oreh

Антон Орехъ

20 марта 2015

F

Я рад за пензенского губернатора Василия Бочкарева, который пошил себе у местных мастеров замечательные ботинки и ему удобно в них ходить. Прекрасно, что очередь к этим умельцам растянулась на два месяца. Ну, то есть хорошо, что спрос есть, а вот очередь это не очень здорово. И отсюда вопрос: почему я в принципе должен стоять два месяца в очереди, чтобы получить хорошие ботинки?

Одежда и обувь – это товары на каждый день, в идеале человеку надо иметь несколько пар обуви для каждого сезона. После того, как наши дороги начали поливать адской дрянью, практически никакая зимняя обувь дольше одной-двух зим не переживает. Человек должен иметь возможность просто пойти в магазин и купить новую пару – и все. Зачем в очереди стоять два месяца? Есть, конечно, еще один нюанс. Мастера, которые ботинки Бочкареву шили – они же наверняка знали, для кого работают, верно? Ну и как вы думаете: ботинки, сделанные для губернатора, будут отличаться от просто ботинок?

Вот и я думаю так же, как вы. Мы вообще не знаем себе равных в умении сделать потрясающие вещи в одном экземпляре – в крайнем случае мелкой серией. А вот как только дело доходит до поточного производства, до миллионов пар и миллионов костюмов – тут беда. Это наша традиция. О комфорте, удобстве, о простом удовольствии мы никогда не заботились, считая это мещанством. Поэтому товары народного потребления всегда были у нас скверные и страшные.

Вот военная техника получалась здорово. Боевые самолеты – одни из лучших, танки получались замечательно, ракеты держали мир в страхе. Автомат Калашникова – вообще самое великое наше изобретение. А вот стиральные машины, автомобили, пылесосы, магнитофоны, а в наши дни мобильные телефоны или компьютеры – неизменно создавались какие-то убого-неказистые. Наш конек – тяжелая промышленность. Наша цель – обороноспособность. А бытовые мелочи – они мелочи и есть. Поэтому наша обувь – это валенки, галоши и незабвенные ботинки «прощай, молодость». В ответ на призывы непременно переходить на отечественное, я могу задать простой вопрос: а зачем? Если отечественное по качеству и удобству хуже импортного, ради чего я должен выбирать наше? Из патриотизма? А может из патриотизма наши умельцы наконец-то начнут нормальные товары делать? Для своих же делают, для россиян – чего же всякую парашу лепить?

Люди выбирают заграничные товары именно потому, что заграничные товары очень часто просто лучше. А иногда почему-то еще и дешевле. И служат дольше. Вы научитесь делать свое, родное такого же качества - тогда импортное никому и не нужно будет. Научитесь делать не просто качественно, а много, чтобы не ждать в очереди два месяца заветные штиблеты. А если всех обязать носить только российское, то без конкуренции наши работяги вообще перестанут стараться. Зачем – если выбора у людей не будет. Нужны ботинки – надевай «прощай молодость» и топай.

19 марта 2015

Соучастники

Реформа медицины, об успехах которой нам регулярно рассказывают – это профанация. Эта реформа затеяна по единственной причине: государство не способно обеспечить граждан качественной и полной медицинской помощью, оно не в состоянии построить достаточно больниц, оснастить их современной техникой, нанять действительно обученных врачей, произвести или закупить необходимое количество лекарств.

Наоборот - государство урезает финансирование медицины и вместо лечения больных обрекает их на выживание. И это в самую первую очередь касается тех больных, кто нуждается в сложном, дорогостоящем лечении, для кого это в прямом смысле является вопросом жизни и смерти.

Накануне покончил с собой известный московский профессор. И этот случай, как вы прекрасно знаете, далеко не первый, когда такие известные люди уходят из жизни, не получая должной помощи, теряя веру и силы, чтобы бороться.

Но проблема в том, что если сейчас такие случаи мы еще исчисляем единицами, вскоре мы можем получить десятки самоубийств. А еще больше людей будут просто умирать. Не потому, что их даже теоретически нельзя спасти. А потому что родное государство даже не собирается этого делать. Потому что родному государству важнее целую неделю проводить учения от Калининграда до Камчатки, готовясь к войне неизвестно с кем.

Имейте в виду, что у нас уже нет бесплатной медицины. По крайней мере, с нового года ее нет точно. К большому сожалению, я знаю, о чем говорю.

Бесплатная медицина – это когда в онкологической больнице прямо при входе весит безразмерный прейскурант, а цена самых необходимых процедур и исследований практически уже превышает доходы больных, вынужденных отдавать последнее, чтобы выжить.

Формально эти больные имеют право лечиться за счет государства, а реально на это просто нет денег. Об этом не говорят по телевизору. По телевизору говорят только про Украину и великое счастье присоединения Крыма. Но совсем скоро о трагической ситуации с теми же онкобольными умалчивать будет уже невозможно.

И вот здесь на выручку придет Роскомнадзор. И мы уже не сможем говорить о том, что очередной профессор или генерал, а скорее всего самый обычный человек выбросился из окна, застрелился или выпил пачку снотворного, не в силах терпеть мучения. Теперь это будет считаться пропагандой суицида и способов его совершения.

Да, наверное, есть ситуации, когда мы должны быть деликатны и о чем-то не говорить публично. Но когда причиной смерти человека становится не каприз или несчастная любовь, а социальная проблема – об этом молчать невозможно. Скрывать это означает потворствовать.

Наверное, в Роскомнадзоре полагают, что скрывая информацию о самоубийствах онкобольных, они пропагандируют здоровый образ жизни. Но я считаю, что подобный запрет будет прямым соучастием в гибели людей.

Год назад прозвучал главный лозунг эпохи: Крым – наш! Год прошел, как сон пустой - говорил классик. Пребывание во сне стало нашим образом жизни. Параллельная, придуманная реальность заменила нам окружающую действительность. Самое занятное заключается в том, что до всех этих событий даже значительная часть либеральной общественности в душе считала разлуку с Крымом историческим казусом. Но, вздыхая, мирилась с ним, как миримся мы со многими несуразностями жизни и причудливыми территориальными последствиями распада Союза.

Так сложилось, что же теперь поделать. Но наш президент решил, что нет ничего невозможного, и что если что-то сложилось не так, то это всегда можно разложить иначе. И за три недели Крым «вернулся в родную гавань», ко всеобщему удовольствию и восторгу. Но за удовольствие нужно платить. Эту плату можно высчитать и в рублях. В тех рублях, которые стремительно подешевели и обесценили наши зарплаты и накопления минимум вдвое

Мы платим за это ценами, которые растут везде и на все. Мы платим за это сокращением всех расходов бюджета, кроме оборонных, как будто присоединение Крыма и война в Донбассе – это только первая фаза битвы Добра со Злом. Мы платим за это замороженными пенсиями, отощавшими валютными резервами. Мы платим за это санкциями, которые ввели против нас и которые мы сами против себя ввели с этими пресловутыми хамонами и пармезанами. Мы платим за это импортозамещением, которого нет и не предвидится, потому что все эти годы мы жили как паразиты, эксплуатируя богатства родной земли и ее недр и не думая о завтрашнем дне, который может быть не таким светлым. Мы так и не научились работать, зато научились с наслаждением потреблять. Впрочем, нынче пищу материальную нам с успехом заменяет духовная. Телевизор пока успешно конкурирует с холодильником и даже кошельком. Пустая жизнь миллионов обывателей наполнилась высоким сакральным смыслом борьбы за Русский мир, которую можно вести, не вставая с дивана и охая от очередного репортажа о кровавых зверствах мифических фашистов.

Мы с легкостью поверили, что весь так называемый «цивилизованный мир» объединился против нас, потому что мы хорошие, а они все – плохие. Потому что единственный смысл их существования состоит в том, чтобы мешать жить нам. Что, занимая аутсайдерские места по всем показателям, кроме детской смертности, коррупции, наркомании и алкоголизма мы вызываем у остального мира непонятную зависть к нашему величию и желание нас поработить и расчленить. За этот год мы повернули время вспять и мчимся по встречной полосе в обратном направлении.

Конечно, не только Крым стал этому причиной, но он точно стал главным символом. В любом случае мы живем в эпоху исторического перелома и хотя бы по этой причине нам есть что отметить. Ведь про нас и наше время точно напишут в учебниках. Весь вопрос – что?

Скоро юбилей Победы, а иностранные гости ехать к нам не хотят. Даже греческий премьер, наш единственный полудруг в Европе - и тот засобирался в Москву аж 8 апреля. Может он месяц перепутал? Может задержать его тут на 30 дней до выяснения обстоятельств и отпустить только после праздничного салюта? Ким Чен Ын, правда, прибыть намерен твердо. Вот радость-то! Надеюсь, он будет для полного фарса на своем бронепоезде. Грустно это.

70-летие Победы – последняя большая дата, когда еще можно собрать достаточно живых ветеранов и они смогут поучаствовать в торжествах. Через пять лет останутся единицы, и они будут совсем-совсем старенькими. Но именно этот, последний живой юбилей мы будем отмечать фактически в одиночестве. Вспомните, как на 50-летие к нам приехали вообще все. Как на 60-летие, пускай и без большой охоты, но тоже приехали почти все мировые лидеры и наши союзники в войне, хотя уже не было прибалтов и грузин, не было Тони Блэра и торжество выглядело скорее протокольным, нежели искренним. Сейчас и такого уже не будет. Объяснения этому, конечно, найдут. Скажут про пересмотр истории, про искажение правды о войне, попытки принизить или вовсе замолчать роль Советского Союза в победе над фашизмом. И всё это будет неправдой. Не приедут к нам по одной простой причине, и эта причина не имеет вообще никакого отношения к войне и юбилею. Они не приедут конкретно к Путину.

Стоять рядом с президентом нашей страны лидерам нормальных стран стало неприятно, неловко, неприлично. И неправильно своим присутствием создавать ему рекламу. Причем здесь память о войне? С какой стати нужно ставить знак равенства между подвигом советского народа и миллионами жизней, заплаченных за Победу и теми, кто нынче сидит в Кремле? Это они что ли войну выиграли? У нас в последнее время такая ура-патриотическая истерия поднялась, такое стремление защитить подвиги Великой Отечественной, словно это никто иной, как все эти депутаты-трепачи и телепроповденики шли в атаку, умирали от ран и стояли по 12 часов в день у станка.

У нас настоящие ветераны оказались массовкой, а главными героями стали те, кто в 1941-м при звуке хлопушки разбежались бы кто куда. Победу нынче присвоили всякие мерзавцы и намерены на чужом подвиге и чужой крови славу себе добыть и рекламу сделать. Конечно, им обидно, что Россия сегодня оказалась изгоем, что ее не зовут в приличное общество и сами к ней в гости не ходят. Но если к вам никто, кроме Ким Чен Ына не рвется, может поискать причину в себе, а не видеть везде мировой заговор, рассказывая, какие все вокруг плохие, кроме нас? Те, кто действительно одержал эту поистине Великую Победу 70 лет назад, сделали в миллион раз больше, чем вы, для того, чтобы нашу страну уважали и благодарили во всем мире. Этого уважения хватило почти на 60 лет. Вы это уважение смогли только по ветру пустить.

Да что вы ей-богу, переживаете из-за этих учений! Это же прекрасно! Армия и флот, авиация и все остальные виды и рода войск непременно должны поддерживать высокую боеготовность.

В сущности – чем им еще заниматься? Сколько лет жаловались летчики, которые за все годы службы летали пару раз, танкисты, которые управлять танком умели только теоретически, солдаты, которые вместо боевой подготовки красили траву и строили генералам дачи. И генералы, между прочим, балду пинали и убивали свободное время воровством. А в армии, от безделья в том числе, процветала дедовщина. Так что пускай проводят учения, внезапные проверки, учебные стрельбы, поражают условного противника. Может по своим стрелять будут меньше – а то ведь и такие случаи бывали, к сожалению.

Другое дело, если армейским учениям придается какой-то особый, широковещательный смысл. В сущности, это работа рутинная, профессиональная, повседневная. Хлебороб пашет и сеет, доктор лечит, журналист пишет статьи, военный тренируется – и какой смысл кричать об этом на всю округу? Если только вы не ставите цель, чтобы вас непременно услышали, чтобы на вашу работу обратили внимание. Чтобы шум вокруг этой работы был важнее самой работы. Смысл учений и внезапных проверок, которые с такой помпой проводятся сейчас, состоит как раз в том, чтобы привлечь к ним как можно больше внимания. Чтобы наш народ знал, что армия готова. Чтобы наш народ понял, что если армия так масштабно готовится и так хорошо готова, значит, не без причины. Значит, в мире неспокойно. Значит, есть к чему готовиться-то. А наши заклятые партнеры должны увидеть, что нас без хрена не съешь. И можно не сомневаться, что и народ наш всё заметил и правильно понял, и заграница не слепая и увидала всё.

А дальше - самое интересное. Ни одна отрасль нашей жизни не получает столько внимания и денег, сколько армия и оборона. Очевидно, что ничего важнее для государства сейчас нет. Либо всё это делается на полном серьезе, либо взрослые мужчины в детстве не доиграли в войну. Но мне кажется, что это не игра. Что высшее руководство на полном серьезе готовится к войне. Но и здесь остается важное уточнение: мы готовимся к тому, что нападут на нас или к тому, чтобы напасть самим? А с другой стороны, знаете – одно другому не противоречит!

В эпическом фильме о возвращении Крыма Путин всю эту ситуацию прекрасно обрисовал. Мы верим, что кто-то хочет или может напасть на нас или наших соотечественников на братских территориях и чтобы этого не допустить, наносим удар первыми. И ядерное оружие приводим в полнейшую готовность. И флот, и десант, и всё остальное. А дальше можете называть это по своему выбору – или паранойей или стратегическим мышлением.

13 марта 2015

Создавайте шум!

Что еще все-таки радует в нашей жизни, что торжество идиотизма не повсеместно. И что достижения идиотизма пока еще обратимы. Вторая хорошая новость за последнее время поступила к нам из Страны Дураков. После того, как оправдали «Тангейзера» теперь оправдали Светлану Давыдову. Случайно услышанный ею разговор болтливого вояки, спонтанный звонок в украинское посольство – и многодетная мать могла превратиться в изменницу. И наверняка превратилась бы, если бы, в том числе, и мы с вами не подняли шум.

А если бы шума не было? А если бы не было, то сидела бы Давыдова и поныне в каземате и отправилась из каземата не домой к мужу и детям, а в другой каземат – более отдаленный, где повстречала бы таких же бедолаг, список которых пополняется регулярно самым причудливым образом. Сегодня следствие не видит в ее действиях состава преступления, потому что никаких тайн Давыдова не выдала. Но я бы хотел в связи с этим кое-что уточнить. Она этих тайн не выдала, потому что это и не могло быть тайной или просто потому, что информация, которую она сообщила, была неточной и потому не опасной? Это же очень важно!

Если человека, который не является носителем гостайны в принципе могут осудить за разговор, услышанный в маршрутке или у подъезда – то про освобождение Светланы Давыдовой мы можем сказать, что никакая справедливость здесь не торжествовала, что ей просто повезло, что будь ее данные поконкретнее, всё могло бы закончиться не столь благополучно. И потом, не одна же Давыдова числилась изменницей и шпионкой. Просто ее история была самой шумной. А сколько людей продолжают оставаться в заключении по разным диковинным делам.

Проблема в том, что у нас по-прежнему могут обвинить в измене кого угодно и под любым предлогом. Изменилась судьба конкретной женщины, но закон не поменялся, и его могут еще сто раз применить. Поэтому на данный момент выход остается простой – поднимать как можно больше шума.

Если бы не всеобщий резонанс, дело Давыдовой не только не закрыли бы, а раскрутили со страшной силой. Значит, будем шуметь дальше всякий раз, когда у нас будут основания полагать, что человека пытаются сделать изменником без всяких причин.

12 марта 2015

Ахиллес без пяты

Сегодня утром до меня, так сказать, доперло. А получает ли Путин пенсию? И в свете возможных изменений для высокооплачиваемых пенсионеров, будет ли его пенсия урезана? А может он военный пенсионер? Меня не деньги интересуют и даже не их количество. Меня интересует образ нашего президента. Который формально уже может уйти на заслуженный отдых, а фактически воспринимается нами как человек, у которого даже не может быть ОРЗ.

Господи, ну нету Путина в телевизоре неделю – эка невидаль в нашей-то стране! У нас генсеки правили, не приходя в сознание. Предшественник Путина, Борис Николаич, разваливался, простите, на глазах. Время позднего Ельцина породило набор издевательских официальных формул, типа «работает с документами», чтобы объяснить причину, по которой мы видим пресс-секретаря президента чаще, чем самого президента.

И, если кто забыл, то про крепкое рукопожатие пошутил первым, конечно, не Песков, а его предшественник Ястржембский. Только Борис Николаич руки просто крепко пожимал, никому ничего не ломая.

Путин потому так и взлетел стремительно, что сыграл на контрасте с Ельциным. На смену не очень старому, но очень нездоровому на вид лидеру, пришел молодой, энергичный, спортивный. Это не могло не подкупать. У нас таких лидеров вообще не было во всей обозримой истории. У нас даже 50-летнего Ленина «дедушкой» называли.

И оседлав этого конька, создатели образа Путина на этом коньке все 15 лет и скачут. Все его многочисленные подвиги, так или иначе, связаны с демонстрацией незаурядных физических возможностей. Плюс смелость и легкость исполнения. Летает, плавает, ныряет, бросает через бедро, забрасывает шайбу, обнимает тигра.

Какой еще лидер рискнет с голым торсом сфотографироваться так, чтобы все над ним не ржали? Мужики видят президента, который в свои 60 лет круче них, молодых. Бабы видят мужика, который в свои 60 круче, чем их молодые мужья и кавалеры. Юные девушки поют песни с готовностью натурально ему отдаться! Ну какое тут может быть ОРЗ!

Наш президент – это современное воплощение Ахиллеса, только без пяты. У нашего президента и пята неуязвима. В некотором смысле наш президент – не вполне человек. Он если и не божественного, то очевидно внеземного происхождения.

Путин, как нам сказали – это и есть Россия. И если у него ОРЗ – значит, у всей России ОРЗ, от Калининграда до Камчатки. Если Путин спину потянул – значит, вся Россия по утру разогнуться не может.

Я на полном серьезе вам говорю: если завтра одновременно Обама пригрозит нам ядерной войной, а кремлевский доктор скажет, что Владимир Владимирович - не дай бог! – заболел, второе известие напугает народ намного сильнее. Пока Путин жив и здоров, никакая Обама нам не страшна. А вот если захворает, тогда и укус комара для страны смертелен.

11 марта 2015

Попытка и пытка

Хорошая формула есть в нашем языке — «в целом». Или «в принципе». То есть — не вдаваясь в нюансы конкретной ситуации, говорить о чем-то как таковом. Правозащитники встревожились, что к задержанным по делу об убийстве Немцова могли применять пытки. Следователей встревожил сам этот интерес правозащитников к подозреваемым и методам ведения следствия. Думаешь: ага, дыма без огня не бывает — значит, что-то там было. Значит, кого-то могли и попытать, так сказать. И тут чувство-то двоякое может возникнуть.

Бориса Ефимыча жалко безумно. Его убийцы не вызывают ни малейшей симпатии. Многие сами бы их с удовольствием отвалтузили. Но имеет ли на это право следователь?

Вспомните, как в самой что ни на есть цивилизованной стране Америке регулярно применяли пытки по отношению к заключенным в Абу-Грейб и узникам Гуантанамо. И если в одних случаях военные извинялись, то в других ЦРУ-шники говорили, что ради национальной безопасности в исключительных случаях «особые методы» дознания вполне допустимы. То есть «если очень хочется, то можно».

Убийство Немцова — исключительно по степени общественного резонанса и общественной опасности. Установить истинных исполнителей, заказчиков и их мотивы столь же исключительно необходимо. Ну, так почему бы и не выпытать у этих несимпатичных людей, что там было и как? Тем более что есть методы психологического воздействия, даже более изощренные и эффективные, чем мордобой.

И вообще: мало какой преступник с легкостью сознается в преступлении. А стало быть, следователю приходится быть изобретательным, использовать разные приемы, уловки, давление — в том числе, психологическое.

Грань между пыткой и жесткой позицией следователя, наверное, не всегда можно определить. Поэтому так и подмывает сказать, что в виде исключения, в отдельных случаях и не очень жестоко, но попытать подозреваемых можно. Но беда в том, что бесконтрольный человек не знает меры. А кто и как может гарантировать реальный эффективный контроль на допросе?

Если разрешить пытки «легкие», кто-то тут же немного их «утяжелит». А потом еще немного, и еще. Если признать грань размытой, то всегда можно будет сказать, что ты эту грань не перешел, и был не жесток, а просто очень настойчив. Эта работа требует мастерства и терпения. А мастеров в любой профессии мало, как и людей терпеливых. Вместо унылых долгих разговоров, не проще ли на дыбу вздернуть?

А главное, почему мы вообще решили, что эти подозреваемые в убийстве Немцова, действительно его убили. Похоже на то, конечно, но полной уверенности нет. Зато есть соблазн поскорее предъявить обществу киллеров. В школе это называется «подогнать решение под ответ». Разрешить пытки в любом виде — означает разрешение подгонять решение под ответ. Школьники идут на это не задумываясь. Почему же следователи должны устоять перед соблазном?

Для защиты чувств верующих целую статью придумали. У верующих в качестве адвокатов теперь следователи и прокуроры. Где бы нынче найти защиту от этих чувств? Где найти адвокатов от этих адвокатов? Вот даже и не порадуешься от души решению новосибирского мирового судьи, которая признала, что в «Тангейзере» нет состава преступления. Ведь есть же и Следственный комитет, а у него какая-то своя проверка. Вдруг там посчитают по-другому? У чувств защита многослойная, а мы помним правило театра, что если в первом акте весит ружье, рано или поздно оно бабахнет. Этим ружьем и стала сама возможность наказывать людей за оскорбление религиозных чувств. Потому что единственным смыслом такой статьи стала возможность разобраться с инакомыслящими в широком смысле этого слова.

У верующих, безусловно, есть чувства. У художников – тоже есть свои чувства. Художественное произведение само по себе апеллирует к чувствам и эмоциям, если, конечно, это не инструкция по применению арбидола. Естественным образом художественные произведения не могут вызывать абсолютно у всех одинаковых чувств и тем более чувств одинаково положительных. Недовольные будут всегда, их чувства будут негативны. Они назовут спектакль, фильм, книгу, картину хламом, автора – бездарностью, и всегда найдется какое-то количестве граждан, которые скажут, что таким, с позволения сказать, творцам, надо руки поотрывать и выгнать из профессии. Такое говорят абсолютно про всех! Нет человека, занятого хотя бы частично творческим трудом, про которого не говорили бы таких слов. Хоть про Пушкина, хоть про Никиту Михалкова – не щадили и не пощадят никого! Но до определенного момента за это все-таки не сажали. А после появления статьи 148-ой – могут.

Достаточно хоть как-то затронуть религиозную тему в любом контексте и будьте уверены, что непременно найдется человек, чьи чувства пострадают. Достаточно найти из миллиона зрителей или читателей хотя бы одного недовольного! Ведь закон защищает каждого. И чувства каждого верующего тоже. И столкновение чувств религиозных и чувств художественных теперь должен будет почему-то рассматривать уголовный суд. Переводя абстрактные эмоции в сухие строки приговоров и арифметику штрафов и сроков наказания. Бредовая ситуация становится реальностью. Стоит только начать! Вы посмотрите, что происходит.

После того как понятие «государственной измены» расширили до абсурдной бесконечности, у нас каждый день выявляют все новых и новых шпионов. И стоит только вынести пару приговоров в защиту чувств верующих, как наказывать точно также станут пачками. За что угодно! За всё подряд! Потому что у кого-то воображение больное, а кто-то свихнулся в религиозном экстазе. И судье будет проще вынести обвинительный вердикт, так сказать, от греха подальше. Поэтому-то решение мирового суда в Новосибирске и кажется таким важным, что не создало прецедента. По крайней мере пока.

09 марта 2015

Просто Орден

А что так возбудились-то по поводу награждения Кадырова орденом Почета? Награда кажется слишком высокой? Так он у нас, на всякий случай – Герой России. Так что есть у Рамазана Ахматовича награды и повесомее. За Немцова, думаете, наградили? Но бюрократическая машинка работает долго. Наградные указы пишут очень загодя. И уж точно до всех этих событий всё было решено. Поэтому орден нельзя рассматривать ни в плохом смысле, ни в качестве компенсации за массовые задержания чеченцев, на которых убийство Немцова сейчас вешают. Во всяком случае, не так, что вчера всех задержали, а сегодня – на тебе орден, только не нервничай.

Большое хождение в народе получила версия, что высокая награда предшествует последующей отставке чеченского правителя. И в логику той же бюрократии это укладывается вполне. Это только гражданина Хорошавина с его письменным прибором за 36 миллионов наградили наручниками, а так, как правило или за заслуги перед отечеством или еще как-то трогательно отметят. Мол, хорошо поработал, получай заслуженное признание и почет, но уступи место другому. Всё так, но Рамзан Кадыров – это человек особый. Не такой, которого можно просто так куда-то назначить, откуда-то отставить, перевести на другую работу.

Я вообще считаю, что он может быть либо президентом Чечни, либо вообще никем. В этом они, к слову, очень похожи с самим Путиным. Вот вы представляете себя отставку Путина? Что он р-р-р-аз – и не президент, а просто Владимир Владимирович? С Кадыровым то же самое. Кем он может быть? Где? Разве что только самого Владимира Владимировича заменить.

Так может этого кто-то и опасается? По степени влияния именно Кадыров сейчас второй человек в стране. А по степени внушаемого трепета – первый, даже не сомневайтесь. Когда он грозит кому-то неприятностями – разве не воспринимаете вы такие угрозы всерьез? Даже когда Путин грозит кому-то, это выглядит лишь проявлением крутизны нрава. А кадыровские слова слышатся именно как руководство к действию. Спросите у тех, чьи дома в Чечне сровняли с землей, и продолжали ровнять даже после того как Путин очень мягко, но все-таки осудил подобную практику. Так что теоретически представить, что Кадырова захотят отставить, поскольку слишком уж высоко он взлетел – можно. Но практически – как без него? Ведь он сделал главное, чего хотел Путин. Чечня 15 лет была проблемой. А Кадыров эту проблему решил. И не важно, каким способом. Решил. И получил эту территорию в свое полное владение. Если его убрать – не получим ли мы проблему снова? Не слишком ли велик риск? Нужно ли нам помимо войны на Украине еще и на Кавказе не пойми что? Так что я не удивлюсь, что это орден – просто орден, безо всякого особого подтекста.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире