voyager0471

Сергей Аксенов

13 ноября 2013

F
Сторонники «Другой России» 13 ноября провели у посольства Польши в  Москве акцию протеста против погромов, устроенных в Варшаве польскими националистами.

Участники акции растянули перед посольством банер с лозунгом «Россия от Варшавы до Порт-Артура!»

Кроме того, они закидали территорию дипмиссии файерами и дымовыми шашками.

Нацболы потребовали относиться к России с уважением.

В  ходе акции были задержаны полицией Константин Макаров, Симон Вердиян и  Сергей Заплавнов, а также видеооператор Грани.ру Андрей Новичков. Нескольким участникам акции удалось скрыться.

Задержанные доставлены в Пресненское ОВД.

Напомним, 11 ноября, Марш независимости, проводимый польскими националистами и  правыми радикалами, закончился беспорядками и погромами российского посольства в Варшаве.

В связи с инцидентом в МИД РФ был вызван посол Республики Польша в Москве Войцех Зайончковский, которому был заявлен решительный протест.

польша
photo (4)
Атака

Оригинал
06 декабря 2011

Три требования

6 декабря на пресс-конференции в Независимом пресс-центре Эдуард Лимонов огласил свои требования в связи с прошедшими в России парламентскими выборами

ТРИ ТРЕБОВАНИЯ

Выборы 4 декабря не были выборами. Они нелегитимны. Выборы не легитимны не столько потому, что КПРФ недодали голосов, а «Единой России» прибавили свыше 15 % или более того, но потому уже, что до выборов не были допущены оппозиционные партии: «Другая Россия», «ПАРНАС», «РОТ— Фронт», среди других. Грязные, бесчестные выборы вызвали всеобщее возмущение в нашей стране.

ПЕРВОЕ ТРЕБОВАНИЕ — Я требую отменить результаты парламентских выборов и до 4 марта провести свободные выборы в Государственную Думу с участием всех реально существующих политических партий.

ВТОРОЕ ТРЕБОВАНИЕ — Я требую не допускать до участия президентских выборах Путина Владимира Владимировича на основании того, что согласно Конституции РФ он уже отбыл два президентских срока.

ТРЕТЬЕ ТРЕБОВАНИЕ — Я требую не допускать до участия в президентских выборах 4 марта 2012 года Путина В.В. на основании того, что в 2008 году, он, вступив в  преступный сговор с Медведевым Д.М., замыслил и осуществил политическое мошенничество. Он временно посадил в президентское кресло подставную, несамостоятельную фигуру, четыре года лишь изображавшую президента, но таковым не являвшуюся, то есть Путин В.В. провел преступную комбинацию, позволившую ему обойти Конституцию РФ и вновь претендовать на высший пост в государстве. Таким образом, он организовал и осуществляет политическое мошенничество. Нельзя позволить ему завершить его.
Только что ко мне наведались «ювеналы» — барышня-инспекторша по делам несовершеннолетних в сопровождении аж майора местного ОВД. Как только  они заикнулись о Ване, я прервал их, объяснив, что не желаю с ними общаться и «не впускаю» их. И закрыл дверь в свою комнату. Поговорив с  соседкой по коммуналке, они свалили.

О том, что они придут, я знал. Они уже приходили неделю назад в мое отсутствие, рассказал мне сосед по лестничной площадке. Кроме того, на  днях ко мне приходили парни из местного центра «Э», которые хотели гарантий моего неучастия в акциях протеста в день выборов 4 декабря.

Поскольку в течение всех семи лет, которые я живу по этому адресу, менты ни разу меня не беспокоили, происходящее я связываю исключительно с  происками известного антиэкстремиста Алексея Окопного, по указанию которого 1 ноября был задержан и допрошен мой шестилетний сын Ваня.

Скандал, вызванный его подлым поступком, заставил спрятаться его лично (он неожиданно пропал со всех акций оппозиции, где всегда бывал раньше), но не его «контору» — центр «Э». Как могут, они пытаются давить на  своих «подопечных». В списке мер давления значится, видимо, и атака на  детей политических активистов. Не обязательно лично, но и посредством других институтов государства. Теперь мы это знаем.

Что я буду делать? Первое — предприму меры защиты. Пока не скажу какие. Второе – буду всерьез размышлять над перспективой подачи иска к  структуре господина Нургалиева. В конце концов, это по приказу их  сотрудника Окопного был задержан Ваня. Независимая экспертиза о  психологических последствиях задержания и допроса ребенка уже проведена. Как только она будет оплачена, можно будет приступать к составлению иска.

Ну а чтобы развеяться после визита непрошенных гостей, я, пожалуй, перечитаю текст Дмитрия Быкова — «Ювенальное». И вам советую.

Оригинал
Вот во что превратился вполне профессиональный и интересный когда-то телеканал НТВ.



А началась операция по укрощению телеканала, как вы помните, с 3-дневного ареста на Бутырку его владельца Владимира Гусинского.

В 2001 году в СИЗО «Лефортово» некоторое время моим соседом по камере был старый бандит, начинавший свой путь в советское еще время. В «Лефортово» его привезли этапом с лагеря на Кольском полуострове, где он отбывал срок за вполне себе уголовное преступление. Чекисты же подозревали его не больше не меньше как в причастности к убийству Галины Старовойтовой(!) из меркантильных соображений. Но, как вы догадываетесь, напрасно.

Тюрьма – особый мир, там все про всех знают. Так вот, по словам бандита, в период пребывания Гусинского на Бутырке к нему в камеру «зашли» представители криминального мира и пожурили за невнимание к зекам. Мол, ты, парень, миллионер, мог бы и помочь пацанам, есть нужда. Холодильники для больнички, вон, требуются. На воле то до тебя не доберешься. Охрана, Филипп Бобков, все такое…. «У того, аж челюсть на пол упала», — смеясь, поведал мне сосед. Однако помочь обещал.

Через три дня, когда Гусинский сдался — согласился отдать контроль над НТВ — его из Бутырки выгнали, а дело закрыли.

Чуть позже стало известно, что Гусинский слово сдержал. Во всяком случае, попытался. Вместе с начальником финуправления Медиа-Моста Антоном Титовым энное количество холодильников для больнички и прочего «грева» было привезено на Бутырку. Правда, заметил мой бандит, до зеков мало что дошло, так как Гусинский обратился в администрацию СИЗО, которая все и стырила. Вот такая история.

Оригинал
Вчера ко мне домой наведались ребята из центра по борьбе с экстремизмом по ЮАО Москвы. Павликов и Колесниченко. На вид ребята нормальные, не быки, а потому я пообщался с ними, надеясь выведать что-нибудь на тему своих взаимоотношений с их подразделением. Мне эти взаимоотношения нах… не нужны, но после задержания их сотрудником Окопным моего 6-летнего сына Ивана и их обещания подать против меня иск я вынужден уделять этому внимание.

Держались ребята нормально, не вызывающе. Сразу было видно, что в этом деле они новички, не из УБОПа. «Мы раньше на земле работали», — как бы извиняясь, сказал тот из них, который Павликов. Из чего я сделал вывод, что они бывшие участковые, видимо, самые толковые, за что и были переведены на службу в политическую полицию.

Пока их используют все по той же линии – обход политически неблагонадежных граждан накануне важных для власти событий. Тупо по списку административно задержанных когда-либо. Конкретно их интересовало, не планирую ли я в день выборов участвовать в каких-либо протестных акциях.

Такая постановка вопроса меня возмутила. Я не только намерен участвовать сам, но и все делаю для того, чтобы в акции протеста 4 декабря на Триумфальной приняло участие как можно большее число людей, сказал я им. После чего провел небольшой политический ликбез. Об истории с Иваном они вообще не знали. Ребята немного опешили и даже не заикнулись о том, чтобы я им подписал какое-нибудь там обязательство вести себя хорошо. Видимо, поняли, что это неуместно. На том и расстались.

Любопытно, что это первый «политический» визит правоохранителей за все семь лет, которые я живу по этому адресу. До этого ко мне заглядывала исключительно «обычная» милиция, вызванная пугливыми соседями по коммуналке. Не удивлюсь, если впредь центр «Э» попытается «присматривать» за мной через них – уходя, «эшники» поинтересовались, сколько еще здесь живет семей…

Оригинал
08 ноября 2011

Алексей Окопный

706567
Фото Дмитрия Щедрина

Северокавказский период

Многие узнали о существовании оперативника Окопного только после смерти оппозиционера Юрия Червочкина. Однако у любого человека, убийцы, насильника или Окопного есть предыстория.

Алексей Окопный родился в городе Нальчике, учился и закончил школу №11. Потом, как и многие желающие «подняться» пошёл работать в милицию. Проработав некоторое время здесь и преуспев на ниве борьбы с религиозным экстремизмом он был отмечен местным руководством и перевёлся работать в подмосковный УБОП. Подмосковный это одно название, офис Окопного располагался в здании на Можайском шоссе в Москве. Перевёлся, как мы сейчас поймём не зря и вовремя. В начале 2008 года непосредственного начальника Окопного в Нальчике Анатолия Кярова расстреляли. За что? Не трудно догадаться. Вот один из примеров доблестной борьбы окопныхкяровых в Нальчике:

«Похищение 26-летнего Расула Цакоева — его захватили и увезли в УБОП люди в масках. Через несколько дней избитого до полусмерти Цакоева, которого в Хасанье называли «молящимся человеком», нашли на свалке. Молодой человек вскоре умер, но перед смертью успел рассказать, что его били и пытали по указанию Анатолия Кярова. Милиционеры якобы хотели, чтобы он сознался в том, что является пособником боевиков». На момент совершения этого, мягко говоря, антиэкстремистского рейда Окопный ещё в Нальчике. Интересно сколько их было?

Подмосковный период
До Окопного отдел по борьбе с экстремизмом в Подмосковье возглавлял Илья Никитин, он ушел на повышение, а в ходе одного из своих последних допросов-бесед он представил своего протеже так: «вами будет заниматься этот горячий кавказский юноша». И он занялся.

Как и многие оперативники скрывал своё настоящее ФИО и в беседах, на допросах называл себя «Андрей». Однако он забыл о страничке на сервисе «Одноклассники», где было указано имя «Алексей Окопный» и размещена его знаменитая теперь фотокарточка в плаще. С фото на нас смотрит поджарый молодой человек, с набриолиннеными волосами, готовый хоть сейчас украсить обложку журнала «Квир». Но это только фото, в реальной жизни он толст.

Напомню, что УБОП КМ в те годы (конец 2000-х) кинули на подмогу политическому отделу ФСБ. Окопный выделялся из рядов своих угрюмых коллег тем, что особо не беспокоился за свой имидж. Проще говоря, он игнорировал предыдущий стиль работы спецслужб с оппозицией – тайком следить, реагировать по факту и никаких лишних личных контактов. Окопный навязывал себя оппозиционерам – писал смс, звонил с рабочего телефона, на допросах с улыбкой показывал на компьютере папочки с фотографиями девушек оппозиционерок, которые он, по его признанию коллекционирует, не стеснялся пересказывать личные переговоры оппозиционеров с прослушиваемых телефонов. Его «общение» с задержанными активистами не было безобидным, оно носило далеко не просветительский характер. Это были угрозы расправы с активистом или его родственниками. Слова словами, к угрозам гопников со временем привыкаешь даже. Но тут произошло жестокое избиение лидера подмосковных нацболов Юрия Червочкина. Случилось оно 22 ноября 2007 года. Юра впал в кому. 10 декабря он скончался, не приходя в сознание.

Активисты коалиции «Другая Россия» после этого вопиющего случая написали заявления в прокуратуру, в которых изложили некоторые факты угроз со стороны Окопного и его подчинённых. Сам Червочкин приезжал, незадолго до нападения на него, в офис сайта Каспаров.Ru, где показывал заявления в прокуратуру по поводу незаконных действий, преследований и угроз со стороны подмосковного УБОПа.

Вот с этого номера — 8-945-448-50-84 (зарегистрирован по адресу: ул. Витебская, д. 7) ему неоднократно звонили перед расправой. Юрию обещали «проломить голову», если он и дальше будет заниматься политической деятельностью. Также с этого номера звонили с угрозами другим оппозиционерам, проживающим в Подмосковье. Этот номер приписан зданию МВД в Москве, в котором базируется офис подмосковного УБОПа. Звонили с него сотрудники УБОП Окопный и Цопин. Об этом было написано в многочисленных заявлениях в прокуратуру. Ни одно заявление не получило ход.

После угроз начались дела. Например, что стоит уголовное дело против самого Червочкина, на тот момент находящегося под подпиской о невыезде за акцию на одном из избирательных участков Подмосковья (акция «Ваши выборы это фарс» в Одинцово). Оно было заведено летом 2007 года, не без помощи подмосковного УБОПа, по статье 318. Тогда Червочкин пришел в ЛОВД города Серпухова, чтобы передать воды и еды задержанным товарищам, которые вернулись из Москвы с «Марша несогласных», однако он сам был схвачен и избит. Чтобы избежать возможных проблем на Юрия завели дело, в котором чёрным по белому было написано: «Червочкин ворвался в линейный отдел милиции, стал угрожать сотрудникам расправой, побил четырёх сотрудников милиции, одновременно и сам бился головой о бетонную стену». В Нальчике подобное дело, наверное, имело бы успех. В Подмосковье такая дичь не прокатила. Юра остался на свободе, чтобы встретить смерть.

Около 4 часов дня 22 ноября 2007 года оппозиционеров Червочкина, Терехова, Барсукова и Солодовникова, задержали и доставили в уголовный розыск города Серпухова для взятия расписок в том, что они не будут участвовать в Марше Несогласных в Москве 24 ноября.

В отделении Юрий пробыл до 20-00, все это время его «кошмарили». С ним лично «беседовал» глава уголовного розыска Серпухова Чёрный. В 20:00 сотрудники милиции привезли Червочкина и Терехова на окраину города и высадили со словами: «Пройдись, подумай о своей жизни». Терехов сел на автобус и уехал домой. Юрий же пошел в интернет-кафе. Об этом рассказал сам Терехов.

Около 9 вечера Юрий позвонил в редакцию сайта Каспаров.Ru и сообщил, что за ним идут четверо человек, двух из них он знает, это сотрудники УБОПа, которые участвовали в его допросах. В 21:15 или 21:20 на него напали с бейсбольными битами. Избиение видела случайная прохожая, которая и вызвала милицию. По её словам это были пятеро молодых людей крепкого телосложения. Один из которых был в капюшоне, а еще один запомнился ей т.к. был «толстого телосложения».

В задержаниях и допросах Червочкина участвовало ограниченное число сотрудников УБОП. Это Цопин, Сайбель, Окопный, Астафьев и еще два неизвестных сотрудника. Всех их вызывали на допрос в прокуратуру к следователю Олегу Целепоткину. Во время расследования дела, следователь Целепоткин опросил всех родственников, свидетелей, убоповцев и журналистов, среди которых был Алексей Сочнев. На допросе Целепоткин сказал Сочневу: «Ведь ты же понимаешь, и я понимаю, что к чему. Но тут круговая порука. Я их, конечно, вызову допрошу. Но, что они скажут, сам понимаешь. Но, то, что это они я не думаю. Скорее всего, были наняты какие-нибудь отморозки…» Зная опыт и стаж Целепоткина ясно, что он всё прекрасно понимает и даже больше чем мы предполагаем.

Некоторые выдержки из заявлений оппозиционеров в прокуратуру по поводу «работы» Окопного и Ко:

Говорит Вера Вишейко: «Окопный и начальник УБОПа Филиппов давили на меня и запугивали тюрьмой, сказав, что я там обязательно окажусь или «упаду под электричку или под поезд». Еще они также угрожали моему молодому человеку — Владимиру Ковердяеву, заявив, что убьют его и посоветовали «приготовить себе точку на лбу для выстрела». Выстрела не последовало, Ковердяеву подкинули наркотики.
Оппозиционер Баранов об Астафьеве из отдела по борьбе с экстремизмом: «Он рассказал мне, что Червочкин был избит в Серпухове и сейчас лежит в коме, и на его лечение требуются большие деньги. По словам Астафьева, это сделали местные хулиганы. Затем он сказал следующее: «Видишь, Кавердяеву подкинули наркотики — скоро сядет. Червочкина избили, и неизвестно выживет он или нет. Так что передай своим, что до Нового года подобным образом мы уберем еще троих человек, фамилии я называть не буду, но можете начинать отсчет».

Нацбол Алексей Юрчук оставшийся за главного в Серпухове после Червочкина загремел при помощи людей в штатском в психбольницу и затем отошел от политики, боясь оказаться в этом заведении снова.

Молодой журналист Новой газеты Ростислав Богушевский плотно занявшийся расследованием убийства Червочкина столкнулся с угрозами по телефону со стороны УБОПовцев, после чего публикации в газете прекратились.

Подобные угрозы: подкинуть патроны, избить, переломать ноги — звучали постоянно. Угрозы, избиения, прессинг, убийства. Чего-то не хватает для полной картины…

В конце декабря 2007 года на акции в поддержку Олега Козловского (на тот момент лидера «Обороны»), которого насильно забрили в армию, Окопный попытался похитить на машине подмосковную нацболку Алину Васильченко. Тогда ее спасли товарищи и сотрудники милиции, присутствующие на акции от которых Окопный убежал (они потребовали его предъявить удостоверение).

Как мы видим странную любовь к девушкам оппозиционеркам наш джигит испытывал и раньше. Хотя были случаи, когда он угрожал изнасилованием не только девушкам.

Московский период
После резонанса в обществе, который вызвала трагедия с Юрием Червочкиным, Окопный затих. Дело Червочкина то закрывалось, то открывалось, несчетное количество раз.

Но непотопляемый как всё вечное Алексей Окопный спустя некоторое время, получил новое назначение — его перевели работать в Москву во вновь образованный центр «Э», в звании капитана. А Александр Чёрный, которого на равне с Окопным оппозиционеры подозревали и обвиняли в причастности к убийству Червочкина получил награду: знак «За верность долгу» и звание лучшего работника криминальной милиции.

Окопный стал завсегдатаем всех оппозиционных акций, концертов, выставок, обысков и допросов. Задерживал Лимонова, многих других известных участников Стратегии-31. Место работы новое, методы старые.

В ОВД, куда доставляют задержанных после акций, он представляется, не много не мало, как «убийца Червочкина». Правозащитник Анна Каретникова отмечает у себя в блоге, уже знакомый нам почерк: «Алексей Окопный… активизировался в последние дни. Ходит по отделам милиции, пристает к молодым, в основном, парням, бычится и пугает их подбросом наркотиков и всякой еще невнятной хренью».

Окопный к своему списку достижений добавил также репрессии в связи с публикациями в блогах. В декабре 2010 года Окопный пришел в квартиру оппозиционера Андрея Гасовича. У которого был произведен обыск в рамках статьи 282 УК. из-за нескольких постов в его блоге. В записях говорилось об убийстве нацбола Антона Страдымова в Москве и причастности к ней некоторых сотрудников силовых ведомств.

Не прошёл он стороной и «Манежное дело», неожиданно чуть ли не под ручку появился в суде с активистом «России Молодой» Алексеем Худяковым. Фанат «Локомотива» Худяков выступил свидетелем со стороны обвинения.

Фантазия Окопного не знает границ, последнее его творение с задержанием и допросом шестилетнего ребёнка, сына оппозиционера Аксёнова у метро. А также угрозы изнасилованием и побоями шестнадцатилетней няни этого ребёнка, если она не даст показания на Аксёнова. Это новая вершина оперативника Окопного. Но тут обойдусь без подробностей. Они сейчас все доступны.

Интересно только одно, что дальше? Или нас ждёт замкнутый круг?

Оригинал
08 ноября 2011

«Про правду» — 2

Прошла ровно неделя с тех пор, как мой сын Иван впервые в жизни был задержан полицией. Поскольку эта история вызвала большой резонанс, считаю своим долгом доложить вам о развитии событий.

Во-первых, о самом Иване. С ним все в порядке. Он бодр, весел и как всегда требует поставить на компьютере его любимый мультик о ежике Сонике. Необходимости в психологической экспертизе, о которой говорили многие, я не вижу. «Цыганский образ жизни, который мы вынужденно ведем все эти годы, закалил его. Он вырос простым, неприхотливым, уравновешенным, очень покладистым и не трусливым», — охарактеризовал я сына на Радио «Свобода».

Отсутствие последствий привело к тому, что мы, родители, первоначально даже не планировали какие-то ответные шаги. Бог простит, думали мы. Однако ввод в действие тяжелой артиллерии в лице главы Общественного совета при ГУВД Ольги Костиной, которая заикнулась о возможном нарушении нами прав ребенка, все-таки вынудил нас совершить определенные действия.

Так, вчера мама Ивана Анастасия Пустарнакова подала жалобу в Тверскую районную прокуратуру с требованием дать правовую оценку действия полиции. К жалобе она приложила не только копию протокола допроса сына, но и заверенную детализацию разговоров своего мобильного телефона. Из нее следует, что о задержании сына она узнала практически сразу от его няни Виктории. Сотрудники же полиции пытались дозвониться до нее час спустя, да так и не дозвонились.

В Тверской прокуратуре помощник прокурора, поигрывая брелоком с символикой «Единой России», попросил вписать в жалобу номер детского сада, в который ходит Иван. Если кто-то решил, что про брелок я приврал, то это не так. Чистая правда, свидетельствует Анастасия. Зачем прокурорским номер детского сада? Я не знаю, видимо, для проверки.

Также жалобу в прокуратуру подала няня Ивана – Виктория Кузнецова. Из жалобы я узнал, что сотрудник центра «Э» Алексей Окопный предлагал ей оклеветать меня. Причем предлагал дважды: в ОВД и на следующий день в больнице, куда Викторию увезли из отделения. За отказ оклеветать Окопный пообещал Виктории «устроить проблемы».

Все это отвратительно, однако венцом оперской подлости я считаю фотосессию, устроенную Окопным в ОВД. Получив от Виктории отказ сфотографироваться с ним, он сделал это вопреки ее желанию. Окопный насильно обнял 16-летнюю Вику, а второй сотрудник в штатском сделал снимок. Я знаю, что уважаемые правозащитники, в том числе и члены Общественного совета при МВД, обратились к Рашиду Нургалиеву с требованием уволить этого персонажа. По-моему, время пришло.

О прошлых «подвигах» Окопного на ниве борьбы с экстремизмом можно прочитать в справке о нем.

Кстати, экс-префект ЦАО, а ныне столичный омбудсмен Александр Музыкантский еще 2 ноября направил бумагу Колокольцеву с требованием расследовать законность действий полиции.

И в заключении не о личном. Напомню, что первопричиной всей этой истории является все же не политическая активность родителей Ивана и даже не стиль работы сотрудников полиции, а упорный отказ властей соблюдать 31-ю статью российской Конституции. Стоит только перестать запрещать политические акции, как проблема исчезнет сама собой. А пока мы вынуждены отстаивать свои права, преодолевая сопротивление «окопных». Будем отстаивать его и сегодня — на Триумфальной, в 18 часов. Я приду, приходите и вы.

Оригинал
03 ноября 2011

«Про правду»

Вчера мой старший сын Иван, 6 лет, был впервые задержан полицией. Вместе с сопровождающей Викторией Кузнецовой он был доставлен в Тверское ОВД с Триумфальной площади, где прошла очередная еженедельная акция под лозунгом «Выборы без оппозиции – преступление!».

Виктория – мой младший товарищ по «Другой России». Расположенная к детям, она нередко выручала меня и соглашалась побыть с Иваном, если мне нужно было свободное время или грозило задержание.

Вчера был именно такой случай. Столичные власти традиционно отказались согласовать заявку на проведение акции, и сомнений в том, что полиция применит силу, не было. Однако и у меня не было выбора — призывая людей выходить протестовать на площадь, я должен выходить туда сам. Я и выхожу, оставляя при этом ребенка с кем-нибудь из товарищей, чаще всего с Викой. Потом его забирает либо мама после работы, либо я.

Для тех, кто не понял сразу, еще раз обращаю внимание: ни ребенок, ни Вика не участвуют в несанкционированных акциях с риском задержания, а находятся в стороне.

До сих пор этот механизм работал безупречно. Однако вчера впервые произошел сбой. Виновником стал некто Алексей Окопный, сотрудник московского Центра «Э». По какой-то странной причине этот персонаж не стесняется воевать с женщинами и детьми (спросите у Насти Рыбаченко и у той же Виктории). Видимо, он считает, что на войне все средства хороши. В том, что против нас, сторонников «Другой России», ведется война, я не сомневаюсь.

Так вот, вчера, после того как акция была подавлена превосходящими силами полиции, Окопный устроил задержание Ивана и Вики. Уже в ОВД он пытался преподнести мне это как заботу о детях. Впрочем, я его не слушал.

Я отказался представляться и разговаривать с сотрудниками до тех пор, пока мне не позволят поговорить с сыном. Мое предложение было разумным: вы даете мне возможность убедиться, что Иван в порядке, и объяснить ему, что мама уже едет, а я не мешаю процессу своего оформления. Полицию это не устроило – меня скрутили и кинули в «обезьянник».

Тем временем (это выяснилось впоследствии) моего сына допрашивала инспекторша по делам несовершеннолетних. Именно допрашивала, под протокол, фото которого публикую ниже. Насколько законны подобные допросы, нам, родителям, до сих пор неясно. По совету адвоката мама, приехавшая в ОВД за Иваном, подписывать его отказалась, но копию взяла.

Согласно протоколу, 6-летний Иван начал свою речь так: «По существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее…». Далее он рассказал, что ходит с папой на Триумфальную каждый вторник и что папа отдает его знакомой – Вике, пока он вместе с другими людьми держит «длинную повязку» из ткани, на которой что-то написано белыми буквами, кричит и разбрасывает бумажки «про правду».

«Каждый раз, когда моего папу забирают в полицию, мы с Викой стоим на площадке, которая на улице, и ждем, когда меня заберет моя мама», — продолжал Иван. От себя добавлю, что речь идет о детской площадке на Патриарших прудах, недалеко от Триумфальной.

В графе протокола «образование» написано: «Д/С, 9-я группа». Д/С – это детский сад.

Вернувшись домой ближе к ночи, я помониторил Интернет и обнаружил, мягко говоря, не совсем адекватную реакцию людей на происшедшее. Многие недоумевали, зачем я «взял ребенка на несанкционированную акцию», а некоторые даже позволили себе нравоучительную брань в мой адрес.

Тот простой факт, что никаких «несанкционированных» акций быть не может, что согласно 31-й статье Конституции порядок проведения массовых мероприятий УВЕДОМИТЕЛЬНЫЙ, а значит, полиция должна не противодействовать протестующим, а охранять их, в том числе и Ивана, — это до отечественных моралистов не доходит.

Я догадываюсь, конечно, что моралисты имеют в виду. Интересы ребенка, считают они, превыше всего, и раз уж в стране сложилась практика запретов и репрессий, то следует им подчиниться — прекратить всякую протестную деятельность, сидеть дома и не вякать. Якобы ради детей. Именно этого и добивается Центр «Э». Однако, по-моему, как раз ради интересов детей и следует наращивать сопротивление. Ведь им здесь жить, в этой стране, не так ли?

А за сына моего не беспокойтесь. С ним все хорошо. Воспитанный в нацбольской среде, он вырос энергичным, бодрым и неустрашимым. Вчера в отделении он показывал полицаям кулаки. То ли еще будет.

704286

704287

Оригинал — на Грани.ру

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире