oreh

Антон Орехъ

02 марта 2015

F
02 марта 2015

Знак

В наших городах, в нашей столице сотни, тысячи разных улиц. Сотни и тысячи улиц названы именами каких-то людей. Сотни и тысячи из этих имен не говорят нам ничего. Потому что улиц сотни и тысячи, а сотен и тысяч героев, которых знают все, никогда не наберется. Хотя зачастую мы не знаем даже тех, кого обязан знать, кажется, любой уважающий себя человек. Если появится в Москве улица Бориса Немцова ей такая судьба не грозит. И его друзья, и его недруги, и простые обыватели слишком хорошо знают, кем был этот человек. Но к сожалению, есть подозрения, что у большинства это имя не вызывает добрых ассоциаций. Кто-то считает его одним их виновников «лихих 90-х», а кому-то в последнее время доходчиво объяснили, что Борисом Немцовым зовут одного из главных врагов народа, национал-предателей, одного из тех, кто на всех маршах «пятой колонны» идет в первом ряду. И вот назовут его именем улицу и будут жить на этой улице ненавидевшие Немцова обыватели, будут ходить по ней и думать, за что же им горе такое – жить на улице врага народа. Будут адрес свой называть, писать его в разных анкетах и всяких раз вздрагивать. Вот не повезет-то им.

Нашим гражданам куда спокойнее живется на улице Ленина. Им на метро «Войковская» живется хорошо. Метро «Курская» открывается после ремонта с тщательно отреставрированной надписью «нас вырастил Сталин на верность народу» - и глаз радуется. Пока, правда пустует ниша в вестибюле, где стоял монумент этого Сталина, который нас так хорошо вырастил. Но это пока – главное место уже заготовлено. А еще обыватели считают, что памятник Дзержинскому очень украсил бы Лубянскую площадь, как в старые времена. В Москве, рядом с Ленинградкой, есть улица Уго Чавеса. И никого не коробит эта причуда – я в этом больше, чем уверен. Какие-нибудь бабульки думают, что их улицу назвали в честь актера их любимого мексиканского сериала.

В нашей столице, в наших городах сотни и тысячи улиц носят дурацкие названия. Сотни, а может быть, и тысячи улиц названы именами людей, которые не достойны такой чести, которые принесли нашей стране и народу позор и горе. Именно поэтому нужна улица Немцова. Нужна улица Политковской. Чтобы эти улицы были хоть каким-то противовесом улицам, названым в честь убийц и палачей. В Москве есть проспект Андропова, но есть и проспект Сахарова. Пусть будет и улица Немцова. Впрочем, нет, постойте. Улицей Немцова назовут какую-то маленькую улицу где-то в новостройках, в далеком районе типа Марьино. Спросишь, где она – мало кто ответит. Поэтому лучшей памятью будет не улица – а знак. Красивый и заметный знак на мосту у Кремля. На мосту, который и так уже безо всякого переименования называют мостом Немцова. В самом центре, чтобы никто не сомневался, где это. Чтобы из самого Кремля этот знак было видно каждый день в любую погоду. Даже если все камеры наблюдения сломаются разом.

28 февраля 2015

Последний день зимы

Считаю, что нет никакого смысла сейчас обсуждать кто, за что и почему убил Бориса Ефимыча Немцова. Список его политических врагов бесконечен. Список его личных недругов — не думаю, что сильно короче. Яркий человек и неприязнь вызывает яркую. При слове «Немцов» за пистолет могли бы схватиться слишком многие. И кто-то схватился.

Если вы сторонник оппозиции, вы естественно скажете, что Немцова убила власть. Если вы сторонник власти, вы, естественно, скажете, что Немцова убили или специально, чтобы подставить Путина или чтобы подогреть интерес к маршу 1 марта.

Но что значит «убила власть»? Наша власть такова, что плевать она хотела на всю оппозицию вместе и каждого из ее лидеров по отдельности. При 86% ликующей поддержки власти нет дела до «какого-то Немцова», он для нее просто уже не опасен.

И подставить Путина этим убийством невозможно. Путин на глазах всего мира ведет войну и врет всему миру в глаза — что может подставить его сильнее? Неужели убийство отдельного человека? Путин мыслит категориями своего места в истории, он уже где-то рядом с Петром Великим — какой тут Немцов?

Поэтому дело сейчас даже не в конкретных версиях. Для меня самым показательным в этой трагедии является ее демонстративность. Человека такого масштаба, такой известности можно расстрелять прямо у Кремля! Не выискивая тихого места и подходящего момента — прямо на фоне древних стен и рубиновых звезд с орлами! Там, где каждый метр просматривается и отслеживается. Мы живем в стране, где такое возможно — вот что важно.

Мы живем в стране, где большинство заранее уверены, что убийц не найдут. А если найдут, то люди все равно не поверят, что нашли именно тех, кто действительно стрелял. А если найдут исполнителей, что иногда случается, то, конечно, не найдут заказчиков.

Это значит, что мы нигде не можем чувствовать себя в безопасности, что таких безопасных мест в России не осталось — даже у Кремля. И мы не можем рассчитывать ни на объективное расследование, ни на справедливое возмездие.

Ну, а если так уж приспичит, нам, в конце концов, объяснят, что погорел Немцов «на бабах», и может быть, даже предъявят ревнивого мужика, желательно с криминальной начинкой.
И, между прочим, бытовая версия — единственная, которая имеет шанс быть расследованной честно. Если в деле есть хоть какая-то часть политики — мы правды не узнаем никогда.

На календаре — последний день зимы. Но кажется, что зима еще только начинается. И будет холодной и долгой.

Вот вам новость: оппозиция согласилась провести марш 1 марта в Марьино. Но я предлагаю посмотреть на календарь. 1 марта — не завтра и даже не через день. До 1 марта еще есть время, чтобы трижды разругаться, передумать, воскликнуть об унизительных предложениях мэрии и оскорбительности самой мысли, что маршировать можно не по главной улице с оркестром, а в каком-то занюханном Марьино.

Хотя оскорбительно и унизительно здесь совсем другое. Что при формально уведомительном порядке проведения митингов и собраний, мы по факту вынуждены получать на них разрешения. И разрешения нам дают не туда, куда мы хотели бы, а куда соизволят. Но реальность такова, а политика, как известно, — это искусство возможного. И вопрос соглашаться на Марьино или нет — это альтернатива между ехать и шашечками.

Знаменитые московские акции зимы 2011-2012 годов потому и знамениты, что в них неожиданно приняло участие такое большое количество народу. И этот народ заявил требования, которые так открыто и громко прежде не выдвигались.
Вот что главное.

А то, что проходило всё это в центре — было уже не более чем декорациями. На акциях были десятки тысяч, но знали про них миллионы, в том числе находившиеся вообще в другом полушарии. Потому что при современной коммуникации, громкой и резонансной может стать любая акция — вне зависимости от места ее проведения.

И если 1 марта в Марьино придут, допустим, сто тысяч человек, будьте уверены — это не пройдет незамеченным. В этом найдут даже дополнительный символизм. Ведь Марьино — это же территория Навального. И через годы будут говорить, что перемены в России, связанные с именем Алексея Анатольевича Навального начались с его малой родины.

А получила бы оппозиция Тверскую, заявила сто тысяч, пришло бы вместо ста тысяч тыщ десять, протянулось бы это шествие жидкой струйкой по действительно главной улице — и в этом тоже увидали бы символизм, но другой. Сказали бы, что выдохлась пятая колонна. Что и не колонна она вовсе, а одно название.

Правы те, кто говорят, что принципы важнее места проведения. Но порой мне кажется, что для наших оппозиционеров есть вещи более важные, чем принципы. Важнее принципов — пойти на принцип. Никуда не ехать, а бия себя в грудь, требовать подать шашечки.

С этим маршем и так много проблем. Например, максимально размытая повестка. За всё хорошее против всего плохого. Выйти на улицу просто, чтобы выйти. И в этом отличие от упомянутых акций на Болотной и Сахарова. Тогда люди выходили на улицу потому, что не могли не выйти, не могли оставаться дома, когда вокруг такая мерзость.

Сейчас этого чувства непременной необходимости нет. И чтобы иметь уверенность в своей способности занять Тверскую на всем ее протяжении, нужно сперва отправиться в Марьино и собрать хоть кого-то там. Ехать, кстати, не так далеко. Там теперь и метро имеется.

Сама по себе идея ввести в Донбасс миротворцев не так плоха. Но необходимо понимать, что при этой болезни это лекарство поможет разве что сбить температуру, но вылечить больного оно не в состоянии. Впрочем, жаропонижающие и обезболивающие препараты тоже разные бывают.

Обратите внимание, как отреагировала наша сторона и сторона ополченцев на предложение Киева. Сразу заголосили про нарушение минских соглашений. Формально, конечно, правильно — про миротворцев в Минске не договаривались. Но миротворцы — это общепринятый способ предотвращения кровопролития. И даже если он где-то не прописан, разве можно отвергать способ остановить насилие только потому, что он формально не скреплен подписью Кучмы и Зурабова?

Впрочем, если бы в Донбасс вдруг ввели российских миротворцев, как когда-то в Абхазию, то такой вариант нас устроил бы на сто процентов. Но потом, конечно, не стоило бы удивляться, если бы под предлогом защиты этих миротворцев мы уже официально ввели бы туда еще и регулярную армию на помощь бывшим шахтерам и трактористам.

Однако российских миротворцев в Донбасс не пригласят. Достаточно таинственных гуманитарных конвоев, после прохода которых через границу, у трактористов и шахтеров по странному совпадению вдруг открывается второе дыхание, а у их автоматов появляется запасной рожок.

И кстати, граница Украины и России — это та линия, вдоль которой миротворцы должны стоять обязательно, иначе в их миссии не будет большей части смысла. Но я с трудом представляю себе, чтобы ополченцы и Россия пустили кого-то на свою границу. Разделить воюющие стороны по украинской территории — это еще куда ни шло, но на российской границе их просто не будет — и всё.

Впрочем, даже если выставить миротворческий контингент только на обозначенной в Минске территории размежевания — то кто должен в этот контингент входить? Ни Европа, ни Америка, ни кто-то хоть как-то близкий к НАТО не годится. Получается, что ООН вновь достанет из рукава свои вечные козыри — «голубые каски» из Непала и Уругвая.

И встанут они нерушимой стеной до тех пор, пока... И вот это ключевой момент. До тех пор, пока что? Если стоит задача заморозить конфликт на неопределенное время, то нет ничего лучше уругвайских и непальских миротворцев, которые за счет мирового сообщества там хоть сто лет простоят. А если нужно не просто сбить температуру, но и победить вирус смертоубийства, то нужно что-то еще.

Но что именно сейчас действительно никто не знает. Поэтому дилемма проста: либо с помощью миротворцев зафиксировать ситуацию в нынешнем виде до неких лучших времен, либо воевать до победного конца. При таком раскладе уругвайцы и непальцы лучше. Как говорится, никто лучше них.

18 февраля 2015

Добрый Батька

Накануне, говоря про ситуацию вокруг Дебальцево и вообще обо всем, что происходит после договоренностей в Минске, не секунды не выполнявшихся, ваш покорный слуга предположил, что если это и выгодно кому-нибудь, то полевым командирам и Батьке Лукашенко. Не прошло и суток, как Батька подтвердил: да, мне это выгодно, вот он я. Он пообещал самолично разрулить ситуацию в течение суток, спасти украинских военных, забрать оружие, чтобы оно больше никогда не стреляло - и вообще Лукашенко предстал в образе гребенщиковского Человека-из-Кемерова, которым «придет и молча поправит все». С той только разницей, что молчать Алексан Григорич не будет. Наоборот! Он сделает все, чтобы его заметили. Он так прекрасен и убедителен, что сегодня мы понимаем, в чем состояла главная ошибка участников всех переговоров по Украине в нормандских и прочих форматах. Им нужно было Лукашенко посадить рядом с собою. Чтобы он не просто был хозяином поля, предоставлял помещение для переговоров и привозил цистерны кофе их участникам, а сам принял в дискуссиях наиживейшее участие. Они там месяцами без толку бьются, за 17 часов марафонского диалога не могут решить абсолютно ничего! В то время как есть мужчина, способный дать ответ на все вопросы немедленно.

Лукашенко – безусловно, недооцененный герой нашего времени. Ведь еще не так давно положение его казалось крайне незавидным. Мировая изоляция, политические брожения в стране, оппозиция, репутация «последнего диктатора Европы». И как все переменилось нынче! Кого-нибудь интересуют еще права человека в Белоруссии? Кого-то занимают проблемы тамошней оппозиции? При живом и здоровом Путине называть Батьку диктатором – это анекдот. Какой там диктатор, если человек готов войну остановить! Какая изоляция, если именно к нему в Минск летят европейские лидеры. Удивительным образом за последние месяцы республика, прежде известная разве что творогом, сметаной, самосвалами, тракторами и биатлонистокй Домрачевой, теперь крупнейший экспортер морепродуктов, сыров и колбас, яблок – арбузы даже, говорят, среди зимы там заколосились. Европейские предприниматели просто счастливы, что есть такая страна Белоруссия. Готовая клеить этикетки на любую продукцию и объявлять ее своей. Неофициально, разумеется, зато в завидных масштабах. Наши кризис стал для Лукашенко катализатором взлета. Наш позор превращается если и не в триумф славного Батьки, то по крайней мере делает его легитимным, уважаемым лидером. Он не утратил суровости, но в глазах просвещенной Европы трансформировался в доброго следователя. Потому что Европе теперь есть с кем сравнивать. Рядом с Владимиром Владимировичем, Александр Григорьевич смотрится весьма приемлемо и даже козырно. И чем сильнее станем куражиться мы, тем спокойнее и успешнее будет Батькина жизнь.

17 февраля 2015

А что родила мышь?

Когда четыре лидера со своими свитами 17 часов заседали в Минске, на свет появился документ, пригодный скорее для Диссернета. 17 часов понадобились, чтобы под видом новых мирных договоренностей представить тщательно перелицованные на грани плагиата старые. Четыре лидера даже не захотели все это подписать, доверив подписывание одному бывшему президенту, паре полевых командиров, провозгласивших себя президентами действующими, какой-то женщине из ОБСЕ и Зурабову. Понятно, что эти договоренности стоили немногим дороже предыдущих и немногим больше той бумаги, на которой их отпечатали. 17-часовая гора родила мышь. Но была надежда, что на какое-то время хотя бы перестанут стрелять, что удастся спасти сколько-то жизней с обеих сторон. Хотя бы это. Но и этого не получилось.

В минских параграфах были изначально заложены сомнительные задания и не заложено механизмов их исполнения. А перемирие вместо немедленного сделали отсроченным, дав и тем и другим возможность пострелять вволю и успеть до формального прекращения огня отвоевать что-нибудь друг у друга. Ничего не решили и с Дебальцево. Даже не сумели определится с тем, что там вообще происходит. А когда непонятно что происходит, то это отличный повод и дальше происходить непонятно чему. Перемирие фактически так и не наступило, а за Дебальцево развернулась схватка, судя по всему, не хуже прежней. Все-таки, мы недостаточно внимательно слушаем президента России, а он еще в день минских переговоров сразу обратил внимание на то, что с Дебальцево будут проблемы и что лучше бы украинским силовикам сложить оружие. Путин в этом смысле прекрасный оракул. Обещал проблемы – и вот вам проблемы. Надо бы сдать оружие, значит, будут сдавать. Не хотят – заставим. Конечно, Дебальцево – это стратегически важный пункт. Но кто бы ни взял под контроль этот узел, войну все равно не выиграть в ближайшее время никому.

Скажу вам больше: сам процесс боевых действий сейчас может быть важнее результата. 12 февраля в Минске переговорная гора родила дипломатическую мышь. Теперь выясняется, что и мышь может родить. Минская дипломатическая мышь родила новую битву, не дав состояться даже формальному перемирию. И это хорошая новость для полевых командиров, которые нужны только в условиях войны. Ну и, быть может, это хорошо для Лукашенко, который вновь радушно распахнет двери белорусской столицы для очередного раунда бесполезных переговоров.

Я надеюсь, что Евросоюз составляет свои санкционные списки не по телефонному справочнику Госдумы. И не по жребию. Жил себе жил коммунист Рашкин, а теперь стал героем. Его целая Европа записала в опаснейшие враги. А враг Европы — это же готовый герой России. Они думали, что наказали Рашкина, а Рашкину наоборот польстили так, как он и мечтать не мог. Сбылась мечта коммуниста.

Иосиф Кобзон, без которого ни один список запрещенных лиц не обходится. Вот же поистине волшебная сила искусства: поет человек песни, и чем больше поет, тем меньше на земле остается мест, куда он может свободно поехать.

Рашкин с Кобзоном составили компанию чудесным персонажам по кличке Батя, Фриц, Гиви и Моторола. Эти славные парни только собрались выехать на отдых или по делам шопинга в Европу — а им визу не дадут. Не поедет Моторола в Париж, заморозят активы Гиви в швейцарском банке, а Фрица, уж простите, не дождутся в Берлине — хотя казалось бы, куда еще Фрицу ехать?

Европа запретила не только полевых командиров, но также и их отряды в совокупности, запретила поименно членов правительств самопальных «народных» республик и вот тогда уже усугубила списки Кобзоном и Рашкиным.

И каковы же будут последствия этих ограничений, запретов, проклятий и епитимий? Между прочим, в санкционном списке уже 151 гражданин и 37 организаций. Парализовало ли это деятельность данных организаций? Никоим образом. Ущемлены ли эти полторы сотни лишенцев? Ни в коем случае. И не ничего с ними не сделается и впредь.

Кобзон продолжит петь, Моторола продолжит командовать, а батальон «Сомали» продолжит воевать за Донбасс в тысячах километров от Могадишо.

Составление «черных» списков — это такая игра. Когда вы никак не можете урезонить кого-то и от бессилия ставите на него клеймо позора. Вот, мол, смотрите, это плохой человек!

Но такие приемы действуют на людей чувствительных, для кого потеря репутации, доброго имени являются трагедией, которые с ума сойдут от того, что люди дурно про них подумают. А чего Фрицу-то горевать или Мотороле? Думаю, что никаких активов за рубежом у них нет, так что и замораживать нечего. А если и есть какие-то заначки, то вряд ли записаны вот так конкретно на Гиви или Батю.

Короче говоря, сделать с ними ничего невозможно, но что-то сделать надо. И тогда составляют совершенно бесполезный список, который не приблизит окончание войны ни на миг, но даст всем фигурантам списка лишний повод для гордости и только распалит их еще больше. Бумажкой войну не прекратить. Это касается даже Минских и Нормандских бумажек — а санкционых списков тем более.

13 февраля 2015

Зеркало для Обамы

Обама снялся в ролике, рекламируя систему государственного страхования и при этом гримасничал и делал селфи. Ну и как вам такой ход? По идее - никак. Потому что рекламировал он это всё не для нас. А реклама эффективна только тогда, когда точно попадает в аудиторию.

В ролике американский президент делает, как говорится, то же, что «делают все». Видимо, делает он все то же самое, что делают простые американцы. И получается, что он – почти такой же, как они, а система, которую он продвигает – для простых людей.

Но мы смотрим это маленькое кино именно как кино. Кто-то, безусловно, посмеется. Просто потому, что Обама - он же такой смешной и нелепый, такой чудной в своем стремлении завоевать весь мир и поработить нашу страну, расчленив ее на части и присвоив себе ее богатства.

К тому же Обама – черный. Так что ролик, который каждый может поглядеть – это замечательный повод дать волю всем своим комплексам и невежеству: посмеяться над тем, как кривляется американский негр-президент.

Ну, а если абстрактно? Не Обама – а просто президент, хотя бы даже и наш с вами? Хорошо ли ему вот так запросто себя вести? Не подрывает ли это авторитета власти, не разрушает ли ее сакральности?

С советских времен у нас принято считать, что не то что на высшем, а вообще на любом посту руководителю нельзя казаться обычным человеком. Он должен быть серьезен, неулыбчив, застегнут на все пуговицы и угрюм. Вот тогда он действительно олицетворяет власть и может делать, как в поговорке, самые большие глупости с умным выражением лица.

Однако кое-что все-таки поменялось. Прежде всего, потому, что советские руководители глядели на нас в основном с плакатов и трибун, а нынче никуда не скрыться от камер, телефонов, интернета. Поэтому наш Президент стал непохож на советских вождей. Но рекламировать какой-нибудь Госсстрах или ОМС он не станет. Он рекламирует самого себя. И как будто тоже похож на человека, а не на памятник.

Вот только человек наш Владимир Владимирович – непростой. Он – герой. Летает, ныряет, укрощает тигров. В самолете, на мотоцикле, под водой, на татами. Он такой мужик, которого хотели бы иметь, но не имеют наши женщины. Он такой мужик, каким бы хотели быть, но не могут почти все наши мужчины. Он живой, но при этом все равно недосягаемый.

Мы таким еще со школы завидовали, что они больше всех подтягиваются на перекладине, поборют кого хочешь, а потом обыграют в футбол. И все это легко и с улыбкой. Такой человек ни за что не будет перед зеркалом гримасничать. И для селфи у него, в крайнем случае, найдется помощник.

К тому же Путину и вовсе не нужно рекламировать какие-то государственные проекты. Ему достаточно сказать, что проект просто будет. А люди ему просто поверят. Так что смотрите ролик с Обамой и чувствуйте полное превосходство России над Америкой. Ура!

Семнадцать часов непрерывного разговора уже не очень молодых людей, да еще ночью, да еще при отсутствии взаимных симпатий – это, конечно, Гора. А то, что появилось документально после этих трудов – безусловно, Мышь. К этой встрече все так готовились, столько вокруг нагнетали, пророчили дилемму между миром во всем мире и Третьей Мировой! И небывалый ажиотаж вылился в небывалый марафон разговорного жанра. Даже закадычные друзья за бутылкой столько не просидят. Разве что деревенская свадьба способна переплюнуть эти минские бдения. А на выходе, в общем, ничего. Ничего нового уж точно. Все это уже было прежде и называлось Минскими соглашениями. Теперь называется «нормандским форматом».

В следующий раз для этого придумают еще какое-то наименование. Впрочем, если люди согласны договориться о чем-то хотя бы для галочки – значит, они точно не готовы сжечь все мосты. И если искать позитив, то он в этом. Но символически самое главное, что главы четырех государств сами так ничего и не подписали. Эти государства никаких обязательство на себя так и не взяли. А подписи Контактной группы – это просто подписи. Герои второго плана не сыграют главных ролей. Поэтому если война и закончится, то не после этой встречи. Судьба Украины, Донбасса и России решится не здесь и не в этот день.

Но если невозможно решить судьбу всех людей, быть может, удастся решить судьбу хотя бы нескольких? Хотя бы одного? Точнее, одной? Порошенко сообщил о требовании освободить Надежду Савченко и его требование поддержали Меркель и Олланд. И Путин вроде бы их обнадежил. Стороны согласилась обменять всех пленников. И хотя формально Савченко в плен не брали, но при желании ее легко можно включить в списки. Для Путина это был бы теперь уже копеечный шаг. Сейчас удобный момент, чтобы, не теряя лица, сделать жест. Фактически, отпустив Савченко, он ничего не теряет, зато может прослыть голубем мира. Небольшим, но все-таки голубем. Не так чтобы Мира с большой буквы, но хотя бы перемирия. На Западе любят подобные жесты. И когда, например, Путин выпустил Ходорковского, Запад всерьез заговорил о либерализации в России.

А России просто нужно было создать благостную иллюзию в преддверии Олимпиады. Освободив Савченко, Путин тоже создаст позитив и нанесет на облупившиеся имидж России немного свежей штукатурки. На какое-то время этого косметического ремонта хватит. Просто если Ходорковский был его личным недругом, то к Савченко ничего личного у Путина нет. Почему бы не отпустить – момент самый подходящий.

11 февраля 2015

Джинсы и хиджабы

Верховный суд поддержал решение мордовских властей, запретивших хиджабы в школах, и, наверное, имел для этого какие-то юридические основания. В Верховном суде заседают юристы высшего класса и даже если там что-то может вызвать сомнения, они все равно заговорят нам зубы и запудрят мозги так, что мы не почувствуем подвоха и подмены. Но помимо юридической логики, есть и логика житейская. Те, кто считают, что надо хиджабы разрешить, приводят самый очевидный аргумент: если крестики носить в школу можно, то почему мусульманские платки нельзя? Но дело не только в этом. В Мордовии хиджабы запретили, третируют маленьких детей, тиранят их родителей, создают скандал на ровном месте, а в это же самое время школьницы Татарстана ходят на занятия в этих самых хиджабах как ни в чем не бывало. А школьницы Чечни так просто обязаны носить платки. И здесь вопрос уже не в том, что какая-то конфессия у нас имеет очевидные преимущества перед другими, а в том, что граждане России должны иметь одинаковые права на всей территории страны. И то, что можно в Казани и Грозном, нельзя запрещать в Саранске. Скажите, какую реальную проблему создает появление школьницы в хиджабе на занятии? Можете ли вы ответить что-то внятное, кроме слов «нельзя» и «не положено»? Хиджаб выглядит довольно аккуратно, в нем нет никакой вызывающей демонстрации чего бы то ни было. Воспринимайте, в конце концов, его просто как платок. Русские женщины тоже традиционно ходили в платках и с непокрытой головой не появлялись на людях. Так что в этом у нас с мусульманами есть немало общего, хотя смысл в таких традициях не одинаковый. В Мордовии, к слову, запрещены для школьников не только хиджабы. Там и джинсы под запретом. Джинсы-то чем не хороши? Мне кажется, что во всей этой истории дело даже не в желании ущемить какую-то религию, а в стремлении просто запрещать. Запрещать все непохожее, выбивающееся из общего серого пейзажа. Ввести единообразие, начиная прямо со школы. Все в одинаковой форме, ведут себя одинаково, думают, может, и по-разному, но говорят тоже одинаково. Я учился в советской школе и подобные запреты были и у нас. Кроссовки, например, нельзя было носить и те же джинсы. Жевать жвачку. Приходить с пакетами, на которых были надписи на иностранном языке. Никакого практического смысла во всей этой белиберде нет и быть не может. Зато в Мордовии мы получаем реальный конфликт, когда верующие мусульмане, сталкиваясь с настоящими притеснениями, могут затаить разные недобрые мысли. И затаить эти мысли они могут еще в детском возрасте. Нужны нам ко всем прочим проблемам еще и такие проблемы?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире