kuduktumus

Федот Тумусов

20 сентября 2017

F

Сегодня одобрили в первом чтении важный законопроект, который, на первый взгляд, может показаться проходным. О возможности отложить уголовное наказание для наркоманов, если они захотят лечиться.

Причем — что важно — захотят лечиться добровольно. Это раз. Два — будут осуждены в первый раз. И три — будут осуждены по статьям, связанным с наркотиками: ни в коем случае не за продажу, а в основном за перевозку, хранение и изготовление (выращивание) для личного пользования.

Конечно, первым делом мне скажут «с чего это Дума защищает наркоманов». А я на это отвечу тюремной статистикой: у нас примерно треть заключенных — «народная» статья УК 228, «Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов».

Безусловно, наркотики — это зло, но еще большим злом является тюрьма для человека, который осужден за них. Его ведь прежде всего нужно лечить, чтобы он перестал представлять опасность для общества, иначе по выходе из тюрьмы все вернется на круги своя.

А за 5 лет отсрочки все может измениться — и  наказание можно будет смягчить по итогам очередной амнистии, к примеру, и, главное, — вылечить.

У закона ведь  нет задачи покарать — у него есть задача не допустить вреда, а уж средства для этого можно выбирать самые разные.

Так что и я сам, и наша фракция голосовали «за». В  скором времени должны пройти два оставшихся чтения, и тогда я смогу сказать, что гуманизация законодательства, о которой не раз говорил Президент, продолжает идти.


Минздрав вчера поднял тему борьбы с родителями, которые не  хотят прививать своих детей. И у нас сразу есть две позиции. Первая — собственно Минздрава. Там предлагают в случае, если заболел непривитый ребенок, оплачивать больничный его родителям по пониженной ставке.

Вторая позиция: детский омбудсмен Анна Кузнецова, которая считает, что так делать нельзя. Аргументы простые: во-первых, трудно доказать, что ребенок заболел именно в  силу отсутствия прививки, во-вторых, так мы наказываем в том числе и ребенка, на заботу о котором у родителей будет меньше средств.

Я соглашусь с тем, что инициатива спорная. Конечно, наказание рублем — самое эффективное, но те люди, которые борются с прививками, уверены, что они борются чуть ли не с государственным заговором, и такое наказание только  подстегнет их убежденность. Боюсь, что эти люди не испугаются меньшей оплаты больничного (кстати, важный вопрос — а  сколько из них ходят на работу?).

Плюс расцветет рынок фальшивых документов о прививках — почва для коррупции очевидна.

По большому счету, в борьбу за жизнь детей в дело должны вступать органы опеки: забота об их безопасности и здоровье — их прямая обязанность. Предлагаемая же мера, на самом деле, кажется очень спорной и больше направленной на экономию бюджетных средств, чем на  реальную пользу для детей.

Сложный вопрос без универсального решения: он  заслуживает обсуждения, и рубить с плеча я бы не стал. Тем не менее, за всеми разговорами о принуждении нельзя забывать о пропаганде и образовании родителей. Это — залог будущего успеха.

Правительство написало отрицательный отзыв на мой законопроект о материнском капитале. Напомню, что я предлагал разрешить тратить его, в частности, на покупку семьями отечественных машин. Тут два в  одном: и поддержка автопрома, и помощь семьям.

Разрешение такое, на мой взгляд, необходимо уже потому, что к настоящему моменту половина материнских капиталов остается неизрасходованной. Я уже не говорю о  том, что вторая половина активно выводится по мошенническим схемам, то есть реально программа работает, мягко скажем, не в полную силу. Зачастую на деньги маткапитала невозможно купить жилье, до образования детей еще очень и очень далеко, что там будет с ценами — никто не знает, а лечение нужно не всем и не всегда, причем, когда оно понадобится, опять-таки здесь важную роль сыграет инфляция.

Машина же — это то, на что деньги на самом деле можно потратить здесь и сейчас.

Однако — нет. Читаем аргументы правительства.

Машину можно оформить только на одного из супругов, здесь не учитываются интересы ребенка.

Я в недоумении: а ребенка не будут возить на этой машине? Когда мы говорим о том же лечении — там ведь тоже можно лечить мать, это что, мы  вслед за логикой правительства должны посчитать неучитыванием интересов ребенка? И главное: маткапитал — это средство поддержки семьи, машшина этому определению отвечает полностью.

Вот тут сядьте понадежнее. Правительство официально заявляет, что мой законопроект повлечет за собой увеличение числа заявлений на использование маткапитала, что приведет к дополнительным расходам бюджета. «У меня для вас маткапитал есть, но я вам его не отдам». По сути, кабмин объявляет, что вся программа маткапитала — пиар, фикция, где главное — рассказать о том, как мы поддерживаем семьи, а не реально выдать им деньги. Причем ведь не просто выдать — а дать возможность купить машину. Но — нет, не получите, денег нет, держитесь.

Наконец, в  отдельных регионах, пишет правительство, на местные маткапиталы и так можно купить машину. — И что? На то они и  отдельные регионы. Плюс — почему нельзя просто сложить два капитала и купить машину лучше? Или она положена только  членам самого правительства?

Такой вопиющей несправедливости и цинизма я давно не  видел. За законопроект продолжу бороться в Думе.

11 сентября 2017

Выше МРОТ

Владимир Путин предложил приравнять МРОТ к прожиточному минимуму. Крайний срок — 1 января 2019 года, но, возможно и раньше.

Аргументы очевидны и  не нуждаются в объяснениях: зарплата должна быть такой, чтобы на нее можно было прожить. Если меньше — это не  зарплата. А между тем, на это «меньше» живут до сих пор 4 миллиона человек.

Сколько раз я слышал мнение, что повышать МРОТ нельзя: оказывается, что, увеличивая зарплату, мы уводим ее в тень. Мол, «денег нет», людей будут увольнять или платить копейки в конверте.

Однако по этому принципу нельзя вообще никак улучшать жизнь россиян — ведь это всегда невыгодно работодателю — ни больничные, ни отпуска, ни даже выходные.

Россия — социальное государство. Правительству это нужно просто запомнить и выполнить поручение президента. И чем скорее — тем лучше, ждать 2019 года совсем не обязательно.



06 сентября 2017

Страшная цифра

Просто вдуматься в цифру: 70% смертей молодых людей на Дальнем Востоке — от алкоголя.

Это не фантазия, не страшилка: сегодня такие данные привела министр здравоохранения. В целом алкоголизация региона в два раза выше, чем в среднем по России.

Вот она — настоящая национальная катастрофа. Вот, почему главная угроза для России не терроризм с экстремизмом, а невнимание к благополучию ее граждан.

На этом фоне лишь немного обнадеживают слова Вероники Скворцовой о том, что руководство страны задумалось о повышении расходов на здравоохранение. Здесь не задумываться надо, а давным-давно сделать охрану здоровья национальной идеей. И вместе с ней — заботу о людях в целом, ведь алкоголизм нужно не только лечить, его нужно предотвращать.

А это и создание рабочих мест, и карьерные перспективы для молодежи, и доступное жилье, и высокие зарплаты — все то, о чем большая часть страны (и особенно Дальний Восток) может лишь мечтать.

И распиаренный Дальневосточный гектар здесь — капля в море. Лучше, конечно, с ней, чем без нее, но как мало делается! А вспоминают власти об этом, лишь когда оглашается вот такая страшная статистика. Мы должны думать об этом постоянно и решать проблемы, а не готовиться их решать. Почувствуйте разницу.
05 сентября 2017

Как доктор Хаус

Минздрав намерен с 2019 года стандартизировать работу врачей: чтобы все заболевания они лечили по инструкции. Если, положим, у пациента любимая доктором Хаусом волчанка — и вот документ-шпаргалка, где написано, какие лекарства применять, какие процедуры проводить.

А если от инструкции будет допущено отступление — то извольте объясниться, почему.

Главный вопрос здесь, конечно, хороши ли инструкции. Проверить это можно будет лишь со временем, в практической работе, где наверняка будут выявлены та или иные недочёты и добавятся те или иные улучшения.

А акцент в работе врача в значительной степени сместится: с лечения на диагностику, то есть на того самого доктора Хауса. Ведь главное зачастую — это выявить причины болезни, понять, с чем именно пришел пациент, жалующийся на головную боль — это внутричерепное давление, рак, эпилепсия или просто хроническая усталость?

А дальше будет легче, ведь в помощь врачу уже подготовлены инструкции. И тут я не боюсь лишней бюрократии: подход сам по себе правильный.

Но, как всегда, будем смотреть на реализацию.

30 августа 2017

Право запрещать

Иным наблюдателям может показаться, что мы как представители власти необоснованно много времени уделяем проблеме нелегального и полулегального алкоголя: все эти «Боярышники», незамерзайки и прочие коктейли «Слеза комсомолки». Вот и сейчас можно, думаю, будет услышать критику на проект решения о том, чтобы дать регионам возможность ограничивать продажу таких жидкостей.

Конечно, мы бы и сами хотели не думать об этом, но — нельзя, потому что от такого алкоголя ежедневно гибнут люди, почти половина «алкогольных» смертей приходится на подобные вещества.

Конечно, здесь есть методы тонкой настройки: не больше двух в одни руки, повышение цен и т.п., но опыт показывает, что все это работает довольно слабо. Я сам всегда был сторонником экономических мер, однако и для них рано или поздно наступает предел.

Поэтому и я, и думский Комитет по охране здоровья в целом, считаем правильным дать регионам возможность запрещать продажу опасных спиртосодержащей жидкостей. О лекарствах — разговор отдельный, тут речь больше о незамерзайке и т.п. К счастью, существуют неспиртовые аналоги.

Остановит ли такая мера больных алкогольной зависимостью? — Не до конца. Но число смертей точно уменьшит и не даст недобросовестным производителям наживаться на человеческих жизнях.

При этом подчеркну, что речь не идёт о том, чтобы запретить все и сразу — это лишь возможность для регионов вводить ограничения. И она должна быть как экстренная мера, вспомним хотя бы Иркутск с массовым отравлением.

Решение США о сокращении выдачи виз бьет по всем россиянам. 

Если раньше конфликты ограничивались дипломатическими скандалами и экономическими санкциями, то теперь удар пошел по обычным гражданам. Причем — по жителям регионов, для которых теперь необходимо будет ехать в Москву получать визу, чтобы потом улететь в  США.

Кто пострадал больше всего? — Дальний Восток. Поездки в США становятся невозможными.

И ведь  очевидно, что все эти меры рано или поздно придется отменять, отношения налаживать вновь, но сейчас политика победила здравый смысл. Уничтожая международное сотрудничество, возможность диалога граждан, США уничтожают и  возможность налаживания контактов между странами.

Это санкции против всех нас.


Это трудно даже назвать бездушием — в Москве отказали в снабжении лекарствами двум больным ВИЧ пациентам. Точнее, эти лекарства им пообещали выдавать, но лишь в том случае, если регионы, откуда люди приехали, пришлют в Москву годовой запас медикаментов. 

Я понимаю, что у чиновников есть свои планы и инструкции. Но, помимо всех этих бумаг, у них должна быть еще совесть. Они ведь работают не затем, чтобы множить документы, а чтобы помогать людям. А от такой «помощи» хочется бежать.

И ведь это происходит в Москве — мягко скажем, не самом бедном регионе России. У города, который находит миллиарды рублей на одну лишь подсветку деревьев, не нашлось средств на лекарства для двух человек.

Оправдания этому я  найти не могу, надеюсь, что суд и  контролирующие ведомства исправят ситуацию.

Со своей же стороны могу лишь напомнить чиновникам, что лечение больных ВИЧ людей — это важнейшая задача для всего общества, так как ВИЧ — болезнь социальная.

Каждого пациента, который хочет лечиться (а таких, увы, не  слишком много) необходимо снабжать лекарствами, иначе эпидемию ВИЧ мы  никогда не победим. А с такими ответами чиновников — уж точно.  

10 августа 2017

Потерялась новость

В недрах сайта ТАССа потерялся материал с неброским заголовком: «Эксперты: пациенты с  первичным иммунодефицитом нуждаются в специальной программе помощи». Прекрасно понимаю, что прочитают его от силы несколько сотен человек — кому интересны какие-то эксперты и какая-то специальная программа?

Между тем, речь идет о  крайне важной проблеме: жизни людей, которые уже рождаются больными.

С  первых дней жизни им необходима помощь и, зачастую, длительные и тяжелое лечение, однако в нашей стране делается для этого крайне мало.

Начать с того, что выявлено случаев врожденного иммунодефицита (это не СПИД — тот приобретенный) в  России всего 800. Тогда как на самом деле, согласно медицинской статистике, должно быть как минимум в десятки раз больше. В легких формах эта болезнь встречается в одном случае из 500.

Итак, первая проблема — выявление, с этим у нас уже не справляются, диагноз не самый очевидный.

Вторая проблема — лечение. Здесь государство готово выделять ограниченные средства, но лишь в  экстренных случаях — на пересадку костного мозга. А вот все сопутствующее, в том числе реабилитация, — как-нибудь сами.

Поэтому «скучные» эксперты из заголовка и говорят о специальной госпрограмме по борьбе с болезнью: без нее проблему так и не будут замечать, число заболевших будет расти, а качество их жизни — снижаться.

Я уже давно работаю над проблемой — и надеюсь в  скором времени все-таки добиться результата.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире