которая в прошлом году ПОЛНОСТЬЮ перешла на возобновляемые источники электроэнергии (гидро-, ветер, солнце, геотерм),  — Коста-Рика3.

На этом мировом фоне российская политика ориентации на добычу и продажу углеводородов выглядит как архаическая, дремуче-невежественная и катастрофичская для будущего страны.

http://reneweconomy.com.au/2015/the-myth-of-expensive-offshore-wind-its-already-cheaper-than-gas-fired-and-nuclear-99353

http://aceee.org/energy-efficiency-portals

http://greenevolution.ru/2015/03/30/kosta-rika-polnostyu-pereshla-na-vozobnovlyaemye-istochniki-energii/

http://www.slate.com/articles/business/the_juice/2015/03/peak_coal_yes_the_u_s_and_other_big_economies_are_falling_out_of_love_with.html

По только что опубликованным Международным энергетическим агентством (IEA) предварительным данным за 2014 год, выбросы углекислого газа, возможно, перестали расти — впервые за последние 150 лет.

Три четверти парниковых выбросов в мире дает энергетика — сжигание ископаемого топлива. Рост содержания углекислого газа в атмосфере с середины XVIII в. на 33 %, (в последние десятилетия – около 1,5% в год), считается главной причиной глобального потепления. Содержание углекислого газа в атмосфере сейчас самое высокое за последние 600 (может и 800) тыс. лет. За 1906 – 2005 гг. средняя приповерхностная температура воздуха в мире увеличилась в среднем на 0,740С, при этом в России , особенно в северной ее части, эти изменения вдвое выше.

Причиной глобальной стабилизации выбросов углекислого газа в 2014 году, по данным IEA, явилось масштабное сокращение сжигания каменного угля в Китае и США.

Все эксперты с крайне осторожным оптимизмом оценивают эти данные, подчеркивая их неожиданность, и сходятся на том, что рано бить в литавры, а надо подождать еще год, чтобы убедиться в переломе опасной тенденции. Я считаю, что в последние годы в мире, действительно, наконец-то происходят кое–какие экологически позитивные события. Только что опубликованная книга знаменитого энвайронменталиста и моего старого знакомого Лестера Браун называется «Великий переход» с подзаголовком «Shifting from Fossil Fuel to Wind and Solar Power». В ней показано, что в Китае от ветра получается больше электричества, чем от АЭС, и что в Китае использование каменного угля сократилось в 2014 году на 3 %. Другой всемирно известный энвайронменталист Ал Гор (бывший вице-президент США) привел недавно такие данные: в 2010 году эксперты предсказывали, что в 2010 году ветровая энергетика в мире произведет 30 гигаВатт, а на самом деле было произведено в 7 раз больше (в 2014 году – в 12 раз больше!); в 2002 предсказывалось, что мировая солнечная энергетика будет расти на один гигаВатт в год, а оказалось  — в 48 раз (!) быстрее.

Ну а у России, конечно, «собственная стать» — масштабно нарушая экосистемы и сгоняя коренное население, мы наращиваем производство каменного угля и в Кузбассе, и в Приамурье, и даже на Чукотке. Правда, растущие у нас на  30 млн. га заброшенных сельскохозяйственных земель новые леса поглощают миллионы тонн углекислого газа, и чуть-чуть помогают снизить его концентрацию в мире.

В сегодняшнем номере журнала The Economist в очередной раз убедительно доказывается, что наиболее дешевой оказывается не  энергия ветра или газа, а энергосбережение (см. график).

1917420

Для сравнения:

Средняя цена электричества в США в 2014 году для населения была около 10 центов за кВт-час (соответствовало ~ 3,3 руб. до его обвала в конце года); средняя цена за электричество в Москве для населения во второй половине 2014 года была 4,68 руб. за кВт-час (~ 16 центов по курсу до падения рубля).

Зачем строить новые электростанции (особенно, атомные), если каждый доллар/Йена/евро и т.д., вложенные в энергосбережение дает вдвое — втрое больше энергии?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире