oreh

Антон Орехъ

09 марта 2017

F
09 марта 2017

Ю а фейк ньюс!

Зря я давеча потешался над мужчинами роста выше среднего, с одинаковыми лицами, стрижкой бобриком и наушниками в ухе. Никого ФСО не прохлопало, никто в Кремль не проникал, и его обитатели могут спать, а также есть, пить и работать спокойно. Баннеры нафотошопили, файера какие-то сомнительные – надеюсь, девчонки хотя бы натуральные. А то чувствуешь себя так, словно это в тебя тыкал пальцем Дональд Трамп – «ю а фейк ньюс!».

История, которая была забавной, стала еще веселее. И эта история – сразу о многом. Например, о том, как можно ничего особенного не делая, несколько дней подряд оказываться в первых строках заголовков новостей. Активистки залезли на Кремлевскую башню – новость! Нет, активистки не залезли на башню – опять новость! Завтра выяснится, что активистки залезли, но не на башню, или на какую-то другую башню, или это были декорации «Мосфильма» и так до бесконечности. Рецепт, как изобразить из себя Pussy Riot, но при этом не попасть в тюрьму. Эта история – о парадоксальности тотального информационного общества.

Мы говорим, что ничто нынче не укроется от интернета. Никакая действительно важная вещь не останется незамеченной, а все попытки властей что-то утаить – смешны. А тут выходит, что ФСО-шники не лгут, а мозги нам пудрят активисты. И получается так, что в самом центре Москвы, в самом сердце России можно проводить воображаемые акции воображаемого протеста. И никто не заметит подвоха. По крайней мере, не заметит сразу. Естественные вопросы, типа, где же крупные планы, где восторженное видео со стены, где сотни фоток и видео случайных прохожих – эти вопросы возникли только тогда, когда и так уже стало ясно, что это фейк ньюс. И это говорит об очень простой вещи: нас можно дурить и обводить вокруг пальца даже в эпоху глобальных цифровых технологий и информационных коммуникаций. Впрочем, примеры подобные были и раньше. Когда начальство устраивало митинги в свою пользу и докладывало о сотнях тысяч участников. Причем, не просто пририсовывало цифры, но и людей на картинках масштабировало. И даже те, кто были непосредственно на месте событий, верили в обман и не верили собственным глазам.

А вспомним про «распятого мальчика» или про якобы спутниковые снимки украинского самолета, сбивающего «Боинг», притом, что самолет в масштабе получался больше, чем циклопические звездолеты Межгалактической империи. Теперь уже говорят о том, что впредь невозможно будет верить никаким акциям – а вдруг это мультики и никакого митинга, пикета или файера не было? Таким образом, технологии не только облегчают путь к правде и объективной информации, но дают и новые способы для вранья. Но вот кто точно не пострадал – это феминизм в России. Потому что феминизм в России – это фейк безо всякого фотошопа.

Странное дело: праздник у женщин, а отдыхает ФСО. На стену тетки залезли, файеры запалили, на башню баннер пришпандорили, лозунги сомнительные толкали, бабу в Патриархи требовали. И куда же все это время смотрели мужчины чуть выше среднего роста с одинаковыми лицами, стрижкой бобриком и наушниками в ухе? Эдак завтра еще чего-нибудь отчебучат, файер не запалят, а зашвырнут куда-нибудь, в кабинет Президента через окно влезут со своими идеями. Как прокричат ему в ухо, что мол, давай, до свиданья – мужчины, вон из Кремля!

Причем не просто все, а вот именно ты и пакуй чемоданы. Девицы легко отделались по несколькими причинам. Во-первых, потому что из Кремля попросили на выход все-таки абстрактных мужчин, всех сразу – то есть конкретно никого, без фамилий. Во-вторых, сообщили, что мужчины 200 лет у власти, хотя на самом деле больше, да к тому же для теперешних начальников такое обобщение даже лестно. Вроде как ты оказываешься в одном ряду с великими царями, а царям власть от Бога давалась. В-третьих, жгли файеры и на стену лезли не в храме, а просто в Кремле. Вот если бы храме!

Вот если бы в Успенском, допустим, соборе или в церкви Ризположения – тогда четко двушечка. Да еще за это самое «Женщину — в Патриархи!» огребли бы месяцев шесть отсидки в виде бонуса. А так пошумели, показали себя, в эфире прозвучали, в Сети лайков набрали и пошли по домам, где их встретят свои личные мужчины, которые не такие, как те. Поскольку все обошлось бескровно и без ущерба, то подобные акции нужно приветствовать. Хотя бы как шоу. Потому что жизнь наша стала полна какой-то мрачной скуки, убогости какой-то. Вот скажут нам про мироточащий бюст – все веселее, есть над чем поржать. А тут аж в Кремле перформанс учинили. Сейчас народ максимально вялый. Ни митингов, ни пикетов, ни акций – ничего нет вообще. И любое проявление живой жизни, пускай даже чудной, уже радует. И то, что не всякого, кто у Кремля бузит, немедленно кидают мордой в жижу – тоже хорошо.

Значит, остатки чувства юмора есть и у этих ребят со стрижкой бобриком и наушником в ухе. Если же говорить серьезно и по существу заявленных лозунгов, то, как ни странно, акция феминисток в Кремле мало чем отличалась от так называемой «Национальной стратегии действий в интересах женщин». В этой бесполезной бумаге предполагается год потратить на разработку механизмов, а потом четыре года на реализацию. То есть пять лет бабло попилят толстой пилой, а потом другую стратегию накалякают. Так вот никаких лозунгов не надо и стратегий тем более. Потому что кроме половых признаков никакой разницы между мужчинами и женщинами нет. Если человек талантлив и умен, он и должен быть руководителем, депутатом, министром, президентом, а какой у него пол – это интересно только для заполнения анкеты. Разве что с Патриархом заминка. Это и правда не женское дело. Но на месте женщин я бы по поводу патриаршества не горевал.

07 марта 2017

К 8 марта

Это не оттепель – это 8 Марта. Надо хорошенько вспомнить, какие еще женщины сидят в тюрьме или на зоне понапрасну – чтобы Путин успел их в честь праздника отпустить. В помиловании Севастиди я хочу обратить ваше внимание на несколько важных вещей. Оксана Севастиди не признавала и не признает свою вину. Но ее помиловали! И в следующий раз, когда кто-то снова начнет говорить, типа, пускай сначала покается и все признает, и тогда уже просит о помилований, напомните такому человеку, что признание вины для помилования совершенно не обязательно. Во-вторых, сама Севастиди о помиловании не просила! Президент помиловал ее по собственной воле. И когда в следующей раз вам будут говорить, что о помиловании непременно нужно кого-то просить, напомните такому человеку, что прошение о помиловании тоже совершенно необязательно.

Днем ранее отпустили в честь 8 Марта Евгению Чудновец, и я хочу обратить ваше внимание на то, что истории разрешились очень по-разному. Чудновец вышла ввиду отсутствия в ее действиях состава преступления, а Севастиди помиловали. То есть Чудновец полностью невиновна, а Севастиди прощена, то есть вины с нее не сняли. И теперь любой все равно может называть ее шпионкой, которая находится на свободе лишь потому, что наш президент – гуманный и человечный. И весь этот бред, за который сидела Севастиди – не опровергнут! Она видела военную технику на железной дороге, то есть видела то, что видели тысячи других людей. И отправила смс приятелю в Грузию в ответ на его сообщение. Но наказаны не те, кто открыто перемещал технику, а наказана женщина, которая послала короткое и довольно абстрактное сообщение. В приговоре, который вынесли Севастиди, перечислены виды техники и номера частей и в этом приговоре потенциально секретной информации в миллион раз больше, чем в той смс! Но Севастиди посадили, а теперь снисходительно простили.

И я хочу напомнить вам, что Севастиди не единственная, кого посадили подобным образом. С ноября 2014 года сидит приговоренная к шести годам Екатерина Харебава – почему ее не помиловали? Только потому, что шума было меньше? А правосудие у нас определяется децибелами вокруг процесса и конкретного гражданина? И Севастиди и Харебаве приговор выносил один и тот же судья Кобзев — и почему он до сих пор остается судьей, а не валит лес в тайге? И последний вопрос. 8 Марта пройдет и ждать ли нам теперь, например, освобождения Сергея Удальцова к 1 Мая или к 7 Ноября? Справедливость и милосердие теперь зависят от календаря и расположения духа нашего Президента. И мне кажется странным, что судебная власть все еще считается в России властью и называется именно судебной, а не каким-то иным словом.

06 марта 2017

Вирус очумения

Я не знаю, чем руководствовались прокуроры, следователи и судьи, когда сажали Евгению Чудновец по делу, которое не то что выеденного яйца не стоило, но даже скорлупы от этого яйца. Формулировка про «отсутствие состава преступления», на мой взгляд, еще не достаточно точна: вроде как само преступление было — просто состава не нашлось.

Но здесь не было ничего, а молодая женщина отсидела четыре месяца и если кому-то кажется, что это ерунда, что многие годами сидят, то я просто предлагаю любому, кто ухмыляется, самому вот так просто посидеть за решеткой. Не то что четыре месяца, а хотя бы четыре дня. Вы потом до конца жизни будете пересказывать эту драматическую историю, как одно из главных событий в своей биографии.

Один человек может ошибаться, но когда такие приговоры выносятся усилиями десятков, наверное, людей из всех отраслей судебной системы, то создается впечатление, что их всех поразил вирус очумения. Только этим я и могу объяснить появление подобного приговора.

А вот объяснить его отмену очень просто. Недаром пресс-секретарь президента уже сказал, что президент обещал не оставить это дело без внимания и не оставил. Недаром про отмену приговора рассказали в телевизоре, что по-своему забавно. Ведь о самом деле в телевизоре особо не распространялись, зато, когда стало ясно, чем оно кончится, вдруг прозрели. И те же самые люди, которые требовали дать Чудновец пять лет лишения свободы — пять лет! — теперь не видят в этом деле вообще никакого состава.

Слава богу, что так все разрешилось, но этот положительный исход точно так же иллюстрирует отсутствие в России правовой системы, как и те дела, где до освобождения невиновных еще очень далеко. Судьи принимают те решения, которые им велят принять.

Однако я считаю, что дело Чудновец не должно завершиться в тот момент, когда она выйдет на свободу. Наоборот — все только должно начаться. Если прокурор при отсутствии состава преступления требует для обвиняемой пять лет, значит, этот прокурор сам должен быть привлечен к ответу. Вместе с ним должны привлечь всех, кто вели следствие. В деле не было состава, но эти люди из чего-то же его состряпали!

Как можно при отсутствии доказательств подвести человека под пятилетку в колонии? А судьи? Которые упорствовали до последней возможности, отстаивая безобразное, подлое решение! Они должны придти в тот же зал судебных заседаний, только присесть не в судейские кресла, а на скамью подсудимых.

Почему мы несем ответственность за дачу ложных показаний, а судьи и прокуратура не несут ответственности за вынесение ложных приговоров? Причем заведомо ложных. Самое мягкое, что здесь может быть — это отсутствие квалификации. Что человек не в состоянии оценить доказательства, сопоставить факты и не обладает логикой и здравым смыслом.

Но даже в этом случае они не имеют права ни одного дня носить мантию или погоны. А если они все понимают, все верно оценивают и все равно сажают, значит, такие люди просто должен поменяться местами с теми, кого подвели под статью.

Понятно, что это не официально все. Понятно, что никто не придет к Патриарху в его Синод и не скажет: а давайте махнемся, вы нам Исаакий взад отдадите, а мы вам гражданство почетное ввернем. И уж точно не ради почетного гражданства для Патриарха затевалась вся эта фигнявина – то есть собор в заложники не брали.

Но я думаю, что для Патриарха в таком обмене никакого почета не будет. Это будет его поражением. Если бы про один конкретный храм шла речь. Но даже в эти последние дни мы уже и про Институт океанографии слышали, и про роддом в Костроме, которые хотят выселить, а на их месте устроить что-то священное и богобоязненное. Про Спаса-на-Крови не зря говорили, и про Василия Блаженного. Не для того это затевается, чтобы выторговать почетные звания и прочие цацки.

Звания и цацки – это не более чем бонусы, которые сами собой должны прикладываться к ценному движимому и недвижимому имуществу. Православная церковь, не как Божественное представительство на земле, а как простая контора Никанора хочет забрать себе материальные ценности, а попутно утвердить в нашем сознании, что отныне эта конкретная конфессии не отделена от государства. Что РПЦ становится частью этого государства. Что помимо законодательной, исполнительной и судебной властей, у нас еще будет власть церковная. И стремление сцапать соборы, институты, роддома и просто здания в разных городах – это даже скорее не акт наживы, а демонстративный акт, чтобы показать, кто тут от имени Бога с нами разговаривает и кого мы обязаны уважать не меньше светского начальства. Чтобы Закон Божий был в школах – желательно вместо астрономии. Чтобы солдаты в армии с утра икону целовали и шли красить траву и шагать по плацу. Чтобы на аборт сначала в храме справку дали, а потом уж у врача, да и вообще – к доктору идти не так уж обязательно, лучше сразу к батюшке. А батюшка скороговоркой полечит, протянет пухлые пальцы для поцелуя, сядет в «Ленд Крузер» и поедет в номера. Вот ради этого все затевается – а вы про какой-то Исаакий талдычите.

И в этом смысле звание почетного гражданина для Патриарха – это как рыбе зонт. Но если вдруг все же так случится, что Исаакиевский собор оставят музеем, а Патриарху Кириллу присвоят почетное гражданство Петербурга, я, конечно, порадуюсь. Может, даже свечку поставлю.

Я очень советую вам посмотреть фильм Фонда Борьбы с Коррупцией про дачи, виноградники, поместья и яхты Медведева. И посмотреть его даже не для того, чтобы узнать о том, какие конкретно поместья, квартиры и горные хребты принадлежат Дмитрию Анатольевичу, как они выглядят и где находятся. А посмотреть для того, чтобы испытать это чувство. Чувство это вовсе не обязательно будет возмущением, отвращением или омерзением. Хотя то, что вы увидите – это преступно и позорно для страны. Нет! Я о другом.

Вот вы посмотрите на все это великолепие, а потом прислушайтесь к себе. И внутри если не у каждого, то у очень многих прозвучит этот коварный голос: «Блин! Да чтобы я вот так жил!». Неужели вы, глядя на бассейны и лифт для автомобиля и мраморную лестницу в квартире как дворец, не захотели хоть пару дней пожить так же? И чтоб особняк в Питере, и вилла 17 века в Италии, и родовое поместье в Курске, и просто поместье в Плёсе! Мы не святые аскеты и не альтруисты. Но в массе своей много работаем за маленькие деньги. А тут, на экране такая жизнь, о которой мы даже и мечтать не можем. Но кто-то такой жизнью живет, и мы этого человека знаем, и он один из тех, кто нами управляет!

В конце Навальный говорит слова совершенно очевидные, но оттого не менее правильные: там, на вершинах власти, всё это не секрет — потому что на вершинах власти они все живут так или примерно так, сообразно занимаемым постам и степени своей наглости. И я удивлюсь, если есть хоть кто-то среди них, кто живет иначе. И вот именно для этого они во власть и стремятся. Именно поэтому власть является главным активом в России. Ни твои таланты, ни твои мозги, ни твоя находчивость или изобретательность – ничто здесь не имеет значения. Имеют значение только должность и полномочия.

В России нет смысла становиться Илоном Маском, потому что здесь не нужны люди, меняющие мир. Здесь нужны люди, которые оставят все, как прежде. В России не нужны люди, которые зарабатывают деньги, благодаря невероятным технологиям или современным производствам. Потому что это хлопотно и долго, а риск велик. Гораздо проще и гораздо быстрее можно заработать, будучи прокурором, судьей, министром или даже премьер-министром, как выясняется. Точнее, не заработать, а получить.

В развитых странах деньги важны, потому что они дают власть. В России наоборот – власть дает деньги. И власть может деньги отнять. Спросите у Ходорковского, который был самым богатым человеком в стране и вознамерился что-то поменять в политике – что с ним стало и понравилось ли ему это? Вот поэтому теперешние олигархи не допускают прежних ошибок и будут жертвовать миллиарды во всякие липовые фонды и дарить усадьбы, чтобы оставаться олигархами, а не шить варежки на зоне.

Фильм Навальный сделал мощный, но я сомневаюсь, что этот фильм взорвет общество. И не только потому, что узнает о нем все равно меньшая часть населения. А еще и потому, что миллионы наших сограждан сами хотели бы так жить, и жить так, не благодаря своим талантам и предприимчивости, а чтобы иметь власть, и иметь все, что эта власть может дать в нашей стране. А дать она может все, что угодно – была бы фантазия и наглость.

А чем молдаване хуже таджиков? Давеча Путин с Рахмоном про нелегалов договорился? Договорился? Какие основания отказывать в том же самом Додону? Никаких. Так что, граждане Молдовы – выходите их тени! Теперь можно! Теперь – пора!

Где-нибудь встретятся две колонны смурных мужиков, идущих амнистироваться. В УВД на столичной окраине сольются две очереди из числа бывших подпольщиков. Заявят о себе, все как есть расскажут и вместо нелегалов-нарушителей сделаются легалами. У всякого решения имеются две стороны: причина и следствие.

Какова же причина внезапного, так сказать, «жеста доброй воли» в отношении самых крупных источников гастарбайтеров? Быть может, дело в том, что этих самых гастарбайтеров нам стало не хватать. Даже визуально их теперь меньше в моей Москве, да и в других больших городах, как говорят, тоже. Уехали в страны, где побогаче. А если еще заморачиваться с такой ерундой, как нелегальность, так и вовсе некому будет мешки ворочать и снег чистить. Местные-то мараться на грязных работах как не хотели, так и не хотят.

Вторая причина, возможно, в желании эти беднейшие страны к себе покрепче пришпандорить. А то разбегаются от нас друзья и союзники. Скоро Россия будет как планета Земля, в чьей орбите вращается всего один спутник Луна. Вот и мы останемся только с Абхазией, Осетией и Донбассом. В такой компании не до жиру, тут и Молдавия с Таджикистаном будут большими союзниками. Пустим к себе их всех и заживем как прежде.

И вот тут пора поговорить о последствиях. Что же изменится? Кардинально, ничего. Они ведь почему нелегалами были? Потому что так было выгодно их работодателям. Бедным людям не до капризов, им как сказали, так они и сделали. Живи по подвалам, без справок и документов, получай копейки и не рыпайся. Завтра их легализуют, но послезавтра эти сотни тысяч снова превратятся в полурабов и постепенно опять уйдут на нелегальное положение. Плюс еще новые подтянутся. Вы просто оцените масштаб. 250 тысяч молдаван-нелегалов якобы находится в России. А на самом деле? Конечно, больше. И есть подозрение, что таких, в принципе, большинство. Если условия их труда здесь не поменяются, то почему должно измениться их положение? Почему должна измениться среда вокруг этих людей. А среда вокруг них тревожная. Потому что здесь и криминала полно и бытовой ненависти и всего чего хочешь.

Мы очень любим по телевизору рассказывать, как мигранты мучают Европу, а сами амнистируем сотни тысяч нелегалов. И что скажет об этом телевизор? Ничего не скажет. Или, по крайней мере, не скажет ничего из правды.

А вот совсем не факт, что Евгению Чудновец сейчас немедленно начнут выпускать на волю. Мало ли что там прокурор опротестовал! Мало ли что там в Верховном суде постановили! Но есть и Высший Суд — Курганский! Там, по месту совершения злодеяния развратной воспитательницей детского сада Чудновец и будут решать ее судьбу.

Были же и протесты, и прокурорское недоумение, и общественное возмущение. Все было — не было только толку. И я вовсе не удивлюсь, что Курганский суд снова не найдет оснований для снисхождения. Им там, на месте, виднее, жрецам глазастой Фемиды. Но даже если будет четко и громко сказано, что Чудновец должна быть немедленно освобождена, то не факт, что это «немедленно» не растянется на недельку-другую в ожидании волшебных бумаг из канцелярии.

Система очень неохотно отступает. Верховное начальство будет почти всегда покрывать самого мелкого пакостника в погонах или в мантии, а пакостники, чувствуя это покровительство, совсем распоясываются и начинают художественную самодеятельность.

Впрочем, с Чудновец, наверное, все-таки решат дело благополучно. Потому что сейчас в каких-то неведомых верхах решили немного подсдать назад. Раскидать самые нелепые дела. А нелепых дел в стране хватает. Дадина после пыток, после катания по стране в неизвестных направлениях, после капризов начальства в его колонии — но все-таки выпустили. Ценой своих мучений и своего здоровья Ильдар, быть может, даже статью эту поганую из Кодекса отменит.

В этих верхах скумекали, что от наказания пикетчиков геморроя больше, чем радости. С Чудновец та же петрушка. Ну, что вы пристали-то к ней, ну, какая там порнография! Это в суде порнография, а Чудновец — обычная женщина, которой в жизни непонятно за что выпал несчастливый билет.

А есть еще Оксана Севастиди, которая сидит по совсем уж идиотскому делу об «измене». Зачем на пустом месте создавать себе проблемы. Зачем плодить новых Магнитских и устраивать новый Pussy Riot? И кто-то умный, наверное, намекнул Путину, что с такими делами пора заканчивать. И сейчас их станут пересматривать.

Но проблема же не в том, чтобы конкретных людей отпустили. Проблема в том, что правосудием здесь не пахнет в любом случае. Произвольно сажаем, произвольно милуем. Когда было целесообразно, то сажали и Дадина, и Чудновец, и Севастиди и много кого еще. А когда целесообразность поменялась — отпустят.

А вот Олега Навального мы пока никуда отпускать не станем, и будем в глазок наблюдать, снимает ли он куртку и садится ли он на кровать, чтобы влепить ему очередное взыскание.

Никиту Белых отправили в лазарет, а теперь вернули обратно в «Лефортово». Видимо, вылечили. Не болят больше ноги у Никиты, может танцевать фокстрот и танго.

А скажите мне: когда Чудновец отпустят, у вас будет больше уверенности в том, что никого впредь не посадят за репост или лайк? А те, кто сажали Дадина, кто сажал Чудновец — им вообще ничего не будет. И что помешает этим людям взять реванш и упечь за решетку по ерунде кого-то другого?

27 февраля 2017

Весёлая игра

У нас теперь очень любят рассуждать про то, как именно надо скорбеть по ушедшим. Можно ли говорить про них критические слова или лучше промолчать, обязательно ли рыдать навзрыд или можно ограничиться простыми соболезнованиями. Дискуссия неизменно сопровождается петицией с требованием лишить кого-нибудь гражданства за неправильную скорбь. Ну, что ж, давайте еще скажем пару слов про способы выражения печали и уважение чувств.

27 февраля – годовщина убийства Бориса Немцова. Убийства гадкого и отвратительного. Вы могли Немцова не любить, но когда убивают вот так — подло, в спину — нормальный человек разве станет ликовать и пакостить?

В воскресенье прошел Марш памяти Бориса Немцова, на его мосту люди положили гору цветов. В понедельник годовщина. И в ночь годовщины смерти человека на место его гибели приезжают долдоны и сносят всё нафиг. Это то же самое, что придти на поминки и нагадить, придти на могилу и потушить свечки.

Мне кажется, что мэрия, полиция, чуваки в оранжевых робах считают, что это такая игра. Какие-то непонятные, чудные ребята и девчата зачем-то несут эти букеты и корзины на одно и то же место день за днем, а наша задача этих ребят с моста уволочь, а цветы-корзинки выкинуть – и все это со смекалкой, сноровкой, с прибаутками. И не важно, какой это день и какой сегодня повод – они продолжают с нами играть.

Даже мертвый Немцов остается символом, остается лидером оппозиции. Сейчас народ ни на какие митинги не вытащишь, но в память Немцова люди пришли – не очень много, меньше, чем раньше, но намного больше, чем собрались бы по любому другому актуальному поводу.

Запретить марш власти не решились. Но гадить на мосту продолжили с особо изящной мерзостью.

Я понимаю, что Немцов стал символом, его мост стал символом, эти ежедневные дежурства, вагоны цветов, возложенных на этот пятачок за два года – все это тоже символы. Эти символы в двух шагах от Кремля очень раздражают. Но ребята из Кремля, вы сами виноваты в том, что так вышло. Бориса Немцова в двух шагах, у вас под носом и убили. И хотите вы того или не хотите, но эти выстрелы рикошетом ударили и по вам.

Это убийство всегда будут связывать с вами, даже если формально вы не причем. Это убийство стало еще и символом вашего бессилия, потому что при тотальном контроле и безграничности власти, любого человека в России убить могут где угодно – даже у кремлевских стен.

И вы не можете это предотвратить, вы не можете провести нормальное расследование, не можете организовать нормальный процесс, вызвать всех свидетелей и подозреваемых. Вы не можете найти заказчиков. А еще хуже, если эти заказчики вам известны, но у вас не хватает духу их наказать. Конечно, куда как проще впятером хватать одного волонтера на мосту и выкидывать цветы в ночь годовщины и воспринимать это как веселую, развивающую игру.

17 февраля 2017

Не символ веры

А почему собственно, наш Патриарх употребляет будущее время? Что «передача Исаакиевского собора… в год столетия революционных событий призвана стать символом примирения нашего народа». Почему не сказать, что уже стала символом примирения? Стала даже еще раньше, чем передача собора Церкви свершилась. Достаточно поглядеть на тысячи митингующих, причем, в разных городах, на пикеты, кого-то даже сцапали доблестные стражи порядка, питерским депутатам запретят встречаться с избирателями – вот такое примирение у нас нынче наблюдается. Покуда Исаакий был музеем почему-то ни митингов, ни пикетов, ни десятков тысяч подписей под петициями не наблюдалось.

Кирилл связывает передачу объекта от одного собственника к другому со столетием революции, хотя причем здесь вообще революция? В Соборе что, штаб большевиков был или заседало Временное правительство? Если бы крейсер «Аврора» передали в Синодальную яхту, я бы еще чего-то такое понял, а храм-то причем здесь? И совсем уж непонятно, что имеет в виду главный батюшка России, когда говорит про «возвращение права самостоятельно хранить свои святыни». Хотя уже последний Милонов, наверное, знает, что Исаакиевский собор никогда не принадлежал церкви, ни единого дня! И что большевики никогда его именно у церкви не отнимали. Он переставал быть действующим храмом – это верно, но эта несправедливость устранена, коль скоро в соборе теперь регулярно проводятся службы.

Если РПЦ действительно сделает посещение Исаакия свободным, нам трудно будет упрекнуть эту организацию в жажде наживы. Хотя до сих пор этот музей был одним из немногих, который содержал себя сам и не просил денег из бюджета. Но есть вещи более важные, даже чем деньги. И люди сейчас собирают подписи и выходят на митинги не потому, что им жалко скольких-то миллионов, которые, может быть, попадут в карман к церковным бюрократам. Патриарх прав в том, что собор стал символом. Но вовсе не примирения. Православная церковь, отделенная от государства, хочет занять в нашей жизни официальное место. Хочет занять своей идеологией то место, которая занимала коммунистическая идеология.

В России строят такую пародию на Советский Союз. Где есть советское телевидение, капающее на мозги, советский парламент, который всегда и во всем со всем согласен, советская правящая партия и ее как бы оппозиционные филиалы. Не хватает только идеологического отдела ЦК. Вот РПЦ это место занять и стремится. Сделать православие официальной и главной религией в стране. И не для того, чтобы люди в Бога уверовали, стали добрее и ласковее. А потому, что они такие же чиновники, для которых главное власть, деньги и возможность командовать, запрещать и контролировать. Поэтому сегодня им нужен Исаакий, завтра они потребуют вернуть вообще все храмы, потом дети и студенты станут учить Закон Божий, как при советской власти учили и сдавали экзамены по истории КПСС. И протестуют люди именно против этого, а не потому, что им так важна форма собственности у конкретного здания в Петербурге.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире