moscowtravel

Путешествие по Подмосковью (блог передачи)

24 июня 2017

F

В музее Нового Иерусалима сейчас стоит обратить внимание сразу на несколько выставок.

 

 

В главном здании музея – Исаак Левитан. D этой экспозиции участвуют как региональные музеи – числом аж 14, – так и частные коллекционеры.

 

Для музея особая радость – прибывший для экспонировании вид протекающей совсем рядом с музеем реки Истры (Левитан вообще немало работал в окрестностях Нового Иерусалима, а  также Звенигорода и других мест Подмосковья). Впрочем, много здесь пейзажей и  волжских, и южных, и северных – живописец вообще немало поездил по России.

 

Из своих фондов новоиерусалимский музей добавил два любопытных портрета Левитана. Один – воспроизведение на обложке журнала портрета художника в молодости, написанного его братом, тоже живописцем Адольфом Левитаном.

 

Другой – графический портрет работы Сергея Чехова, племянника писателя (этот портрет Левитана уже не  прижизненный, так что можно предположить, что в его основе какие-то фотографии).

 

Ну, а также представлены книги с произведениями, прототипом для героев которых послужил Исаак Левитан.

 

Работы Левитана пробудут в гостях только до середины июля, так что стоит поспешить.

 

Другая свежая выставка в  главном здании Новоиерусалимского музея основана на собственных фондах. Называется «Привычки милой старины» и показывает традиции повседневности разных сословий XIX века. Ну, а в центре внимания оказалось чаепитие.

 

Экспозицию кураторы разделили на три части. Первая показывает бытовые традиции дворянства.

 

Иной стиль – у дома купеческого.

 

Ну, и третья тема – чаепитие трактирное.

 

Понятно, предмет особого внимания на выставке – самовар. Представленный во всем многообразии размеров и  форм.

 

Выставка «Привычки милой старины» запланирована до конца лета.

 

И напомню, что в старом выставочной корпусе музея, расположенном в парке – тоже интересные экспозиции. Это  «Любимые мотивы» – живопись из фондов музея с конца XIX века до наших дней. Там же – этнографическая выставка «Будни и праздники русской деревни». 

 

 

Художнику Поленову явно не сиделось на месте – даже в месте таком красивом, как по собственному проекту выстроенная им усадьба на берегу Оки. И потому сегодня Музею-заповеднику «Поленово» несложно находить сюжеты для своих ставших уже традиционными летних фестивалей. Если в прошлом году это было «Поленов и Франция», то тема этого года – «В поисках Земли обетованной».


Известно, что именно в Поленове экспонируется полноразмерный графический вариант картины «Христос и грешница» – собственно, ее исходный вариант.

 

Работа эта хорошо известна зрителю, а специалистам знакомы и  другие поленовские работы «евангельского цикла». Менее известно, пожалуй, что – в отличие, скажем, от Александра Иванова, который написал свое «Явление Христа», не вылезая из Италии – Поленов дважды совершал большие путешествия по  Ближнему Востоку в стремлении изучить все, что еще могло соответствовать изображаемой им эпохе, то есть природу и этнографию. Даже привез с собой традиционные восточные одежды – в которых ему и позировали натурщики (а кто бывал среди них, я еще скажу).

 

А вот и привезенная из поездки экзотика – чучело крокодила.

 

В поленовской мастерской – строении, получившем в семье название «Адмиралтейство» – в экспозиции также представлена одна из работ евангельского цикла. Что зафиксировано и на старой фотографии.

 

Но есть в фондах музея и немало других работ – как живописных, так и графических, – географически связанных с ближневосточным регионом и даже исполненных большей частью в поездках. Вот на этом материале и  построена открывшаяся в Поленове выставка – «Василий Поленов на Святой Земле». Часть этих этюдов и эскизов музей показывал в своей основной экспозиции, но  большая часть экспонируется впервые.

 

Не менее интересны графические наброски (некоторые из них, по свидетельству участников ближневосточных экспедиций, художник делал не сходя с лошади – для чего возил с собой специальный небольшой этюдник).

 

А вот теперь к «натурщикам» – для некоторых поленовских работ ему позировал коллега, пейзажист Исаак Левитан. И помимо того, что имелось в собственных фондах музея в Поленове, в экспозиции представлен этюд, предоставленный для показа чеховским музеем в Мелихове – там Левитан в костюме бедуина.

 

Среди показанного на выставке есть и новое приобретение музея – полотно «Тивериада», полученное в дар от губернатора Тульской области.

 

Фестиваль искусств «В поисках Земли Обетованной» стартует 25 июня и продлится до конца июля. В его программе – музыкальные концерты, лекции, встречи с писателями, творческие вечера, а также мастер-классы и спектакли для детей. Подробности ищите на музейном сайте

Ну, а выставку «Василий Поленов на Святой Земле» можно посмотреть уже сейчас, она размещена в так называемом «фахверковом сарае» на  территории усадьбы.

 

О постоянной экспозиции музея и вариантах дороги я уже писала – можно посмотреть здесь

И конечно, стоит также посетить выстроенную Поленовым по  собственному проекту церковь, расположенную в соседнем селе Бёхово.

 

Добавлю, что в окрестностях все – пусть с легким опозданием по такой погоде – буйно цветет.

 

Ну, и легкий намек на дресс-код от музея. :)

 

 

Вот так, под колокольный звон и в присутствии всевозможных официальных лиц, в музее-заповеднике «Александровская слобода» помещали в экспозицию новое музейное приобретение – книгу «Слободская псалтырь» XVI века.

Книга, конечно, старинная и интересная – но почему такая торжественность?

 

А дело вот в чем. В книге есть небольшое послесловие. Оно гласит: «31 января 1577 года [ну, если точно, то «в лѣто седьмъ тысѧщъ восемьдестъ четвертое»] в  новом городе Слободе сия книга тиснута трудом и тщанием мастера Андроника Тимофеева, сына Невежи».

 

То есть  книга была напечатана ровно здесь, в  типографии Александровской слободы, учеником знаменитого Ивана Федорова. Типография же оказалась здесь не случайно – книгоиздание в тот момент было на  Руси делом исключительно государственным, и печатник последовал в  Александровскую слободу вместе с избравшим ее местом своего пребывания царем Иваном IV, который на добрых полтора десятилетия устроил здесь, в бывшей охотничьей резиденции своего отца Василия III, свой «опричный двор».

 

Вообще-то это было первое в России издание, напечатанное вне Москвы. В книге 281 лист ин-кварто, несколько заставок и гравюр (есть предположения, что и гравировал изображения все тот же мастер Андроник). Тираж в то время в выходных данных еще не  указывали, так что сведений о нем нет. И до сих пор были известны всего 24 экземпляра, находящиеся в различных библиотеках и музеях в России и за ее пределами. И вот возник 25-й.

 

Если точно, книга появилась в январе в списке лотов очередных торгов аукционного дома «Литфонд». В  музее ахнули. Экспертиза подтвердила подлинность раритета.

Но понятно, что участвовать в аукционных торгах музеи не могут – для них любое приобретение предполагает долгое оформление выделяемых средств. Пришлось начать переговоры. И тут повезло – владелец, чье имя не разглашается, согласился снять издание с  торгов и продать ее за начальную цену.

Так книга вернулась к  месту своего создания и была водворена в музейную экспозицию.

 

Интересно, что представителем аукционного дома на презентации было сделано неожиданное заявление: весьма вероятно, что вскоре на продажу будет выставлено еще одно издание, происходящее из Александроской слободы. В музее снова ахнули – и от радости, и от ужаса: где опять искать средства?

Впрочем, в жизни музея случаются и дары. Так, коллекционерами был презентован сундук примерно той же  эпохи – большой, прочный, аж с шестью металлическими ручками. То есть предназначенный для переноски тяжестей – и вполне возможно, что и книг.  

 

Финал презентации – выступление специально прибывшего на торжество Владимирского камерного хора (напомню, что город Александров относится к Владимирской области).

 

Ну, а вообще книжно-типографская тема давно вошла здесь в программу экскурсий и занятий с детьми. Причем печатный станок XVI века воссоздан в музее по изображениям – и его даже дают покрутить. И унести на  память собственноручно напечатанный лист.

 

Между тем экспозиция музея «Александровская слобода» обширна и многогранна. Вот несколько кадров из  части, посвященной эпохе пребывания здесь двора Ивана Грозного.

 

Не менее интересна и  архитектурная составляющая (сохранилась и часть старинных росписей в домовой церкви).

 

Напомню, что Александровская слобода – довольно большой музейный комплекс, и его экспозиции разбросаны по нескольким зданиям.

 

Не забудьте также залезть на колокольню и оглядеть окрестности сверху.

 

О музейных экспозициях Александровской слободы я уже однажды рассказывала (смотреть здесь) – но и то, вряд ли охватила все сразу (помимо постоянной экспозиции, кстати, тут регулярно бывают и временные выставки). Так что стоит внимательно изучить на месте план территории и список экспозиций, чтобы не пропустить интересного.

 

Сейчас музей функционирует по летнему расписанию – в субботу, в частности, до 20 часов. Подробности смотрите на сайте музея

Теперь как добраться:

Общественным транспортом – до станции Александров с Ярославского вокзала. Музейщики утверждают, что оттуда недалеко и пешком – впрочем, на сайте указаны также автобусы № 4 и 7 от вокзала до остановки «Александровский кремль».

На автомобиле: по Ярославке примерно 80 километров от МКАДа (Сергиев Посад рекомендую обогнуть по объездной дороге). Далее – внимание! – поворот направо на «Верхние Дворики». Описав (вместе с дорогой) хитрый зигзаг, сворачивайте вновь направо – уже по указателю на Александров. Здесь до города километров двадцать с небольшим. Если в самом Александрове запутаетесь (что вообще-то сложно), местные водители всегда подскажут.

 

 

 

Сергиево-Посадский музей-заповедник открыл выставку «Искусство реставрации».


Вот это и есть герои события – музейные реставраторы.

Музей недаром называется «историко-художественный» – а это значит, что хранит он экспонаты из самых разнообразных материалов. Иконы – это темперная живопись по дереву, картины – холст-масло. Здесь же металл, пергамент, бумага, керамика, ткани – всего и не перечислишь. Всему этому хозяйству нужен не только свой режим хранения, но и свой подход к реставрации.

На первой фотографии – один из трех венцов от оклада к рублевской «Троице» (вклад в монастырь Бориса Годунова).

 

Интересно, что сам оклад отображен на одной из представленных на выставке живописных (и также отреставрированных) работ (живописец Степан Шухвостов, середина XIX века).

 

Самая старая из  представленных в экспозиции икон – «Святая Анна с младенцем Марией» – относится к XIV веку. Предположительно происходит с Балкан.

 

Покровец из мастерских московского Кремля датирован 1602 годом, это также вклад Бориса Годунова. Тут пришлось поработать и реставраторам тканей, и реставраторам металла. И это опять «Троица».

 

Прошла реставрацию и  «засияла», по словам музейщиков, серебряная водосвятная чаша первой половины XVII века.

 

Крест-мощевик – вклад думного дьяка Ивана Грамотина, видного деятеля (скажем так) Смутного времени.

 

Промежуточный этап реставрации иконы: она лишь наполовину «раскрыта», видны отверстия от гвоздей, которыми крепился оклад. Оклад и сам будет реставрироваться.

 

Реставрация икон – вовсе не простое дело. Вот как описывается, например, икона XVI века, «Преподобный Сергий с житием» (и это я еще сильно сокращаю): «Поступила в аварийном состоянии. Древесина рыхлая, многочисленные трещины в основе, по преимуществу сквозные. Каждая доска покоробилась отдельно. Многочисленные гвозди и гвоздевые отверстия. Утраты, царапины, вмятины. Жесткий кракелюр. Многочисленные поновительские разновременные вставки.» Реставрационная работа длилась два года.

 

Интересна, кстати, эволюция религиозной живописи в XIX веке. Вот «Поклонение волхвов» его первой половины, с явными отголосками барокко.

 

Чуть более поздние сцены Рождества – скорее в «народном» стиле.

 

«Изгнание Атари», конца XIX столетия и неизвестного происхождения, уже просто прелестно и почти постимпрессионистично.

 

Масляная живопись на  холсте тоже попадает к реставраторам не в лучшем состоянии. И в экспликациях (на которые при посещении выставки стоит обратить отдельное внимание, это интересно) можно встретить описания вот такого рода: «холст деформирован, прорывы скрыт заплатами и шпаклевкой из свинцовых белил, утраты красочного слоя и грунта, плотное загрязнение…». В  экспозиции, конечно, они выглядят совсем иначе.

 

Реставраторам тканей тут вдвойне сложно. Помимо церковного шитья и облачений здесь есть и ткани народные – например, крестьянский праздничный костюм. И тут совсем другие проблемы и  другая методика.

 

Выставка «Искусство реставрации» будет открыта до конца июля.

 

Где искать: в главном корпусе музея.

 

Но открылась в музее и  еще одна выставка – «Журавлиная родина». Посвящена одноименному природному заказнику, раскинувшемуся в Талдомском и Сергиево-Посадском районах. Она расположена в краеведческом корпусе, где любопытна и постоянная экспозиция, рассказывающая об истории города. От главного же корпуса краеведческий недалеко – см. схему.

 

Ну, и наконец:  обращаю внимание обитателей Москвы и  окрестностей, что с началом лета программа мероприятий на открытом воздухе в  подмосковных музеях значительно активизируется. Вот, например, что нас ожидает в июне:

10 июня, Сергиев Посад – программа «Подкова на счастье» с подзаголовком «путешествие в Древнюю Русь и  Московию».

10 июня, Коломна – День города, а также фестиваль мотофристайла.

11 июня – 2 июля – Танеевский музыкальный фестиваль в Дютьково.

13-17 июня, Клин – Международный музыкальный фестиваль П.И.Чайковского.

18 июня, Новый Иерусалим – праздник «День ветра» у мельницы в отделе деревянного зодчества.

19 июня – Цветаевский костер в Болшеве.

 

А также множество экскурсионных и специальных детских программ. В общем, следите за анонсами музеев, а если знаете что-то еще интересненькое, пишите в комментариях.

 

В Звенигородском историко-архитектурном и художественном музее открылась новая выставка – «Исаак Левитан и его современники».

 

Показанные работы в  основном происходят из частных коллекций (экспозиция дополнена и вещами из  фондов самого Звенигородского музея). При этом сама коллекционерская выставка – это часть проекта Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров, «Большое искусство – малым городам», в рамках которого экспозиция уже была показана в нескольких городах, прежде чем прибыть в Звенигород.

Итак, вот сам Левитан.

 

Многие из представленных работ представляют собой виды Саввино-Сторожевского монастыря и его окрестностей. Здесь действительно работали – иногда наездами, иногда поселяясь на некоторое время по соседству – многие пейзажисты.

Вот вид на  Саввино-Сторожевский монастырь Константина Савицкого.

 

Дуб-гигант в Саввинской слободе изобразил Гавриил Кондратенко.

 

Сельский вид близ Звенигорода – это Василий Переплетчиков, ученик Поленова по МУЖВЗ и  «однокашник» Левитана.

 

Несколько видов Саввино-Сторожевского монастыря работы Станислава Жуковского (а вот он уже учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества непосредственно у Левитана – да, тот тоже преподавал в МУЖВЗ, на кафедре пейзажа, где до него работали Саврасов (в классе которого как раз учился сам Левитан) и Поленов).

 

Мария Якунчикова-Вебер, «Колокола Саввина монастыря».

 

Екатерина Гольдингер, «Монах».

 

«Часовня в Звенигороде» Сергея Леднева-Щукина.

 

Николай Шестопалов – собор на Городке в Звенигороде.


И его же – усадьба Введенское под Звенигородом.

 

Как вы уже поняли, «современники» Левитана здесь разные, и ровесники, и старшие, и младшие. Среди последних немало учеников Левитана по Московскому училищу живописи, ваяния и  зодчества. Ну, а среди старших – например, один из активных участников Товарищества передвижников Александр Киселев.

 

Лев Каменев (не путать с  тезкой – советским государственным деятелем!), также учившийся в МУЖВЗ у  Саврасова, но задолго до Левитана.

 

А вот и Василий Поленов, еще один левитановский учитель.

 

Виктор Васнецов.

 

И младший Васнецов, Аполлинарий.

 

А среди ровесников – Константин Коровин.

 

Еще один ученик МУЖВЗ того же времени, Михаил Нестеров.

 

Василий Бакшеев, как и  Левитан, учился у Саврасова.

 

А Виктор Батурин – ученик Поленова (да, опять МУЖВЗ начала 1880-х годов).

 

Их ровеснице Марии Федоровой было в то время сложнее – Академию художеств она смогла посещать только как вольнослушательница (правда, училась у Шишкина), а получить после курса только свидетельство на право преподавания рисования в женских (и тут ограничение!) гимназиях.

 

Ну, а теперь ровесники чуть помладше. Алексей Корин (дядя более известного нам Павла Корина, а сам, как и Левитан и почти одновременно с ним, сначала ученик МУЖВЗ, а позже – преподаватель).

 

Виктор Борисов-Мусатов.

 

Иван Горюшкин-Сорокопудов.

 

Николай Соболев.

 

Петр Петровичев (в МУЖВЗ он успел поучиться не только у Левитана, но еще и у Серова).

 

Константин Юон.

 

Витольд Бялыницкий-Бируля (успел поучиться и у Поленова, и у Коровина, и у Левитана).

 

Игорь Грабарь.

 

Александр Бенуа.

 

Константин Горбатов.

 

Ну, и поколение тех, кто лично с Левитаном уже не мог пообщаться – разве что в самом своем раннем детстве. Но влияние продолжалось уже через левитановских учеников.

Павел Радимов.

 

И несколько работ Николая Крымова (он учился в МУЖВЗ у Аполлинария Васнецова).

 

Это, разумеется, не все – но остальное можно посмотреть на месте. Экспозиция «Левитан и современники» разместилась в здании Царицыных палат на территории монастыря, в зале для временных выставок рядом с постоянной музейной экспозицией – которую, кстати, тоже стоит посмотреть.

 

Но Звенигородский музей дополнил выставку еще и экскурсионной программой – «Звенигородский Барбизон». Она включает как осмотр выставки, так и прогулку с экскурсоводом по  окрестностям Саввино-Сторожевского монастыря, где как раз многие из этих работ были написаны. Правда, обещают почти 5 километров по  пересеченной местности – тут, наверно, многим стоит соизмерять свои силы. Подробности о порядке записи на экскурсию можно  найти на сайте Звенигородского музея

Ну, а возвращаясь к  планам Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров: сейчас у них стартует еще одна программа, посвященная художнику Алексею Степанову. Этим летом ее можно увидеть в Москве в галерее «Даев, 33» – о чем я уже рассказывала здесь. А в дальнейшем – также поездка по другим городам, следите за информацией.

 

В музее-усадьбе Мураново открылась новая выставка. Называется – «Что написано пером». Что вроде бы  естественно – усадьба самым непосредственным образом связана с именами двух поэтов, Боратынского и Тютчева. Но тут речь не только о литературном труде, но  и о письменности как таковой.

Это из французской энциклопедии XVIII века. Вот сколько тонкостей было, оказывается, в заточке гусиного пера. И способов было множество.

Держать перо тоже еще надо было уметь.

 


Сама манера письма, то  есть почерк, тоже менялась в истории. Вот «полуустав» XVII столетия – стиль письма с раздельными буквами.

 

Вот купчая, составленная в XVIII столетии.

 

А вот официальное письмо министерства императорского двора, написанное в середине XIX века. Этот стиль почерка именовался «ронд» (от французского «круглый») и, пожалуй, больше всего похож на нашу современную манеру письма.

 

Вокруг темы письма неизбежно возникает и специальная мебель. А именно – письменный стол. Вот как он выглядел в мурановской усадьбе.

 

Отдельный сюжет – индивидуальные особенности почерка. И тут в фондах мурановского музея есть немало автографов известных личностей.

 

Вот автограф владельца усадьбы, Евгения Боратынского.

 

А это стихотворение написано рукой Федора Тютчева.

 

Автограф Николая Путяты (друг и даже свояк Боратынского – они были женаты на родных сестрах) – еще и  свидетельство времени. В издание «Горя от ума» Грибоедова его рукой вписаны фрагменты, выброшенные цензурой (а в списках, естественно, пьеса ходила полностью).

Здесь же – автографы Гоголя, Герцена, Аксакова, Вяземского…

Рядом – витрина с  любопытными изданиями: образцами писем, как деловых, так и личных.

 

Среди музейных реликвий – учебная тетрадь Эрнестины Тютчевой, второй жены поэта Федора Тютчева. Она, как известно, была по происхождению немкой, и хотя с мужем-дипломатом вполне могла общаться на нескольких известных им обоим европейских языках, тем не менее, старательно изучала русский. Тетрадь музейщики открыли на спряжении глагола «быть».

 

Ну, и наконец, у  письменных принадлежностей была и эстетическая сторона. Чернильницы, ручки, бювары, щипчики для сургуча (им запечатывали конверты), дорожные наборы…

 

Вот это не простая чернильница – скульптура на ней изображает не кого-нибудь, а Гёте. А чего еще ожидать в литераторском доме?

 

Жители мурановской усадьбы, впрочем, дожили и до появления пишущих машинок – которые для нас теперь уже тоже антиквариат.

 

А вот и школьные прописи ХХ века. А также парта – такие появились еще в старых гимназиях и на протяжении значительной части ХХ века благополучно просуществовали в школах. Сегодня, впрочем, оригинал найти сложно – пришлось делать реконструкцию. 

 

Экспозиция, посвященная культуре письменности, открыта в выставочном корпусе музея Мураново. Но одной экспозицией программа выставки не ограничивается. Запланированы мастер-классы по  каллиграфии (для чего поставлен большой стол и припасены чернильницы с  перьевыми ручками), а также встречи со специалистами-почерковедами. Подробности – на сайте музея. А вот записываться призывают заранее, поскольку желающих в наш компьютерный век неожиданно оказалось много.

 

И вообще за городом уже вполне наступила весна. Смотрите, как выглядит сейчас усадебный дом, а главное – знаменитые мурановские холмы.  

 

В Мелихове, в  музее-заповеднике Антона Павловича Чехова, стартовала новая программа – «25 зеленых недель».

О чем речь? Это познавательная прогулка по территории усадьбы, рассчитанная на семейное участие. В центре всего – мелиховские сады и огороды. И у кого-то, возможно, возникнет вопрос: а какое отношение это имеет к Антону Павловичу?

 

На самом деле Мелихово вовсе не было писательской башней из слоновой кости. Это место, где жила семья из нескольких поколений, где велось хозяйство, где действительно были и сад, и  огород. О том, как создавали свой сад обитатели мелиховской усадьбы, и  рассказывает новая программа. Рассказывает «в движении».

 

Первый этап – короткая остановка в детском центре музея. Здесь, с помощью архивных фотографий – рассказ об  истории усадьбы Чеховых.

 

Умилительная деталь – собственный рост посетитель может сравнить с ростом Антона Павловича.

 

Ну, а дальше – на территорию. 

 

По ходу дела участники отвечают на вопросы квеста.

 

Знаменитые мелиховские тополя были высажены отцом писателя, Павлом Егоровичем Чеховым. Им больше ста лет.

 

Измерения по числу обхватов показали – шесть Егоров, восемь Маш. Ну, а с помощью рулетки – шесть метров. 

 

Дальше – чеховский огород. Он многим поражал тогда окрестных крестьян – здесь высаживались овощи совершенно им неизвестные. Как, например – представьте! – помидоры или перец: их местные жители считали ядовитыми.

 

Тут я должна пояснить, что эти кадры сняты в первых числах мая (москвичам, на голову которых неделю спустя обрушился снег, конечно, трудно будет в это поверить). А вот как выглядит мелиховский огород (предмет, между прочим, особой заботы музейщиков) летом: кадры из архива.

 

Но не только огород и не только фруктовый сад – в Мелихове высаживалось и множество цветов. Которые в  мае еще только начинают вылезать из земли – и над которыми работают садовники.

 

Кстати, в Мелихове живут и гуси. Они уже выбрались с «зимних квартир» на пруд.

 

Вот это одна из  растительных достопримечательностей Мелихова – так называемая сахалинская гречиха (еще именуемая за быстрый рост «северным бамбуком»). Появилась тут при Чехове, а достигнуть может двух-трех метров в высоту.

 

Эту старую иву особо берегут дендрологи.

 

Знаменитая мелиховская сиреневая аллея – когда-то это был въезд в усадьбу. К концу мая – если не  подведет погода – сирень, вероятно, уже расцветет. Число сортов там, по словам музейщиков, немереное. 

 

А вот и птички. А также «коммунальный» скворечник – это, конечно, реконструкция, но такой же, по  архивным данным, был здесь и при Чеховых.

 

Неожиданность: пока одни участники экскурсии продолжают выполнять задания, других отвлекли лягушки. У  них свои весенние заботы.

 

Ну, а завершается прогулка ботаническим мастер-классом. В тот день участники высаживали в  горшочки семечки тыквы (которые, понятно, унесли с собой, чтобы затем выращивать дома или на даче). Дальше, в зависимости от сезона, эта часть программы может меняться.

 

Программа «Зеленых недель» в Мелихове в основном будет проходить по выходным дням – с расписанием можно ознакомиться на музейном сайте. Конечно, желательно угадать при этом хорошую погоду – но тут уж как повезет.

 

Об экспозиции в усадебных домах Мелихова читаем здесь

Напомню, что музейная экспозиция открылась недавно и в построенной Чеховым мелиховской школе

Филиалы Мелихова: Музей писем и Лопасня

Ну, и главный анонс: совсем скоро стартует театральный фестиваль «Мелиховская весна – 2017». Это не  только выступления собственного театра, но  и – даже главным образом – спектакли театров-гостей. Расписание смотрим на музейном сайте

О самом же мелиховском театре я уже писала здесь, а о его недавней премьере «Рулетенбург» по «Игроку» Достоевского – здесь

 

 

В музее-заповеднике Абрамцево открыли выставку Елены Пророковой. Автор – художник-постановщик и режиссер многих мультипликационных фильмов, включая такие, как «У попа была собака», «Птицелов», «Сказка о глупом муже», «Бабочка и тигр» и многие прочие.

Интересно, что решение заняться именно мультипликацией сама Елена Юрьевна приняла в очень юном возрасте – чуть ли не в семь-восемь лет. После художественной школы училась во ВГИКе, позже – и на Высших режиссерских курсах. Много лет работала на Союзмультфильме.

В экспозиции – эскизы, раскадровки, прочие технологические элементы мультипликации, а также и сами фильмы.

 

Показаны и другие живописные и графические работы художницы.

 

Наконец, непосредственно в экспозиционном зале можно посмотреть и подборки мультипликационных фильмов Елены Пророковой – одна из них «детская», другая «взрослая».

 

Выставка Елены Пророковой открыта в Абрамцеве в «Домике Поленова», на территории усадьбы. Продлится до конца мая.


 

Представьте, две открывшиеся в Сергиево-Посадском музее-заповеднике выставки как раз и  представляют то, что прописано в заголовке.

Но по порядку. Во-первых, музей обновил свою историческую экспозицию. В ней появился новый раздел: «Царское захоронение в провинции: мифы и предметы».

О чем речь? О Борисе Годунове и его семье. Все они действительно похоронены на территории Троице-Сергиевой лавры. Которая в тот момент, в начале XVII века, выглядела – по реконструкции реставраторов уже ХХ столетия – примерно вот так.

 

Хотя Троице-Сергиева лавра была среди прочих монастырей весьма заметной, для российских монархов любой эпохи захоронение там было совсем не характерно. Собственно, это единственное царское захоронение вне Москвы и Санкт-Петербурга. И на самом деле для царя Бориса это было уже второе перезахоронение. Сначала умершего царя, как положено, похоронили в Москве в Архангельском соборе Кремля. Вскоре его сын Федор, пробывший на московском престоле примерно полтора месяца (а венчаться на  царство так и не успевший), был убит – как и его мать, вдовствующая царица Мария. И по приказу вступившего в Москву Лжедмитрия тело Бориса Годунова было извлечено из кремлевской гробницы и перезахоронено в одном из второстепенных московских монастырей – вместе с телами вдовы и сына.

На чем, однако, дело не  закончилось. Прошел еще год, к власти пришел Василий Шуйский. И распорядился вновь перезахоронить всех Годуновых – но все-таки не в Кремле. Тогда и была избрана Троице-Сергиева лавра (каких-либо документов, объясняющих этот выбор, не обнаружено). Позже там была захоронена и царевна Ксения, проведшая последние годы жизни в монашестве.

 

Что же представлено в  экспозиции? Прежде всего, это вклады семьи Годуновых в саму лавру. Или принадлежавшие им вещи – на некоторых есть владельческие надписи.

 

Но есть и еще одна часть экспозиции. Она связана уже с самим захоронением. В советское время оно было вскрыто (по некоторым данным, выяснилось, что вскрывалось и раньше – возможно, грабителями). Во всяком случае, планы сделать по черепам портреты по методике знаменитого антрополога Герасимова провалились.

А вот с остатками одежд все-таки поработали реставраторы. Что-то, разумеется, они могли лишь  реконструировать по результатам исследований – как, например, рубаху царевича Федора.

 

Эта туфелька, как предполагается, принадлежала царевне Ксении.

 

А шапочка – царице Марии.

 

Открытие выставки ознаменовалось научной дискуссией, в которой приняли участие и представители московских музеев и институтов.

 

Историческая экспозиция Сергиево-Посадского музея располагается в одном из корпусов Конного двора, и  выставка, посвященная Годунову, помещена там в залы соответствующей эпохи. Подробнее об исторической экспозиции Сергиево-Посадского музея читаем здесь

Ну, а вторая новость – выставка художественной керамики. Музей показывает, также в Конном дворе, в  зале временных выставок,  работы четырех художниц из Абрамцева. Все они – выпускницы Абрамцевского художественно-промышленного колледжа, а некоторые и сами сейчас преподают. В  общем, в определенном смысле это наследницы той Абрамцевской керамической мастерской, основы стиля которой закладывал еще Михаил Врубель.

Анна Андрианова.

 

Елена Матвеева-Винтовая.

 

Екатерина Базлова. 

 

И наконец, «дачная» инсталляция Анны Филипповой.

 

Эта выставка продлится по  19 мая, так что стоит поспешить.


22 апреля 2017

Вязёмы, век ХХ

 

Музей-заповедник в Больших Вязёмах расширяет свой временной охват. Экспозиция в главном усадебном доме посвящена главным образом XIX столетию (о ней я рассказывала здесь) . Теперь же в отреставрированном флигеле музей открыл новую экспозицию. Она посвящена ХХ столетию в истории Вязём и Голицына.

 

Директор с приглашенными гостями торжественно разрезают ленточку.

 

Ну, а мы посмотрим что там внутри. На самом деле новая экспозиция в Вязёмах захватывает и конец XIX века. Именно тогда на здешних землях князей Голицыных появился дачный поселок – модное тогда в России явление.

 

Надо отметить, что этому немало поспособствовала прокладка линии железной дороги (ближайшая станция, по понятным причинам, получила название «Голицынская»).

 

Интересно, что в строительстве стало применяться такое новшество как «бетонные камни». Причем пустотелые. Что, как утверждали тогдашние специалисты, и облегчало, и удешевляло строительство.

 

Новопостроенные дома использовались не только для летнего отдыха. Стала складываться и немалая доля постоянных жителей. Это потребовало и  такого развития инфраструктуры поселка, как строительство учебных заведений. За  счет собственных средств князья Голицыны выстроили в Голицыне гимназию, а в поселке Вязёмы – школу (кстати, она считалась до революции самой крупной в  Звенигородском уезде, а учились в ней не только мальчики, но и девочки).

 

Уже по данным статистики 1858 года отмечалось, что большинство крестьян в Вязёмах грамотны. Не исключено, что это обстоятельство поспособствовало и их самоорганизации. Здесь была создана артель – со сложным названием «Вязёмское складочно-потребительское общество».

 

Ну, а занималось общество прежде всего лозоплетением – причем на высоком технологическом и художественном уровне.

 

Однако экономикой деятельность общества не ограничивалась. Представьте, здесь был создан свой театр – да такой, что вызвал интерес даже у  Льва Толстого (а вязёмские крестьяне уговорили его написать для них пьесу). Именовался театр «Музыкально-драматический кружок». Да, и кстати – декорации для него не раз писал Василий Поленов.

 

Ну что ж наверно, к этому периоду стоит добавить, что во  время первой мировой войны в усадьбе был устроен госпиталь для раненых.

 

Госпиталь, впрочем, был здесь и во время Великой Отечественной.

 

Но не будем забегать вперед, до этого в Вязёмах еще много всего случилось. Даже театр, представьте, в советское время сгорел, а артель постепенно уменьшила свою активность. Что же касается усадьбы, то она, понятно, была национализирована. Но, невзирая даже на связь с «нашим всем» – Пушкиным – музеефицирована не была. А потому на ее территории до конца 1980-х годов (когда и был, благодаря усилиям местных энтузиастов, создан музей) сменилось аж  четырнадцать организаций. Среди которых – и колония беспризорников, и аэроклуб, и конезавод, и даже научно-исследовательский институт фитопатологии.

 

Не забыли в экспозиции и еще один голицынский сюжет – Дом писателей, просуществовавший более тридцати лет. И побывали здесь многие из  тех, кого читают и поныне.

 

Итак, новую экспозицию о ХХ столетии можно видеть теперь в  западном флигеле усадьбы Большие Вязёмы.

Но хронология музейной экспозиции расширяется и в противоположном направлении. Уже появился раздел, посвященный времени Бориса Годунова – с ним здешние места тоже связаны. В частности, именно при нем была выстроена здешняя церковь.

 

Новые находки из времен и Годунова, и смуты, и нашествия Наполеона сделали музейные археологи. Часть найденного уже помещена в  экспозицию, посвященную годуновской эпохе – ее разместили в также отреставрированном недавно Конном дворе. Там же ожидается в скором времени и  рассказ о событиях петровского времени. И об этом мы еще тоже обязательно расскажем.

 

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире