nossik

Антон Носик

10 февраля 2016

F
У меня нет киоска, торгующего швармой.
У меня нет своего павильона возле метро.
У меня даже нет привычки в таком павильоне затариваться: если мне что-то нужно купить, я посылаю шофёра, и даже потом не интересуюсь, как далеко он ездил покупать: за километр, или за 10.

Если меня вообще волнует вчерашний погром, то исключительно из-за формулы Нимёллера.

Когда они пришли за социалистами, я молчал — я не был социалистом.
Когда они пришли за профсоюзными активистами, я молчал — я не был членом профсоюза.
Когда они пришли за евреями, я молчал — я не был евреем.
Когда они пришли за мной — уже некому было заступиться за меня.


Я понимаю, что такой же внесудебный отъём собственности, который сегодня постиг палаточников, завтра может ждать любого москвича. В наши времена, когда служители государственного рэкета утратили три четверти доходов от сырьевой ренты, главный для них вопрос — кого б тут ещё раздербанить. Минувшей ночью их взоры были обращены на торговые точки у метро. Завтра они точно так же заинтересуются чужими машинами, квартирами, дачами.

Одобрямс в соцсетях, которым сопровождался ночной погром, свидетельствует ровно о двух вещах. Во-первых, у этой акции был значительный бюджет на PR-поддержку в Интернете. Которая для текущих нужд ликвидаторов совершенно не нужна была: что они хотели снести, то и снесли, наплевав на блогосферу, публикации СМИ и судебные решения о законности сносимых построек. Так что все деньги, истраченные на сегодняшнее одобрение их действий в Интернете — задел на будущее, когда они будут отнимать квартиры, машины и дачи.

Во-вторых, Нимёллер. Логика живых людей «Если за ними пришли — значит, они виноваты» куда страшней любых проплаченных комментариев. Обыватель, готовый одобрить любой погром, покуда он не коснулся его самого — необходимая питательная среда для очень понятного режима государственного управления. И аргументация всех «честных» комментариев о пользе сноса — чисто нацистская. Если нам не нравится торговец шаурмой как этнос и класс, то не морочьте нам голову Конституцией. Прижать того, кто нам не нравится — великая цель, оправдывающая любые средства. При чём тут суд и разрешительная документация. Конституционные права плохого парня не подлежат защите, потому что мы считаем, что он плохой. Иногородний, с акцентом, брюнет, и вообще враг народа.

К чему такая логика ведёт — лень объяснять.
Если кому-то кажется, что Гитлер был прав, но ошибся в мелких деталях, а мы его наследие творчески доработаем и на сей раз победим, то я тут даже не возьмусь ни о чём спорить. Побеждайте, х***. Отнимайте собственность у своих и Lebensraum у чужих. Кончится всё как в прошлый раз.

Оригинал
Погромы, прошедшие в Москве минувшей ночью, иллюстрируют ранее уже констатированный факт: малый и средний бизнес в России не нужен. Его можно давить бульдозерами, разгонять ОМОНом, разорять муниципальным рэкетом.

Никому не интересно, сколько тысяч российских семей оставил без пропитания вчерашний погром. Не имеет никакого значения, что уничтоженные постройки были возведены на совершенно законных основаниях, что их строительство было утверждено мэрией Москвы, с уплатой всех необходимых отчислений в городскую казну. И уж совсем нет никому дела до того, что если эти палатки функционировали, безо всякой господдержки — то их выручку обеспечивали горожане, которым удобно было покупать здесь лекарства, шварму и зарядники для своих мобильных телефонов.

Если и была от этого погрома какая-то польза, то не для Москвы, а для тех наивных людей, которые вчера ещё верили, что в столице возможна такая вещь, как легальный бизнес без коррупционной крыши. Минувшей ночью они увидели собственными глазами, что любой бизнес, сколько угодно согласованный с мэрией Москвы, защищённый решениями судов, может быть ликвидирован в одночасье, одним росчерком пера безымянного чиновника.

По-моему, нужно быть полным идиотом, чтобы после этого прецедента вкладывать хоть рубль в проекты, требующие согласования с мэрией Москвы. Вчерашним погромом она доказала, что её согласие на любой проект не стоит бумаги, на которой оно зафиксировано. Впрочем, при нынешней экономической ситуации это не слишком большая потеря: и так ни один нормальный человек не вложит свой доллар в рублёвую зону. В любом шреддере доллар будет сохранней.

Оригинал
Как-то совершенно меня не радует история с Су-34 в турецком воздушном пространстве.



Понятно, что туркам это всё приснилось, померещилось, они всё это сами выдумали, как всегда. Звиздёж и провокация… и тут же, практически без паузы: в любом случае, у России в зоне конфликта есть С-400, наши ЗРК контролируют воздушное пространство Турции, так что будем летать где хотим и сколько хотим, а они и пикнуть не посмеют.

И понятно уже, из опыта двух предшествующих лет, что в российской верхушке, политической и военной, хватает этих trigger-happy ноздрёвых, у которых давно свербит замутить очередное обострение, неважно где — лишь бы снова движуха. Военным это нужно потому, что «кому война, а кому — мать родна». Гражданским — потому, что иначе на кухнях Великой Нашей Державы заговорят про экономику. А там чего не успели украсть при барреле за 146, то бездарно просрали, без оглядки на баррель. И обсуждать вот это соотношение между прилипшим к рукам и утекшим меж пальцев национальным богатством — никому не хочется. Лучше уж лишний раз поиграться в войнушку с Турцией по всем каналам. В прошлый раз, вроде, это помогло отвлечь публику от вопроса о сгорающих в топке пенсиях. Авось, снова сработает…

Авось-то оно авось, но есть ровно две сложности.
Во-первых, те проблемы, от которых публику в России пытаются отвлечь новыми сводками с турецкого фронта, никуда от этих отвлекающих маневров не деваются. Рубль стоит сколько стоит, и его покупательная способность от этого не выросла, мягко говоря.
Во-вторых, на турецкой стороне фронта отморозков тоже хватает. И им войнушка точно так же с руки (достаточно вспомнить, как Эрдоган подрастил себе рейтинги в предшествующем эпизоде войны с Россией). Очевидно, интересы российских и турецких отморозков сходны до степени тождества. Турецкие отморозки мечтают, чтобы очередной Су-34 к ним залетел. Наши — чтоб они его сбили.

А цену за сбычу обеих мечт придётся платить нормальным людям, которые этого фейерверка на свою ж… не заказывали.

Оригинал
По следам давешнего поста про 8 миллионов рублей в месяц, хочу уточнить то, что осталось не проговоренным, или до конца не понятым.



В комментариях читатели предсказуемо возмутились моим утверждением, что вилка в обращении с деньгами есть только одна, и она — между сразу тратить всё, что попало в руки, и предусмотрительно откладывать средства на будущее.

Мне на это резонно заметили, что за деньги приобретаются некие радости в единственной жизни, а в могилу сбережения не заберёшь. Жизнь, состоящая из сплошного накопления денег ценой отказа от любых удовольствий — процесс унылый и безрадостный. Так что обмен денег на жизненный комфорт — не мотовство и транжирство, а использование тех самых денег по прямому назначению.

Я на 146% с этим согласен.
Более того, для меня обсессивное «сберегание» денег — не страшилка про условного Плюшкина, а очень реальное жизненное воспоминание. Моя бабушка, умершая 12 лет назад, всю мою сознательную жизнь выносила мне мозг про то, что деньги ни в коем случае нельзя ни на что тратить. Ни на путешествия, ни на удовольствия, ни на еду в ресторане, ни на бензин, ни на шофёра. На любое событие в моей жизни она смотрела через эту призму: сколько это стоило и Боже, какой ужас, внучек, ты потратил на это деньги, а мог бы их в сберкассу отнести и на книжку положить.

Бабушка в этой жизни пережила все мыслимые девальвации, деноминации, чёрные вторники, обмены рублей и сгорания советских сберегательных вкладов. Сама она жадной никогда не была, тратила по необходимости на все нормальные человеческие нужды (рассказы про «отнести каждую копеечку в сберкассу на чёрный день» носили воспитательно-педагогический характер). Разумеется, она не скопила за жизнь вообще никаких денег. Потому что «поменьше тратить» — это не способ заработка. Эта стратегия, при разумном её применении, может помочь лишь тому, у кого деньги откуда-то уже есть. А отказываясь раз в день от покупки литра молока за 50 рублей, мы таким способом за год станем богаче на целый 231 доллар сегодняшними деньгами. Ума не приложу, что делать с таким богатством.

Бабушкины наставления в моей жизни всегда были очень важным источником знаний на тему «как не надо жить». 90 с лишним лет она прожила на этом свете в постоянном страхе — перед государством, соседями, бедностью, болезнями, жизнью вообще — и щедро делилась с дочерьми и внуками своим богатым сводом правил «как просуществовать тихо, осторожно и без удовольствия». Наставления про экономию денег как центральную задачу человеческого существования были частью этой искромётной программы. Так что если я пишу об откладывании денег, то совершенно не имею в виду бабушкин наказ «забрать с собой в могилу сберегательную книжку с максимально возможным балансом в деревянных».

Я считаю, что деньги в жизни любого человека — не самоцель, а всего лишь инструмент для обретения материальных благ, позволяющих прожить жизнь комфортно и полноценно. И грех их за это не заплатить. Я сам трачу деньги и на шофёра, и на домработницу, и на няню для ребёнка, и на аренду в центре (при наличии квартир в собственности в е...ях), и на путешествия, и на еду в общепите… Хорошо, что бабушка никогда не узнает, сколько денег у меня за жизнь ушло мимо сберкнижки на все эти «бесполезные» траты.

Между вполне естественным, с моей точки зрения, обменом денег на качество жизни и совершенно разумным требованием эти самые деньги считать и откладывать я не вижу никакого противоречия. Одно другому никак не мешает. Не мною замечено, что деньги любят счёт — вне зависимости от того, много их у тебя в кармане, или мало. В любом случае, полезно представлять себе как минимум:
— каковы размеры твоих текущих ликвидных активов (и хорошо ли они защищены от самых частых неприятностей, вроде скачков курса или отзыва лицензии у твоего банка)
— какой приход у тебя ожидается в ближайший месяц, квартал, год
— каков размер твоих постоянных платёжных обязательств за те же периоды (аренда, кредиты, ЖКХ, налоги, подписки на платные услуги)
— каковы твои переменные траты в единицу времени.

Сведя все эти цифры в одну табличку (с помощью электронных spreadsheets или специализированного софта по учёту бытовых расходов) можно получить реалистичное представление о своём текущем балансе и финансовых возможностях. Это само по себе весьма простое (а иногда — так даже и увлекательное) действие настолько очевидно, что я всегда удивляюсь, как много вокруг меня людей, которые никогда его не произвели, и годами жалуются на «непредвиденность» внезапно открывшихся у них финансовых обстоятельств. Зачастую московский гуманитарий лучше представляет себе цену лондонского фьючерсного контракта на поставку барреля сырой нефти Brent через месяц, чем состояние своего собственного банковского счёта на сегодня и до конца января. Можно, конечно, объяснить этот парадокс ссылками на всемирную отзывчивость русского человека, о которой предупреждал нас ещё Ф.М. Достоевский (возможно, главный эксперт по персональным финансам среди всех классиков XIX века). Можно ещё песню «Гренада» процитировать — там тоже героя больше волновало существование испанских крестьян, чем родная хата. Но не считать денег в собственном кармане, на мой взгляд, точно так же неправильно, как экономить на редком сливе воды в уборной.

Оригинал

25 лет назад вождь иракского народа товарищ Саддам принялся обстреливать Израиль баллистическими ракетами Р-17 советского производства (по американской классификации — Scud). Сделал он это для того, чтобы спровоцировать Израиль на ответную бомбёжку, и тем развалить коалицию братьев-арабов, пришедших выкуривать его гвардейцев из Кувейта. Израиль на провокацию не повёлся, и коалиция довоевала в Кувейте до победного конца, закончив преследование остатков разгромленных саддамовских войск в 240 километрах от Багдада. Но до того, как «Буря в пустыне» закончилась, на Израиль успели упасть 38 баллистических советских ракет, выпущенных с территории Ирака. В общей сложности бомбардировка продлилась полтора месяца, нанесла некоторый ущерб израильскому жилому фонду (повреждения получили около 12.000 квартир), убила двух человек и ранила в общей сложности около 250. Больше всего народу умерло от ужаса, который трудно отнести к боевым потерям. Некоторые от него умирают, даже не успев распечатать конверт из налоговой.

При последующем разборе полётов выяснилось, что иракские «Скады» отличались низкой точностью наведения: многие из них до Израиля просто не долетели, другие упали на пустырях, или, перелетев Тель-Авив, утонули в Средиземном море. Из тех ракет, что достигли цели, у некоторых отсутствовал боевой заряд. Химического оружия, от которого гражданская оборона пыталась защитить население, заблаговременно раздав всем противогазы, не оказалось ни в одной боеголовке. В итоге от неумелого использования противогазов пострадало больше людей, чем от иракских ракет: некоторые задохнулись, у других случались сердечные приступы на почве паники и удушья…

С первого же обстрела, о начале которого сирены возвестили около двух часов ночи 18 января, всем в Израиле стало откуда-то заранее известно, что целью ракетных ударов будет район Большого Тель-Авива и, может быть, Хайфа, но ни в коем разе не Иерусалим. Объясняли эту догадку тем, что Саддам, зная о низкой точности своих систем наведения ракет, не рискнёт нечаянно шарахнуть по мусульманским святыням Эль-Кудса. Прогноз казался мне странноватым, но оправдался с точностью до запятой. После первой же ночной атаки многие тель-авивцы и немногие хайфовчане стройными колоннами ломанулись в направлении ненавидимого прокуратором города. Номера в столичных гостиницах оказались выметены на вторую же ночь иракских обстрелов. Началось расселение по знакомым в частном секторе.

Боже, какие это были весёлые полтора месяца. В нашей с женой скромной иерусалимской двушке у автовокзала размещались каждую ночь от четырёх до шести человек гостей из прибрежной полосы. Квартира Аркана на крыше напротив рынка приняла, помимо хозяев, шестерых беженцев из Тель-Авива (не считая собаки). Каждый вечер, в ожидании сирены (которая в Иерусалиме исправно звучала, хоть город и не подвергся ни одному обстрелу) огромные толпы местных и беженцев отправлялись в близлежащие кабаки на улице Пророков, где ушлые хозяева с заходом солнца объявляли happy hour и гудёж до последнего посетителя. Думаю, ни до, ни после этих событий питейные заведения Святого Города не знали такого угара, пьянства и разврата.

Не меньше иерусалимцев веселились наши двоюродные палестинские братья. Каждую ночь они забирались на плоские крыши своих домов в Иудее и Самарии, где с надеждой ждали очередной сирены воздушной тревоги, и сотрясали тишь арабских городов нехитрой речёвкой:

Я, Саддам, я хабиб!
Удруб, удруб Тель-Абиб!


Это были, наверное, первые и последние арабские стихи, выученные недавно прибывшими из Советского Союза израильтянами. В подстрочном переводе они означали:

О, Саддам, о, любимый!
Разрушь, разрушь Тель-Авив!


В силу уже упомянутых выше проблем с наведением иракских ракет некоторые из них в итоге упали как раз на палестинские деревни, где их прибытия ждали с таким воодушевлением. Пресс-секретарь Армии обороны Израиля в одну из ночей обратился к двоюродным братьям по разуму с прочувствованным призывом:

— Я прошу всех идиотов, которые сейчас повылезали на крыши, немедленно спуститься обратно в свои дома. Находиться на открытой местности во время ракетRFной атаки опасно для жизни.

Призыв его был услышан лишь после того, как иракские скады начали падать палестинцам на головы.

Большим разочарованием той войны стала развёрнутая в Израиле американская система противоракетной защиты Patriot, для которой оборона Тель-Авива от советских «Скадов» стала дебютом в реальных боевых условиях. Выяснилось, что система никуда не годится. Из 38 иракских ракет она попыталась перехватить 17. Из них попасть удалось только в 7. Причём эффективность попаданий оказывалась всякий раз довольно сомнительна: если Patriot не сбивал «Скад», а взрывался где-то рядом с ним в воздухе, то это лишь изменяло траекторию падения иракской ракеты, и не факт, что изменение было полезным для обороняемых населённых пунктов. Четыре американских ракеты Patriot упали и взорвались в жилых кварталах на территории Израиля.

С уверенностью Пентагон зафиксировал лишь один случай полного разрушения иракского «Скада» в воздухе — но и тут нельзя сказать наверняка, принесло ли пользу сбивание баллистической ракеты над жилыми кварталами в густонаселённом центре страны. Мой личный ответ на этот вопрос — сугубо отрицательный, потому что я в тот вечер находился как раз на работе в Тель-Авиве, в редакции газеты «Маарив», и взрывной волной от удачного попадания Patriot в тело «Скада» в моём кабинете вынесло окна. По молодости, общему пофигизму и иерусалимской привычке не принимать сирены воздушной атаки на свой счёт, я в тот момент оказался не в бомбоубежище, вместе с дисциплинированными коллегами по редакции, а ровно там, где эти самые окна и выбило: на четвёртом этаже Бейт-Маарив. Впрочем, дуракам везёт: покуда в вечернем небе над зданием нашей газеты разворачивалась воздушная дуэль между американской и советской ракетами, я как раз отходил на кухню за чаем с плюшками. Вернувшись со всем этим добром в кабинет, я увидел хрустальную россыпь оконного стекла на своей клавиатуре, беззлобно выматерился, снова сходил на кухню за бумажными полотенцами, смёл со стола в корзину осколки того самого стекла и сел писать заметку о только что завершившейся воздушной атаке. Когда она была уже почти дописана, из бомбоубежища выкарабкался мой строгий начальник, и стал мне строго выговаривать за нарушение правил гражданской обороны.

— Абрам, — сказал я ему. — Почему ты хочешь, чтобы я сильнее боялся тебя, чем иракских ракет?
— Потому что они могут тебя только убить, а я могу тебя ещё и уволить, — неубедительно соврал он. Уволить меня мог только наш общий начальник, который в итоге уволил его, а не меня.

Из вечерних теленовостей в тот день мы узнали, что батарея Pаtriot впервые за всё время действия достала и уничтожила иракский «Скад» в небе над Тель-Авивом. До сих пор не могу избавиться от ощущения, что если б не этот успех Пентагона, неприятельская ракета спокойно пролетела бы над нашими головами и затонула в море, в нескольких сотнях метров от тель-авивского берега, как сделали несколько иракских «Скадов» в предшествующие дни, а окно в моём кабинете осталось бы целым.

Но нет худа без добра: явная неудача американской системы Patriot заставила израильскую оборонку разработать собственную систему ПРО, после развёртывания которой окна в тель-авивских офисах не бьются под обстрелами уже больше четверти века.

Оригинал

Свежий опрос «Левада-центра» показал, что 70% россиян считают необходимым отказаться от поездок за границу в связи с возникшими «проблемами безопасности». При этом 65% респондентов и так за последние 5 лет никуда за пределы СНГ не выезжали. Об этом говорится в опубликованных сегодня результатах декабрьского исследования социологической службы.

Составители опроса по своему обыкновению уверяют, что погрешность в нём не превышает 3,4%, но в это уже никак невозможно поверить. Согласно опросу «Левада-центра», 35% россиян выезжали за границу за последние 5 лет. Меж тем, в начале 2014 года обеспеченность россиян заграничными паспортами ФМС оценивала в 10-15% от общей численности населения страны. В последующие годы неоднократно появлялись сообщения миграционной службы о резком сокращении спроса россиян на этот документ — в одном только январе 2015 года доходы ФМС от сбора пошлин за выдачу загранпаспорта сократились на полмиллиарда рублей. При этом из паспортов, выдаваемых сроком на 5 лет, 20% ежегодно становятся недействительными, то есть 2-3 миллиона выдаваемых ФМС документов приходится не на вновь обратившихся, а на замену.

В сухом остатке имеем простую ситуацию. Из «репрезентативной выборки» социологов загранпаспортом в последние 5 лет пользовались 35% взрослого населения, а по данным ФМС этим документом обеспечено сегодня не больше 20% россиян. То есть погрешность измерения по этому параметру больше похожа на 75%, чем на 3,4% (даже без учёта умерших граждан, уехавших на ПМЖ, потерявших паспорт и тех, кто оформил его в ФМС, но затем не получил визы и никуда не поехал — все они входят в статистику миграционной службы как держатели ОЗП, но не могут входить в те самые 35% респондентов «Левада-центра», побывавших за границей).

Одной из причин такого вопиющего несоответствия между числом выданных паспортов и числом респондентов, ими воспользовавшихся, может быть прямая фальсификация в ходе проведения опросов. Борьба с нерадивыми интервьюерами, заполняющими опросные листы от  балды, привлекающими к опросу личных знакомых по договорённости, или вовсе вымышленных лиц — это функция денег. А инвестировать дополнительные средства в повышение достоверности своих гаданий на  кофейной гуще наши придворные социологи в нынешней экономической ситуации вряд ли готовы. Тем более если вспомнить, какие прогнозы по результатам выборов им в прошлые годы сходили с рук.

Но самая большая проблема — это, конечно, выборка. Теоретически взгляды 1600 россиян в 48 регионах могли бы, наверное, отражать мнение 146 миллионов в 85 субъектах Российской Федерации. Однако же практическая реализация этого шанса зависит от подхода к составлению выборки — параметра, который мы  никак не можем проконтролировать при оценке правдивости полученных данных. Остаётся ориентироваться на результат, сверяя ответы 1600 респондентов с объективными данными (результаты выборов, аппаратная статистика по числу интернет-пользователей, данные ФМС о выданных загранпаспортах). И каждый раз, когда мы такую сверку проводим, то  погрешность оказывается больше похожа на 75%, чем на заявленные 3,4%.

Оригинал

Давеча пролетал из Бергамо в Москву над Угранским районом Смоленской области. Гуглокарта, поймав сигнал GPS, сильно обогатила мои познания по географии родной страны.



Сперва летели мы над Желаньинским сельским поселением.
Его административным центром является деревня Желанья на правом берегу реки Угры, при впадении в неё реки Желонки. Население деревни — 218 человек, по данным 2007 года. А всего в Желаньинское поселение входят 16 населённых пунктов, общей численностью в 303 жителя.

Кончилось Желаньинское поселение — началось Подсосонское. В него входят 5 населённых пунктов, общей численностью населения 82 человека (данные опять-таки за 2007 год — не знаю, остался ли там кто-нибудь к сегодняшнему дню).

Плотность населения в Подсосонском сельском поселении — 0,7 человек на квадратный километр. Вдвое больше, чем в пустыне Сахара, втрое меньше, чем в Монголии.

Жемчужиной Подсосонского поселения является деревня с лирическим названием Мохнатка. Её население в 2007 году составило 4 человека.

Даже интересно стало, как эти четверо смелых правильно по-русски называются? Мохнатовцы? Мохнаткинцы? Мохначи? Инвагинаты?

Оригинал
Одна из поучительнейших эпопей в истории Италии — многовековая кровавая распря между партиями гвельфов и гибеллинов. Самое грубое, на пальцах, объяснение разногласия между двумя этими объединениями состоит в том, что гвельфы поддерживали Папу Римского, а гибеллины — германского императора.

Историки марксистского призыва много и охотно нашаривали в этой усобице зёрна классовой вражды между гибеллинской аристократией и гвельфовской буржуазией. Менее индоктринированные исследователи вопроса толковали эту распрю с позиций регионального прагматизма. По их мнению, в тех городах-республиках, права которых норовил ущемить Папа Римский, местные элиты пытались ему противостоять, заключая союз с императором и записываясь в гибеллины. А там, где более актуальная угроза исходила от императора, во внутренней политике усиливалась папская партия гвельфов.

Оба объяснения, при всей своей умозрительной стройности, противоречат известным фактам из истории противостояния двух партий. Во-первых, в любой влиятельной итальянской семье, купеческой или аристократической, встречались представители как гвельфов, так и гибеллинов — что сразу ставит под сомнение классовую природу конфликта между ними. Во-вторых, в большинстве городов-республик одновременно присутствовали представители обеих фракций, которые поочерёдно отбирали друг у друга власть. Так что региональная привязка (флорентийские гвельфы против сиенских гибеллинов) тоже противоречит известным фактам. В-третьих, одни и те же персонажи итальянской истории в разное время заключали союзы то с гвельфами, то с гибеллинами — как, например, воспетый Данте граф Уголино делла Герардеска, легендарный поедатель собственных детей, поочерёдно предавший обе фракции пизанских элит. В-четвёртых, ещё на самой заре формирования двух этих партий гвельфы и гибеллины поддерживали разных кандидатов на императорский престол: гибеллины были за Гогенштауфенов, а гвельфы — за Оттона IV Брауншвейгского. Что они на самом деле являются сторонниками папы, гвельфы узнали значительно позже, когда на императорский трон взошёл Фридрих II Гогенштауфен, решивший враждовать со Святым престолом…

А самое любопытное — что сама по себе вражда между папой и императором была явлением вполне ситуативным. Достаточно вспомнить, что торжественное примирение между императором Фридрихом Барбароссой и папой Александром III случилось в Венеции ещё в XII веке, до оформления в Италии гвельфских и гибеллинских партий. И в последующие века папский престол регулярно заключал военно-политические союзы со Священной Римской Империей. Но на вражде между гвельфами и гибеллинами эти союзы никак не отражались: она продолжала полыхать вовсю. А когда одна из городских фракций брала верх над другой, захватывая власть внутри отдельно взятой республики, она тут же внутри себя раскалывалась, и мочилово продолжалось с новой силой, без оглядки на папу, маму, императора и советскую армию.

Отдельно примечательна в этом смысле заварушка, одним из эпизодов которой стало изгнание Данте из Флоренции. Началась она с того, что флорентийские гвельфы (при поддержке однопартийцев из Пистойи, Лукки, Сиены и Прато) победили аретинских гибеллинов в битве при Кампальдино в 1294 году и захватили власть в родном городе. 24-летний Данте участвовал в этой битве на стороне гвельфов, и даже, может быть, орудовал в ней тем самым клинком, который сегодня за 4 евро предъявляют посетителям в его музее. Но стоило партии условных сторонников папы захватить власть во Флоренции, как у них сразу же началась фракционная борьба между белыми и чёрными гвельфами. Чёрные победили, и вскоре «белый» Данте отправился в пожизненное изгнание под страхом смерти в случае возвращения в город (приговор, вынесенный поэту товарищами по партии, был отменён флорентийским горсоветом в 2008 году, причём 5 представителей муниципальной фракции чёрных гвельфов голосовали против этого решения). Однако ж и победа чёрных над белыми не положила конец внутрипартийной резне. Чёрные гвельфы снова поделились на фракции, и продолжали друг друга резать. Одним из организаторов и жертв этой резни стал предводитель «чёрных» Корсо Донати, родственник дантовой жены Джеммы Донати, убитый каталонскими наёмниками через 6 лет после изгнания поэта из Флоренции.

Кому интересно узнать больше подробностей о резне гвельфов с гибеллинами, тот приглашается читать хронику Дино Компаньи(1310), Новую хронику Джованни Виллани (1348) и «Историю Флоренции» Маккиавелли (1532). Для нужд текущего поста мне остаётся лишь констатировать, что весь этот сюжет про парней, которые сперва родились и выросли в соседних дворах, крестились в одном баптистерии Св. Иоанна, а потом исправно вырезали друг друга под знамёнами папы и императора — не самый лестный эпизод в истории человечества. Возможно, им даже не было особенного дела ни до папы, ни до императора, а просто хотелось под каким-нибудь предлогом убивать и умирать — и в этом смысле за 714 лет, прошедших со времени изгнания Данте из Флоренции, в нашем мире мало что изменилось. Кому-то срочно нужно воевать за Новороссию, другому милей ИГИЛ, третий объявляет джихад «врагам народа»... Одно утешение — что и 714 лет назад была уже Венеция, гражданам которой интересней было просто жить, процветать и любить, чем находить изощрённые казуистические поводы для братоубийства. И эта Венеция все гвельфо-гибеллиновские разборки пережила на 450 лет, нимало ими не затронутая. В сегодняшнем мире тоже есть уголки, где можно просто жить, не взыскуя поминутно повода убивать ближнего и умирать за правое дело.

Оригинал
Центральный банк Российской Федерации вчера установил курс доллара на уровне ₽76,52. Это ниже понедельничного курса в ₽76,6, но общая тенденция понятна. Если в декабре 2014 года за рекордным рывком доллара/евро последовала коррекция курса, то сейчас она возможна лишь в телевизоре. А в жизни стоит готовиться к продолжению обвала: если уже минфин предлагает исходить из нефти по $40 за баррель, то никакого волшебника в голубом вертолёте получателям рублёвых зарплат, дивидендов и пенсий ждать не приходится. Не бывает такого, чтобы нефть во всём мире дешевела, а рубль бы при этом не сыпался. Мартовский Brent, меж тем, торговался в среду ниже $30/bbl, и это есть объективная реальность, данная нам в ощущении. Она может не волновать топ-менеджеров российских госкорпораций, потому что долларовые зарплаты этих господ растут быстрей, чем дешевеет нефть, но остальному населению не так повезло, как Сечину, Миллеру, Костину и Грефу.

Куда бежать, куда податься, слышен стон по всем закоулкам Рунета.
Боюсь, никакой спасительной краткосрочной рекомендации я тут читателю не дам. Зато могу дать долгосрочную. Приучитесь исходить из мысли, что жизнь в России — это не про деньги. Это, может быть, про духовность, про скрепы, про крымнаш и радиоактивную пыль, но совершенно точно не про низменные нужды личного материального благополучия. Смысл жизни человека в России — наказать турок, НАТО, сирийскую оппозицию, украинцев, не оценивших заботы В.Ф. Януковича об их благосостоянии, крымских татар, молдаван, эстонцев, белорусов, гейропу, пиндосов, грызунов. Напомнить казахам, что у них сроду не было государства. Сжечь книги, изданные при поддержке Сороса. Запретить международное усыновление и внешние проявления однополой любви. Заместить импортные лекарства полным отсутствием любых. Всё это очень важные и духоподъёмные задачи, просто они плохо сочетаются с мечтой о личном материальном благосостоянии. Если, конечно, твоя фамилия не Сечин, Миллер, Костин, Греф, Ковальчук, Тимченко или Ротенберг. Но в этом счастливом случае вам и не понадобятся мои советы, вы сами отлично справились присосаться полным ртом к госбюджетной кормушке, чтоб не зависеть от превратностей курса рубля.

Всем прочим дорогим россиянам приходится выбрать: либо без денег, либо не здесь.
Выбор, прямо сказать, не простой, и я тут не готов ничего советовать.
Каждый негосударственный служащий или частный российский предприниматель должен сам для себя решить, что ему по жизни важней: чтоб семья его была как следует накормлена, или чтобы Турция была как следует наказана.

Если Вам не нравится моя оценка ситуации, читайте свежий выпуск Слободина. Гендиректор Билайна очень доходчиво объясняет, чем текущий момент принципиально отличается от всех привычных нам предшествующих кризисов. И почему в возникших проблемах каждому из нас правильней винить не Путина, а самого себя. С этим я, кстати сказать, на 100500% согласен. Потому что человек, который во всех своих бедах винит Путина, обречён от того же самого Путина ждать и решения своих проблем. Или от его сменщика. Но не от себя самого. А в этом, собственно говоря, самая главная беда такого человека и заключается. Если он не в состоянии сам отвечать за происходящее в его жизни, и делегирует всю ответственность властям — то тут уж и Путин, и любой его сменщик неизбежно злоупотребит таким карт-бланшем.

Оригинал
Вот уже и до старушки Европы добрался Новый 2016 год.
На  флорентийских улицах пьют и взрывают петарды, у Собора искрится синим огнём здоровенная ёлка, увешанная вместо игрушек красными геральдическими лилиями, а на площадях всю ночь грохочут концерты. У  Палаццо Питти играют диджеи, на Святейшей Аннунциате поёт госпел капелла из Кливленда, у рынка английская певица R&B выступает с пизанским джазом, а перед Старым Дворцом, на площади Синьории, даёт классический концерт L'Orchestra Sinfonica della Chernivtsi Philharmonic Society. Попробуйте самостоятельно перевести это название с тосканского диалекта. В полночь, впрочем, музыка смолкла, и по всей длине Арно загрохотала пиротехника в 100500 стволов, заглушаемая радостными воплями флорентийцев с обоих берегов реки. А когда она смолкла — музыка уже не вернулась…



Думаю, об ушедшем 2015 годе ни у кого из нас нет причин сожалеть и скучать (кроме, может быть, топ-менеджеров семи российских госкомпаний, где в  очередной раз сильно выросли долларовые доходы руководства, на фоне падения рублёвой выручки и капитализации). Для остальных ушедший год как начался терактами в Париже, так и закончился — бессмысленными жертвами, стрельбой, взрывами, поножовщиной, бомбёжкой, торговыми войнами, унылыми разговорами о Третьей Мировой…

Сможет ли високосный 2016-й год оказаться ещё хуже предыдущего?
Или же на дворе у нас — та самая тьма, которая напоследок сгущается перед рассветом?

Как обычно, хочется верить в лучшее.
И хочется этого лучшего пожелать — каждому из вас, мои дорогие читатели.

Пожалуйста, помните: всё лучшее, что может случиться в нашей жизни, в первую очередь зависит от нас самих. Не от власти, не от зомбоящика, не от курса доллара, не от цен на нефть и не от последних известий из  Сирии/Донбасса. Всё это, конечно, серьёзные источники неприятных новостей, но в масштабах одной отдельно взятой человеческой жизни решения принимает только тот, кто сам её живёт. В выборе и строительстве своей собственной судьбы каждый из нас главней любого Путина, Обамы, аль-Багдади и Ким Чен Ына.

Каждому из нас дана эта его/её единственная жизнь, чтоб ею правильно и достойно распорядиться. Если об  этом не забывать, то в любом случае 2016 год — это для всех нас ещё один шанс наверстать упущенное и не сделанное в году ушедшем.

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире