minkin

Александр Минкин

20 января 2017

F

Г-н президент, вас в среду днём показали по телевизору. Вы торжественно запустили новый газопровод, новый нефтепровод! Миллиарды кубометров газа, миллионы баррелей нефти понеслись куда-то со страшной скоростью…

В среду вечером жители Юрово (Москва, СЗАО) возвращались домой с безумной надеждой на вас. Потому что Дед Мороз, Золотая Рыбка и Добрая Фея полностью уступили вам право творить чудеса на территории РФ. Только кусок вашей столицы остаётся заколдованным злыми волшебниками. Ни газа, ни водопровода, ни канализации.

Это не сказка, г-н президент, это, увы, реальность. С 1985 года деревня Юрово и её окрестности стали частью Москвы. Прошло 32 года, исчез СССР, появились и сменились президенты России; появились и сменились мэры Москвы: Попов, Лужков, Собянин; появлялись и утверждались проекты газификации, канализации и прочих сетей; подписывались сметы, выделялись деньги, давались клятвы… Ну вы, конечно, уже поняли: кусок Москвы по-прежнему без газа, без водопровода, без канализации.

Жители должны бы радоваться, что хотя бы электричество есть, но не тут-то было. Говорят, будто в России избыток электроэнергии, девать некуда. В государственном масштабе, вероятно, это так. Но в масштабе некоторых городов, деревень и посёлков электричества совсем мало.

Когда нашей космической ракете «Протон» не хватает сил выйти на расчётную орбиту и она падает, угробив при этом невероятно дорогие приборы и пр., жители Юрово понимают проблему как никто. У них тоже гробятся компьютеры, телевизоры, холодильники, стиральные машины и насосы (не забудьте: водопровода нету, воду надо качать).

Вообразите: по телевизору показывают вас и ваши великие свершения, и вдруг экран внезапно покрывается квадратиками, как Москва гранитными плитами, — телевизор не тянет.

Приезжает ремонтная бригада, меряет напряжение — оказывается, в сети 160 вольт. Говорят: «Ничего не можем сделать».
— Как же быть?!
— Обращайтесь в суд.
Это они у вас научились, г-н президент. Вы тоже чуть что — отвечаете жалобщикам: «У нас правовое государство. Как суд решит — так и будет».

А когда он решит? Живём-то сейчас, темно и холодно сейчас, деньги платим сейчас…

Понимаете, г-н президент, налоги мы платим, как все другие москвичи. А ещё раз в две недели приходится платить 1500 рублей за приезд ассенизатора (за откачку дерьма). Это около 40 тысяч в год. Поэтому самые бедные жители Юрово, забывая свой столичный статус, предпочитают ветхозаветный уличный сортир. Каково это москвичам во втором поколении?

В суд? Это ж годы пустых хлопот, бешеные нервотрёпки и расходы на адвокатов. А потом сетевая компания выиграет, потому что в договоре на поставку энергии где-нибудь мелкими буквами заранее написано, что мы сами виноваты. Например, там написано (цитирую): «Потребителям имеющим источники искажения влияющие на качество электроэнергии, за счет своих средств…»

Что такое «источники искажения»? Что такое «качество электроэнергии»? В школе говорили, что есть вольты, ватты, амперы и герцы, а про качество никто и не слыхивал. Также в школе учили ставить запятые. Поэтому отсутствие запятых в этих таинственных формулировках нам тоже кажется коварством…

И вот когда вы, г-н президент, сидя в Кремле, нажимаете кнопку, запуская очередной гигантский газопровод туда, где взамен обещают миллиарды долларов, жителей Юрово в очередной раз охватывают безумные надежды, что им тоже обломится. Ведь у них, кроме правового государства, есть ещё вы, г-н президент. А у вас волшебные возможности: один звонок — и всё сбывается.

Не откладывайте этот звонок Собянину. Ведь в любой момент эту московскую деревню могут замостить гранитными плитами (для красоты дизайна, а не ради воровства), и уже никто никогда не начнёт рыть траншеи. И цистерны ассенизаторов, оставляя специфически пахнущие пятна, будут вечно отливать в граните.

18 января 2017

Душа в тюрьме

Душа в тюрьме
фото: Алексей Меринов

Президент Путин недавно поговорил с кинорежиссёром Сокуровым. Вполне возможно, их диалог войдёт в историю. Никто с Путиным так не говорил за все 17 лет его президентства.

Режиссёр заступился за человека, осуждённого на 20 лет лишения свободы. Читая стенограмму (с официального сайта Кремля), попробуйте решить: просит Сокуров или требует?

СОКУРОВ. У меня есть сердечная просьба к вам, Владимир Владимирович, как у гражданина России. Давайте решим проблему Олега Сенцова. Украинский режиссёр, 20 лет лагерей, в северном лагере сидит парень. Умоляю вас, найдите решение этой проблемы. Режиссёр должен со мной сражаться на кинофестивалях, если у него другая, в том числе политическая точка зрения, но не сидя в нашей арктической практически, на севере, тюрьме.

ПУТИН. Мы должны исходить из того, что мы живём в правовом государстве, и вопросы такого рода, конечно, должны решаться судебной системой. Он осуждён не за творчество, а за то, что, как утверждают органы следствия и суда, фактически посвятил свою жизнь террористической деятельности.

Президент ответил. Второй раз спрашивать о том же — значит показывать президенту, что его ответ неудовлетворителен. Показывать публично, там сто человек сидело на заседании Совета по культуре и искусству. Телекамеры работали.

СОКУРОВ. Разве простой эмоциональный молодой человек может понять хитросплетения и сложности политического момента?

ПУТИН. Дело совершенно не в его позиции. Дело совершенно не в том, что он думает по поводу событий, которые произошли в Крыму. Дело в его намерениях и в подготовке противоправных действий, в результате которых могли пострадать наши с вами граждане.

Режиссёр упрямо в третий раз:

СОКУРОВ. Владимир Владимирович, по-русски, по-христиански милосердие выше справедливости. Умоляю вас. Милосердие выше справедливости. Пожалуйста.

Речь, как видим, идёт уже не о Сенцове. Речь о принципах, о максимально высоких материях…

ПУТИН. По-русски и по-христиански мы действовать в этой ситуации не сможем без решения суда. Решение суда состоялось. Да, есть определённые правила и нормы, которыми можем воспользоваться, но для этого нужно, чтобы созрели соответствующие условия.

Это уже мягче. Путин точно знает, о чём говорит, когда признаёт, что «есть нормы, которыми можем воспользоваться». Он может. Конституция России, глава 4, ст. 89 «Президент осуществляет помилование». Ничьи прошения, никакие согласования ему не требуются. Сокуров не унимается, он цепляется за эту уступку.

СОКУРОВ. Помогите!

ПУТИН. Повторяю: никто его не осуждал за его взгляды, за его позицию. Осуждение произошло за его намерения совершать действия террористического характера и которые могли повлечь за собой тяжелейшие последствия для наших граждан. Вот в этом дело, а не в его какой-то позиции. На позицию все имеют право, и никто за это его бы не осуждал. Только в этом, поверьте мне, только в этом дело.

Президент говорит «поверьте мне» — это уже он просит Сокурова. Но тот в пятый раз! Пятый раз подряд:

СОКУРОВ. На нём смертей нет, нет гибели.

ПУТИН. Слава богу, что нет, но могли быть. В этом проблема. Совершенно дело не в том, Александр Николаевич, что он как-то думал иначе, чем мы с вами. Но спасибо, что вы обратили на это внимание, знаю, что это вопрос чувствительный, буду иметь это в виду.

Президент почти согласился. Пусть и для виду, чтобы остановить… Сокуров повторял «умоляю», и всё же: просил он или требовал? «Требую» и «прошу» — разница, казалось бы, очень большая. А подумаешь — всё зыбко, размыто, всё зависит от того, кто говорит, кому и как. Президентское «прошу» равно приказу. Пенсионерское «требую» равно нулю. Режиссёрское в этой ситуации недалеко от пенсионерского.

С точки зрения чиновника, Сокуров вёл себя безобразно, нагло и глупо. Чиновники думают так потому, что сами ни за что не отважились бы так домогаться. И разве только чиновники? А вы, читатель, отважились бы?

Но у Путина сидели не чиновники. Знаменитые деятели культуры — музыканты, артисты, писатели… Сокурова никто не поддержал.

Кто знает, как всё обернулось бы, если свой голос присоединили Гергиев, Миронов, Пиотровский, Цискаридзе, Башмет, Табаков…

…Всё остальное, что говорилось на этой встрече, исчезнет (уже исчезло), только диспут о милосердии останется. В истории остаются герои, а рабы исчезают без следа.

* * *

Спустя несколько дней за Сенцова очень скромно заступилась знаменитая писательская организация — Русский ПЕН-центр. Его исполком опубликовал «Заявление». Начинается так:

Русский ПЕН-центр обеспокоен судьбой Сенцова и просит Президента Российской Федерации и российские судебные инстанции реально содействовать смягчению условий содержания этого кинорежиссера и писателя.

«Заявление», как видите, написано шёпотом (появилось оно только на их сайте); скромное (просят не помиловать, а всего лишь «смягчить условия»). И, как ни странно, оно содержит точно такое недоразумение, как один из ответов президента.

Он, отвечая Сокурову, сказал: «вопросы такого рода, конечно, должны решаться судебной системой». И писатели в своём «Заявлении» обращаются к «российским судебным инстанциям». А с какой стати? Суд позади, приговор вынесен, вопрос помилования — целиком в руках президента, а о «смягчении условий» надо просить не судебные инстанции, а ФСИН (тюремщиков).

Потом ПЕН-члены длинно и путано объясняют в своём заявлении, почему они якобы не могут просить о помиловании. Ссылаются на закон, который касается только зэков и тюремщиков и никак не может ограничивать право президента на помилование.

Заканчивается «Заявление» так:

Мы правозащитники, а не правонарушители, и поддерживать подобные противоправные действия не намерены. Будем милосердны, но не будем противозаконны!

Оцените последнюю гордую фразу. Писателям удалось соединить призыв (будем милосердны!) с заверением своей лояльности: не будем противозаконны!

Противозаконны? Разве есть закон, запрещающий просить о помиловании?

Правило простое и понятное: что не запрещено — то разрешено.

Нет закона, который запрещает просить и даже требовать у президента чего угодно. Люди на Прямых линиях просят ёлку, ремонт дороги, зарплату, посадки коррупционеров…

Сокуров требовал помилования, и никто не сказал, что он нарушил закон или хотя бы приличия. Ведь он не просил себе денег, зданий, контрактов. Он ничего себе не просил.

...Конституция выше президента (он не может её нарушить). Права человека (глава 2) выше прав президента (глава 4).

Конституция России, глава 2. Права и свободы человека и гражданина. «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения».

Статья 29. Каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принуждён к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

Как могли писатели добровольно отказаться от своих прав? Как они могли написать, что просьбу о помиловании следует считать противозаконной? Телом они на свободе, душою в тюрьме.

Тут дело не в Сенцове; он случайно подвернулся на историческом пути. Тут дело в русских писателях (слава богу — не всех). Дело в добровольном рабстве. Цитировать ли определение Ленина, кто есть «добровольный раб»? Когда-то это учили в школе, не знаем, как теперь. Но члены исполкома Русского ПЕН-центра знают это определение наизусть.

* * *

Граждане! Вы каждый день едите и пьёте. Набиваете желудок едой, наливаете туда всё подряд; если это дрянь — болеете, а если отрава — помираете.

Точно так же вы каждый день наполняете свою душу сочинениями писателей. Если сочинение дрянь — душа болеет, гниёт, а если отрава — душа умирает, исчезает. Про такого человека говорят: бездушная сволочь.

Сталин называл писателей «инженеры человеческих душ», потому что понимал: их произведения формируют, выстраивают, конструируют человека. Конечно, если он читатель.

Но даже если вы никогда не читаете книг, то всё равно ежедневно потребляете писательскую продукцию в неимоверных количествах. Ведь всё, что говорят вам с телеэкрана, кто-то написал. Вы мечтательно повторяете слова Жеглова «вор должен сидеть в тюрьме» — но сначала это кто-то написал, потом Высоцкий выучил, а уж потом сказал Жеглов.

Сегодня всё, что говорят персонажи сериалов (благородный мент, благородный бандит, героическая проститутка или влюблённая честная давалка) — всё сочинили писатели. И конечно, у них должны быть чистые руки, горячее сердце… Иначе ведь сочинят какое-нибудь гнильё, и душа потребителя отравится и сдохнет.

Штирлиц, «Бриллиантовая рука», «Белое солнце пустыни», «Горе от ума» наполнили наши души фразами, которыми мы пользуемся ежедневно. Произнося, немножко становимся тем героем… Ваше благородие, госпожа Удача — сначала Окуджава написал, потом Луспекаев выучил, а уж потом потрясающий мужик Верещагин спел — да так, что весь Советский Союз влюбился сразу и навсегда. (Вчуже посочувствуешь вороватому таможеннику. Целый день он брал взятки, драл три шкуры, пропускал контрабанду. Вечером он смотрел «Я мзды не беру, мне за державу обидно», а утром надо опять идти брать взятки у подонков. Какие душевные муки!)

* * *

Окончательно губит репутацию Русского ПЕН-центра история с членством Светланы Алексиевич. Она покинула их ряды, заявив о невозможности там пребывать. Международный ПЕН-клуб удивился: что случилось, если единственный русский лауреат Нобелевской премии покидает ПЕН-центр?

Тогда наш исполком сообщил «американским друзьям», что «Алексиевич — не член ПЕН-центра, никогда им не была и потому «выйти» не может». Заодно они поспешно ликвидировали её имя в списках на своём сайте. Однако, по неопытности, не догадались ликвидировать саму Алексиевич.

2666888
Нобелевский лауреат Светлана Алексиевич прислала фото своего удостоверения. Опровергла враньё ПЕН-центра. Фото: соцсети

Она не стала делать громких заявлений — просто опубликовала фотографию своего членского билета.

Типичное враньё ребёнка:

— Клавдия Алексеевна, я сделал домашнее задание, но случился пожар, и тетрадка сгорела.

— Но на прошлой неделе у тебя уже был пожар.

— Ах да, я ошибся. У меня вчера бабушка умерла.

Но если посмотреть список членов исполкома — малолеток там нет.

* * *

Есть тексты, которые оторвались от своих авторов и существуют сами по себе. Их называют народными. Например, «Выходила на берег Катюша» — все знают, все поют, она в каждом сборнике русских народных песен, а кто автор? (Не лезьте в интернет, просто признайтесь себе, что не знаете.)

А вот текст менее знаменитый, но тоже блуждающий сам по себе по книгам, фильмам, мемуарам:

— Из чего твой панцирь, черепаха? —
Я спросил и получил ответ:
— Он из мной накопленного страха.
Ничего прочнее в мире нет.

Панцирь, конечно, защита, очень прочная защита. А как подумаешь — это тюрьма, оковы; всю жизнь ползком на брюхе.


Оригинал

«Путин в Кремле подал знак: «антипенсионная» программа Кудрина в приоритете»

«Появился новый вид автоподстав»

«Пулковская обсерватория боится потерять звезды из-за соседней стройки»
12 января 2017

Писатели короче

В России есть Конституция. В Конституции есть глава 4, она называется «Президент Российской Федерации». В той главе есть статья 89, а в ней есть пункт «в» — самый краткий во всём тексте Основного закона. Вот его полная формула:

«в) осуществляет помилование».

Два слова! (Мы ничего не сократили; просто там в начале статей написано «Президент Российской Федерации:», а потом перечисляются его безусловные права. Например: «принимает решение об отставке Правительства Российской Федерации».

Конституция — главный и Основной закон России. Рядом с ней остальные законы… как бы это сказать, чтоб никого не обидеть. В общем, это примерно как остальные чиновники рядом с президентом. Сами по себе они очень важные министры, губернаторы и др., и пр., но по отношению к президенту они — покорные исполнители.

Вот так и важные законы по отношению к Конституции — исполнители.

Русский ПЕН-центр (писательский и в то же время правозащитный клуб) решил заступиться за писателя и режиссера Олега Сенцова, которого осудили на 20 лет за приготовление к теракту.

У писателей получилось длинное Заявление. Вот оно почти целиком:

«Русский ПЕН-центр обеспокоен судьбой Олега Геннадьевича Сенцова и просит Президента Российской Федерации и российские судебные инстанции реально содействовать смягчению условий содержания этого кинорежиссера и писателя (то есть не освободить, не сократить 20-летний срок, а смягчить условия; типа пусть в камере будет не 10 градусов, а, например, 12. — А.М.). В то же время, Русский ПЕН-центр заявляет: мы не хотим, и не будем защищать только «избранных», только тех, на кого нам пытаются указать отечественные или зарубежные деструктивные политические силы. (Режиссер Александр Сокуров на встрече Путина с Советом по культуре умолял президента отпустить Сенцова, буквально молил о милосердии. Трудно считать Сокурова деструктивной политической силой. — А.М.) Что касается вопроса о помиловании О.Г. Сенцова… хотим заявить: мы всегда поддерживали, и будем поддерживать акты милосердия. Однако, согласно статье 17б УИК РФ (Федеральный закон от 08.12. 2003 №161-Ф3, озаглавленной «Порядок обращения о помиловании») осужденный, вне зависимости от того, признаёт он свою вину или нет, — сам должен подать ходатайство о помиловании. Возможность помилования осужденного без его ходатайства не предусмотрена законом (ч. 3 ст. 184 УИК РФ). Поэтому все попытки заставить власть действовать вопреки законам, чтобы потом её же в этом и обвинять, — являются на наш взгляд политическими провокациями (опять получается, что Сокуров — политический провокатор. А заодно и другие, просившие за Сенцова режиссеры: Вайда, Занусси, Альмодовар. Совсем недавно Вайда помер — выходит, одной деструктивной зарубежной силой стало меньше. — А.М.). Мы правозащитники, а не правонарушители, и поддерживать подобные противоправные действия не намерены. Будем милосердны, но не будем противозаконны!»

Финал писательского заявления звучит красиво: «Будем милосердны, но не будем противозаконны!» — хотя почему-то напоминает поговорку «и невинность соблюсти, и капитал приобрести». Не будем заниматься домыслами: кто, за что, для чего и почему. Останемся на страже закона. И не простого, а главного!

Будьте милосердны, уважаемые члены ПЕН-центра, и будьте так добры — прочитайте наконец Конституцию. Право президента на помилование ничем не ограничено. Оно абсолютно. (Совсем недавно президент — без всяких прошений с её стороны! — помиловал Надежду Савченко, осуждённую за гораздо более тяжкое преступление, чем Сенцов.)

Уважаемые члены, можете обратиться к юристам, а можете поверить нам на слово. Все статьи закона, которые вы кое-как пристегнули к своему умеренному и аккуратному милосердию, все эти статьи УИК РФ от 08.12.2003 №161-Ф3 говорят о праве заключённого просить помилование. Это для зэков написано и для тюремщиков, а не для президента.

Посему, дорогие ПЕН-члены, ещё маленькая просьба или даже совет: не ущемляйте права президента России, короче не приравнивайте его к уголовникам, он этого не любит.



Оригинал

1457012


Читайте также:

Россиян ждут экономические ужасы: это вскрылось на Гайдаровском форуме

Похитительница младенца Матвея из Дедовска разразилась дикими откровениями

Почему Трамп поверил в «вину Путина»

08 января 2017

Всевидящий глаз

Всевидящий глаз
фото: AP 

Президент России молился в монастыре. В Рождественские дни телеканалы многократно это показали.

Скептики и придиры опознали: в группе народа рядом с президентом знакомые лица. Мол, прежде они изображали рыбаков, а теперь…

Но что ж тут плохого? Были пастухами, рыбаками, шоферами, шахтерами… Люди, случается, меняют место работы и даже профессию. Один, например, был офицером КГБ, потом демократом при Собчаке, потом юристом, потом премьер-министром, потом…

Нет ничего плохого в том, что рядом с президентом многократно проверенный народ. Тем более в наши дни, когда даже кадровый полицейский вдруг превращается в убийцу.

Главное не в том, кто стоит рядом. Главное — совсем в другом!

Вспомните кадры президентской молитвы. Он стоит лицом к нам, смотрит на нас, крестится…

Смотрит на нас? Но ведь нас там нет.

Он смотрит на телекамеру. Вот перед чем он стоит. В некотором смысле, можно сказать, он молится на телекамеру.

Да, он молится Богу, молится своему творцу. Ведь это телевизор в три месяца (исторически мгновенно) из чиновника сотворил великого президента.

Потому-то решительно уничтожались потом чужие боги — враждебные телеканалы, которые показывали неправильно, мешали, насмехались, перечили, а точнее — кощунствовали.

Не надо ничего лишнего выдумывать, не надо домыслов. Иначе можно нафантазировать всё что угодно. Например: он молился в монастыре, мол, потому что замыслил уйти в монастырь. Чепуха. Всё идёт по канонам веры в телекартинку, земные реалии значения не имеют.

Всевидящий глаз, всеслышащие уши. Бог президента с ним везде. Мы видим его по телевизору. И он нас видит по телевизору.



Оригинал

1457012


Читайте также:

Почему Ильдара Дадина «прятали» так долго

Безумный велопарад в Москве при -25: фоторепортаж

Трамп моего врага мне друг

26 декабря 2016

Живых там нет

Поисково-спасательная операция?

По всем теле-радио-каналам продолжают сообщать о «поисково-СПАСАТЕЛЬНОЙ», хотя все знают, что живых там нет.
Непонятная тупость мешает чиновникам и др. сказать просто «поисковая». Но родным погибших людей это невыносимо.

16 декабря 2016

Бедные министры

Если вы сейчас читаете это в газете — значит, вы не бедный человек. У бедных нет денег на покупку газет.

Если вы читаете это на экране — значит, вы не бедняк. У бедняков нет денег на компьютер и оплату интернета.

Выходит, все мы (читатели и сочинители заметок) — люди богатые. Ибо газета в наши дни это роскошь и престиж.

Кроме того, мы очень умные — раз уж мы умеем читать и зарабатываем столько, чтоб покупать газету.

А если мы такие умные, то у нас есть шанс понять, что говорит любой министр России. Ведь они, министры, заботятся о нас.

Это устроено так: мы выбираем президента страны, он клянется на Конституции заботиться о народе, для этого он назначает премьер-министра, формируется правительство и т.д.

А наше дело — не просто услышать слова власти, но правильно понять.

Только что вице-премьер Ольга Голодец произнесла с трибуны слова, которые дойдут (должны дойти) до ума и желудка каждого жителя России (у грудных младенцев ума совсем мало, но желудок-то у них есть).

Вице-премьер Голодец выступила на Всероссийском Семинаре-Совещании с Заместителями Высших Должностных Лиц Субъектов РФ, Курирующими Вопросы Социального Развития (ВССЗВДЛСРФКВСР). Вот что она там сказала:

В стране очень сильно расходится оценка бедных статистическая и оценка самоощущения людей. И если по статистической оценке у нас идет рост бедности и она составляет 15%, что очень плохо для нас сегодня, и мы должны максимально стремиться к тому, чтобы все-таки вернуться к статистической бедности, которая была до того, то самоощущение людей, оно гораздо хуже, и мне кажется, что оно базируется на том, что реальные доходы и реальные зарплаты из-за серого сектора у нас отличаются от тех доходов и той зарплаты, которую мы принимаем в качестве среднего, от которого мы считаем всю помощь, все пособия и так далее. Что бы мы ни говорили, на прожиточный минимум прожить практически невозможно, выживать сложно, сегодня это расчетный показатель, и мы должны понимать, как нам дальше двигаться, потому что и на показатель прожиточного минимума и всего остального у нас очень сильно довлеет серый сектор, который мы якобы статистически не принимаем во внимание.

Уважаемые читатели, надеемся, что эта речь понравилась вам не меньше, чем нам. Вот самые приятные места, просто-таки подарки к Новому году:

1. «Мы должны максимально стремиться к тому, чтобы все-таки вернуться к статистической бедности, которая была до того». Вернуться к бедности! Всё ясно как Божий день, кроме одного: до того — это до чего? до Ленина? до Сталина? до Брежнева? до Ельцина? до Путина?

2. «На прожиточный минимум прожить практически невозможно». Это тоже ясно как дважды два. Не ясно только, зачем на ВССЗВДЛСРФКВСР повторять таблицу умножения.

3. «Мы должны понимать, как нам дальше двигаться». Это, видимо, означает, что власть в ходе ВССЗВДЛСРФКВСР призналась, что пока не понимает, как дальше двигаться и куда.

4. «На показатель прожиточного минимума и всего остального у нас очень сильно довлеет серый сектор, который мы якобы статистически не принимаем во внимание». На этом месте нам (сочинителям заметок) стало казаться, что мы внезапно перестали понимать слова родной власти. Чёрт знает, как понять, что мы «якобы статистически не принимаем во внимание». Принимаем или нет? Якобы статистически или ещё как-нибудь? И что во всей этой каше делает серый сектор, куда он довлеет и кому?

5. «Реальные доходы и реальные зарплаты из-за серого сектора у нас отличаются». Важное признание! В том и дело, что далеко не у всех есть серая зарплата. Зато есть такие, например, депутаты и губернаторы, которые получают четыреста тысяч в месяц по-белому, их жёны — миллионы по-серому, племянники с золотыми пистолетами — миллиарды по-чёрному, да ещё и Аллах даёт безотказно (за святость).

* * *

Мы (богатые и умные) жалеем глупых и бедных. Чтобы они тоже чувствовали себя людьми, для них есть бесплатные газеты (раздают на улице) и бесплатное телевидение (доставляют на дом). Но ума-то это не прибавляет. И неблагодарные олухи, как это справедливо отмечено на ВССЗВДЛСРФКВСР, чувствуют себя беднее, чем на самом деле.

В этом и есть всенародное единство. Потому что министры России, депутаты, губернаторы и прочие Высшие Должностные Лица тоже постоянно чувствуют себя бедными; беднее, чем на самом деле. Поэтому воруют (те, кто уже пойман), ну а тот, кто пока не пойман, тот пока не вор. И не спорьте, потому что это сияющая всероссийская народная мудрость.

Оригинал

Читайте также:

«Надо было зарабатывать»: коллеги рассказали об убитых в Алеппо медсестрах

«Няня, это чё было?»: смешная реакция мальчика на метеорит в Хакасии

Приключения министров дурацких поездок

Г-н президент, вы только что подписали Доктрину информационной безопасности Российской Федерации. Если не верите — посмотрите свой собственный Указ №646 от 5 декабря 2016 г.

Подписать указ и прочесть доктрину — вещи разные. Первое — легко, второе — трудно. Но беда не в том, что прочесть трудно, а в том, что понять невозможно. Получаются, извините, три совершенно разные задачи: подписать, прочесть, понять.

Лично вам ничего не грозит; подписали — и с плеч долой. А гражданам как быть? Если человек не читал или читал, но не понял, то ведь он может нечаянно нарушить информационную безопасность Российской Федерации. А детские отговорки типа «я не знал» суд не принимает во внимание. Вкатит двушечку или десяточку за милую душу.

Поди туда — знаешь куда

Опасаясь невольно стать преступниками, начали читать. Вот первая фраза документа:

Настоящая Доктрина представляет собой систему официальных взглядов на обеспечение национальной безопасности Российской Федерации в информационной сфере.

Г-н президент, что такое «система официальных взглядов»? Такого юридического понятия нет. Это просто очередное «поди туда — не знаю куда».

Если взгляды выражает официальное лицо, то это, видимо, есть часть официальной системы. Например, губернатор Орловской области утверждает, что Иван Грозный не убивал своего сына, а просто не успел его вылечить по дороге в Санкт-Петербург (которого тогда не существовало). Это заявление случилось не в промышленности, а именно в информационной сфере. Губернатор — лицо официальное, прямой ваш подчинённый. Но вы его не опровергли, докторов к нему не послали. Значит, в системе официальных взглядов Иван Грозный ездил в Петербург и даже, может быть, благословил вас на президентство.

Г-н президент, мы пытаемся шутить только ради того, чтобы не впасть в отчаянье. В отчаянье нас погружает вторая (и далеко не самая страшная) фраза документа:

В настоящей Доктрине под информационной сферой понимается совокупность информации, объектов информатизации, информационных систем, сайтов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (далее — сеть «Интернет»), сетей связи, информационных технологий, субъектов, деятельность которых связана с формированием и обработкой информации, развитием и использованием названных технологий, обеспечением информационной безопасности, а также совокупность механизмов регулирования соответствующих общественных отношений.

Смогли прочесть? Смогли понять? «Под информационной сферой понимается совокупность информации, а также совокупность механизмов регулирования», не говоря уже об объектах информатизации.

Г-н президент, то, что невозможно понять, — невозможно исполнить. То, что можно понять как угодно, — будет использоваться как угодно. Кому угодно? Любому олуху с властными полномочиями. Разве там у вас наверху нету дураков? Их полно; активные, злобные. Считается, будто активность и злобность помогают делать карьеру, заменяют мозги. Они якобы способны управлять, добиваться достижений. Но не всего можно достичь битьём. «Протон» не лошадка, кнут не придаёт скорости, святая вода не поднимает к небу, ракета падает, а Доктрина информационной безопасности может быть повёрнута так, что сказать об этом будет нельзя.

Вот 12‑й пункт подписанной вами Доктрины:

Наращивается информационное воздействие на население России, в первую очередь на молодежь, в целях размывания традиционных российских духовно-нравственных ценностей.

Г-н президент, кто, по-вашему, оказывает информационное воздействие на население России? Кто его наращивает? Ответ, казалось бы, на поверхности: федеральные телеканалы. Количество политических, а по сути пропагандистских телешоу растёт постоянно. Ни одна вражеская пропагандистская программа (если таковые есть) нашим ТВ не транслируется, до народа не доходит.

А кто эта «молодёжь», на которую в первую очередь и т.д.? Скажите, вы верите, что молодёжь или её значительная часть смотрит и слушает враждебную информацию? Они с детства смотрят дурацкие клипы, слушают песенки. Если эти песенки могут размыть традиционные российские духовно-нравственные ценности, то, выходит, эти ценности слабы и ничтожны.

Что формирует духовно-нравственные ценности ребёнка? Что сильнее действует: зарубежный клип или лживость и жестокость учителей, пьющие и бьющие родители, дикие цены на высшее образование, ничтожные стипендии и ничтожное количество бюджетных мест в университетах?

Какая информационная агрессия в каких-нибудь CNN и New York Times сравнима с разрушительными действиями правительства? «Денег нет, но вы держитесь», «у полковника полиции найдено 20 миллиардов», «украли космодром», «украли стадион»…

***

Возможно, это письмо — прямое нарушение Доктрины информационной безопасности. Возможно, оно подорвёт духовно-нравственную стойкость пятого помощника второго секретаря руководителя департамента главного управления. Возможно, эта Доктрина — некое подобие закона, очередное дышло в руках власти, чтобы перебить хребет последним средствам массовой информации, чтобы остались только средства массовой дезинформации. За последние годы (за годы вашего правления) были предприняты десятки попыток урезать закон о печати, обуздать свободу слова; и, похоже, что и эта Доктрина — очередной рывок узды.

2642606
Царя тоже могут вылечить.

Доктрина написана не по-русски, полна тёмных фраз, так старая ведьма заговаривает болезнь, привораживает мужа, насылает порчу — плати и получишь всё что хочешь. Доктрина непонятна, а всё, что непонятно, — звучит угрожающе. Кроме того, ограничений свободы слова уже введено очень много, а увеличением свободы власть ни разу себя не замарала. Нет сомнений, Доктрина направлена в привычную сторону.

Журналист, ваше превосходительство, не может повредить информационной безопасности. У нас нет допуска к секретам. Поэтому и выдать их мы не можем. Выдать секреты может только тот, кто допущен к ним. Если болтает генерал (говоря казённым языком, информирует) — то мы думаем, что уж он-то знает, что можно говорить, а что нет. Если генерал или важный госчиновник что-то говорит журналисту — он должен понимать, что говорит всему миру. Такая у журналиста работа: рассказать всем и раньше всех. Неужели этот условный генерал идиот и не понимает таких простых вещей? Гнать его или сажать — вам виднее.

Посмотрите, г-н президент, пункт 2:

Национальные интересы Российской Федерации в информационной сфере (далее — национальные интересы в информационной сфере) — объективно значимые потребности личности, общества и государства в обеспечении их защищенности и устойчивого развития в части, касающейся информационной сферы.

Что значит «объективно значимые потребности»? Кто определил, какие потребности объективно значимые, а какие нет? Это же загадка, простор для толкователей, простор для тех, кто замахнулся этим дышлом. Как соединились здесь объективно значимые потребности личности, общества и государства в обеспечении защищённости?

Личность — в любой стране! — находится если не в состоянии войны, то в постоянной борьбе с государством за свои права. Государство поднимает налоги, урезает пенсии, опускает прожиточный минимум и постоянно не выполняет собственных обещаний. Таким образом, значимая потребность личности — призвать государство к ответственности, а значимая потребность государства — чтобы было тихо. В том числе в информационной сфере. Потребность личности — гласность. Требование власти — тайна. И добро бы только военная тайна. Но ведь от граждан скрывают даже протоколы, где видно, как они, граждане, голосовали на самом деле.

Информационная безопасность Российской Федерации (далее — информационная безопасность) — состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних информационных угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод человека и гражданина, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальная целостность и устойчивое социально-экономическое развитие Российской Федерации, оборона и безопасность государства.

Г-н президент, вы уже 17 лет командуете страной. И вдруг вам стало не хватать безопасности? С чего бы это?

Эти тексты вам пишет всё та же Вяленая Вобла, которая сочиняла такие бумаги и президенту Ельцину, и генсеку Брежневу, и царю Гороху. Вот что проповедовала Вяленая Вобла (в записи Салтыкова-Щедрина):

«Никогда не нужно настоящих слов говорить, потому что из-за них изъяны выглядывают. А ты пустопорожнее слово возьми и начинай им кружить. И кружи, и кружи; и с одной стороны загляни, и с другой забеги; умей «к сожалению, сознаться» и в то же время не ослабеваючи уповай; сошлись на дух времени, но не упускай из вида и разнузданности страстей. Тогда изъяны стушуются сами собой, а останется одна воблушкина правда. Та вожделенная правда, которая помогает нынешний день пережить, а об завтрашнем — не загадывать».

...Мы всей редакцией (все, кто умеет читать) изучали Доктрину и поняли одно: она резко уменьшает состояние защищённости личности и общества от государства. А проклятый Запад поймёт её превратно и использует по назначению.



Оригинал

1457012


Читайте также:

«Надо было зарабатывать»: коллеги рассказали об убитых в Алеппо медсестрах

«Няня, это чё было?»: смешная реакция мальчика на метеорит в Хакасии

Приключения министров дурацких поездок

Г-н президент, ваш друг Рамзан Кадыров дал ошеломляющее интервью ТАСС. Читали? Наверняка читали и, возможно, приговаривали (как на встрече с академиками, скрывая усталость, гнев и досаду): «Что мне теперь делать?»

Чеченская история России
фото: AP 

Мучительный вопрос. Рамзан Кадыров называет себя вашим пехотинцем, солдатом. Но если б он был всего лишь пехотинец, то за некоторые свои действия давно попал бы на губу (гауптвахту), а то и под трибунал. Вы же помните, например, его приказ «открывать огонь на поражение» по сотрудникам МВД, если они попробуют выполнять свой долг в Чечне без согласия вашего друга.

Дух интервью — невероятная, нескрываемая гордость.

КАДЫРОВ. Враги должны меня бояться. Смертельно… Уничтожить. За решетку или на двухметровую глубину (в могилу)… Уничтожим. Всех. До последнего.

Г-н президент, при встрече скажите ему, что «последнего» не бывает. Не успеешь уничтожить последнего, как появляются новые. Карательные органы не могут без работы.

Кадыров добр. Сразу после слов «уничтожим всех до последнего» он говорит о любви.

КАДЫРОВ. Моя жизнь отдана народу. И меня он любит.

Не вся его жизнь отдана народу. Часть отдана призовым лошадям, успешно выступающим на международных состязаниях; часть — домашнему зоопарку с тиграми; часть — боксу, футболу, Депардье, Хирургу, Стивену Сигалу и бог знает ещё кому.

Однако и та часть, что досталась народу, некоторым показалась избыточной. Десятки тысяч чеченцев эмигрировали (бежали) в Европу, чтобы оказаться подальше от опасной любви.

Но дело вовсе не в том, насколько слова Кадырова совпадают с реальностью. Важно другое. Он так думает. Он верит в то, что говорит.

«Народ меня любит». Это прямо-таки сатанинская гордость. Не знаем, как в исламе, а в христианстве гордыня — смертный грех, мать всех пороков.

Человек, который уверен, что народ его любит, конечно, знает истинную историю. И свой народ, да и все остальные народы он научит. На вопрос «кого именно вы называете врагами?» следует фантастический ответ.

КАДЫРОВ. Тех, кто 20 лет назад принес войну на мою землю, убивал чеченский народ, разрушал наши города и села. Я говорю вам про террористов из 51 страны, приехавших в Чечню, про предателей, мечтавших погубить Россию как суверенное государство, про шайтанов внутри республики, плясавших под дудку Запада, всех этих ходорковских, березовских и прочих.

До сих пор все были уверены, что Первую Чеченскую войну начал Ельцин руками министра обороны Грачёва и спецслужб. Ходорковский-Березовский и пр. не имели тогда ни малейшего влияния на политику Кремля. Никаких террористов из 51 страны тоже там не было тогда. Но вот из интервью Кадырова это наконец стало известно. Мы думали, что танки, которые пошли в Чечню, и самолёты, которые бомбили Грозный, были под командованием Кремля. Оказывается, нет.

Г-н президент, известно, что академик Рамзан Кадыров тесно общается с доктором исторических наук, министром культуры Мединским — вероятно, они вместе открыли историческую научную истину. Остаётся только решить вопрос: куда смотрела ваша ФСБ, пока Ходорковский во главе террористов из 51 страны вторгался на территорию нашего Северного Кавказа.

***

КАДЫРОВ. Да, у меня были кровные враги. Их больше нет, всех уничтожили. Личных врагов у меня нет! Я самый-самый мирный человек на свете.

Совершенно непонятно, почему к гибели многих известных людей имеют прямое отношение люди из окружения самого-самого мирного человека. Кто был под судом за убийство Политковской, кто сейчас под судом за убийство Немцова, кто убивал известных чеченцев в Москве и за границей? А сейчас на вопрос, как Кадыров относится к деятелям оппозиции, он отвечает очень откровенно.

КАДЫРОВ. Бесстыжие люди. Без чести, без совести, без Родины. Не хочу называть имена. Если начну произносить вслух, тренироваться не смогу, стошнит.

Видите, г-н президент, точно как в фильме «Мимино»: «Такую неприязнь испытываю к потерпевшему, что кушать не могу!»

Если народ любит своего лидера, разве не должно избавить любимого вождя от тошноты? Разве для этого нужны приказы? Поэтому те, к кому он испытывает неприязнь до тошноты, погибают.

***

Когда идёт речь о политике, об убийствах, о врагах, можно предположить, что человек лукавит, хочет выглядеть невинным, самым-самым мирным.

Но когда идёт речь о религии, когда человек говорит о своей вере, то сомневаться невозможно.

В интервью (блестящая работа Андрея Ванденко) зашла речь о том, что мечетей в Чечне строят много (в прошлом году 43), а больниц пока ещё мало. На 140 человек в Чечне один врач; худший показатель в стране.

КАДЫРОВ. Я вот всегда лечу себя чтением Корана. Даже палец заболит, сразу читаю молитву.

Расскажу историю. Женщине в московском институте поставили страшный диагноз: онкология. Сказали: надо удалять жизненно важный орган. Она уже не могла ходить, собиралась умирать. И что думаете? Приехала в Грозный, я с ней встретился, поговорил. Ей начали читать Коран. Через какое-то время женщина вернулась в Москву, и ничего плохого в ее организме не увидели. Выздоровела!

Это далеко не единственный случай. Про Сашу Писаренко из Читы по телевизору сказали, что девочку не вылечить. Тяжелая болезнь! Просили собрать средства. Умоляли зрителей. Когда я увидел сюжет, сам позвонил ее маме, пригласил в Чечню. Сашу привезли в Центр исламской медицины в Грозном, где лечат не какими-то препаратами, а словом Аллаха. Мы не стали сразу маме говорить, что будем читать дочке Коран. Девочка русская, православная, еще решат, что хотим в свою веру обратить. Полтора месяца молились, теперь Саша жива-здорова.

Русланбек Исмаилов — префект Октябрьского района Грозного. Врачи нашли у него онкологию кости в последней стадии. Месяц жизни давали. Русланбек обследовался в лучших клиниках Москвы. Ходил зеленый, убитый, тоже готовился к уходу в праведный мир. У него с таким диагнозом умерли отец, дедушка… Я говорю: не торопись. Посадил рядом, почитал Коран, потрогал рукой место, которое у него болело… Коран почитали, вылечили. Теперь меня на тренировках гоняет, по семь потов спускает.

…Много-много лет назад по радио рассказывали, как в Китае (где тогда правил великий вождь Мао Цзе Дун) врачи положили человека на стол, начали делать операцию и поняли, что бесполезно; больной неоперабелен. Хирург сказал: продолжать операцию бессмысленно. Но тогда медицинская сестра, бесконечно верящая в идеи Мао Цзе Дуна, взяла цитатник, нашла нужное место, прочитала вслух слова Мао и сама успешно закончила операцию. Больной был спасён.

Г-н президент, на упомянутой встрече с академиками вы спросили президента РАН Фортова: «Что мне теперь делать?» Фортов смутился, замялся. А ответ простой: Как только попадаете в безвыходное положение — Коран читайте, г-н президент.



Оригинал

1457012


Читайте также:

«Наш еврейский смех сквозь слезы»: номер Навки о Холокосте прекрасен

Карякин — Карлсен: онлайн-трансляция 12-й шахматной партии чемпионата мира

«Вон в науку!»: за что Путин уволил чиновников-членов РАН

Cумасшедшие деньги за честные глаза
фото: kremlin.ru

Г-н президент, почему-то бурно обсуждается зарплата руководителей государственных корпораций. Да, боссы Газпрома, Роснефти, Сбербанка и т.д. получают миллионы долларов в год. Но это не новость. И жуткая разница между их доходами и средней зарплатой тоже не новость.

Однако людей по-прежнему интересует, за сколько секунд глава Газпрома получает месячную зарплату санитарки. Хотя гораздо интереснее сравнивать зарплату Миллера не с зарплатой санитарки или училки, а с вашей. Дело даже не в стократной разнице и не в том: может ли слуга получать больше господина?

...Считая наши деньги в их карманах, стоит подумать о другом.

За что эти люди получают так много? За талант? Талантливых людей высоко ценят во всём мире.

Наших музыкантов, дирижёров, режиссёров приглашают за границу и там платят им больше, чем они получают дома.

Заплатит ли какая-нибудь заграничная газовая компания Миллеру столько, сколько он получает здесь? Или хоть четверть столько? Ни разу никто не слышал, чтобы наших сверхуспешных и дико дорогих руководителей какая-нибудь страна пригласила на работу. Этот наш товар совершенно неконкурентоспособен. И значит, цена его — не рыночная, а произвольная (от слова «произвол»).

Радио «Говорит Москва» (вполне патриотическое) спросило своих слушателей: «Если бы Миллер и др. получали меньше, их сманили бы за рубеж за большую зарплату как ценных управленцев?» 99% ответили «нет». Такого гробового результата не было за всю историю голосований на этом радио. Даже в самые плохие времена доверие полиции выражали 4%. А вера в таланты упомянутых топ-менеджеров еле-еле наскребла 1%. Получается, что только 1% одобряет ваш выбор. Заметим, подавляющая часть слушателей этой радиостанции совсем не маргиналы, не обездоленные, они в это время торчат в пробках внутри своих дорогих машин. Так что ни классовой, ни даже партийной ненависти тут нет.

Дело и не в зависти к большим деньгам. Никого не возмущают миллионы долларов, которые получает Шарапова, размахивая теннисной ракеткой. Там призовые фонды, рекламные контракты; они к нашему бюджету, к нашим налогам не имеют никакого отношения. А главное: её не назначили; своё место она завоевала сама.

Главы госкорпораций получают, очевидно, не за талант. Значит, вы их назначили на эти должности за что-то другое. Есть выражение «за красивые глаза» — так говорят о человеке, который всё получает просто так, ни за что. Это выражение в данном случае совершенно не годится. Во-первых, «ни за что» столько денег не платят. Во-вторых (посмотрите на фотографии), не такие уж у них красивые глаза. Единственное объяснение, которое приходит в голову: они получают за верность.

Верные слуги? Верные рабы? Верные друзья? (В слове «раб», кстати, нет ничего плохого; вы сами о себе говорили как о галерном рабе, имея в виду, что галера — Россия, а вы на ней гребёте.) Но вот слово «верные»… Тут ничего утверждать невозможно. Это ж душевное качество, а не деловое. А чужая душа — потёмки, всё равно: душа раба или друга.

Разве Газпром или Сбербанк рухнули бы, если бы во главе стояли другие? Успехи корпораций сомнительны, но даже провалы не приводят к смене руководства. Значит, опять-таки верность дороже всего. Огромные деньги за невероятно честные глаза.

…Помните прекрасную сказку про Аладдина и волшебную лампу? Он её потёр — вылез джинн — исполнил все желания. Волшебная лампа — это такой Газпром. Кто её трёт? Кто командует джинном? Если командуете вы — значит, Миллер — джинн и делает всё, что прикажете.

Но в сказке нет ни слова о том, что джинн — друг или раб Аладдина. Он — раб лампы, раб вещи. Никакой верности, тем более любви к Аладдину у него нет. А силы до фига. И если он взбунтуется, ему ничего не стоит оторвать Аладдину голову.

Оригинал

1457012


Читайте также:

«За оральный секс с женщиной становишься «петухом»: узники Болотной рассказали о зоне

Экс-глава Госархива Мироненко о проверке диссертации Мединского: «Мне будет что сказать»

Прототип героя фильма «Ледокол» после трагедии Луганска попал в богадельню

Один вор или все воры?
фото: Алексей Меринов

Арестован за взятку министр Правительства России. Высказывают версии:
— Знал ли премьер Медведев?
— Кто подставил? Не Сечин ли?
— Арестовали б Улюкаева, если бы победила Хиллари, а не Трамп?..

И прочее, и прочее.

Говорят: уникальный случай. Разве? А почти арестованный и кое-как амнистированный Сердюков? А беглая министр Скрынник?..

Говорят исключительно о «высших эшелонах» (хотя все эти высшие эшелоны легко поместились бы в один эшелон). И никто, похоже, не думает о народе.

А что думает народ? Хорошо бы социологи в связи с арестом министра провели опрос.

Как вы думаете:
1. В Правительстве был только один вор?
2. Там их много?
3. Там почти все такие?

Подчеркнём: речь идёт не об уголовных доказанных фактах, а только о мнении народа. А что такое «мнение»? Ничего, воздух. Оно ничего не стоит — да. Но оно и взяток не берёт.

Вот знаменитое место в трагедии «Борис Годунов». Смутное время, гражданская война. Пушкин (представитель самозванца) и Басманов (законный главнокомандующий царя, помазанника Божия) оценивают противоборствующие силы.

БАСМАНОВ, царский воевода:
Полков у нас довольно, слава Богу!
А вы, кого против меня пошлёте?
Да много ль вас, всего-то восемь тысяч.

ПУШКИН, сторонник самозванца:
Ошибся ты: и тех не наберёшь.
Я сам скажу, что войско наше дрянь,
Что казаки лишь только сёла грабят,
Что поляки лишь хвастают да пьют,
А русские… да что и говорить…
Перед тобой не стану я лукавить;
Но знаешь ли, чем сильны мы, Басманов?
Не войском, нет, не польскою подмогой,
А мнением; да! мнением народным.

Дела давно минувших дней? Нет. Неделю назад народное мнение выбрало самозванца Трампа. Заодно это мнение уложило политиков, политологов, аналитиков, предсказателей лицом в дерьмо… Тысячи этих важных господ должны были бы подать в отставку после своего позорного провала. Нет. Все на месте, продолжают объяснять что к чему, никто даже не покраснел от стыда.

А у нас, на вершинах власти? Скорее можно поверить, что там многие побледнели от страха, чем покраснели от стыда.

Стыд? А что это такое «стыд»? Ничего, воздух.

Да, воздух. Его нет. Поэтому нам нечем дышать.

Оригинал

Читайте также

Евгений Ясин про дело Улюкаева: «Вспоминается 1937-й год»

«Вам удалось меня унизить»: Ахеджакова ответила на грубую шутку Лобкова

Если про цензуру зажигают, значит, это кому-нибудь нужно

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире