koltashov

Василий Колташов

25 мая 2017

F
Новый митинг против реновации (27 мая), станет митингом за смену власти в Москве. Претензий к команде Сергея Собянина накопилось так много, что к реновации дело не сводится.

24 мая в Общественной палате прошло широкое осуждение задачи новой акции протеста. Причем обсуждали ситуацию не профессиональные политики или публицисты, а представители столичных протестных групп. Несколько часов люди перечисляли злодеяния столичных чиновников. Их нежелание вести реальный диалог с обществом (его откровенная имитация), а также напор в реализации своих разрушительных планов, вероятно, и привел к консолидации недовольных москвичей. Ни по одному частному вопросу люди больше не могут рассчитывать на успех в схватке с префектами и управами или даже самим градоначальником.

Вывод один: все должны объединить усилия. И это означает не только общее действие при подготовке акции, но и сохранение долговременного союза. Мэр может быть доволен – это плод работы его команды. Она не все делал дурно; так упорядочивание работы общественного транспорта назрело давно, мы с коллегами видели в этом пользу и пример для регионов, где с общественным транспортом вовсе беда. Но назрело давно и расширение транспортной сети столицы (необходимо удвоение сети общественного транспорта), и деньги мэрия могла бы тратить на это. При другом мэре. В реальности же добрых дел оказалось в сравнении с вредными и глупыми инициативами, дающими заработок приближенных к власти паразитическим бизнесам, оказалось мало.

Зато вредные дела команды Собянина знает, наверное, каждый житель города. Здесь и снос особняков 18-19 веков, и покушение на зеленые зоны, и еще многое иное. Потому на митинг решено выйти со следующими лозунгами: Нет – сносу гаражей, точечной застройке, платной парковке. Акция 27 мая на Суворовской площади (14.00 – 16.00) проводится также за права обманутых дольщиков. Но главный лозунг – против «реновации», агрессивной, не прозрачной, не основанной на интересах москвичей политики принудительно переселения. «Наш город – наши правила!» — такую позицию занимают движения и группы жителей столицы, общими усилиями организующие митинг в эту субботу. Позиция вполне логичная, абсолютно верная в условиях произвола.

Будет ли у митинга политическая составляющая? Судя по настроениям, да. Отставка Собянина как одно из главных требований уже просматривается. Напрашивается изменение всей конституции города, поскольку самовластие высоко сидящего большого начальника уж слишком явно ни чем не ограниченно. Это хорошо для приближенного к нему бизнеса, но очень плохо для города и его жителей. Носители же политических прав – они, а не чиновники и привилегированные фирмы.

27 мая в Москве должен пройти еще один митинг против реновации. Столичное начальство надеется сорвать его, поскольку не намерено отступать. Реновация слишком выгодна застройщикам и уже удалила с рынка огромное число вторичных квартир. Покупатели боятся их брать, и это логично. Москвичи же, по версии властей почти сплошь довольны. Тем временем позиция недовольных, тех, кто уже выходил на акцию протеста, должна быть уточнена.

Первый митинг в Москве не заметили только работающие на мэрию боты. Они были слишком заняты рукоплесканием в ряд, как про них говорится в песне Васи Обломова. Телевидение также было поглощено расхваливанием реновации. Тем временем началась подготовка второй акции протеста. Организаторы ее рассчитывают на еще большую мобилизацию москвичей. Но с какими требованиями они намерены выйти? Предварительные лозунги уже известны и демонстрируют рост недовольства горожан, который в толпе ощущался сильнее, чем на трибуне.

Москвичи недовольны не только реновацией. Они требуют: отменить платные парковки на улично-дорожной сети за пределами бульварного кольца и организовывать платные городские парковки только в виде отдельно стоящих площадок и охраняемых паркингов. По их мнению, необходимо также ограничить повальное применение запрещающих знаков 3.27 и 3.28. применять их только в местах, предусмотренных ПДД и местах повышенного автомобильного трафика. Не менее важно: пересмотреть установленные в 2016 году знаки и отменить — запретить точечное строительство. Считается необходимым организовывать транспортно пересадочные узлы (ТПУ) только в крупных местах пересечения транспортных потоков общественного транспорта. Возле обычных станций метро стоит организовывать исключительно перехватывающие парковки.

Реновация — главный вопрос протеста. Позиция недовольных здесь, однако, не сводится к отказу от якобы предложенного начальством улучшения жилищных условий горожан. Такой образ стремится создать сама власть. В реальности противники планов реновации настаивают в первую очередь на отмене принятия закона о реновации. Их позиция такова: для расселения достаточно существующего закона. И, действительно, зачем чиновникам принимать так срочно новый закон, если они, в самом деле, не хотят обманывать горожан? Но в том и дело, что ничего доброго от властей Москвы или более высоких чиновников ждать не стоит. Потому организаторы нового митинга готовят еще один лозунг.

«Собянина, Хуснулина, Ракову и Ликсутова — в отставку!» Так он звучит. А доверия к мэрии нет никакого. И это плод ее собственных стараний.

Мы все немного расслабились, слушая уверения министров в окончании рецессии. Так в России все уже якобы скоро будет хорошо. Однако мы, да и остальной мир, не только не вышли из кризиса, но и должны быть готовы к Третьей его волне. Ее эпицентром, вероятно, будет Китай. Немаловажную роль может сыграть разрыв пузыря на фондовом рынке США и других стран. Следом активизируются все внутренние факторы кризиса.

Об этом говорится в Докладе Лаборатории международной политической экономии Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова «Победить Третью волну: почему протекционизм, социальное государство и регулирование выведут нас из кризиса». Мы с коллегами закончили работу над ним и представили сегодня.

По нашему мнению, зарождение Третьей волны кризиса (возможно, более сильной, чем прежние) связано с сохранением причин кризиса. Они не были устранены в 2008-2017 годах, и с Третьей волной кризиса можно будет справиться только изменив экономическую политику. Для успеха необходимо соединить таможенный протекционизм, государственное регулирование и восстановление социального государства. В Докладе рассмотрены применявшиеся против Первой и Второй волн неолиберальные антикризисные меры и произведенный ими эффект. Выделены негативные последствия двух первых «побед» над кризисом. В заключении предложен подробный перечень мер другого порядка, а также оценен эффект, который они произведут в экономике.

В 2008-2009 годах мировая экономика пережила Первую волну экономического кризиса. «Эпицентром Первой волны были США, — говорит Руслан Дзарасов, заведующий Лабораторией международной политической экономии РЭУ им. Г.В. Плеханова. – Необычайно щедрая помощь банкам со стороны ФРС, США и других правительств вместе с разгоном экономик БРИКС привела к преодолению Первой волны кризиса. Но это не избавило от кризиса, а обеспечило новое обострение в 2013-2015 годах, которое получило название Второй волны мирового кризиса». Стабилизация рынков в 2016-2017 годах должна рассматриваться как окончание очередного стрессового периода внутри кризиса, но не окончание кризиса как такового.

Современный кризис отличается от обычных торгово-промышленных или финансовых кризисов. Он является кризисом смены длинной волны развития мировой экономики. Аналогичный кризис был в 1970-е годы, продолжаясь до 1982 года. Кризис этот также имел несколько волн. Тогда неолиберальная стратегия обеспечила экономический подъем на несколько десятилетий, сейчас она только затягивает кризис. Для преодоления его, необходимо перейти к принципиально новой экономической политике, в основе которой будет протекционизм, возврат к развитию социального государства и регулирование». Создать новые условия для экономического роста легче всего в крупных странах, таких как США или государства БРИКС. Но это требует политической воли.

Третья волна кризиса вызревает несмотря на успокоительный настрой экономических чиновников во многих странах и стабильность на рынках. «Потребление все еще поддерживается за счет кредитования, при том, что реальные доходы трудящихся уменьшаются в большинстве стран, – подчеркивает эксперт Лаборатории Дмитрий Заворотный. — Потому, эпицентром Третьей волны, скорее всего, окажется «мастерская мира» Китай.  Промышленный кризис в этой стране ударит по рынкам, вновь демонстрируя: меры по борьбе с кризисом, не затрагивающие его причин, не могут быть вполне эффективными и защитить от новых волн кризиса». При этом Третья волна может оказаться более разрушительной, чем две предыдущих волны глобального кризиса.

А противоядие? Оно есть, и о нем сказано. Необходимо отказаться от фритрейдерской политики, сокращения социальных расходов и других мер. Нужно защищать свой рынок, расширять его и одновременно стимулировать потребление. Тут важно возрождать, а не доламывать социальное государства и не стесняться регулировать экономику вообще.

Все силы европейской элиты были брошены на то, чтобы провести в президенты Франции Эммануэля Макрона. Его программа ничем не отличается от программ его предшественников, но он не принадлежит к потерявшим лицо старым партиям Пятой республики и не считается крайним правым как Марин Ле Пен. Он обаятельный «современный политик», он «центрист», который будет безжалостно атаковать социальные и трудовые права французов. И они его возненавидят.

Так уже было с Франсуа Олландом, который казался многим воплощением традиции социальной республики и вообще левым политиком. Курс его оказался резко правым (антирабочим). Еще более жестким может оказаться курс Макрона. Это вызовет неприязнь и сопротивление, что приведет его к фиаско как политика. То презрение, которое не скрывала на дебатах Марин Ле Пен, передастся миллионам французов. Они еще не знают этого. Надеясь на миловидность нового президента, за которого вчера проголосовали.

Произойдет то, о чем я ранее писал. Макрон будет непопулярен, потому, что в неолиберальном арсенале нет решений, способных вывести страну из тупика. Ей нужен равный экономический альянс с другими странами, что означает разрыв с ЕС, промышленный протекционизм, сохранение социальной системы и наведение порядка — устранение проблемы фундаментализма. Контроль над иммиграцией также необходим, как и возврат к франку. Эту программу могли бы продвигать левые, если бы они не были заняты оказанием помощи Макрону и неолибералам вообще. Но ее тезисы пока звучат только у «Национального фронта».

Ле Пен потерпела поражение на выборах. И у этого есть две причины. Во-первых социальный кризис во Франции еще не дозрел, а кризис партий Пятой республики не породил еще иммунитета к их политике. Это случится при Макроне. Вторая причина успеха неолиберального кандидата — явное и почти полное содействие левых, старавшихся остановить Ле Пен, тогда как угрозу интересам рабочего класса несет именно Макрон. Несмотря на все улыбки и милые фразы о том, как он любит республику, которая куда-то марширует, он — политик самого крайнего правого толка. Угроза интересам наемных работников исходит от него, а значит это так. И когда эта угроза реализуется, французы на многое взглянут иначе.

Пока же Францией будет править женщина, Ангела Меркель. Помогать ей будут брюссельские чиновники и президент Макрон.

Франции готовится проголосовать во втором туре президентских выборов. Пресса же уже объявила потенциального победителя. Им якобы является либеральный кандидат, лидер наскоро сколоченного движения «Вперед» Эммануэль Макрон. Мейстримные издания приписывает ему сокрушительную победу над Марин Ле Пен в недавних телевизионных дебатах. Газета Figaro отдала «красавчику» Макрону 64% голосов зрителей, а лидеру «Национального фронта» только 36%.

Выступление Макрона в дебатах называют убедительным, ярким, полным энергии, так необходимой Франции в это непростое время. За Макронам замечена гибкость в решении политических задач, широта взглядов, современный подход к делу и позитивный образ мысли. Указывается, что он не зациклен на негативе, что якобы поможет ему вести страну новой дорогой. Немаловажным считается, что у Макрона «трезвый» и вполне цивилизованный европейский взгляд на проблему России, и ее президента. У него де нет иллюзий насчет коварных планов этого наследника СССР. Макрон будет поддерживать жесткую линию, а не диалог.

Ле Пен выглядит в глазах медийных критиков иначе. Она якобы зациклена на отдельных вопросах, лишена гибкости и творческого мышления Макрона. Она – доктринер, тогда как обстоятельства требуют выработки неких оригинальных подходов в решении социальных и экономических вопросов. Макрону напротив приписывают понимание значения глобализации и способность эффективно адаптировать страну, ее экономику и общество к этому процессу; включить ее в некий абстрактно понимаемый всемирный прогресс. Провозглашается, что Франция не выигрывала от евроинтеграции и финансовой глобализации только потому, что ею не управляли такие современно мыслящие люди как Макрон.

Произнеся тысячу похвальных речей в адрес Макрона, пресса и «независимые» аналитики дружно констатируют: во втором туре французы станут голосовать за этого кандидата. Этот «естественный» вывод делается исходя из того, что самое голосование за Макрона – дело естественное для всякого нормального, мыслящего трезво человека. Так же «естественно» обещание поражения Ле Пен.

После всего сказанного о Макроне, после всех социологических замеров в его пользу французам вроде бы ничего не остается, как голосовать за него. Однако в деле есть немало «Но». Уж очень сильно напоминает ситуация выборы в США 2016 года. Тогда пресса также сообщала о лидерстве Хиллри Клинтон, а в дебатах она якобы неизменно одерживала победу, демонстрируя макроновскую широту, гибкость, современность и компетентность. Но Ле Пен гораздо сильнее Дональда Трампа и Макрона вместе взятых как политик. То, что ее критики с презрением называют косностью, на деле является последовательностью.

Ле Пен как политик – это старое вино, выдержанное и крепкое. Она никогда не виляла, не производила некрасивых маневров, рассчитанных на сиюминутный эффект. Она работала в одном направлении, тогда как другие политики слева и справа то критиковали ЕС, то прощали ему недостатки, то сомневались, раз народ тоже сомневается. Ле Пен повторяла одно: Франция должна требовать уважения к себе, и она не может быть подвластна ЕС и ФРГ. Экономический протекционизм не пугал Ле Пен, хотя был объявлен неолибералами признаком отсталости. Левые обратили на него внимание относительно недавно, поняв – этого хотят рабочие, поскольку им нужны рабочие места и хорошая зарплата.

Левый кандидат в президенты Жан-Люк Меланшон был первым крупным левым политиком, осознавшим – выводить из кризиса нужно конкретную Францию, а значит оказать поддержку ее производству необходимо. Однако в своей кампании он слишком часто употреблял слова «либо» и «если». Его позиция по Евросоюзу и еврозоне была критической, но недостаточно четкой. Однако он уже совершил поступок, который, вероятно, изменит судьбу Франции. Он отказался поддержать «прогрессивного» и «современного» представителя финансовой элиты Макрона. Он не призывал своих избирателей голосовать за это «меньшее зло», как это принято у коррумпированных французских левых и как поступила Компартия.

Меланшон оставил своим избирателям выбор. Они и могут сделать Ле Пен новым президентом республики, добавив ей порядка 20% голосов. Эти французы наелись неолиберализма, устали ото лжи и постоянного снижения реальных доходов. Они не хотят изъятия социальных и трудовых прав, что неизбежно случится в случае избрания президентом Макрона. Ле Пен абсолютно верно указала, что если этот человек станет президентом, Францией будет править женщина – канцлер Германии Ангела Меркель. Страну и народ будут «адоптировать» к глобализации самыми суровыми мерами, причем еврократия станет обращаться с ней не лучше, чем с Грецией. Унижение будет сравнимо со временем нацисткой оккупации.

Президент Макрон вызовет сильнейшее отторжение. Социальный кризис войдет в фазу наибольшего обострения, что будет чревато резким усиления влияния «Национального фронта» и его триумфальной победой. Виновники непопулярных реформ и унижения страны будут в итоге наказаны. Франция порвет с ЕС. Это неминуемо, поскольку все слова о современности глобализации и необходимости принять ее правила – ложь. Мировая экономика остается в одном из самых продолжительных в истории капитализма кризисов. Евросоюз и Франция едва ли могут утверждать, что знали ощутимую передышку между Первой и Второй его волнами. Колеса глобализации и неолиберализма изношены, не способны катить экономику вверх. Их нужно менять. Это задача привела Ле Пен к популярности.

Терроризм, безработица, миграционный хаос, козни Меркель и еврократии – эти «штампы», на которых якобы зациклена «несовременная» Ле Пен, отражают важнейшие проблемы Франции. Макрон может только усугубить кризис. Более того, эта фигура была выдвинута, а более самостоятельные политики старой школы задвинуты, потому, что глобальные финансовые элиты, руководство ФРГ и ЕС стремятся ослабить Францию. Для стабильности немецкой экономики и ЕС, для прибыли финансистов эта страна должна быть понижена в классе. Она должна стать обычной страной европейской периферии, республиканское и социальное наследие должно быть, как можно скорее ликвидировано. Франция должна стать управляемой и послушной страной, а не силой разрушающей ЕС.

У французов есть выбор. Одни могут поддаться довольно примитивной агитации за Макрона, податься социологическим внушениям и выбрать «лидера гонки». Других – многочисленных левых избирателей стараются склонить к голосованию за «меньшее зло» Макрона или уход в тень, что уменьшит явку и увеличит шансы избрания Макрона. Правые кандидаты, включая затравленного прессой Франсуа Фийона и «социалиста», Бенуа Амона призвали своих сторонников голосовать за Макрона. Однако в отличие от первого тура Ле Пен имеет шанс сконцентрировать голоса всех недовольных, критически настроенных французов. Если это случится, если народ вспомнит, как он обманулся с Франсуа Оландом, Ле Пен одержит победу. Во Франции начнутся перемены.

Если же, вероятно, с небольшим отрывом, президентом будет избран Макрон – Ле Пен победит его позднее. Судьба же его будет незавидной. Макрон обречен. Он проиграет не из-за моральной слабины, а как представитель отжившей политики. Ведь он не предлагает никаких решений, ничего нового, только следование уже заведшей Францию в тупик дорогой. Потому он может проиграть и сейчас.

Пока москвичи обсуждают, как им отразить реновацию и не быть выселенными в уродливые дома в отдаленных районах города, застройщики уже торжествуют. Да, план сноса пятиэтажек начал буксовать, но вторая цель мэрии уже достигнута.

В последние годы столичный рынок жилья находится в кризисе. Цены на квартиры, к огорчению воротил строительного бизнеса, перестали расти. Они снижаются, и все это происходит из-за избытка предложения. Спрос упал, а предложение только выросло. Причем продавцы жилья на вторичном рынке не желают понимать, что их долг (по мнению застройщикам) — держать вечно завышенные цены, ничего не продавать, но помогать застройщикам с более «гуманными ценами» делать свои продажи и всегда быть в прибыли.

На вторичном рынке цены снижаются и продажи есть. До кризиса этот рынок помогал тянуть цены вверх, теперь на нем они сдвигаются вниз.

В этой ситуации для застройщиков реновация является спасением. Она может дать им продажи, потому, что столичные власти выкупят у них все лишнее жилье. Никто не будет придираться к его качеству, его транспортной изолированности и дефициту социальной инфраструктуры. Это первая, всем понятная, но еще не достигнутая цель. Реновация же имеет и вторую цель. Она состоит в удалении с рынка Москвы огромного количества квартир, то есть конкурирующего с новыми квартирами жилья. Это позволит сдержать падение цен и забрать себе деньги покупателей, выбив большую их часть с рынка, где торг ныне возможен.

Это уже работает. Кто теперь осмелится покупать квартиры в пятиэтажках? Кто из покупателей может быть уверен, отдав за квартиру в старом доме огромные деньги, не окажется еще и обманут чиновниками при возможном расселении. Застройщики должны быть довольны: конкуренты уже выбиты. Предложение в глазах покупателя уменьшилось, поскольку большая его часть стала рискованной. Для продавцов из пятиэтажек на вторичном рынке — это проблема. Для большого строительного бизнеса — успех, а также ценный результат работы мэрии.

Накал страстей во французской политике вряд ли можно понять, оставив за скобками взаимоотношения внутри Евросоюза и экономический кризиса. Марин Ле Пен и Эммануэль Макрон борются за пост президента в эру затянувшегося кризиса, не делавшего в большинстве стран ЕС даже паузы. И победа Макрона, уже объявленная прессой, будет означать дальнейшее развитие кризиса.

ЕС сохранится, но напряжение внутри него будет возрастать. Французы будут в ярости от жесткой экономии Макрона, если он станет президентом. И на следующих выборах, а может быть и ранее, вновь встанет вопрос о смене власти и разрыве с Евросоюзом. Этот разрыв стране необходим. Только отказавшись от евро, а после и членства в ЕС, Франция получит шанс выбраться из кризиса. Но нужно буде найти новых экономических партнеров, например британцев.

В 2009 году страны ЕС стали все больше занимать, чтобы поддержать банки за счет одолженных у них же денег и обеспечить банки еще и стабильным доходом по гособлигациям. Эта политика продолжительное время удерживала евро в сильной позиции (подобное происходит сейчас с рублем), хотя экономические проблемы в ЕС были очень серьезными даже в 2010-2013 годах, когда в мировой экономике отмечались стабилизация и рост. Греки боялись порвать с ЕС во многом из-за того, что сильный евро сменился бы дешевой драхмой.

Брюссель и Берлин годами подавляли сопротивление, но противоречия внутри ЕС только нарастали. К 2017 году ЕС из кажущегося более здоровым в финансовом плане рынка (сравнивая с США) превратился в зону политической нестабильности. Евро опустился к доллару, долговой кризис правительств (с которым боролись при помощи «жесткой экономии», повышавшим материальную нагрузку на население) и сохранившееся сложное положение банков привел к «нулевой ставке» ЕЦБ и фактическому «нулевому росту» в экономиках.

Европейские элиты в этой ситуации придерживаются стратегии экспансии на Восток, которая привела к ассоциации Украины и Грузии с ЕС. Однако эта стратегия не имела эффекта для экономик Евросоюза и не даст его в 2017-2020 годах, даже если Россия из-за политических изменений станет более открытой для европейских элит, и будет внимательно слушать их рекомендации.

Зато под влиянием неэффективности этой экспансионистской политики будет идти распад ЕС с Запада. От ЕС откалывается Великобритания и должна будет отколоться Франция. Но для этого Ле Пен должна стать президентом или этот пост должен занять какой-то левый последовательно выступающий против диктата финансового капитала и еврократии. Если это случится, а случиться это может довольно скоро, для Европы настанет время больших перемен. Германия как гегемон ЕС может потерять контроль над другими экономиками Западной Европы.

Макрон, возможно, уверен в своем скором избрании президентом. И нельзя это исключать. Он может стать президентом, хотя его шансы сейчас равны шансам Ле Пен. Однако если финансовые элиты ЕС протащат его в президенты, то это не остановит развития французского социального кризиса. Бюджетные проблемы никуда не исчезнут, а снижение уровня жизни не прекратится. А это означает, что развитие кризиса Евросоюза не будет остановлено. Его развал будет отсрочен, но не более того. Развал же этот необходим, чтобы создать новый блок с новой социальной и экономической политикой, с возрождением индустрии и рынков.

26 апреля 2017

Доллар при Трампе

Положение таково, что президент США просто не может навредить доллару. Говоря иначе, он не может помочь американской экономике. Он заблокирован, но ищет слишком простые рецепты выхода из этой ситуации.

Во время предвыборной гонки 2017 года в США Лаборатория международной политической экономии РЭУ им. Г.В. Плеханова и Институт глобализации и социальных движений подготовили совместный доклад по экономической стратегии Трампа. Мы изучили экономическую ситуацию в США, и пришли к выводу: разрыв финансового пузыря мог бы вразумить часть конгрессменов и стоящих за ними корпораций, а без этого они будут блокировать работу Трампа и суды им помогут. Позднее стало понятно, что блокада Трампа установлена и является жесткой.

Трамп мог бы призвать сторонников в ряды Республиканской партии и провести там революцию, чтобы потом – в 2018 году захватить Конгресс, получив большинство на выборах. Однако пока видно лишь, что новая администрация прощупывает, нет ли в кольце блокады какой-нибудь бреши. А это означает, что доллару пока ничего не угрожает. ФРС может проводить прежнюю политику медленного повышения ставки, не опасаясь смены руководства в 2018 году, долг США никто осмелится и не сможет списать, а доллар ослабить ради поддержания промышленности.

Доллар будет оставаться в сильной позиции. Если Вторая волна кризиса выйдет из-под контроля в какой либо зоне мировой экономики капиталы побегут в доллары.

Только один факт лежит в основе популярности доллара. Это размер американского внутреннего рынка. ЕС — это попытка создать его европейский аналог, потому евро и является столь востребованной и надежной валютой. Но размера рынка мало, имеет значение  и то, что государство является центром накопления капиталов в глобальном плане. Это поддерживает курс доллара и евро, когда валюты «развивающихся экономик» обваливаются под влиянием вол кризиса. Капиталы в процессе устремляются в зоны доллара и евро. Только ЕЦБ сейчас имеет «нулевую ставку», активно подпитывая банки и ослабляя евро, а ФРС – повышает ставку.

В России мы сейчас мало обращаем внимание на установленные под долларом подпорки, поскольку идет укрепление рубля. Однако обеспечивающие это укрепление механизмы не столь надежны. Во-первых, долг правительства растет и его будет недешево обслуживать, это приведет к сокращению бюджетных расходов и спроса в экономике. Во-вторых, мировые цены на нефть могут и сдвинуться вниз. Это грозит привести к оттоку спекулятивных капиталов из рублевой зоны. И тогда доллар вновь вырастет. Все это скорее перспектива, чем вероятность. Об этом стоит помнить, всматриваясь в меняющееся соотношение рубля и доллара.

Американская экономика тоже не застрахована от обострения кризиса. Но пока ситуация в США и изолированность Трампа от больших внутренних дел, дает доллару и финансовым элитам США преимущество. Доллар остается главной валютой. Он выглядит надежнее евро, и он защищен от внутренних угроз, если не считать спящего экономического кризиса.

Так получается, что повышение мировых цен на нефть и укрепление рубля кризис не отменяют. Дмитрий Медведев может сколько угодно ставить точку в его истории, она там не ставится, а от повышения курса рубля народ выиграл совсем мало. Важнее же всего понять, как закончится это укрепление — что мы все потеряем.

В 2016 году случилось подлинное «чудо» с рублем. Финансовые власти США помогли сыграть на повышение цен на нефть, а банки — сыграли. В итоге избыток предложения углеводородов как тема был забыт, и все чаще стали говорить о равновесии или даже недостаточности предложения. «Чудо» с нефтью очень похоже на повышение цен на этот вид сырья в первой половине 2008 года и весеннее повышение цен на него в 2014 и 2015 годах. Но осенью тогда цены обваливались. А сейчас сохраняется лишь вероятность такого сценария. Дату его назвать нельзя.

Причина — развитие второй волны кризиса, включая активизацию его в США. Но есть еще китайская экономика, где существует промышленное перенакопление капиталов. Это важнейшая зона будущих событий. Одно из них, это постепенное ослабление юаня, которое приведет к сокращению ввоза сырья в Китай.

Потому вторая половина года может для рубля оказаться не столь благоприятной, и если падение развернется, то продолжится оно и зимой 2017-2018 года. Но в ближайшее время дорогая нефть удержит рубль в сильной позиции. И это не все! Существует международный неолиберальный элитарный консенсус. В его рамках российские власти продолжают выпуск рублевых облигаций, а финансовые спекулянты ради них входят на рынок и покупают рубли. В итоге рубль укрепляется вопреки движению нефти (с 55 баррель «черного золота» сместился к 51-52 долларам). За это «чудо» мы все заплатим сокращением социальных расходов, ростом тарифов и, возможно, налогов. Будет расти безработица, а зарплата двигаться вниз, пусть и не в безумном темпе 2015 года.

Финал «чуда» тоже можно предугадать. Спекулянты могут чего-то испугаться и выйти обратно в валюту, в доллары. Рубль при этом полетит вниз. Испугать спекулянтом способно падение цен на нефть или рост бюджетных проблем в России.

Пока же «чудо» с рублем дает возможность покупать импорт, отдыхать за пределами России и запасаться долларами в ожидании дня «Х». Жаль только, что денег у людей нет. Но если бы они были, возможно, кризиса бы не было. Однако он есть, и выпуск рублевых облигаций, и повышенные цены на нефть, и относительно сильный рубль — ничего не меняют. Он не проходит. Зря чиновники хвалятся.
По выборам во Франции. Сейчас все мейстримные силы в этой стране сплотятся, чтобы протащить в президенты Эммануэля Макрона. Либеральные масс-медиа называют Марин Ле Пен крайним правым или ультраправым политиком, а Макрона центристом. В реальности же он самый обыкновенный неолиберал, то есть политик правого – неоконсервативного толка. Ле Пен с ее идей регулирования напротив выглядит намного левее своего соперника; она не левая, конечно, просто за годы неолиберализма вся политика резко сдвинулась вправо.

Но избиратели стараются избегать крайностей, потому Ле Пен выставляется прессой как такая вот крайность. Манипуляция, обычное дело. Ее реальная крайность, это «ужасное» неподчинение Брюсселю и Берлину, а также враждебность к ЕС. Любимец левых и левый кандидат Жан-Люк Меланшон вовсе не так радикален по важнейшему для Франции вопросу. Одна его опора «если», вторая «или». Он по факту не против сохранения господства еврократии. Но он отсеян, а вот Макрон будет бороться за пост президента. И он не принесет Франции ничего нового, ни одной проблемы не решит, поскольку представляет школу давно провалившихся деятелей. Потому голосование за него означает голосование за сохранение существующей системы правил при усилении власти еврократии и финансового капитала над страной.

Французам предстоит сложный выбор во втором туре. Макрон имеет поддержку прессы, его оберегают от критики и хвалят. Он не принесет стране никаких перемен. Сохранится тенденция к усилению социального кризиса. Проблемы индустрии не будут решаться, поскольку без протекционизма (равно выхода из ЕС) сделать это невозможно. Недовольство общества продолжит возрастать, а следующим президентом станет уже противник неолиберализма. Однако, можно ожидать, что французские избиратели не захотят откладывать решение, уже ранее отложенное с голосованием за Франсуа Оланда, а выберут Ле Пен.

Во втором туре останется только два кандидата, а значит растащить голоса у реально опасного для правящих кругов ЕС кандидата от «Национального фронта» будет невозможно. Останется одно – заморочить избирателям голову, наобещав разных экономических благ и великих побед Франции, когда она реально унижена и будет унижена еще больше. Если это не сработает, что вполне вероятно, победит Ле Пен. А называть ее ультра после стольких терактов бесполезно.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире