13:38 , 20 мая 2014

Кто виноват в убийстве Анны Политковской? (Тезисы непроизнесенной речи)

Так случилось, что, участвуя в этом деле в качестве адвоката потерпевшей стороны с 2006 года, я не смогла участвовать в прениях сторон. А надо отметить, что у потерпевшей стороны по этому делу всегда была своя особая позиция. Потерпевшие заявляли о своей непредвзятости и сохраняли нейтральную позицию перед судом до самого последнего момента.

Поэтому адвокат Анна Ставицкая, выступавшая перед присяжными на прошлой неделе от лица потерпевшей стороны, заявила в качестве главной идеи нашей позиции: «Анна была принципиальным человеком, и вы должны принять принципиальное решение».

Что это означает? То, что нам, потерпевшей стороне, не нужно осуждение подсудимых любой ценой, а только лишь если присяжные, оставаясь на абсолютно добросовестных и принципиальных позициях, придут к выводу, что совершение преступления этими лицами является абсолютно доказанным.

Выступая в прениях сторон в 2009 году на рассмотрении этого же дела в Московском окружном военном суде, я считала необходимым напомнить присяжным, что Анна Политковская, известная своей борьбой с безнаказанностью, никогда бы не одобрила осуждение людей, чья вина не доказана.

В этом смысле позиция потерпевшей стороны принципиально отличалась от позиции властей – им во что бы то ни стало надо было осудить по делу хоть кого-нибудь, у нас такой цели не было. Им надо закрыть этот вопрос навсегда и уже никогда ничего по этому делу не расследовать. Наша цель прямо противоположна.

Вообще позиция потерпевшей стороны могла бы показаться стороннему наблюдателю не вполне ясной. Но это только для непосвященных, только в данном «неясном» процессе с неясными целями и задачами (точнее, ясными, но  тщательно скрываемыми); только — и именно — в том процессе, где рассматривались не основные, а побочные вопросы этого заказного убийства.

Позиция же потерпевшей стороны в целом, и в Европейском Суде, в частности, весьма проста.

Власти нарушили право на жизнь Анны Политковской, как минимум, в части позитивных (процессуальных) обязательств государства по праву на жизнь, а именно: следствие проводилось крайне неэффективно, с необоснованными проволочками, с многочисленными серьёзными нарушениями и без установления всех существенных обстоятельств преступления, а главное, без действительного намерения их установить.

В результате одно из самых громких и, позволю себе так выразиться, гнусных преступлений нашего века – политическое убийство талантливого и честного оппозиционного журналиста Анны Политковской — осталось нераскрытым.


Но оставим пока нашу позицию в Европейском Суде и вернемся к процессу в Мосгорсуде.
Итак, 22 апреля 2014 года, мы, потерпевшая сторона по делу, явились для участия в прениях сторон… Так случилось, что прения сторон неожиданно отложились на то время, когда я восстанавливалась после серьезной операции. То есть судьба избавила меня от необходимости высказываться перед присяжными по вопросам этого конкретного дела, и мысленно перебирая главные тезисы, то главное, что бы я хотела сказать присяжным, я окончательно поняла, что Мосгорсуд рассматривал не то дело. Интересы правосудия – собственно, то, что интересует потерпевшую сторону, в этом процессе всё равно не могут быть достигнуты.

Почему?
А вот почему. Присяжные, как и все участники процесса, должны оставаться, и это им многократно напоминалось, «в рамках предъявленного обвинения». Так вот, нас в значительно меньшей степени интересует дело «в рамках предъявленного обвинения», то есть в том объеме, в котором следствие передало это дело в суд.
Поясню.
Всё, что нас могло бы по-настоящему интересовать в этом процессе – раскрытие преступления и прекращение этой многолетней вопиющей безнаказанности. Следствие, а за ним и государственное обвинение, не достигло ни того, ни другого. Объем обвинения, который рассматривает суд, как мы помним, не касается всех ключевых вопросов дела: заказа убийства, его финансирования и организации руководства этим убийством.

Вот вам ситуация: некто задумал убить вашу коллегу или подругу, вашу маму или дочь. Этот некто недоволен — и такой мотив преступления признан следствием — ее критическими публикациями. (Интересно, кто бы это мог быть недоволен публикациями Анны Политковской?..)

И вот, представьте себе, это лицо – или лица – столь влиятельны и даже могущественны, что для этого преступления можно было нанять целый отдел тайной полиции, чтобы обеспечить слежку за Анной на несколько месяцев, а также привлечь отдел управления известной спецслужбы для выяснения ее адресов и для прочих мелких услуг…. Причем почти все эти лица известны и почти все они ушли от ответственности. За редчайшим исключением…

…В процессе рассмотрения дела мы в очередной раз заслушали показания Дмитрия Павлюченкова — субъекта, которого нормальному человеку без содрогания воспринимать сложно. Это бывший офицер такого специального отдела «тайной полиции», который должен, используя предоставленные им особые секретные полномочия, охранять порядок в стране и нашу с вами мирную жизнь. А они, офицеры этого отдела, за довольно скромное вознаграждение — ежедневно по 100 долларов доп.пайка на брата (сестру) — занимались (профессионально!) подготовкой убийства Анны.

Вот кого бы подробно расспросить по обстоятельствам убийства Анны, но… не тут-то было: непростая процессуальная судьба сложилась у руководителя этого таинственного отдела. Первоначально он, находясь под покровительством следствия, был главным свидетелем обвинения. Впоследствии, благодаря экстраординарным усилиям потерпевшей стороны, он стал обвиняемым, но в результате того, что его дело было выделено и рассмотрено в «особом порядке» – а потерпевшая сторона категорически возражала против этого – он смог избежать публичного судебного допроса по обстоятельствам убийства Анны и вообще полноценного судебного слушания дела. И вот теперь, в процессе по обвинению в убийстве других фигурантов этого преступления он вновь выступает… в качестве свидетеля. И этот статус – не только протекция для него, но и процессуальная ловушка для других участников процесса, умело расставленная в своё время следствием: как обвиняемый он имеет право не давать показания, а как свидетель он, при нежелании отвечать на любой сложный вопрос или явном противоречии в его показаниях, ссылается на статью 51 Конституции и… тоже отказывается отвечать на вопросы: «... я от бабушки ушел, я от дедушки ушел…».

Кто же дал ему уйти и зачем? Полагаю, прежде всего затем, чтобы он лишнего не сказал. И он молчит. И живет. Пока молчит — и пока живёт. Вспомним: ведь он обязался по «сделке о признании вины» выдать заказчика убийства. Он этого не сделал. И несмотря на это, «сделка» состоялась.

Так что же должно интересовать нас, потерпевшую сторону, в этом процессе?

Вопрос о роли братьев Махмудовых — на каком углу они стояли и почему? И я всерьез должна считать это главным вопросом по делу, участвовать в этих эпатажных дебатах, притом что преступление так и осталось нераскрытым и нерасследованным? И не установлено то лицо или те лица, кому по силам заказать такое убийство и разместить этот «заказ» на таком уровне?

Что же до людей на скамье подсудимых… Что ж, вопрос об их роли в этом деле всё же небезынтересен… Они, эти люди, обладают определенными знаниями по делу, они явно были в определенной степени задействованы в этом деле. Но они молчат, они, возможно, таким образом спасают себя, свои жизни. Имеют, к слову, на это полное процессуальное право. Для этого они, их адвокаты избирают определенную — убедительную, не очень убедительную или совсем неубедительную – позицию; и это их проблемы.

А наша проблема, наша задача – повторюсь – это добиться раскрытия преступления. И вот подсудимые – люди, которые обладают важной для раскрытия дела информацией – они ее скрывают. Допускаю, что это было бы опасно для них – раскрыть ее. Что ж, пускай они унесут эту информацию с собой – но в этом случае можно понять, что их судьба и нас не сильно волнует. При этом мы не сводим с ними счёты, не ставим им в упрек их защитительную позицию – каждый вправе защищаться всеми законными способами – и хранить молчание, в том числе.

Но мы осознаем, что благодаря их молчанию задачи правосудия в плане раскрытия преступления остались невыполненными. Этому способствовали не только позиция подсудимых, но и недобросовестный характер деятельности следствия, о чем мы заявляли с самых первых месяцев расследования и подробно это обосновывали.

Так что же по-настоящему важно в нынешнем процессе по убийству Анны Политковской?

А вот что. Так или иначе, но преступление остаётся нераскрытым. И даже известные его соучастники остаются на свободе, они даже не привлечены к уголовной ответственности. Не говоря уже об оставшихся безнаказанными заказчиках преступления. Что, разве это не понимает обвинение? Или председательствующий по делу судья? Понимают. Но они действуют в «рамках предъявленного обвинения». И суд превращается в фарс. А благодаря поведению участников процесса, которое мы терпеливо наблюдали все эти месяцы, судебная процедура превращается в дурной цирк. Саму Анну от такого правосудия точно бы стошнило.

Я не знаю, каким будет вердикт, но в этой клоунаде самые главные пострадавшие — это присяжные, потому что, рассматривая несколько месяцев это дело «в рамках предъявленного обвинения», то есть фактически в объеме, «разрешенном» следствием, они верят, что участвуют в отправлении правосудия, тогда как им предлагается просто выполнить заданный урок. А акта правосудия не случилось.

И это означает, что людей в России будут продолжать хладнокровно и профессионально убивать: «заказывать», выслеживать с привлечением самых классных специалистов из самых элитных отделов самой наисекретнейшей полиции и ... расстреливать в упор. А конкретные руки для этой работёнки всегда можно купить. Особенно если заказчики гарантируют полную безнаказанность. В любом обществе всегда найдутся «профессионалы» или маргиналы, которых можно купить за определенные деньги для того, чтобы осуществить чей-то преступный замысел. Да, тема конкретных исполнителей заказных убийств — она ведь тоже немаловажная криминологическая проблема, но это отнюдь не то, что отвечает на вопрос:

кто же виноват в гибели Анны Политковской?

Комментарии

105

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


20 мая 2014 | 22:32

Все известно станет после ухода этой власти...


(комментарий скрыт)

ilia_lvovski 20 мая 2014 | 23:07

Политковская не первая и не последняя где заказчик практичаски и не скрывает сроей причастности .Ведь для того и убивали ,чтоб продемонстрировать ,кто в доме хозяин . Его дружок говорил "сам убью и сам следствие вести буду " .И этот дружок уже много лет так и поступает .Вот таких и президентов и обожествляет рабский народ .


20 мая 2014 | 23:15

//кто же виноват в гибели Анны Политковской?//

Преступный режим.


yura51 20 мая 2014 | 23:28

Я понял что Анну убило преступное государство.Как мерзко...


laotszy 20 мая 2014 | 23:39

Уважаемой Карине Москаленко.
Нет, сейчас провести настоящий процесс невозможно,заказчик, а о нем многие догадываются, -еще бы- такой подарок неуклюжий, не позволит это сделать.понимая как тяжело так работать выходов было несколько- от отказаться и не пачкать рук,до собирания документов для будущих времен.а они придут, ведь все в конце концов меняется когда. И оканчивается однажды.


(комментарий скрыт)

olfed 21 мая 2014 | 00:28

Боже, храни Россию


(комментарий скрыт)

21 мая 2014 | 01:05

"КТО ВИНОВАТ В УБИЙСТВЕ АННЫ ПОЛИТКОВСКОЙ?" Судьба.


21 мая 2014 | 02:56

Сбивчивое и невразумительное выступление адвоката - накидала кучу вопросов и политических обвинений и не больше.
Ясно, что Анна была убита чеченцами. Ясно, что им в этом помогали подонки из силовиков - Павлюченков дал об этом показания... Но главного заказчика знал
исключительно руководитель убийства - Гайтукаев. Надо было бы мудохать его - пока не назвал бы своего заказчика. Но ведь демократы и адвокаты добились того, что мудохать таких как Гайтукаев сегодня нельзя... И вот этот ключевой обвиняемый отказывается называть имя главного заказчика... Ну и что предлагает делать следствию адвокат ? Да ничего, так ... идут политические завывания, и не больше...
И потом, все это время родственники и "Новая газета" не раз говорили о том, что следователи добросовестно и объективно ведут дело.
Надо отслеживать судьбу Гайтукаева... где он будет отбывать наказание. Создать ему такие условия, чтобы он заговорил...


21 мая 2014 | 07:56

А сбивчивое и невразумительное поведение власти Вас не смущает?
А мудохать подозреваемого - это единственный способ ведения следствия, который мог бы помочь следакам?
Дожили!


21 мая 2014 | 07:51

Даже добро на серьезный уголовный процесс с участием Павлюченкова просто опасен для власти. Само копание в грязном белье сомнительного подразделения пугает власть.
А возможные проговорки? Вызовы неприятных свидетелей.? Да черт знает, что еще?
Но знать своих героев страна обязана.


21 мая 2014 | 07:56

При всей противоположности позиций обвинения и защиты, они единодушны в одном: они считают судебную процедуру по части присяжных клоунадой и не считают процесс правосудным.
Процесс завершен, обьявлены виновные, а преступление не раскрыто.
Это результат восьми лет деятельности российской Фемиды. Ей следует утопиться.


inventor19 21 мая 2014 | 08:42

Каринна Москаленко: "кто же виноват в гибели Анны Политковской?"

Раз "следствие" ведёт себя таким образом, заказчиком является власть с самого верха.


latinin 21 мая 2014 | 10:02

Отличная статья, понятен механизм защиты преступления от освещения.
Надеюсь что обвинения по соучастию в убийстве не будут иметь срока давности, ниточки ведь идут не вниз, а на верха.
Будет гигантская работа у следственных органов после краха этой вертикали..


serjo1977 20 мая 2014 | 15:38

Преступление не раскрыто - заказчик не назван. Павлюченко прямо нарушил условия соглашения со следственными органами, дав заведомо ложную информацию о заказчике. Власти, похоже, это устраивает.


saamov Григорий Сомов 20 мая 2014 | 15:41

Прошу извинить, должно быть - принципиальная

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире