minkin

Александр Минкин

17 мая 2016

F

Г-н президент, вы, вероятно, слышали, что премьер-министр Медведев приказал навести строжайший порядок в таком важном и интимном деле, как подарки чиновникам. Все знают, что такие подарки — самая обычная форма взятки; а у нас же борьба с коррупцией.

Но если вас обрадовало усиление борьбы, то напрасно. Медведев велел разработать правила (какие подарки можно брать, а какие надо сдавать государству) — к сентябрю 2017 года. Лучше бы, конечно, к ноябрю — к 100-летию Великой Октябрьской революции.

Премьер-министр тормозит
фото: Алексей Меринов

Полтора года на разработку элементарной инструкции? Чего там разрабатывать — отлил в гранит, и все дела. Любой грамотный юрист напишет за 5 минут. Нет, премьер считает, что надо потратить полтора года, создать комиссию, привлечь специалистов, выделить бюджет, составить график загранкомандировок для изучения передового международного опыта… Он что — всегда такой тормозной?

Г-н президент, вы, конечно, помните случаи, когда Медведев действовал стремительно. Например, он внезапно и решительно предложил в полтора раза увеличить президентский срок (для вас старался). Важнейший вопрос! Изменение Конституции! А справились за несколько дней. Он передвигал часовые пояса и летнее время, перекрашивал цвета радуги, пропагандировал бадминтон, приказывал покупать самолёты за границей; стоя на фоне дочерна затонированного немецкого автомобиля, объявил, что вводит полумиллионные штрафы; все вокзалы заставил рамками металлоискателей — и все эти вопросы решались в одну минуту. А на такую чепуху, как подарки чиновникам, — полтора года?

Г-н президент, вы неоднократно говорили, будто ни разу не ошиблись (за годы руководства Россией). Кроме вас, ещё очень многие так говорят — по телевизору, в коридорах Кремля, на партсобраниях «Единой России», за дружеским столом.

Но если вы ни разу не ошиблись — значит, назначение Сердюкова министром обороны не было ошибкой; назначение Медведева сперва президентом, потом премьер-министром — не ошибка…

Как быть? Как людям свои мысли совместить с верой в вашу непогрешимость?

Очень просто. Эти назначения кажутся ошибкой только тем людям, у которых неправильные представления о цели таких назначений. А вы не сомневаетесь в правильности именно потому, что точно знаете цель. Если б народ знал вашу цель — он бы убедился, что для её достижения никого нет лучше нынешнего премьера. Значит, дело всего лишь в нашем превратном понимании.

Стоп! Но ведь цель одна, она записана в Конституции, в президентской клятве: благо народа!

Как быть? Как людям — которые ходят по земле, ездят в метро, работают, покупают еду, — как им убедить себя, что назначенное вами правительство всё делает для народного блага?

Очень просто. Вот как следует рассуждать:

1. Ясно, что нашей стране (особенно теперь — в кризис) нужен самый лучший премьер-министр, какого только можно найти.

2. Президент обязан делать всё возможное для счастья народа.

3. Президент, выполняя свой долг, поставил премьером этого человека — значит, он и есть лучший.

Просто народ не понимает своего счастья. Он дурак, не понимает, зачем переводить часы то в одну сторону, то в другую. Не понимает, зачем вводить «нулевое промилле», а потом отменять, узнав от учёных докторов, что достаточно человеку принять несколько капель валокордина, чтобы его (в соответствии с требованием премьера) считали «пьяным за рулём».

2484022
фото: 1tv.ru
Выйдя из дорогого немецкого автомобиля, Медведев объявил о штрафах в 500 000 рублей.

Народ не понял своего счастья, когда Медведев переименовал милицию в полицию. Народ по глупости думает, будто даже потерпел убыток: невообразимо количество учреждений, которые должны были сменить названия, вывеску, заменить все бланки, печати, перекрасить машины — немыслимые расходы и сомнительная польза. (Мы не можем назвать эту пользу «нулевой», поскольку она, похоже, отрицательна.)

Рамки металлоискателей понатыкали всюду: в метро, в торговых центрах, в судах, в театрах и концертных залах, — при Медведеве Россия стала чемпионом мира по рамкам. Большинство из них не работает. Рамки — символ чиновничьей России: министерства есть, дорого стоят, двигаться мешают, тормозят, пользы никакой, вред очевиден.

Вред? Это всё тот же случай превратного толкования. Посмотрите на вопрос с точки зрения чиновников, которые дружат с производителями рамок, — у них большой успех. А народ просто не понимает своего счастья. Судя по опросам и рейтингам, он вообще мало понимает. Но вдруг рейтинги ошибаются? Помните, г-н президент, как ошибались кассирши в СССР? Они недодавали сдачу, а если их уличали — в ответ: «Ах, я ошиблась!» Почему-то они всегда ошибались в свою пользу.

★★★

Г-н президент, наш премьер ещё и официальный лидер партии власти. В ней состоят все министры, прокуроры, почти все мэры и губернаторы…

Вообразите, в России чуть не 80 министров культуры, и все они верят, что они министры и что они министры культуры. А вы, г-н президент, верите, что они министры культуры?

Дня не проходит без сообщений, что такой-то губернатор арестован, министр проворовался, полицейское начальство грабит и пытает…

Вы, конечно, знаете, что у автомобильных концернов есть железное правило: если, положим, у ста машин какой-нибудь замечательной (допустим, немецкой) марки обнаруживается один и тот же недостаток — отзывают всю партию. Отзывают миллион машин! Фирма терпит колоссальные убытки, но идёт на это ради репутации и во избежание гибели людей.

Скандалы с членами правящей партии бесчисленны, постоянны и типичны: воровство и коррупция — один и тот же «недостаток».

По-хорошему, следовало бы отозвать всю партию.

Оригинал

1457012

Читайте также:



Евроад вместо «Евровидения»: пересмотр результатов стал бы анекдотом

Игорь Чубайс: Как России вернуться в великую историю

Сокровища рублевских помоек: что выбрасывают чиновники и олигархи

Президент России Путин 13 мая поздравил ВГТРК с 25-летием. Он сказал, что новости ВГТРК «безусловно, пользуются доверием и интересом большим у людей. И, прежде всего, потому что они являются правдивыми».

Эта радость совпала по времени с отставкой всего руководства РБК. Уволились и главный редактор газеты «РБК», и главный редактор холдинга, и шеф-редактор… То ли они были недостаточно правдивыми, то ли, наоборот, слишком правдивыми. А ведь всё хорошо в меру.

А ещё хорошо и важно иметь чутьё. Потому что мера правдивости меняется. Роман «Современная идиллия» бессмертного Салтыкова-Щедрина начинается именно с попыток встревоженных обывателей понять, как себя вести, чтоб не наказали:

«Однажды заходит ко мне Алексей Степаныч Молчалин и говорит:

— Нужно, голубчик, погодить!

Разумеется, я удивился. С тех самых пор, как я себя помню, я только и делаю, что гожу. Вся моя молодость, вся жизнь исчерпывается этим словом.

— Да что вы хотите сказать?

— Русские вы, а по-русски не понимаете! Погодить — ну, приноровиться, что ли, уметь вовремя помолчать, позабыть кой об чем, думать не об том, об чем обыкновенно думается… Например: гуляйте больше, в еду ударьтесь, папироски набивайте, письма к родным пишите, а вечером — в карты или в домино засядьте. Вот это и будет значить «погодить».

— Алексей Степаныч! батюшка! да почему же?

— Некогда, мой друг, объяснять! Да и не объяснишь ведь тому, кто понимать не хочет. Мы — русские; мы эти вещи сразу должны понимать. Впрочем, я свое дело сделал, предупредил…»

Герой кинулся к другому приятелю, к Глумову, а тот уже сидит — папироски набивает и:

«— Чудак ты! Сказано: погоди, ну, и годи, значит. Вот я себе сам сказал: Глумов! нужно, брат, погодить! И не объясняюсь. Ибо понимаю, что всякое поползновение к объяснению есть противоположное тому, что на русском языке известно под словом «годить».

— Помилуй! да разве мы мало до сих пор годили? В чем же другом вся наша жизнь прошла, как не в беспрерывном самопонуждении: погоди да погоди!

— Стало быть, до сих пор мы в одну меру годили, а теперь мера с гарнцем пошла в ход — больше годить надо, а завтра, может быть, к мере и еще два гарнца накинется — ну, и еще больше годить придется. Небось не лопнешь».

Небось не лопнем. Давным-давно «переформатировали» НТВ — мы ж не лопнули. Закрылось «Времечко», закрылись какие-то региональные телеканалы… Знаменитые газеты сохранили названия, но по содержанию стали совершенно на себя не похожи…

Схема, в общем-то, одна и та же. Сперва меняется владелец: прежний продал, новый купил. (Точнее было бы сказать: прежний не хотел, но продал, а новый не хотел, но купил.) Потом меняется руководство. Новый владелец (который не хотел покупать, но ему велели) увольняет прежнюю редакцию, назначает новых…

И заметьте: всё по закону, никакой цензуры, свобода слова! Однако новые редакторы каким-то образом понимают, что надо погодить. И с каждым днём надо годить всё сильнее.

Президент России Путин, поздравляя ВТГРК с 25-летием, сказал: «Представляю, насколько это сложно, работать в таком постоянном режиме, постоянно печь эти информационные блины у печки».

Блины — еда хорошая, масляная, сытная. Ничего нет лучше блинов, да ещё под водочку. Наешься, напьёшься и поёшь старую советскую песню про пятую колонну:

Сегодня парень водку пьёт,

А завтра планы продаёт

Советского, родного, мля, завода!

Сегодня парень в бороде,

А завтра где? — в эНКаВэДэ!

Свобода, мля, свобода, мля, свобода!

А как протрезвеешь — пытаешься понять: почему, ну почему до сих пор не запрещён Салтыков-Щедрин?!

P.S. Всё на том же 25-летии ВГТРК Путин сказал: «Даже если мы в чем-то ошибаемся, ну хорошо. Мы имеем право об этом сказать, и люди, слушатели и зрители должны услышать, увидеть альтернативную точку зрения».

Золотые слова! Этот «мы» если в чём-то ошибётся и если догадается, что ошибся, то именно он и имеет право об этом сказать. Мы хотели бы выразиться яснее, но у нас не получается.



Оригинал

1457012

Читайте также:

От Ходорковского до Плющева: как в соцсетях простились с РБК

Дачников ждет разорение: СНТ заставят заплатить миллионы за благоустройство

Никита Кричевский: За что не любят олигархов

Кошелёк или жизнь?
фото: Александр Минкин. Она сбила ребёнка, а ей не сказали спасибо.

Г-н президент, в конце этого письма будет написано «большое спасибо», но преждевременно радоваться вам не стоит. Что касается заголовка, то этот легендарный вопрос прежде задавали разбойники на большой дороге. А теперь его задают на всех дорогах, даже на самых маленьких.

В среду, 11 мая 2016 года, в Москве на Юровской улице машина сбила двухлетнего ребёнка. За рулём машины (госномер В 948 УМ 197) была немолодая женщина — то есть жизненным опытом она уже обладает.

Сбив Захара (2014 года рождения), она поехала дальше. А когда её машину удалось задержать, люди услышали:

— Скажите спасибо, что я вообще остановилась!

…Вы, г-н президент, возможно, удивитесь: с чего, мол, мне пишут про заурядное ДТП? Но на вашей Прямой линии с народом России вам среди прочих задавали и вовсе праздные вопросы (типа: в какой школе учат на президента?), а тут дело несравнимо более важное.

Кроме того, это ДТП имеет лично к вам некоторое отношение.

Ребёнок был сбит именно в том месте, о котором мы вам рассказали в письме под заголовком «Дорожка федерального значения» («МК», 25 апреля 2016).


фото: Александр Минкин. Москва. 11 мая 2016. «Четырехполосная федеральная трасса».

Там чёрным по белому было написано, что по деревне Юрово (Москва, СЗАО) идёт дорожка шириною в 3 метра. По ней ежедневно носились тысячи машин, ежеминутно угрожая жизни людей и детей, сшибая собак и кошек.

Жители устали страдать и бояться, община приняла решение установить шлагбаумы, местный депутат полностью поддержал, управа не возражала. Но шлагбаумы привели в ярость некоторых солидных господ, которым из области в Москву нравилось ездить через деревню: на 5 минут быстрее.

Господа подали в суд, прокуратура почему-то их поддержала, все их почему-то поддержали.

В Тушинском суде всякие — пик-пик-пик — и поддерживающие их всякие — пик-пик-пик — доказывали, что это федеральная дорога II категории, четырёхполосная, с тротуарами… Это, в частности, говорила работник ГБУ «Автомобильные дороги» Халинбекова В.А., немолодая дама — то есть жизненным опытом она уже обладает.

Жители деревни пытались убедить суд, что нет там четырёх полос, нет даже двух, нет тротуаров. А прокурор Вдовичев кричал в суде, что тротуары есть, но на фотографиях они не видны, потому что завалены снегом. Этот прокурор Вдовичев обладает не только жизненным опытом, но и знанием истории СССР, потому что на вопрос об имени-отчестве отвечает: «Как у Андропова».

Мы вам, г-н президент, написали про всё это 25 апреля, а 26 апреля (так совпало) состоялось последнее судебное заседание. Судья Куличев Роман Борисович вынес решение: считать дорожку федеральной трассой, шлагбаумы убрать.

Его просили выехать на место, посмотреть своими глазами, но он отказался. Понимаете, г-н президент, у судьи Куличева есть жизненный опыт — иначе бы он не мог быть судьёй, вы бы его не назначили, верно? Этот его опыт, похоже, и подсказал ему, что не надо ездить в деревню (хотя езды туда ему не больше 20 минут). Даже видеозапись он отказался смотреть…

Прошло две недели, машина сбила ребёнка, мальчик в больнице, родители надеются, что всё кончится хорошо.

Вероятно, и для Постоевой Елены Витальевны 1973 г.р., которая была за рулём, тоже всё кончится хорошо. Ведь она ж не хотела, ведь это случайность «по неосторожности».

И судья Куличев этого не хотел, и прокурор Вдовичев, и Халинбекова из ГБУ, и истцы Скиданов А.Г., Кузнецова Е.В., Рябов А.Н., Зачинский В.Г., Москалёва М.С., Коротков С.Н., и главный их рьяный и напористый соистец Томаров В.В. — все они, конечно, этого не хотели.

Точнее, им было наплевать. Истцы действовали ради собственного удобства (5 минут экономии). А все остальные, кто их поддержал, действовали то ли ради справедливости, то ли ради денег. Всё тот же вопрос: кошелек или жизнь?

Мы назвали здесь имена всех этих людей, чтобы дать им обещание. Если случится несчастье и кто-нибудь погибнет под колёсами господ, для которых жители деревни Юрово просто мусор, помеха на дороге, — мы всех названных пригласим на похороны. Пригласим через газету.

На прощание, выполняя желание Постоевой Е.В., мы говорим ей «большое спасибо за то, что она вообще остановилась».

Мы были бы рады сказать спасибо и вам, г-н президент. Если бы вы, прочитав письмо 25 апреля, ткнули бы пальцем в газетную заметку, то вам даже не пришлось бы произносить слово «разберитесь». Для тех, кто с вами работает, этого тычка пальцем было бы достаточно. И 26 апреля суд принял бы другое решение.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Дачников ждет разорение: садовые товарищества заставят заплатить миллиарды

«Не 37-й год, но страх ожил»: социолог рассказал о феноменах опросов

«Евровидение» превратилось в идеологическую битву России и Украины
Оригинал

Случилось так, что 9 мая шёл по улице Белграда, искал музей, никакой политики не было в голове.

Вдруг долетела советская военная песня, потом другая; всё громче, всё ближе… И вот — на широкой улице показалось шествие. Сотни три людей, у каждого в руке палочка с рамкой, в рамке портрет. Бессмертный полк! В Сербии.

Историческая правда: вид сзади
фото: Александр Минкин


«Катюша» гремела оглушительно. За колонной ползла машина с динамиками той мощности, которую врубали на передовой во время Великой Отечественной, чтобы агитировать врага через линию фронта.

2479784
фото: Александр Минкин

Здорово! Бессмертный полк в Сербии! Пусть не сотни тысяч, но главное ведь — душевный порыв.

Жаль, палочки и рамочки были одинаковые (хотя иногда виднелись явные самоделки).

Они проходят, смотрю им вслед… Господи, помилуй! Лучше б не смотрел. На оборотной стороне портретов — реклама Лукойла.

2479784
фото: Александр Минкин

Была б у меня виолончель, был бы виолончелистом — сыграл бы похоронный марш. А так — включил видеозапись в телефоне и снял документальное кино: под «Прощание славянки» в День Победы портреты героев превращаются в рекламу нефтяной компании.

Тот, кто устроил это, кто налепил на Бессмертный полк свою рекламу, — он, конечно, хотел всего лишь заработать. Заработать на том, что дорого всем. И невинность соблюсти, и капитал приобрести.

Кого несёшь? Если кто-то несёт портрет своего деда, то может хоть что-нибудь рассказать. Это человек. А если он несёт неведомо кого — то, естественно, ничего не знает, рассказать не может, просто служит ходячей подставкой.

На ходячих подставках всегда делают деньги. Любая идея превращается в рекламу. 

…Эта история хотела стать письмом президенту, но умные люди отсоветовали: не надо огорчать, а главное — не надо обобщать. Не надо про Россию, про то, как возник Бессмертный полк и как стал государственным. Ты журналист: увидел, как это было в Белграде, — вот и пиши про Белград.

Ладно. Только вот если вспомнить, что это железное правило «не надо обобщать» знали наизусть все журналисты Советского Союза — это будет обобщение или нет?

Смотрите видео по теме «День Победы: вид сзади» на сайте МК.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Вячеслав Никонов объяснил выход с портретом Молотова на «Бессмертный полк»

Пьяная внучка уморила бабушку-ветерана, заперев на неделю в квартире

Тайные дневники первого председателя КГБ: «Сталин остался недоволен»

Золотое дерьмо
фото: Алексей Меринов

Г-н президент, уже давно говорят «Россия — это Путин». Оставим в стороне метафизические вопросы типа «где была Россия, когда вас ещё не было?» и «куда она денется, когда вас не станет?».

Для нас, живущих сегодняшним днём, смысл слов чиновника ясен: Россия — это вы. А мусор? Неужели это тоже вы? Или это мы?

Вопрос сложный. Потому что Россия — понятие невероятно сложное. Если бы вся она состояла из Думы, Валдайского клуба, Ново-Огарёва, некоторых участков Сочи, установок «Град» и «Бук», то, конечно, — это вы. А кто ж ещё? Но Россия — это ещё и Пушкин, Толстой, Чайковский, Байкал, победа над Наполеоном… — и всё это совершенно не вы. Было до, будет и после.

Спустимся, г-н президент, с небес на землю. Земля и, в частности, ваша Россия (ну и наша заодно) покрывается мусором. Вас об этом только что спросили на прямой линии. Спрашивал человек, у которого на шее был галстук-бабочка, даже не верилось, что это мусорщик и что он всегда с утра так одевается на деловые встречи (он же не на бал пришёл). И он чего-то говорил про цивилизованный подход, про раздельный сбор (бумажки — в один бак, бутылки — в другой), про экологическую катастрофу… Но ваш ответ ошеломил. Стало ясно, что вы про мусор знаете очень много. Но, кажется, не всё можете сказать. Вот цитата с вашего официального сайта:

ПУТИН. Что касается отходов — это проблема, правда. Примерно 5,4 или 5,6 миллиарда тонн в год мы продуцируем. Только половина из них утилизируется, а половина просто закапывается. Причём эта вторая половина, которая закапывается или выбрасывается куда-то, вот этот процесс является неконтролируемым и очень криминализированным.

Когда вы сказали, что мусор «закапывается куда-то» и что процесс этот «неконтролируемый и очень криминализированный», вероятно, содрогнулись многие очень важные люди. Те, кто должны контролировать, но почему-то организовали «неконтролируемость». И те, которые криминали… в общем, понятно.

Но на этом вы не остановились. Последовало, можно сказать, воззвание.

ПУТИН. Нужно совершенствовать нормативно-правовую базу! Нужно повысить внимание региональных властей к этой работе! Безусловно, востребован контроль со стороны общественности! Людям просто жить невозможно рядом с этими свалками! Я прошу активистов Общероссийского народного фронта обратить особое внимание на это! С учётом высокой криминализации этой сферы — это фронтовая работа! Без всякого преувеличения!

Извините, г-н президент, что понаставил восклицательные знаки. В официальной стенограмме их нет, но по смыслу-то они есть. Вы сказали «фронтовая работа» — это значит война. С нами ведут криминальную (то есть преступную) войну.

Это война против России, против народа. Война за деньги.

* * *

Сначала мы покупаем мусор: бутылки, банки, пакеты, батарейки… Нам кажется, будто мы купили пиво, хлеб, горошек и пр. Но всякий раз мы платим за упаковку, которую выбросим. Какая часть цены товара летит на помойку — не знаем.

Купив мусор, мы потом платим за вывоз мусора. Сколько? — не задумываемся, не знаем.

Потом — за свои деньги — получаем экологическую катастрофу.


фото: Геннадий Черкасов

Сколько и куда?

Москва производит 6 миллионов тонн мусора в год. Московская область — ещё 5. Всего — 11 миллионов тонн.

В Москве сейчас 3 мусоросжигательных завода (МСЗ). Они сжигают около 600 тысяч тонн.

Все официальные свалки в Московской области (их для красоты называют «полигоны») могут принять около четырёх миллионов тонн в год.

Получается, что свыше шести миллионов тонн вывозят на незаконные свалки — в поле, в лес, в овраги, в карьеры. Это беда, и никто не знает, когда она обернётся катастрофой.

Кто вывозит?

Кто вывозит — это один из самых сложных и опасных вопросов. Раз есть война — значит, есть военная тайна.

Москва провела тендеры на вывоз мусора. Пятеро победителей получили исключительные права на 15 лет. Долго, не правда ли. За эти годы может многое измениться, многое случиться — и с мусором (вдруг начнётся раздельный сбор, переработка), и с рублём… А мы — на 15 лет в кабале.

Четверо победителей получили каждый по два округа Москвы. Пятому достался один. Названия победителей вам, г-н президент, ничего не скажут. Это так называемые «операторы по ТБО» (по твёрдым бытовым отходам): Эколайн, МКМ-Логистика, РТ-Инвест, МСК-НТ, Иное. Но каким-то образом рядом с этими загадочными буквами в воздухе витают некие фамилии, которые (по звучанию) чем-то порой похожи на Абрамович, Бирюков, Тимченко, Чемезов, Чигиринский, другие VIP-персоны… Мы ничего не утверждаем. Мы выражаемся с большой осторожностью, поскольку у нас нет ваших возможностей. Но вы, конечно, можете приказать, чтобы всё это было проверено.

Деньги за мусор

За что воюют? Цена вопроса внушает уважение. Москва за вывоз платит операторам примерно 15 миллиардов в год, область — примерно 7,5 миллиарда. За эти деньги они должны были: а) купить специальные грузовики класса Евро-5; б) построить мусороперерабатывающие заводы; в) построить полигоны для захоронения. Машин они купили гораздо меньше, чем надо, заводы пока не готовы, полигонов не сделали вообще: нет земли, нет разрешений…

Город платит «операторам» по 2860 рублей за тонну вывезенного мусора. Но сами они вывозят небольшую часть. Остальное вывозят субподрядчики, которому оператор платит примерно 1600 рублей за тонну.

Понимаете, г-н президент? Получаешь у города 2860. Платишь 1600. Тебе остаётся больше тысячи рублей с каждой тонны — просто за то, что ты победитель какого-то конкурса и тебе 15 лет не надо защищать свой чемпионский титул. А этих тонн — миллионы…

Механизм свалки

Полигон (свалка) берёт деньги за каждый кубометр сваленного там мусора. Можно действовать по-белому, можно по-серому, можно по-чёрному.

Тот, кто вывозит мусор, должен потом отчитаться перед городом — предъявить квитанцию: мол, ссыпал столько-то кубометров на такой-то полигон. Тут — простор для очень простых волшебных манипуляций.

Можно отвезти мусор на легальный полигон, заплатить официально, получить настоящую квитанцию.

Но бедный (обделённый судьбой и важными знакомствами) субподрядчик — он тоже хочет заработать. Ему мало останется, если он будет полигону платить легально, водителям легально, если возить будет на дорогих современных специализированных машинах.

Можно заплатить легальному полигону чёрным налом. Заплатишь меньше, но получишь настоящую квитанцию.

Можно заплатить гораздо меньше нелегальному полигону (естественно, чёрным налом). Получишь настоящую квитанцию.

Можно свалить мусор в лес, в овраг — это бесплатно. Ёжики и лягушки денег не берут. Но и квитанций они не дают. Как отчитаться?

Можно вывалить мусор в лес, потом заехать на ближайший полигон и там купить настоящую квитанцию.

Это потому, что все квитанции — настоящие. Полигон имеет право их печатать сколько влезет — это не контролируется, как вы, г-н президент, верно заметили во время прямой линии.

Продажные талончики

Мы, г-н президент, проехались по свалкам из чистого любопытства. Днём всё немножко похоже на легальную работу. Ночью — не похоже совсем.

По ночам огромные машины с мусором опорожняются в ближнем Подмосковье (например, в Шереметьеве). Владельцы нелегальных свалок (бандиты) зарабатывают миллионы в неделю. Работа сложная, к утру сваленный мусор надо успеть засыпать тонким слоем земли, разровнять, чтобы днём не было видно…

А на легальных полигонах продают талоны. Платишь по перечислению — 165 рублей за кубометр. Платишь наличными — 120 рублей за кубометр.

Чем ближе полигон — тем дороже. Потому что мусоровоз меньше тратит времени на дорогу, меньше бензина. На далёком полигоне официальный талон — 100 рублей кубометр, а за наличные — 70 рублей.

Если же мусор свалил «в природу» — покупаешь (для отчёта) талончик за 50 рублей, а в талончик вписываешь 8 кубометров (за которые легально заплатил бы больше тысячи).

Фронтовая работа, г-н президент; рецепт убийственно прост: мусор — в лес, деньги — в карман.

Гори он синим пламенем

Вам, г-н президент (и нам), обещано счастье: вот, мол, построим мусоросжигательные заводы (МСЗ), и проблема будет решена. Запланировано построить в нашем регионе 12 МСЗ. Покупаем их у Японии. 25 миллиардов рублей за штуку. Всего, значит, 300 миллиардов ваше правительство собирается отвалить кому-то в заботе о природе, о нашем здоровье.

Чтобы завод за 10 лет окупил потраченные на него 25 миллиардов, придётся платить ему почти по 7 тысяч рублей за тонну — примерно втрое больше, чем за вывоз.

Но мусор не сгорает бесследно. При сжигании образуется зола. Сжёг 10 миллионов тонн мусора (годовой объём Москвы и области) — получил 2,5 миллиона тонн золы.

Кажется, будто закопать 2,5 гораздо легче, чем 10. Но зола получается смертельно ядовитая. Её на полигоны сваливать нельзя. Надо строить бетонные саркофаги (почти как чернобыльский).

Обещано, что МСЗ будут вырабатывать электричество. Но во-первых, его в России девать некуда, переизбыток; во-вторых, мусорное электричество будет втрое дороже нынешнего, а платить будем мы (не вы), нам навяжут.

Кроме того, при сжигании получается тонкая пыль, которую заводские фильтры (очень дорогие) могут уловить, и — тончайшая пыль, которую фильтры не ловят в принципе. В этой пыли — диоксин — смертельный яд, влияющий в том числе и на генетику, он не разлагается никогда, он будет травить людей тысячи лет.

Будем дышать, будем пить, будут рождаться уроды…

В цивилизованных странах сейчас от мусоросжигательных заводов отказываются. В Европе (и не только) мусор давно собирают раздельно, перерабатывают — получаются новая бумага, новые бутылки, всё что угодно. Перерабатывают — и на этом зарабатывают.

Производители заводов (МСЗ) не знают, куда их девать. Поэтому мы заводы эти купим без проблем (для правительства), однако с большими проблемами для нашего здоровья.

Но на фронте о здоровье думать не полагается. Надо думать о победе. В данном случае — о деньгах.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Евгений Ямбург: дом-музей Окуджавы попал под административный каток

Причина чернобыльской катастрофы таится в секретном звонке из ЦК

Многодетная мать штурмует Кремль ради слухового аппарата для ребенка
Дорожка федерального значения
Фото: из деревенского архива

Г-н президент, нас часто ругают за эти письма, которые мы вам пишем. Одни гневаются: мол, как мы смеем беспокоить владыку всякими пустяками? Другие бурчат: мол, всё бесполезно. Третьи твердят, что вы эти письма не читаете. А откуда им знать; одёрнули бы вы их, что ли.

Всех этих циников и скептиков вы умыли во время «Прямой линии». Вы сами сказали, что читаете все вопросы, все жалобы. Мы видели, что вы без гнева выслушиваете даже пустяки. А главное — все увидели, что обращаться к вам очень даже полезно.

Первый же вопрос был об ужасных дорогах. «Прямая линия» ещё не кончилась, а влаЁсумасшедшие: в снег, в лужи, ночью, как попало и куда попало. И немедленный отчет: отремонтированы тысячи квадратных метров! Или километров? Да хоть морских миль — главное немедленно.

Жаль, никто вам, г-н президент, не дозвонился с московской окраины — из деревни Юрово. Никто вам не рассказал про дорогу, которой нет. Её нет, но уже несколько месяцев некоторые ваши чиновники и даже прокурор доказывают в Тушинском суде Москвы, будто она есть.

Чтобы потом не возвращаться к прокурору, сразу скажем: уровень его юридической грамотности нам неизвестен, но чувство собственного достоинства у него очень высокое. Прямо в зале суда у нас произошёл такой диалог (вопросы задавались робким голосом, а в ответ — недовольное бурчание):

— Извините за беспокойство, не могли бы вы назваться?

— Вам зачем?

— Простите, но вы же участник судебного процесса…

— И что?

— Видите ли, я журналист…

Он ещё поупирался, а потом буркнул:

— Вдовичев.

— Извините, а имя-отчество?

— Как у Андропова.

— Простите?..

— Как у Андропова.

— Лаврентий Павлович?

— Юрий Владимирович! Надо знать!

Г-н президент, согласитесь, если бы этого прокурора спросили вы, он ответил бы вам без затей, без проверки ваших познаний, хотя вы бы уж точно с Андроповым не ошиблись, с Берией не перепутали бы.

* * * 

Г-н президент, в Москве (в столице России) есть деревня Юрово. По документам — это Москва. А по жизни — настоящая русская деревня. Газа нет, водопровода нет, канализации нет (есть выгребные ямы — надо регулярно вызывать, извините, откачку; дорогое удовольствие). Электричество немножко есть: зимой в деревенских сетях 190 вольт вместо 220.

Между деревенскими домами идёт дорожка, жители сами её заасфальтировали, без всяких «Прямых линий». И повадились разные люди на мощных машинах гонять через деревню Юрово — им так короче, им так удобнее.

Жители терпели, детей на улицу не выпускали, сбитых собак хоронили… А когда, проломив стальную ограду, на детскую площадку выскочил спортивный «БМВ» (слава богу, никого не убил), деревенские жители устроили собрание, приняли решение, местный депутат полностью поддержал, — поставили шлагбаумы.

Буржуины разозлились, обратились в прокуратуру, подали в суд: мол, никто не имеет права перекрывать федеральную трассу! И — вообразите — в прокурорских бумагах деревенская тропинка называется «Дорога II категории».

Г-н президент, в подвластной вам Российской Федерации «дорога второй категории» должна быть в ширину (включая обочины) 21 метр, минимум — 12 метров. Дорожка же, о которой речь, 3 метра шириной (а есть места и поуже), обочин нет вообще, о тротуарах здесь никто не слышал.

Но в Тушинском суде официальные лица почему-то поддерживают богатых торопливых людей, у которых нет лишних пяти минут, чтобы объехать деревню стороной. Например, дама, выступающая от имени ГБУ «Автомобильные дороги», твердит то про «дорогу второй категории», то называет деревенскую улочку «магистраль районного значения».

Говорить она, конечно, может что угодно. Но за всё время судебного процесса она так и не смогла показать официальный документ — так называемый «паспорт» дороги.

ГБУ расшифровывается: Государственное бюджетное учреждение. Если бы деревенские москвичи дозвонились вам, г-н президент, по «Прямой линии» — нет сомнений, опомнился бы и прокурор, и дама из бюджетного учреждения. Чей бюджет она тратит, когда их контора списывает деньги на уборку снега, на подметание несуществующей широкой трассы, — ясно: наш. А чей бюджет её стимулирует говорить в суде про магистраль? Неужели тоже наш?

Много раз деревенские просили, чтобы Тушинский суд города Москвы выехал на место и увидел своими глазами федеральную трассу шириной три метра. Езды туда от суда — 20 минут. Но на все эти ходатайства — отказ.

А если б дозвонились вам, то «Прямая линия» ещё бы не кончилась, когда и суд, и прокуратура, и ГБУ, и префект СЗАО, и МВД, и МЧС — все бы уже толпились в деревне с сантиметром в руках. Сгоряча, небось, и газ бы провели.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Живой труп: смерть Джохара Дудаева была фиктивной?

Чернобыльцев-инвалидов выкидывают на улицу

Бывшие «Электроники» Торсуевы разорились и стали таксистами

Когда 23 апреля 1616 года англичане хоронили Шекспира, они там (на кладбище), конечно, не думали, что пьесы их товарища будут слишком актуальными в России — спустя 400 лет. Они про нас вообще не думали, не знали. А он, выходит, знал.

Ставь Шекспира —  не промахнёшься
фото: Алексей Меринов

Хотите пьесу про донецкий аэропорт, про бессмысленную и беспощадную войну? Она готова.

                         ГАМЛЕТ.

Что это за войска? Куда поход?

                      ПОЛКОВНИК.

Сказать по правде и без добавлений,

Нам хочется забрать клочок земли,

Который только и богат названьем.

Я за него не дал бы трех червонцев,

Да больше и не даст оно дохода

Ни нам, ни Польше, если б и продали.

Шекспир не мог написать «Украине», потому что Украины вообще не было. А Польша уже была.

                          ГАМЛЕТ.

Поляки, значит, защищать его не будут.

                       ПОЛКОВНИК.

О нет, они его уж укрепили.

Туда уж стянут сильный гарнизон.

                           ГАМЛЕТ.

Двух тысяч душ, десятков тысяч денег

Не жалко за какой-то сена клок!

Так в годы внешнего благополучья

Довольство наше постигает смерть

От внутреннего кровоизлиянья.

Вот он, гнойник довольства и покоя:

Прорвавшись внутрь, он не дает понять,

Откуда смерть.

Вот язва благоденствия и мира:

Она горит внутри, когда снаружи

Причины к смерти нет.

Перечитайте внимательно последнюю реплику: «Так в годы внешнего благополучья/ довольство наше постигает смерть/ от внутреннего кровоизлиянья». Тут каждое слово — наш портрет.

И дальше не лучше: «гнойник довольства и покоя» — разве это не про нас? не про общество потребления, стабильности и равнодушия?

А «язва благоденствия», которая горит внутри и толкает устроить маленькую победоносную войну, хотя «снаружи причины к смерти нет».

Выучи этот текст, выйди на сцену, произнеси с точным и сильным чувством — буря аплодисментов тебе обеспечена.

…Когда Юрий Любимов в конце 1960-х захотел в Театре на Таганке поставить «Макбета» — ему запретили даже начинать. Страх чиновников был очень понятен: слишком актуальная, слишком политическая пьеса: на вершине власти — циничные, лживые, жестокие убийцы.

Любимов скорчил печальную физиономию: «Ну, может, хоть «Гамлета» разрешите?» А чиновники либо не читали, либо давно забыли: «Ладно, ставьте». А что там? Семейная драма: плохая мама, невеста без места… Таганский «Гамлет» имел бешеный успех, взял первое место на международном театральном фестивале, до самой смерти Высоцкого потрясал сердца.

Он был поставлен точно по рецепту Шекспира (который именно в «Гамлете» сформулирован):

«Цель театра во все времена была и будет: держать зеркало перед природой, показывать доблести её истинное лицо и её истинное — низости, и каждому веку истории — его неприкрашенный облик».

Конечно, есть театры, которые держат перед публикой кривое зеркало. Властитель отражается в нём гением всех времён, корифеем всех наук, рыцарем, сочетающим все добродетели. Текущий век… точнее, текущий миг истории в этом кривом зеркале видит себя справедливым, победоносным… Не так уж давно начальники, руководители, депутаты ездили по улицам наших городов, а на стенах домов и на крышах висели гигантские зеркала, в которых эти чиновники отражались как «ум, честь и совесть нашей эпохи». Где-то этих зеркал стало малость поменьше, где-то (например, в Грозном) заметно больше…

Но от Шекспира не спасёшься. Само количество кривых зеркал (в том числе те, которые вы включаете по вечерам) показывает веку его неприкрашенный облик.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Живой труп: смерть Джохара Дудаева была фиктивной?

Чернобыльцев-инвалидов выкидывают на улицу

Бывшие «Электроники» Торсуевы разорились и стали таксистами

Враг Кремля Алексей Навальный придумал, как перед выборами в Госдуму устроить контрольную закупку.

Большие выборы в сентябре — в Думу. А тут, глядишь, маленькие — в Барвихе, в какой-то местный орган. И какая разница: кто там депутат. Будь хоть марсианин — никакого влияния на политику, на экономику.

Марсианин ничего бы у нас изменить не смог, растерялся бы. А вот люди Навального… Они — реальные оппозиционеры.

На выборах в Барвихе победила Элла Памфилова
фото: Геннадий Черкасов


У нас в стране есть солидная, богатая, но нереальная оппозиция: «Справедливая Россия», ЛДПР, КПРФ. Сидят в Думе, хорошо упакованы, зарплата огромная, голосуют правильно, откровенно поддерживают президента. Почему они называются оппозицией? Да из тех же самых соображений, что наши ямы называются дорогами, а ЕГЭ — образованием. Они привыкли, что на выборах у них нет проблем — нужные проценты в ЦИКе нарисуют, в Кремле завизируют, мандаты вручат.

Но примерно половина избирателей (а это 55 миллионов взрослых людей) доверия к нынешним депутатам не испытывают. Возможно, предпочли бы других. Вот этот шанс и решили использовать Навальный с соратниками.

А проверку механизма начали в Барвихе — выдвинулись там кандидатами во что-то маленькое, муниципальное. Это как армия, которая не может сразу вся форсировать Днепр или Ла-Манш. Сначала какая-то группа должна захватить плацдарм. А Барвиха — плацдарм хоть и маленький, да удаленький, там живут высшие должностные лица страны.

Вообразите: на участке, где живёт президент России, выигрывают выборы его враги! Какое это произведёт впечатление на страну и на окружающую нас враждебную пропаганду?

Короче говоря, местные товарищи начали применять привычные, давно отрепетированные надёжные способы победить без реальной борьбы. Победить за счёт административного ресурса.

Например, устроили досрочное голосование. Оно вообще-то придумано для моряков-рыбаков, моряков-подводников, которые надолго уходят в плавание, — им перед уходом дают опустить бумажку в урну. Или чукча — пасёт оленей где-то в тундре — как его найдёшь в день выборов? как доставишь на участок? (да и денег никаких не хватит). А зачем досрочные выборы в Барвихе? Кто там уплывает в Антарктиду?

2470674
фото: Наталия Губернаторова
Барвиха, 20 апреля.

Оказалось, что в Барвихе досрочно обеспечивают победу нужному кандидату какие-то приезжие инопланетяне (таджики?), десятки которых вдруг прописались в квартире барвихинской единоросски. А прописавшись, немедленно получили право голоса. А получив это право — проголосовали за единоросску.

Всё это — присказка. А теперь — сказка!

На жалобу, на гневные вопли людей Навального отозвалась новая председатель Центризбиркома Элла Памфилова. Встретилась с протестантами, выслушала их гневные речи, потом прочла на всяких сайтах резкие (порой оскорбительные) отзывы о себе…

Она могла бы поступить так, как президент Путин рекомендовал во время своей «Прямой линии». Его спросили: «Стоит ли идти на выборы, если всё равно всё будет подсчитано в пользу «Единой России»?

Ответ был типичный (чтобы не говорить циничный):

ПУТИН. Отец народов (президент имел в виду Сталина) когда-то говорил: неважно, кто как голосует, — важно, кто как считает. Надеюсь, что это не тот самый случай. Во-первых, потому, что никто не сомневается в эффективности и объективности работы избирательных комиссий. А если у кого-то такие сомнения есть, то есть и способ защиты своих интересов.

Интересный ответ. Оцените слово «надеюсь» — значит, уверенности нет. Значит, «случай», может быть, всё ещё тот же самый — из 1930-х.

Оцените утверждение: «никто не сомневается в объективности работы избирательных комиссий». (После этого президентского заявления возникло острое желание подписывать «письма президенту» — Александр НИКТО… но ведь таких «никто» миллионы…)

А самое типичное: заявление президента, что у кандидатов-неудачников «есть способ защиты своих интересов». Имеется в виду, конечно, суд.

Но пока будет составлено заявление, пока суд примет, пока назначит разбирательство, пока пройдут все процедуры, экспертизы, прения — выборы будут давно позади. Знаем, проходили эту науку не раз. В этом смысле мы даже не второгодники, а двадцатигодники.

2470676

Новый глава Центризбиркома Элла Памфилова поступила иначе. Разобралась немедленно, обнаружила нарушения, отменила результаты откровенно фиктивного досрочного голосования.

Она победила не только рутинную систему фальсификаций. Она победила абсолютную уверенность Навального, что со сменой Чурова ничего не изменилось.

Не только радикальная оппозиция проверила свои силы. Свои силы проверила и Памфилова. Хватит ли их у неё для выборов федерального масштаба?

Александр НИКТО (МИНКИН).

Оригинал


1457012


Читайте также:

Видеореплика юриста ФБК Ивана Жданова о выборах в Барвихе

Гневно о Ходорковском: «Дядя Миша, вы дурак?»

Сколько заработал министр Ткачев на антисанкциях

18 апреля 2016

Модный Идиот

Ксения Ларина: О тексте Минкина
Константин Богомолов: Разбор поведения персонажа по имени «Александр Минкин»

2469884
фото: Алексей Меринов

Идиоты разные бывают. Князь Мышкин у Достоевского — добрый, мягкий, беззлобный, боящийся обидеть. Главное — чистый! Идиотом его называют потому, что он душою выше других; некоторым людям это нестерпимо.

Идиот на сцене «Ленкома» (Богомолов) — совсем иной. Главное — грязный. Мерзость беспросветная.

Название романа — «Идиот». Название богомоловского спектакля — «Князь». У Достоевского — Мышкин. Богомолов фамилию сменил: Тьмышкин.

Князь Тьмышкин. Поневоле вспомнишь князя тьмы, который абсолютно могущественное зло. А здесь его ублюдок — незаконнорожденный мелкий бес, крыса; и поздравим режиссера — сходство с крысой удивительное. Трудно сказать, чего тут больше: мастерства или природных данных. Все совпало: сам сочинил, сам поставил, сам играет Тьмышкина.

Текст, звучащий со сцены, не Достоевского. Такое могла бы смастерить волшебная сказочная крыса (смертельный враг геройского Буратино). Она разгрызла роман, притащила куски на сцену, кое-как слепила… Идею Достоевского она или не поняла, или потеряла, или сознательно отбросила, ибо бессильна воплотить. Зато вставила похабщину, всякое паскудство.

Настя (типа Настасья Филипповна) пишет Тьмышкину, как сообщают публике, любовное письмо — кровью! После маленькой паузы добавляют: «менструальной». Уточнение важное.

У Достоевского в «Идиоте» нет ни педофилии, ни педерастии. Но Богомолов без этого не может, он старается изо всех сил, и у него получается.

В романе подробно описан эпизод, когда Мышкин впервые видит фотографию Настасьи Филипповны:

«На портрете была изображена действительно необыкновенной красоты женщина. Она была сфотографирована в чёрном шёлковом платье, чрезвычайно простого и изящного фасона; глаза тёмные, глубокие, лоб задумчивый; выражение лица страстное и как бы высокомерное.

— Удивительное лицо! — сказал князь, — лицо весёлое, а она ведь ужасно страдала, а? Об этом глаза говорят. Это гордое лицо, ужасно гордое.

— А женились бы вы на такой женщине?..»

Когда князь Тьмышкин впервые появляется на сцене, там висит большой портрет изумительно красивой пятилетней девочки. Богомолов-Тьмышкин впивается глазами в это личико, смотрит долго, начинает задыхаться, у него подкашиваются ноги, кажется, даже слюни текут… Артист изображает откровенную страсть так долго, что самый последний идиот успевает понять: педофил.

Потом, когда ленкомовская Настя появится на сцене, мы увидим, что она заметно постарела. Ей уже не пять лет, ей уже за тридцать. Зато манера говорить — выпячивая губы, сюсюкая, картавя — как у трехлетней. Она рассказывает, как её с младенчества выращивали, и объясняет: «Чтобы трахать». Для тех, кто не понял, она повторяет это пару раз.

Настасья Филипповна у Достоевского мучительно страдает оттого, что её растлили. А на сцене «Ленкома» сухопарая сука за тридцать (ничуть не похожая на девочку и уж тем более на нимфетку) говорит нарочито детским голоском, как её «трахали», а слово «ребёнок» выговаривает так усиленно картавя, что получается нечто матерное. Если кто не понял, произнесите сами слово «ребёнок» без буквы «эр», да еще причмокивая, — вот и выйдет у вас Богомолов, даже в театр ходить не надо, обойдётесь своими силами.

Впрочем, если вам хочется получить чувство омерзения за деньги, то, наоборот, вам очень надо пойти в «Ленком» на Богомолова.

У Достоевского нет ни таких детских портретиков, ни таких глаголов. Жаль. Но основной инстинкт режиссера легко преодолевает недостачу. Артист мужского пола произносит со сцены «Ленкома» длинный, скучный кусок текста, похожий на большой фрагмент рассказа «Смерть в Венеции» Томаса Манна: пожилой господин страстно возжелал смазливого мальчика.

Чтобы Томас Манн не предъявил претензий, действие перенесено в Таиланд, упоминаемый мальчуган превратился в тайца, а стареющий гомосексуалист-педофил — в русского подданного с нерусской фамилией. Секс-туризм — это модно.

2469882
фото: А.Стернин
Молодой страстный купец — Александр Збруев. За решеткой — его Настя.

Описывать все паскудства очередного богомоловского спектакля считаем лишним, их слишком много. Кому охота — идите сами. Увидите, с какой тоской 78-летний Збруев играет молодого купца Рогожина. Увидите, с какой скукой сорокалетняя актриса играет жену генерала, а другая (которой седьмой десяток) играет её дочку. Им, похоже, очень стыдно.

Причмокивают от паскудства, смакуют мерзость — может ли быть? Почему же нет. Вспомните, как князь тьмы Воланд причмокивал, произнося смертельный диагноз «саркома лёгкого». Воланд чмокал при мысли о мучительной смерти очередного ничтожного человечка, Тьмышкин-Богомолов чмокает при мысли о дерьме.

Когда Богомолов выбирает «материал» для постановки, он (сознательно или нет) берёт дорогие вещи: любимые с детства «Три мушкетера», святую для театра «Чайку» Чехова, образ Христа (кого ж ещё превращать в Тьмышкина?).

Так пьяная матросня, вместо того чтобы гадить в унитазы, засрала драгоценные китайские вазы и шикарные ванны Зимнего дворца. Шедевры живописи? Рамы — на дрова, картины — на портянки.

Те — по невежеству, этот — из какого-то внутреннего паскудства. Теперь он должен добраться до Гамлета и Дон Кихота — как не вымазать дерьмом этих героев? Как не нацарапать на полированной двери лифта три буквы, а рядом пять букв?

Кретин гадит в лифте, когда никто не видит; люди потом огорчаются, моют, закрашивают. А режиссер делает всё публично, и находятся же такие, которые восхищаются. Художественные руководители знаменитых театров приглашают на очередную постановку, критики восторгаются… Неудивительно. Миллионы с восхищением смотрят на похабного негодяя-депутата, голосуют за его партию; его нарасхват приглашают в ток-шоу главных телеканалов. Почему бы не приглашать Богомолова в знаменитые театры? Вот он во время действия спустился в зал, мочится на публику (как поясняет яркая надпись — в какое-то водохранилище). Жаль, он делает это понарошку. Лучше бы по-настоящему. Но не совсем же идиот, понимает, что могут дать по ро… ах, простите, по личику.

(Многие зрители на премьере вели себя удивительно. Они хлопали артисту, который ещё ничего не сказал, просто за то, что он вышел на сцену. Они радовались встрече. Так чиновники сияют, когда входит президент; он ещё ничего не сказал, а они уже в восторге.)

* * *

Зачем брать шедевр мировой литературы? Ведь от героев ничего не остается, а идея исчезает вообще. А вот для этого — для афиши, для красивой биографии — мол, переставил всю мировую литературу. С тем же успехом какой-нибудь идиот мог бы гордиться, что подтёрся всеми шедеврами из семейной библиотеки.

На курево, на подтирку — солдаты рвали книги по неграмотности и по нужде. Умирающие от холода блокадники топили печки книгами. К ним претензий быть не может.

А некоторые идиоты бесятся с жиру, и к ним тоже претензий нет. Только к художественным руководителям театров, которые дают место, и к публике, которая платит за билеты, чтоб посмотреть унылое тягучее дерьмо (к которому тоже претензий нет, оно такое от природы).

Понятно, что статья о спектакле (даже критическая) служит рекламой. Понятно, что, описывая мерзости, невольно заставляешь морщиться читателей. Но как быть? Мы же имеем дело не с одноразовой акцией, а с явлением. И долго терпели.

Количество грязи портит качество жизни. Когда грязь становится нестерпимой, люди выходят на уборку территории, сгребают мусор, моют лифты, травят крыс и тараканов, лепят «стоп-хам» на лимузины наглецов.

А тут довольно просто — не ходить, не покупать билеты. Вы же не платите тем, кто блюёт и мочится у вас в подъезде, пусть даже у вас на подъезде нет мемориальной таблички «имени Чехова» или «имени Ленинского комсомола».

* * *

Эстетика? Вспомните, как нежные, ранимые депутаты и депутатки начали войну с русским матом.

Мат — часть языка, часть культуры. Важно: кто и как пользуется. Есть невероятно смешные матерные частушки, анекдоты. Есть очень смешные песни Шнура («Ленинград») — достаточно вспомнить «на лабутенах, нах, и в охренительных штанах» — миллионы хохотали, потому что тут в нескольких словах абсолютно точный узнаваемый портрет дурёхи, которая совершенно уверена, будто она — главный экспонат на выставке Ван Гога.

Мат разный бывает. Матерные слова вырываются сами в момент внезапной боли, внезапного испуга, внезапной аварии — это реакция спонтанная. Человек орёт матом, но без намерения кого-то оскорбить.

А вот когда матерные выражения прямо в лицо человеку говорит ублюдок, желая оскорбить, желая нагадить в душу, и делает это при женщинах и детях, он получает удовольствие. Такие попадались нам и на улице, и в маршрутке, и на детской площадке, куда нередко всякая шваль приходит вечером пить, вопить похабщину и совокупляться. У них такой образ жизни. В ответ на замечания они изумляются: «А чё такого?» — искренне не понимают.

На уличную похабщину люди натыкаются случайно и бесплатно, а в театре — платят.

Похабщина на сцене «Ленкома» — тупая, бездарная, холодная, выученная и отрепетированная — это не смешно, а грязно. И артисты это понимают.

* * *

Нам говорят, будто без мата не будет «художественной правды».

Бандит Пугачёв в «Капитанской дочке» обходится без мата. У Толстого в «Войне и мире» все солдаты, бегущие в атаку, офицеры, картёжники, пьяницы и даже смертельно раненные — никто не матерится. Картёжники, воры, убийцы у Достоевского — все без мата. Проститутки и клиенты борделей у Куприна — без мата. Партизаны, солдаты, офицеры в потрясающих фильмах Алексея Германа «Проверка на дорогах», «Двадцать дней без войны» — без мата. Все они как-то обошлись без «художественной правды».

Мат в стихах Пушкина есть, но к печати он их не предназначал. А когда шутливый стишок решил вставить в «Пиковую даму», то заменил строчку «мать их ети» на «Бог их прости».

Мат в стихах Пушкина в XIX веке не печатали вообще. В академических собраниях сочинений вместо нецензурных слов стоят чёрточки. Но даже если вам в руки попала суперсовременная книжка (например, Пелевин), где мат напечатан как есть, то всё же вы читаете в одиночестве. Ваш ребёнок, ваша сестра или бабушка не смотрят вам через плечо. Вы так же одиноки, как в туалете, где ваше занятие никого не коробит, не смущает.

Но когда похабщина звучит со сцены, а рядом с вами ваша дочь, ваша девушка, ваш отец — стыд заставляет зрителей опускать глаза.

* * *

Вкус? Дело не во вкусах. Это спор не об эстетике и не о политике, не об искусстве. Там глубокие принципиальные расхождения могут вызывать негодование, возмущение, гнев и ярость (как у Хрущёва при виде абстракционистов).

А тут речь об отвращении, о физическом омерзении. Волос в супе вызывает одинаковое чувство у людей разного возраста, пола, политических и эстетических пристрастий. Матерящийся и блюющий в метро (его вид, вонь, звуки) — всё заставляет людей бежать из вагона. Но волос в супе — случайность; если же вам в тарелку положили кусок того, что не тонет, — это не случайность.

На здании «Ленкома» гордая афиша: «Спектакль Константина Богомолова «КНЯЗЬ». Опыт прочтения романа Ф.М.Достоевского «Идиот». Это обман. Достоевского там нет.

…Если нет таланта, проще всего привлечь внимание похабщиной. Путь вниз бесконечен. Когда достойных книг для переделки не останется, режиссер, например, может сменить пол, чтобы обрести возможность прямо на сцене засовывать в себя мороженую курицу. На афише будет гордая надпись: «Богомолов. По мотивам опытов «Пусси Райот». Получится без обмана.

Оригинал

1457012

Читайте также:

Дмитрий Гудков: Четыре ноги и одна гильотина

Удивительная история «украинского карателя»

Космический админресурс на праймериз «Единой России»: расследование «МК»

14 апреля 2016

Замкнутая линия

Состоялась очередная «Прямая линия». Президент говорил с народом. Народ спрашивал, президент отвечал. И телезрителям, привыкшим ко всему, кажется, будто всё происходящее разумно. Так ли?

Замкнутая линия
фото: Алексей Меринов

Мы видим президента в центре огромной арены, вокруг него сотни людей. Еще сотни (а возможно, и тысячи) — в разных местах страны: на Урале, в Крыму… у каждого вопрос. Еще миллионы вопросов поступают по телефону, по интернету… Но ведь это безумие; мы же знаем, что президент успеет ответить лишь на несколько десятков. Ладно бы он сам выбирал, на что отвечать. Но и это невозможно: он даже прочесть эти миллионы вопросов не успел, готовясь к «Прямой линии».

В чём смысл происходящего?

Мы слышим вопросы: про ЖКХ, мусор, Сирию, Турцию, налоги, зарплату, лекарства, цены… Это по-настоящему важные вопросы.

Неужели президент не знает об этих проблемах? Неужели, пока его не спросили, он об этом не знал?

Судя по тому, что ответы звучат толково и быстро, он знал, изучал, готовился. Не может же быть, что он отвечает не думая.

А если он знает обо всех этих проблемах и имеет ответы — зачем вопросы? Президент мог бы выступить в прямом эфире: сказать о тревогах людей и о том, что и как он намерен сделать для их блага.

Вместо четырех часов потребовалось бы максимум полтора. Зачем нам показывают телефонисток, рассказывают про видеозвонки, носят микрофоны? В разных городах в полной готовности съемочные группы. Перед каждой группой десятки людей… Тот, кому дают возможность задать вопрос, представляется, улыбается, благодарит; некоторые передают президенту благодарности от родственников за его хорошую работу, за его неустанную заботу.

В чём смысл?

Единственное объяснение, которое выглядит хоть сколько-нибудь разумным: всё это шоу устроено ради того, чтобы люди увидели:

а) президент слышит голос народа;

б) президент знает ответы на все вопросы.

Неужели граждане думают, что без этого телемарафона он не знает о происходящем?

Но ведь это повторяется каждый год. Он что — каждый год узнает о проблемах таким образом? Нет, чуть не половина вопросов начинается так: «На прошлой «Прямой линии» (на позапрошлой) вы обещали… Но это пока не сделано». Чуть не половина ответов начинается так: «Я уже не раз говорил…»

Значит, уже спрашивали. Значит, уже отвечал. Снова-здорово. Это прямая линия? Скорее замкнутая; ходим по кругу.

Что это дает? Когда президент Путин только начал работать президентом — его мало знали, и надо было показывать. А теперь все уже знают. Миллионы всю сознательную жизнь живут при президенте Путине (все, кто родился после 1990-го). То есть столь ценимого политиками узнавания прибавить нашему президенту невозможно. Неужели это мероприятие бессмысленно? Неужели просто инерция?

Возможно, изобретатель этого телегипноза теперь переквалифицировался в диссиденты (потому что его выгнали из кремлевской обслуги). Возможно, он когда-нибудь расскажет в интервью, какой был «мозговой штурм», какой прорыв, какой успех! Да в декабре! — потому что торопились. Да без шапок на морозе — чтобы в подсознании сформировалось: царь и верноподданные…

Реализм происходящего лучше всего ясен из президентского ответа на вопрос москвича: «Стоит ли идти на выборы, если всё равно всё будет подсчитано в пользу «Единой России»?»

ПУТИН. Никто не сомневается в эффективности и объективности работы избирательных комиссий.

Уже никто? Последние выборы в Думу (2011) вывели на Болотную, на проспект Сахарова десятки тысяч сомневающихся. Куда они делись? Умерли? Поумнели?

***

Где ещё гражданам показывают такие спектакли? Как устроено в других странах информирование власти о проблемах народа и сообщение народу о благих намерениях руководителя? Как это устроено в тех странах, где живут не хуже нашего?

В тех странах, где живут заметно лучше, ничего подобного нет. А вот в некоторых странах, где живут заметно хуже, руководители выступают каждую неделю. И каждый раз — по нескольку часов. Значит, нам еще повезло.

Враг народа, наемник госдепа начал бы тут подсчет: сколько стоят такие телешоу, колл-центры, съемочные группы, доставка сознательных вопрошателей из отдаленных мест, командировочные… Сколько стоит гигантское эфирное время на двух величайших государственных каналах… И сколько больных сирот можно было бы на эти миллиарды вылечить, сколько суперсовременных протезов раздобыть где-нибудь (пока тут их не делают), сколько квартир построить для ветеранов Отечественной войны (говорят, еще не все получили обещанное).

А мы поздравим страну и народ: улучшение налицо. Когда эти прямые линии начались 15 лет назад, они случались в декабре. Толпы людей в разных городах часами стояли на морозе, коченели в ожидании, когда их населенный пункт подвергнется включению. А лидер — как и теперь — отвечал из теплого помещения. В «Письмах президенту» мы несколько раз обратили внимание адресата на эту ничем не оправданную жестокость. И вот результат — теперь в апреле.

Морозы позади, на дворе весна. Пора надежд, пора сажать картошку.

Оригинал


1457012


Читайте также:

Как свадьба Путина повлияет на курс валют и нефть?

Леонид Парфенов рассказал о своей «эмиграции в Израиль» и евреях

Олимпийский позор: спортсмены-инвалиды обвинили чиновников в вымогательстве призовых

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире