Г-н президент, вы, конечно, в курсе: Министерство торговли (Минпромторг) предложило прекратить закупки медицинских инструментов и прочего. В том числе коронкосниматели, каналонаполнители, каналорасширители корневые и хирургические иглы, твердосплавные зубные боры (список вам дадут, если прикажете).

Вся стоматология на этом кончается. Это было бы разумно, если бы еда уже кончилась, и зубы стали бы не нужны. Но пока еда есть, зубы нужны, и опережающая инициатива Минторга — откровенный беспредел.

Зубная боль — это адские муки. Зубы болят и у детей — чем они виноваты? Да и взрослые граждане чем заслужили, что их обрекают на пытки? Ваши торговцы таким манером хотят, видимо, поддержать государственную политику. Забывают, как всегда, что государство вообще-то существует для людей.

Недавно правительство постановило уничтожать еду, которая мешает политическим торговцам. Они нам внушают (по телевизору): если гражданин ест «не то», он становится врагом Родины.

«Уничтожение продуктов питания — преступное и подлое решение» — мы цитируем не какого-то оппозиционера. Это написал всеми уважаемый православный священник о.Уминский.

Когда предлагается уничтожить медицину — это тоже выглядит подлым и преступным.

Г-н президент, помогите. Нам необходимо узнать, кто первый предложил прекратить импорт медицинских аппаратов, препаратов и прочее. Список огромен — там и микрохирургические инструменты для офтальмологии, и слуховые аппараты, то есть хотят лишить людей и зрения, и слуха.

Г-н президент, мы просим вас назвать этого человека, потому что для вас это ничего не стоит, а нам Министерство торговли не ответит или обманет. А ведь это не военная тайна. По закону мы имеем право знать. Кто этот чиновник? Назовите и фото опубликуйте — чтоб при первой же встрече народ сделал его остро нуждающимся в дантистах.

Или инициатива истекла из Кремля, а Министерство торговли только говорящая ширма? Или инициатива принадлежит правительству и премьер-министру?..

Тот человек, который это предложил, — враг народа. И министерство, которое поддержало идею и сделало её официальной, — враг.

***

Г-н президент, согласитесь, что дикая бесчеловечная жестокость утратила всякую конкретную цель. Она направлена уже не на сирот, не на иностранных агентов и «нежелательные организации». Все они вместе — ничтожный процент населения. А теперешнее предложение касается абсолютно всех.

Результат предсказуем. А вы, спустя год-другой, опять будете спрашивать своих покорных, своих готовых на всё министров: «Почему растёт смертность? Обратите внимание!»

Мы сказали, будто это касается абсолютно всех, и вы, вероятно, усмехнулись, потому что кое-кого это, конечно, не коснётся. Это не коснётся вас и ваших; и богатых — безразлично: полностью они ваши или частично.

Как человек, знающий толк в международных торговых отношениях и в бизнесе вообще, вы, конечно, понимаете, что создаёте чёрный рынок. Боль — это адские муки. И все, у кого есть деньги, будут правдами и неправдами — то есть втридорога — покупать необходимое. Ну и конечно, расцветут привилегии, хотя пышнее уже, казалось бы, некуда. У каждого губернатора, у каждого невыездного чиновника (попавшего в чёрные списки) будет «своя стоматология». А выездные — там, где одеваются, катаются и купаются, — там у них и дантисты, и у ихних детей и баб — там.

Таким образом наказан будет тот самый народ, который вас так любит, судя по соцопросам. А ему, народу, стоматология уже и так не по карману. Цены страшные. Удалить ребёнку-подростку зуб мудрости стоит 5 тысяч рублей. А удаляют-то по медицинским показаниям. Это не тату, не пирсинг, не каприз. Но в перечень бесплатных услуг эта операция не входит. (При режиме, далёком от демократии, например, при Иване Грозном, того, кто придумал называть врачебную помощь «услугой», — посадили бы на кол. Потому что услугу можно оказывать, а можно и нет, а врачебная помощь обязательна, в ней отказывать нельзя.)

Сегодня, если бы вы вернули для зарвавшихся чиновников посадку на кол, стоило бы назвать это отличие «Кол за Услуги Отечеству».

Г-н президент, как гаранту напоминаем вам статью 41 Конституции России: «Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно».

...В списке запрещаемых оказались и презервативы. Тому, кого сажают на кол, безразлично, в презервативе этот кол или без. Но обратите внимание: хотят запретить «презервативы для УЗИ». Это исследование в некоторых деталях напоминает посадку на кол, только очень гуманную, а презерватив нужен, чтобы пациенты не заражались один от другого.

Ваш помощник Онищенко сказал, что запрет презервативов благотворно скажется на рождаемости. Он не учёл тех, чьи развлечения исключают появление детей. Мы имеем в виду геев. Это — группа повышенного риска, особенно по части СПИДа. И эпидемия СПИДа уж точно повысит смертность.

Считается, что геев примерно 10%. В администрации президента, в правительстве и в аппарате правительства работают тысячи людей. Следовательно, геев там сотни, это статистика, ничего не поделаешь. Можно организовать внезапные наезды групп журналистов в высокие кабинеты. Так, из любопытства, посмотреть, где произведены латексные изделия, которые у них в столе. Заодно журналистам надо дать допуск в стоматологические кабинеты всех клиник, принадлежащих Управлению делами, правительству, обслуживающих депутатов.

Оральные и анальные проблемы тут переплелись не по нашей воле. Вернёмся к передним — зубным и глазным — они важнее. Всё, чем работают хорошие ответственные стоматологи и офтальмологи, — всё привозное. Всё из Германии, Японии, США. Отечественная пломба держится 3 недели, а немецкая — 10 лет.

...Если б вы, г-н президент, решили объявить конкурс на самое злое и жестокое издевательство, то автор идеи уничтожения медицины получил бы первый приз. И пусть бы выбрал: спереди или сзади засунут ему включённую бормашину (целиком) — авось, как-нибудь втиснем, всем миром навалимся.

...Мы знаем, что вы с абсолютным безразличием относитесь к критике, даже очень злой. Эта черта вашего характера чрезвычайна полезна для прессы. А то б давно уже всё позакрывали — всё, где пишут ещё что-то, кроме «ура» и «спасибо». Но власть, запретив употребление определённых слов в печати, предохранила себя от очень уж жёсткой критики. Предохранила на бумаге.

Эти слова писать нельзя, но думать-то можно. Мыслям не прикажешь.



Оригинал

1457012

Читайте также:

Падение рубля нипочем: россияне привыкли быть несчастными
Социологи объяснили апатичную реакцию сограждан на рост цен


Пармезан для червяков. Как мы отправляли сыр на удобрение
Уничтожение санкционных продуктов обломало упрямство фермера

Запретом на презервативы прикрыли возможный медицинский коллапс
Высказывание Онищенко затмило проблему закупок серьезного оборудования для больниц

Комментарии

416

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


08 августа 2015 | 07:44

машина Кремля изнутри: “Чтобы лохи цепенели”
07.08.2015 | Прокоментуй!
COLTA.RU публикует материал, посвященный российскому федеральному телевидению, которое давно уже полностью подконтрольно власти и работает как единая пропагандистская машина. Рассказывают три бывших сотрудника федеральных каналов и один действующий:

“Была летучка в феврале 2014 года, когда главный редактор сказал, что начинается «холодная война». Не информационная, потому что про информационную все уже понимали, она началась гораздо раньше. А «холодная», которая для многих была атавизмом. Он сказал, что наступила эпоха, по сравнению с которой 70—80-е — детский лепет, поэтому те, кто участвовать не хочет, могут найти себе какую-нибудь другую сферу деятельности, вне информационного канала. А все остальные — welcome to the club. Ушли единицы, а все остальные остались.

После пятничных летучек в Кремле руководители приезжали на канал, собирали самых приближенных и на двоих-троих проводили встречу. Обозначали все акценты, после этого все спускалось рангом ниже. Политика канала была абсолютно непроницаемой, и это тоже часть «холодной войны» — все было предельно закрыто, никаких открытых обсуждений”.

“«Хунта», «укропы», «бендеровцы» — это для ведущих, для тех, кто в кадре. Для них эти формулировки оттачивались на узких встречах. Я ни разу не слышал, чтобы они непосредственно звучали в их адрес из уст главного редактора. На редакционных летучках формулировалась повестка. Понятно, что если это Украина, то надо осветить максимально полно, по одному сюжету в день обязательно из Крыма, Донецка, Киева. В марте 2014-го, после референдума, было традиционное задание — из Крыма не меньше одного оригинального сюжета в день, можно больше. Каждый день надо было рассказывать, как Крым развивается, как процветают науки и ремесла, растет благосостояние и радость вновь обретенных граждан.”

“…В отличие от грузинской войны, система была заточена идеально. Эта заточка делалась не за три дня и не за летучку. Неделями, месяцами, годами”.

“…Убежденных, как Мамонтов или Семин, людей, которые верят во все это, не так много. В основном все такие, как Дмитрий Киселев, тролли 50-го уровня — или как он там себя называет. Среди них процентов 40—50 ходило на Болотную, и им все это категорически претило. Но они не уходили, причины банальные — семьи, кредиты. Плюс все понимали, что уходить некуда. Кто-то топил свое горе в вине, кто-то ушел в наркотики, кто-то ни в чем не топил, а уходил во «внутреннюю эмиграцию», в выходные дни читая книжки и стараясь забыть обо всем, что было с понедельника по пятницу. Для меня самого это была, не побоюсь пафоса, трагедия. Я понимал, что в течение полутора лет занимаюсь довольно постыдными делами.

Моя социология, ничем не подтвержденная, кроме моих ощущений, такая. 50% на канале было таких, как я, 25% убежденных, а остальные 25% — просто те, которым абсолютно все по херу. Если бы к власти пришел Ходорковский и организовал свой канал, они бы там работали, если бы к власти пришел фашист, они бы работали на него… Если ситуация вдруг резко поменяется, эти люди не в состоянии будут вернуться к нормальной журналистике и к нормальным стандартам — просто потому, что они их не знают. Нужно будет их всех люстрировать, выкидывать из профессии. Набирать полностью новых, по-другому их учить”.

“…В пятницу в 12 часов дня была летучка в Кремле, куда приезжали все главные редакторы. Главный редактор нашего канала получал печатный план, где все написано: как, что, кого лучше пригласить в качестве экспертов. Фактически методичку, стопочку листов А4 сантиметром толщиной. Во время этой летучки главный редактор делал какие-то пометки, коррективы прописывались карандашом прямо внутри. Мне приносили часть листов из этой папки, я по ней работал как по плану.

Кремлевскими летучками руководили разные люди. Давным-давно Алексей Алексеевич Громов это делал. Потом их проводил Дмитрий Сергеевич Песков. Когда пришел Дмитрий Сергеевич, поначалу было ничего. А потом уже так просто к нему стало не подойти — здесь письмо, здесь запишись. Началось какое-то поклонение Пескову, он стал а-ля «Путин — это я».

“…Ручной режим распространялся даже на погоду. Вот надо срочно пригласить Вильфанда, чтобы он сказал, что будет страшная зима. Есть общая тенденция нагнетать, что они от нас зависят — сейчас мы вам газ не пустим, и вы все замерзнете. Они и трындели все время: «Нас ждет холодная зима».

“…Кто делает настоящую пропаганду на Первом и на «России» — все прекрасно понимают. Ипотека, долги, семейные проблемы. И все-таки я не могу ответить — почему. У меня схожая история: я живу на съемной квартире, осенью буду брать кредит на покупку жилья, но я не понимаю, как можно заливать людям в уши дерьмо. Я всегда думаю в таких случаях о своей матери — она и так уже зомбирована до такой степени, что я иногда не понимаю, о чем с ней говорить, кроме домашних дел. У нее постоянно трещит Киселев, вещает Мамонтов, а я думаю: «Как я могу обманывать свою мать?» Чувствую, что тоже закладываю туда кирпичик”.

Телевидение — это бизнес. Все всё время обсуждают рейтинги, что смотрит аудитория. «Больше ада» всегда смотрят хорошо. Как это говорится на телевизионном жаргоне — «чтобы лохи цепенели».


balya 08 августа 2015 | 09:40

Едим не то, пьём не то, курим не то, носим не то. Да мы все - враги народа. Но ведь мы и есть народ(???...), который оставили без своего.


Инжилка Янгулбаева 08 августа 2015 | 18:55

...


svjatoi Александр Чекмарев 10 августа 2015 | 01:45

Лайки не проходят.
Что бы это значило?
Цепенеем, или кристализуемся?


gena70 10 августа 2015 | 12:06

Уничтожение медицины,как и оброзования и культуры исходит от первых лиц государства и их окружения,они преступники и должны при жизни понести наказание.


olegbulatov 10 августа 2015 | 14:53

Нашли чем пугать.


(комментарий скрыт)

nika_aa 11 августа 2015 | 16:28

Читая блоги, мне иногда кажется, что авторы идиоты.


olegbulatov 12 августа 2015 | 15:33

Нас телевизором не запугаешь.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире