shenderovich

Виктор Шендерович

01 декабря 2016

F

Меня опять посчитали.

Прилетело в этот раз из «Литературной Газеты», от директора какого-то загадочного НИИ культурного и природного наследия им. Лихачева, — причем очень смешно прилетело:

«Почему-то именно патриоты в произведениях «новой драмы» оказываются самыми мерзкими подонками, извращенцами и негодяями. Как говорит персонаж пьесы «Бляха-муха», созданной гением Виктора Шендеровича и неотвратимо получившей грант Минкультуры: «…ну, там, цели и задачи, х*ра в ступе, патриотическое воспитание, всё как положено»... («ЛГ» от 30.11.2016 )

Как говорится, ржу не могу.

Во-первых, к «новой драме» я никакого отношения не имею («новая драма» и «современная драматургия» — это, как Карл Маркс и Фридрих Энгельс из советского анекдота, не муж и жена, а четыре разных человека).

Во вторых: Экспертный совет по поддержке современного искусства, выделивший грант на постановку моей пьесы в Пермском крае (первый и последний случай такого рода в моей биографии), разогнан Мединским к чертовой матери еще весной 2014 года, — и если говорить о «неотвратимости», то заключается она для меня сегодня явно не в получении грантов от Минкульта.
Я не вписываюсь в тематику, от которой сами собой распахиваются закрома Родины, и, кстати: не сравнить ли нам наше бюджетное финансирование, господин Поляков?

Но побоку: по-настоящему смешно тут другое.

«Литературная газета» торжественно зачислила в патриоты (без кавычек, на полном серьезе) — героя моей комедии «Бляха-муха», мэра Лядичева, разложенца и демагога, вступившего в битву как раз за «культурный» грант, за бюджетное бабло!
Хи-хи.

Я всего лишь констатировал, что этот вороватый персонаж, вперемешку с матерщиной, пользуется патриотической лексикой (а какой же еще ему пользоваться, в путинские годы?), а «Литературная газета» за Лядичева — вступилась! Шендерович патриотов обижает!

Ой, мамочки. Это ж надо так заголиться. Родного человека опознали в Лядичеве, не дали в обиду русофобу…

И ведь, вроде бы, не так трудно было все это сообразить, не подставляться прилюдно — или хотя бы не осенять себя смаху именем академика Лихачева, когда порешь глупость… Но когда, по русской присказке, в жопе загораются говны, отказывает даже скромный интеллект записного «патриота».

И заметьте себе: я это слово закавычил. Ибо твердо отличаю любовь к Отечеству от щедринского пирога с казенной начинкою, к которому припали, по соседству с нехитрым героем моей пьесы, многочисленные деятели культуры.

А за «гения» «Литературке» спасибо — скромно потупился, молчу.

Оригинал

15 ноября 2016

Все идет по плану

Итак.
Улюкаев А.В. (см. фотографию и биографию) угрозами вымогал взятку у Сечина И.И. (см. фотографию и биографию).

Станиславский К.С. в обмороке, но верит. А куда ему деваться-то? Ведь установил все это — Следственный комитет РФ, руководимый Бастрыкиным А.И., другом и однокурсником Путина В.В. (см.фотографию и биографию обоих).

Короче, все идет по плану. Борьба с либеральной коррупцией на радость пиплу: укрепление вертикали и рейтинга! Заодно окончательно прояснилось и с экономическим развитием.

Буржуазные спецы идут под чекистский нож за ненадобностью.
Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?

P.S. И объясните уже кто-нибудь депутату Государственной Думы Поклонской, что «неприкасаемые» — это будут они все, когда перестанут быть неприкосновенными.

Оригинал

Коротко и, кажется, несколько под углом к мейнстриму, выскажусь о сериале «Таинственная страсть», — который я не смотрел, как тот хрестоматийный бульдозерист не читал Пастернака.

То есть, я увидел несколько сцен — и мне их вполне хватило, чтобы понять, что дальше я смотреть, пожалуй, не буду. Чулпан прекрасна, и не она одна (много симпатичных актерских работ в этом кино), но я решил поберечь свои нервы и представления о временах и прототипах…
И при этом, в отличие от того бульдозериста, — мне нравится сериал, показанный на Первом канале!

Десятки миллионов совершенно невинных людей узнали в эти дни, допустим, о существовании Беллы Ахмадулиной, — это же чудесно, братцы!

Да, о ней и ее товарищах («а я люблю товарищей моих…») телезрители, вскормленные на Малахове и Петре Толстом, узнали из сериала, взбитого на многочисленных постелях и политической двусмыслице, — а вы чего хотели в прайм-тайм на Первом канале?

Апологии свободы? Надежд и отчаяния? Волшебства возвращенного времени, как в фильмах Германа? Острой жалости о короткой оттепели, которой не успели надышаться наши родители? — оттепели, символом и двигателем которой были автор романа и его друзья, в одночасье превратившиеся в сериальных, во всех смыслах, любовников…

Тут интересный вопрос в принципе.
В пьесе Вампилова «Провинциальные анекдоты» скрипач Базильский в ужасе реагирует на шутливую угрозу двух алкашей прийти к нему на концерт: «Сто лет не ходили и еще сто лет не ходите!»
Его ужас можно понять, и все-таки…

Если заведомо невозможно совместить алкашей и филармонию, дух «шестидесятничества» и амбре путинских поздних времен, — следует ли радоваться как компромиссу посильному и вполне симпатично сделанному ширпотребу?

Скрипач Базильский на этот счет был совершенно непреклонен, и я его страшно за это уважаю. Да, в общем, и сам такой.

Но вот — Ванесса Мей, идя навстречу пожеланиям трудящихся, исполняет нечто, больше похожее на цирковой номер, и миллионы людей слышат Баха.
Да, вот такого Баха.
Что это? «Ужас-ужас» или популяризация?
И то, и другое, конечно.
Вот такой Бах у Ванессы Мей. Вот такие «шестидесятники» на Первом канале. И на здоровье, я считаю!

Ванесса Мей играет не для тех, кто отличает Когана от Ойстраха по вибрации — эти близко не подойдут к ее стадиону. Сериал «Таинственная страсть» снят не для тех, кто с детских лет, близко к тексту, знает рассказ Аксенова «Победа»… «Осень в Сигулде», «Казанский университет»… Не для тех, кто с рождения дышал этим воздухом, в ком отзывается десятками строчек певучий голос Беллы Ахатовны… И кто теперь валяется в обмороке возмущения по окраинам фейсбука.

Зря валяется.
Не для нас это, братцы. Ну вот, просто, не для нас товар, и все. Не подходите вы к этому отделу, и все дела. Что за мазохизм?
Да и фиг с ней, вообще, с этой оттепелью между двумя ледниковыми периодами, с ее надеждами и смертной тоской, с придушенным глотком свободы… Гораздо интереснее, кто с кем спал, особенно если обсудить это потом с оставшимися в живых мужьями и женами.

Оригинал

Боюсь, наступает исторический момент.

То есть (цитирую собственный текст 1988 года), такой момент, о котором уцелевшие будут рассказывать детям.

Победа консерватора-популиста в Венгрии или Турции — это неприятность; победа консервативного популиста в крупнейшей державе мира (на фоне почти полной разбалансировки международных договоренностей и механизмов) — это, конечно, очень опасно. Остается надеяться на силу американской политической системы, которая сможет отбалансировать даже крайнего популиста. С сегодняшнего дня, собственно, и начинается полномасштабная проверка этой системы.

Тем не менее. Американский народ сделал выбор, и никакой ОМОН, никакая нацгвардия, никакие трактовщики конституций даже не подумали повлиять на этот законный выбор. И Обама и Хиллари уходят себе спокойно от власти, без каких бы то ни было последствий для личной свободы и здоровья.
Как говорится, найдите десять отличий.

Что же до взгляда из этой ситуации на наши палестины, то тут все складывается неожиданно забавно.

Восемь лет напролет во всем был виноват Обама. Трампа мы, можно сказать, выбрали сами. (Когда Господь хочет наказать человека, он исполняет его желания, говорит арабская пословица). И вот что теперь, интересно? Кто будет виноват в нашей изоляции? Почему теперь-то нас никто не полюбит? (А не полюбит, нет). Почему мы снова на отшибе мира?
Вижу мысленным взором мозговой штурм на Старой площади и в Останкино. России, с утра пораньше, срочно требуется новый глобальный враг, — райт нау, можно сказать. Враг, требующий полной нашей консолидации вокруг бессменного лидера, этого старого коня на вечной переправе; коварный и сильный враг, оправдывающий убитые дороги, инфляцию, необходимость затянуть пояса, объясняющий нехватку воды в кране… Или не будем изобретать велосипед и оставим это место за Америкой? Тогда, так и знайте, Трамп очень скоро предаст Россию, которая так ему помогала, щедрая открытая душа…

Короче, следите за программой «Вести».

Оригинал

Айдер Муждабаев пишет:
««Русский мир» — это не только Моторола и прочие девианты. Но, например, и хороший русский писатель Борис Акунин, который, живя не в России, приехав в Киев, выступая в украинском телеэфире, так и не решился выговорить три слова: «Крым — это Украина». Испуганно произнёс: «Крым — это не Россия». И потом ещё какую-то чепуху. «Русский мир» — это не только ложь, это ещё когда ты боишься правды».

***

Дорогой Айдер, поскольку ты не относишься к «русскому миру», а значит, не боишься правды, позволь сказать тебе, что ты написал глупость.

Чепухи, вылетающей из уст Бориса Акунина, я не припомню.
Представить его напуганным (как минимум, в телеэфире) я не могу. Видимо, у меня плохо с фантазией. Зато хорошо с логикой. И мне понадобилось не больше двух секунд, чтобы понять, что слова «Крым — это не Россия» — это просто ясный антитезис к пропагандистскому слогану «Крым — это Россия». И именно в этом качестве были произнесены человеком, склонным к системному мышлению.

Произнесены интеллигентом, с самого начала противопоставившим себя путинской авантюре.
Гражданином России, публично объявившим о разрыве с государством-агрессором. Писателем, тщательно избегающим чепухи. И не подозревавшим, что есть какая-то мантра, которую он обязательно должен произнести в украинском эфире, чтобы заслужить одобрение истинных здешних патриотов…

У меня есть предложение, Айдер.
Не только к тебе. Еще, например, к доброй сотне бесстрашных врагов режима (по преимуществу, вполне себе встроенных в систему), поспешивших наложить горы фейбучного дерьма на Константина Райкина, который тоже не оправдал их ожиданий — и, внятно выступив против цензуры и реставрации сталинизма в России, не ушел после этого в приморские партизаны.

Предложение такое: давайте не сходить с ума, а?

26 октября 2016

Норд-Ост

Четырнадцать лет назад мы, разумеется, отменили программу «Бесплатный сыр» на канале ТВС.
Наутро после штурма я пришел в прямой эфир на «Эхо Москвы» — и что-то говорил там, выражая осторожный оптимизм по поводу того, что жертв гораздо меньше, чем могло быть…
Формулировка о «блестящей операции спецслужб» была к тому времени уже озвучена Кремлем.
Через несколько минут после того, как я вышел из студии «Эха», в информацию начали поступать катастрофические и нарастающие данные о заложниках, умирающих в московских больницах — без антидота, без ничего…
Я поторопился с оптимизмом: власть была в своем репертуаре.
До телеэфира на ТВС у меня была неделя — вполне достаточно времени, чтобы увидеть и понять размеры и характер этой рукотворной катастрофы — и подробно, пошагово рассказать телезрителям о том, как Путин и Ко «спасали жизни людей».
Смонтировав ту программу в ночь на субботу, утром я улетел в Италию (неделя отдыха была запланирована давным-давно). Туда мне и позвонила Юлия Мучник мучник юлия
 — Спасибо тебе, — сказала она. — А то я целую неделю думала, что я сошла с ума…
Ибо целую неделю по всем каналам рассказывали о блестящей операции спецслужб. Убеждая даже лучших из лучших — не верить своим глазам и мозгам.
Потом мне звонили другие — и все понимающе хмыкали, узнав, что я в Италии. Многие решили, что я позволил себе такое — напоследок…
Это, впрочем, и было почти напоследок: летом 2003-го ТВС просто вырубили из эфира.

Финал той программы — перед вами. Интересные чувства испытываешь, когда смотришь на этот текст с дистанции прошедших лет…

«ШЕНДЕРОВИЧ. А пока — некоторые посильные выводы, которые можно сделать из течения последних дней своими слабеющими мозгами. Приоритеты у нас, граждане, окрепли окончательно, вот что я вам скажу. Окрепли и утвердились, кажется, надолго. Правильные, крепкие, проверенные десятилетиями приоритеты. Без дураков, без игрушек в демократию.
Если совсем вкратце, то: вступить в переговоры с Масхадовым – нельзя ни в коем случае, а отравить по случаю собственной принципиальности полторы сотни сограждан – можно, и даже с пользой для рейтинга. Принципы у нас на дороге не валяются, государственность — на вес золота, хранить надо, затаив дыхание. Можно вообще перестать дышать, не страшно. Народу как грязи. На полтораста больше – на полтораста меньше… Не суть. Тем более, перепись прошла, показателей уже никто не испортит… И хватит цацкаться. У нас прямая дорога в будущее!
В подтверждение этой прямизны, в минувший четверг московские власти запретили антивоенный митинг на Пушкинской площади. Раньше разрешали, а теперь – всё! Потому что времена изменились. Теперь, уже полторы недели, всякий, кто заговорит о прекращении войны – это пособник террористов. «Стокгольмский синдром» называется, слышали термин? Всех этих миротворцев террористы зомбировали, вот они и не хотят войны… — понятно?
А я знаю еще один, и довольно массовый, случай стокгольмского синдрома – когда целая страна, попавшая в руки группе хорошо оснащенных силовиков во главе с законно избранным президентом, постепенно проникается его целями и идеалами, и через какое-то время совершенно искренне начинает ему симпатизировать — потому что все равно никуда не деться, так лучше симпатизировать… Впрочем, эту версию мы проверим лет так через… М-да.
А пока что — президент России Владимир Путин высказывается по любимому пункту, борьбе с терроризмом.

ПУТИН (синхрон): «…будущего у террористов все равно нет. И это правда. У них нет будущего. А у нас – есть.»

ШЕНДЕРОВИЧ. Метафора – хорошая вещь. Совсем она была бы вещь хорошая, кабы не реальность. А реальность у нас вот какая. В минувшую среду в Москве похоронили двух детей, маленьких артистов «Норд-Оста», Арсения и Кристину. На двоих им было 27 лет. Так вот, это у них нет будущего, г-н президент. А у вас, видимо, есть. Поэтому меня в настоящий момент сильно интересует только один вопрос: где и когда рванет в следующий раз? Что-то такое многообещающее сказала сотрудница центра переливания крови — людям, пришедшим ее сдать для пострадавших во время теракта. Что-то она знает…

СОТРУДНИЦА (синхрон) «…все, расходитесь. Спасибо всем, нет необходимости сейчас в таком количестве доноров. Приберегите свою кровь до следующего раза…»

ШЕНДЕРОВИЧ. Когда и где будет следующий раз? И что это будет? Детсад в Воронеже? Общежитие в Перми? Не знаю. Россия большая, а защищают ее от мирового терроризма все те же надежные бойцы: Трошев да Патрушев, да федералы, охранявшие Бараева от ареста, да тот милиционер, который бил ногами заложницу, лежавшую без сознания — защита у россиян надежная, остается только ждать. И надеяться, что, может быть, следующим будет не детский сад, а, скажем, Кремль. Потому что в этом случае, может быть, заложников не будут травить газом. И в любом случае, человеческих потерь будет меньше. Счастья вам…»

А в конце программы были, как всегда, куплеты, и среди них один, лучший, работы Сергей Плотов (Sergey Plotov):

«Не хотим Масхадова,
Он исчадье адово.
Доползем до ада мы –
Со своими гадами…»

Доползли, разумеется.
После «Норд-Оста» Путин быстренько доразогнал НТВ, солгав о прямом телеэфире, который якобы  ставил под угрозу жизнь заложников (не было никакого прямого эфира во время подготовки штурма: репортаж НТВ вышел в эфир, когда штурм уже заканчивался).
Пипл схавал эту ложь, как схавал все предыдущие и будущие — и когда через год случился Беслан (я не угадал: целью следующего теракта стал не детсад, а школа), — уже ни одна телекомпания не могла подойти близко к месту действия: о происходящем, сидя на далеком отшибе, рассказывала россиянам по ВГТРК будущая федеральная начальница г-жа Симоньян.
«Там что-то происходит…»
И ни одна паршивая овца уже не смогла испортить дружному коллективу россиян картину очередной блестящей операции спецслужб…

Оригинал

Тексты для этой необычной книги я писал с понятным (и редким для меня) наслаждением. Ибо в ней нет ни проклятий вышеупомянутому тирану, ни ежедневной политической дряни, которой я, так уж получилось, занят многие годы…

Эта книга — признание в любви людям, местам и обстоятельствам, в связи с которыми я был счастлив. Тем, которые сделали меня — мной. Друзьям и учителям, живым — и тем, которых уже нет рядом. Или никогда и не было рядом, как Шекспира или Станислава Ежи Леца.

Список, мягко говоря, неполный, но еще не вечер. Я же продолжаю вспоминать…

Почитайте для затравки, поглядите — как минимум картинки фантастически одаренной Ирины Литманович. В книге их будет — больше тридцати, по числу моих эссе…

И да, чуть не забыл: не в деньгах счастье! )) Так что этот прекрасно изданный альбом можно купить, а лучше сразу две штуки: себе, любимому, и кому-нибудь хорошему, интеллигентному — в подарок на Новый год.

2612810

Книга Ирины Литманович и Виктора Шендеровича

Оригинал

История про путинского одноклассника Петю Колбина, ставшего спонсором бабушки Кабаевой, поразительна главным образом тем, что до нее (истории) никому вообще нет никакого дела, как и до миллиардов полковника полиции.

Удивлялку отшибло у россиян еще до панамских виолончелей, до Чайки с цапками… Удивляться тут давно нечему: это пейзаж, родной пейзаж.

Россияне знают, что живут в воровском государстве, и это государство их в принципе устраивает — не устраивает лишь распределение наворованного.
Россияне хотели бы участвовать в этом в иных долях.

О чем, видимо, и пойдет у них разговор с государством в ближайшие годы

Оригинал

Рекордно низкая явка отменно фиксирует суть происходящего.
Все это, надо признать, довольно стильно. Типа «невесты», случайно встречающие Путина, типа «народ» на бесконечных «прямых линиях», как бы суды, типа социология, вроде как свободные СМИ…

Суть путинской России — фальшак, и «типа выборы» 2016 года (в «типа парламент») дали нам случай насладиться полной гармонией: государство забило болт на народ — и народ, встречным образом, забил болт на государство. В частности, не захотел тратить время на заведомый балаган.

Феодальная, накачанная, кадыровско-тулеевская явка обеспечит, конечно, некую видимость участия народа в этом процессе, но песок неважная замена овсу.

Перемены придут не с выборами, а с какой-нибудь катастрофой.
Интеллектуалам это было ясно с «болотных» репрессий, а народ-богоносец, пожав плечами, просто тупо ждет, куда вывезет кривая. Сотни тысяч уехали, миллионы отчаялись…

Считать все это всенародной поддержкой Путина и «Единой России» может только ВЦИОМ и Останкино; остальным понятно, что это задница.

Все это, разумеется, не отменяет моего уважения к нескольким сотням людей, которые снова попытались тут что-то изменить.

Оригинал

16 сентября 2016

Деньги на ящик

В армейской учебке нас, недоделанных сержантов, учили искусству ставить задачи. Задача должна быть поставлена ясно, а ее суть, сроки и способ исполнения — не должны вызывать разночтений у рядового состава.

Хорошим сержантом, однако, я не стал. В частности, может быть, потому, что сам не видел большого смысла в задачах, которые должен был ставить…

Сегодня — совсем другое дело.

Десятки тысяч людей в России ежегодно умирают от рака. И многие из них — не от рака собственно (трансплантация костного мозга практикуется давно, и сама по себе очень эффективна); люди умирают после этого, увы, от осложнений, от любой, самой пустяковой болезни, на фоне практически уничтоженного иммунитета.

Самое грозное осложнение называется «реакция трансплантант против хозяина» (РТПХ): донорские и родные клетки, не распознав шанса на спасение, отторгают друг друга!

В случаях родственной трансплантации РТПХ возникает в половине случаев, при неродственной трансплантации — в 80%…

Можно ли избежать этого?

Можно.

Спасительная процедура называется фотоферез. У пациента берут кровь, облучают ее в специальном металлическом ящике — и снова переливают больному.
Лейкоциты, подвергшиеся облучению, теряют способность уничтожать здоровые клетки! И это уже совершенно другие шансы на жизнь.

Кровь очень плохо поддается перевозке, и процедура фотофереза должна производиться в клинике, где проходит лечение пациент; в нашем случае — в Гематологическом научном центре в Москве, где делается большинство трансплантаций костного мозга взрослым…

Но в этом самом месте медицинская теория сталкивается с социальной российской практикой: дело в том, что денег на этот металлический ящик, необходимый для спасения СОТЕН БОЛЬНЫХ, у Российской Федерации в настоящий момент — нет.

Ну, вот нет, и все: Сирия, знаете ли, финансирование казачьих дружин, общественная нравственность, подмена мочи, поддержка донбасской моторолы… Очень много первоочередных задач; не до того ей, болезной. Не до людей, собственно.

Поэтому, как завещал наш чудесный игрушечный премьер, держаться мы должны самостоятельно.

В частности — перехожу к постановке задачи — в самое короткое время надо собрать СЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ РУБЛЕЙ. Один раз, но очень быстро! И тогда в Гематологическом научном центре в Москве появится ящик для фотофереза.

Сумма серьезная, но для складчины вполне посильная. А уж если разделить эти рубли на количество спасенных жизней, сальдо явно получится в человеческую пользу.

В армии нас учили, что требуется повторить задачу, но вы ж не тупые, правда? Внизу — форма для пожертвования.

Только это надо быстро. Пожалуйста.





СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ

















Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире