15:10 , 18 июня 2017

Дмитрий Быков: Многие вдруг забоялись Навального

Фрагмент программы «Один» Дмитрия Быкова

«Не напоминает ли вам история Алексея Навального сюжет плутовского романа?»

Знаете, по Навальному нельзя не высказаться, потому что очень многие вдруг забоялись Навального. Это естественные вещи. К сожалению, в России сейчас два политика: одного вы знаете, второго тоже. Вот образовался такой тандем. Я об этом, кстати, в «Собеседнике» писал. Навальный оказался единственным на оппозиционном поле, которое вытоптано не в силу того, что Навальный его вытаптывает вокруг себя, нет, а просто в силу того, что «настоящий буйных мало — вот и нету вожаков». Возникает ситуация, когда поневоле единственность Навального — довольно выгодная, в общем, в электоральном плане — обращается против него. Мы начинаем бояться, что он дракон, что он тоталитарий, что он придёт к власти и будет мстить за брата, как другой политик. Ну, вообще что у Навального огромный риск стать вторым Путиным, только хуже.

Во-первых, как я полагаю, Навальный окружён всё-таки командой, которая не даст ему занестись. Во-вторых, понимаете, я понимаю его заложническую роль, трагическую: он один, и поэтому он вызывает ужас. Я уже не говорю о том, что людям вообще-то свойственно ненавидеть тех, кто храбрее. Потому что он же живой упрёк. Мы начинаем смотреть на себя…

***

Но вот тут, понимаете, очень важная русская черта. Сейчас тоже про русофобию заговорят, но, слава богу, у меня подобрана цитата из Тэффи. «Если на кого-нибудь в русском эмигрантском или вообще в русском любом сообществе обратили внимание, то уж я этого кого-то не поздравляю», — говорит Тэффи. И действительно, как только человек стал чем-то отличаться от стены — в него тут же полетели со всех сторон претензии. Это, наверное, не потому, что Россия так не любит личности. Как сказано у Карамзина: «Почему в России мало авторских талантов?» Нет конечно. Причина совершенно в ином.

Причина в том, что на ровном фоне всеобщей трусости, конформизма, как говорит Аннинский, текучего и повального подчинения людей своим слабостям и попустительству им, на этом фоне, конечно, любой что-то делающий человек выглядит живым упрёком. И в этом смысле я при всей моей скептичности относительно нынешнего президента России, я понимаю, что и его положение весьма трагично. Только зачем же он всё время усугубляет этот трагизм, оставляя… оставаясь настолько один? Простите за каламбур.

Вот в этом есть трагедия Навального. Я никогда не буду среди тех, кто так бойко мечет в него камни — именно потому, что альтернативы-то нет. И мы не формируем этой альтернативы. Если бы появился сегодня в России человек, который бы взялся не за тему коррупции, например, а за какую-то другую тему… Ну, например, тема тюрьмы. Меня очень много спрашивают, что я имею в виду, говоря, что «тюрьма — главная духовная скрепа». Да страх её! Понимаете, в России самый страшный страх — это тюрьма. Ничего больше так не боятся, потому что там условия нечеловеческие и выйти оттуда невозможно, нет никаких гарантий, что вы выйдете оттуда. Помните, при Андропове продлевали срока, при Сталине добавляли за малейшее подозрение и так далее. То есть тюрьма — это дно, как правильно совершенно пишет Чехов в «Острове Сахалине». Это последний рубеж. Это страшнее смерти. И конечно, это главная духовная скрепа на сегодняшний день.

И конечно, надо как-то взяться за проблему гуманизации российской пенитенциарной системы, потому что, согласитесь, не может общество держаться только на страхе. У Житинского помните фразу: «Нам неведома иная основа этики, кроме только страха», — сказано в «Потерянном доме», простите, в 84-м году. А это только усугубляет ситуацию. Пусть кто-то возьмётся за эту тему. Пусть ещё кто-то возьмётся за тему упадка гуманитарной культуры. Не надо отдавать всю парадигму борьбы только Навальному. Навальный пусть занимается проблемой коррупции — тем, чем он умеет.

И ещё мне очень нравится вот это обсуждение этичности сидящего человека. Всё-таки это было непринято. Понимаете, когда… Ну, пусть он сидит по административному аресту, пусть 30 суток. Пусть он бодро заявляет, что он играет в нарды. Это реферируя, конечно, к Гумилёву, который написал: «У меня всё в порядке, пришлите «Илиаду», я играю в шахматы». Но мы помним, чем это кончилось в случае Гумилёва.

Бравада Навального не должна от нас заслонять горечи его положения. Поэтому все вот эти разговоры о том, что «пришёл опасный тоталитарий»… Знаете, давайте у него сначала появится шанс стать таким тоталитарием, а потом мы будем опасаться. А то вот это «заранее»… Всё плохо. Оставаться как есть — плохо. Денис Драгунский об этом только что написал замечательно. Вот торжествующая апатия. Двигаться — плохо. Не двигаться — плохо. Как есть — плохо. Менять — попадёшь в ужасные девяностые. Так тоже смотреть на вещи нельзя. Ну, я понимаю, конечно, что это общество, лишённое надежды.

Читать эфир полностью >>>>>>>

Комментарии

275

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


sermiaggio 20 июня 2017 | 19:19

Забоялись не Навального, а "назад в святые 90-е", я полагаю.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире