incrussia

Inc

22 мая 2017

F

Оригинал текста

На кассы нового поколения — они обрабатывают чеки в электронном виде и автоматически пересылают копии в налоговую — розница полностью перейдет в начале 2018 года, но бизнесу надо беспокоиться уже сейчас. Часть компаний не сможет работать со старым фискальным оборудованием уже через месяц — с 1 июля, а тем, кто не перейдет на онлайн-кассы вовремя, грозят серьезные штрафы. Нехватка и дороговизна касс нового поколения подливает масла в огонь. Представители компаний, производители фискального оборудования и эксперты рассказали Inc., как продвигается реформа, что нужно для перехода на новые кассы и что изменилось в бизнесе у тех, кто на них перешел.

C 1 июля почти все организации переходят на новую контрольно-кассовую технику (ККТ) — онлайн-кассы. Отсрочка до 2018 года дана только вендинговым компаниям, плательщикам единого налога на вмененный доход (ЕНВД) и предпринимателям на патенте, не торгующим алкоголем. Таково требование закона № 54-ФЗ «О применении ККТ», куда внесены поправки: теперь данные о расчетах с покупателем будут передаваться в Федеральную налоговую службу (ФНС) в режиме реального времени — для «прозрачности» оборота, выведения наличности из «тени» и, как следствие, увеличения бюджетных доходов.

Нововведения затронули всех использующих ККТ, а также некоторых работающих без ККТ (предпринимателей на ЕНВД, ПСН, вендинговые автоматы). Интернет-магазины, работающие с Webmoney, Яндекс.Деньги, Qiwi и т. п., также должны перейти на онлайн-кассы. От перехода на новую ККТ освободили бизнес на отдаленных территориях, где есть проблемы со связью (список труднодоступных мест утверждают региональные власти), а также 20 видов мелкого предпринимательства: торговлю мороженым, газетами, ремонт обуви, изготовление ключей, сдачу жилья в наем и т.п. — прописанные в ст. 2 закона).

Как работает онлайн-касса?

Функция фискального накопителя  — блока памяти онлайн-кассы — хранение и шифрование данных о расчетах для онлайн-передачи налоговой. Данные передают и 5 лет хранят организации-посредники — операторы фискальных данных(ОФД). Договор с ОФД (их десять) — обязанность бизнеса. 

Новое оборудование должно отправлять чеки на email. При расчетах в сети обязателен только электронный чек, оффлайн-магазины должны по требованию отправлять его на телефон или email покупателя (по почте — только «при технической возможности», как оговорено в законе). Кассир считывает сканером с мобильного телефона покупателя его личный QR-код (на страничке «Моя визитная карточка» в специальном мобильном приложении) и автоматически получает сведения, куда отправить чек в электронном виде. Такой чек невозможно потерять, а в приложении могут накапливаться данные о покупках. Их, как считают в ФНС, можно использовать для контроля семейного бюджета. 

QR-код на чеке можно отсканировать и проверить в базе ФНС, а при его отсутствии в базе — сообщить в налоговую. Редакция Inc. проверила: приложение работает. Но в одном из супермаркетов «Азбуки вкуса» (сеть уже работает с новым оборудованием) кассиры очень удивились просьбе отправить чек на email или по sms: об этом требовании они даже не слышали. 

«Возможно, кассиры просто не видели в этом необходимости», — предположила в разговоре с Inc. директор по маркетингу «Азбуки вкуса» Галина Ящук: у сети есть свое приложение «Вкусомания», где хранится вся информация о покупках. Более конкретные пояснения оперативно она дать не смогла.

Новой контрольно-кассовой техники хватит не всем

Самая актуальная тема для бизнеса — нехватка техники. В марте вице-президент Торгово-промышленной палаты (ТПП) Елена Дыбова назвала дефицит онлайн-касс «колоссальной проблемой». Производители объясняли ее нехваткой фискальных накопителей: без них кассы нельзя поставить на учет. До последнего времени накопители выпускала лишь одна компания — ООО «РИК». Цену накопителей — 6-8 тысяч при себестоимости менее 1000 рублей — предприниматели считают завышенной.

В конце марта еще две компании стали производить фискальные накопители. Но у бизнеса по-прежнему проблемы с их приобретением. Нехватку ККТ подтвердила в разговоре с Inc. исполнительный директор Национальной ассоциации сетевой торговли Лия Левинбук (НАСТ; объединяет непродовольственных ритейлеров — Inventive Retail Group, сеть аптек «Ригла», Ideas4retail и др.). По словам Левинбук, из-за этого многие магазины вынужденно приостановили работу.

Бизнес-омбудсмен Москвы Михаил Вышегородцев рассказал Inc., что сейчас в столице нет проблем с новыми кассами (с нехваткой в том числе): «Если были бы, то у меня давно были бы жалобы. А вот в других регионах есть». В первую очередь, с ценой (для предпринимателей из регионов техника слишком дорога) и со связью. Иван Ефременков, руководитель Центра правовой экспертизы и аналитики проблем предпринимательства «Опоры России», тоже считает ситуацию в Москве лучшей, по сравнению с регионами: оттуда поступают сигналы о нехватке техники.

Ряд компаний оплатили поставку новой техники еще в феврале, но контракты не выполнены, рассказал Inc. Артем Соколов, исполнительный директор Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ; входят «М.Видео», «Детский мир», «Lamoda», «KupiVIP.ru» и др.).


Фото: Эвотор

По словам гендиректора компании «ВИТАМИНЫ» Евгения Кима (розничная продажа свежих овощей и фруктов), они не попали в критическую ситуацию только благодаря своей предусмотрительности. У компании интернет-магазин и две оффлайн-точки — в «Москва-Сити» и на Никольской улице. Последнюю открывали с учетом нового закона, в ноябре прошлого года. «Как нам сказали продавцы, мы чуть ли не первые купили онлайн-кассу», — рассказывает Inc. Евгений Ким. Новое оборудование для точки в «Москва-Сити» тоже приобрели заранее: срок действия ЭКЛЗ (электронная контрольная лента защищенная; применялась до введения фискального накопителя и тоже хранила данные, но не передавала в налоговую онлайн — Inc.) в POS-терминале истекал в конце марта. Изначально «ВИТАМИНЫ» планировали модернизировать терминал, установив в него фискальный накопитель, — так выгоднее, поясняет Ким. По его словам, нынешние POS-терминалы функциональнее: в них настроены выгрузки и весы, — а новых терминалов с удобными опциями для сервиса пока нет. На время замены ЭКЛЗ сервис купил новые онлайн-кассы у производителя «Эвотор» — чтобы не было простоя в работе.

«Уверяли, что фискальный накопитель в наши терминалы установят быстро и без проблем. Но мы все же подстраховались», — говорит Евгений. По его словам, накопителей нет по сей день и никто не знает, когда они появятся.

Кафе «Рецептор» / Фото: Алексей Константинов/Inc

В московских ресторанах «Рецептор» тоже заранее купили новые кассовые аппараты. «Знали, что могут быть задержки из-за общего ажиотажа», — объясняет основатель сети Надежда Пак. Ее рестораны сейчас не испытывают проблем в работе новой техники.

По мнению чиновников, сейчас проблемы с оборудованием устранены, и власти не собираются переносить дедлайны,, но обещали быть лояльнее с санкциями. Глава ФНС Михаил Мишустин в апреле заявил, что налоговая не будет штрафовать предпринимателей, заключивших контракт на покупку новой техники, но не получивших ее до 1 июля.

Какая ответственность ждет бизнес 

За торговлю без онлайн-кассы ИП грозит штраф в размере 25-50% выручки по чекам без новой ККТ (но не меньше 10 тысяч рублей), компаниям — 75-100% (но не меньше 30 тысяч рублей).

За повторное нарушение (если его сумма больше 1 млн рублей) работу компании приостановят на срок до 3 месяцев.

За использование онлайн-кассы с нарушениями (например, без регистрации в ФНС) последует предупреждение или штраф: 1,5-3 тысячи рублей для ИП, 5-10 тысяч рублей для компании.

Какие еще сложности

По подсчетам ТПП, общие расходы на установку оборудования — от 56 тысяч (Санкт-Петербург) до 117,5 тысяч рублей (Кемеровская область). Переход на онлайн-кассы в Москве обходится в среднем в 60 тысяч рублей и вдобавок фискальный накопитель нужно менять ежегодно (малому бизнесу — раз в три года). Оператор фискальных данных (ОФД) берет за обслуживание 3000 рублей в год. Потратиться Придется потратиться на новое ПО, регистрацию кассы в ФНС (около 3 тысяч рублей) и рабочее место кассира с доступом в интернет. Оффлайн касса может работать до 30 дней (например, в случае сбоя) и передать ОФД накопленную информацию за один сеанс. Но по истечении месяца фискальный накопитель заблокируется. Предприниматели смогут пользоваться передачей данных через сотовую сеть (достаточно 2G).

Сергей Зеленов, руководитель комитета по экономике московского отделения «Опоры России», еще прошлым летом прогнозировал, что установка новой техники сильно ударит по малому предпринимательству. Налоговый вычет (до 18 тысяч рублей на один аппарат), обещанный малому бизнесу, работавшему без ККТ (законопроект на рассмотрении в Госдуме), расходы не покроет.

 — Это дополнительная нагрузка на бизнес, — говорит в беседе с Inc. Мария Райлян, соучредитель московской кофейни West 4. Coffee Brew Bar. — У маленьких предприятий, как наша кофейня на Остоженке, есть некоторые лазейки: работаем как ИП по патенту и новое оборудование с нас потребуют только в 2018 году. Но через год нам придется поставить онлайн-кассу с фискальным накопителем — примерно за 35 тысяч рублей. Конечно, без этого жить было бы легче.

Однако у кофейни уже прибавилось забот: в июне открывается сервис обжарки кофе, где по закону обязаны установить новое оборудование. По словам Райлян, пока этот вопрос не решен. «Нам сказали, что стоит очередь и нужно прямо сейчас заказывать новое оборудование, — делится она. — Но мы пока не сделали заказ. Озадачимся этим вопросом через месяц».

Преимущества для бизнеса

Выгода реформы для налоговой службы очевидна: меньше выездных проверок и больше ожидаемых доходов. По мнению властей, новая техника уже дает положительные результаты: поступление налогов за первый квартал 2017 года выросло на 30,8%, до 4,2 трлн руб.

А какие преференции получит бизнес? Первое, на что указывают в ФНС, — можно самостоятельно регистрировать новое оборудование через сайт налоговой, с электронной цифровой подписью. Но Надежда Пак из «Рецептора» предупреждает, что первичная авторизация и настройка безопасности в личном кабинете на сайте ИФНС может занять несколько часов и только потом можно быстро, минут за 15 зарегистрировать оборудование.

Впредь не придется платить за услуги центров технического обслуживания, которые раньше занимались регистрацией и ЭКЛЗ: фискальный накопитель можно менять самостоятельно. Но для ремонта техники,если вы не справитесь сами, все равно понадобится договор с центром.

Еще один плюс — меньший документооборот.

— Работать по новой системе очень удобно, — сообщил Inc. представитель фермерского кооператива LavkaLavka (Москва). — Фискальные данные передаются в электронном виде. Не нужен журнал кассира-операциониста и ежедневные z-отчеты, не нужно ежегодно возить блоки памяти кассовых аппаратов в налоговую для проверки отчетности и оплачивать услуги фирм-посредников. Это снижает затраты на обслуживание кассы.

Пока только в одном магазине-кафе LavkaLavka на ул. Сивцев Вражек (открылся 31 марта) работает новая касса. Аппарат стоил около 22 тысяч рублей — дешевле, чем старый (около 30 тысяч). «До 1 июля, как и предписывает закон, переведем на новые кассы все наши магазины», — сообщили в LavkaLavka.

Новые сервисы от ОФД, производителей касс и платежных агрегаторов — в частности, мониторинг данных, — дополнительный бонус для бизнеса. Сбербанк намерен предлагать онлайн-кассы в лизинг. «Яндекс» сообщил, что намерен интегрировать систему «Яндекс.Касса» с новым онлайн-оборудованием. 

В аналитических сервисах очень заинтересован, к примеру, кофейный кооператив «Черный», рассказал Inc. его сооснователь Артем Темиров. «Мы хотим понимать о своих продажах больше, чем понимаем сейчас», — говорит он. В «Черном» установили новое онлайн-оборудование еще в июле 2016 года, при расширении точки на Покровке, в Москве. Потратили 70 тысяч рублей. «Это дороже, чем простой кассовый аппарат, как у нас был до этого, — за 12 тысяч рублей, — но дешевле, чем мы платили за навороченную кассу», — делится Темиров.

Впрочем, о технических и аналитических возможностях новых аппаратов судить пока рано, соглашаются предприниматели, опрошенные Inc. Требуется тестирование и время. А сейчас они заняты закупкой оборудования, чтобы обеспечить бесперебойную работу, говорит гендиректор сервиса «ВИТАМИНЫ» Евгений Ким. По его словам, серьезных сбоев в работе новых аппаратов пока не было.


Фото: Эвотор

«Все в процессе, на разных стадиях. Очевидных проблем нет», — сказал Inc. совладелец и управляющий партнёр сети клиник «Чайка» Александр Винокуров. «Мы подготовились заранее и уже все переоборудовали, — сообщил Inc. и ресторатор Владимир Перельман (основатель ресторанного холдинга Perelman People — I Like Bar, I Like Grill, I Like Wine, Beer&Brut). — Пока проблем нет. Посмотрим, что будет летом».

Не откладывать на завтра

Собеседники Inc. уверены, что главная причина, по которой можно не уложиться в срок, — инертность бизнеса. «В Москве нет проблем кроме одной: любой предприниматель думает, что сделает все в последний момент», — считает бизнес-омбудсмен столицы Михаил Вышегородцев. Он привел статистику ФНС по Москве: к 28 апреля зарегистрировано 39 500 новых ККТ — 34% от количества, планируемого к 1 июля 2017 года.

Все будут заниматься вопросом в последний день, прогнозирует Ефременков из «Опоры». «Люди откладывают все на последний момент. Думают, что закон отменят», — говорит Визгин из «Дримкас».

Но закон не отменят и сроки не перенесут, уверена Лия Левинбук из НАСТ: слишком много было сделано для реализации реформы. А штрафы высокие. «Тем, кто не перешел, надо срочно переходить», — призывает она, как и другие собеседники Inc. «Чиновники обещали не наказывать добросовестных опоздавших, но вряд ли это затянется, — поделился с Inc. Андрей Карпов, председатель правления Российской ассоциации экспертов рынка ретейла. — Скорее всего срок будет установлен в каждом регионе по усмотрению налоговой». Главное — успеть заключить все договоры к 1 июля, акцентирует Ефременков из «Опоры».

Как перейти на онлайн-кассы:

1. Купить новую кассу с фискальным накопителем или, при возможности, модернизировать старую (установить фискальный накопитель и перенастроить). Проверить на сайте налоговой, внесена ли касса в Реестр контрольно-кассовой техники.
2. Получить электронную цифровую подпись в одном из центров, аккредитованных Минкомсвязи.
3. Заключить договор с ОФД.
4. Снять старую кассу с регистрации в налоговой (удаленно это сделать невозможно).
5. Зарегистрировать новую кассу на сайте налоговой.
6. Проверить, все ли работает (для этого нужен бесперебойный интернет).
7. Зайти в личный кабинет на сайте ОФД и проверить контакт кассы с оператором.

Более подробную информацию можно найти на сайте ФНС.

Автор: Алина Михалёва

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.


Фото: istockphoto.com

Оригинал текста

Глобальная автоматизация радикально меняет целые отрасли экономики и рынок труда. По оценке Boston Consulting Group, к 2025 году каждое четвертое рабочее место в мире займет робот. Но у этого процесса есть и позитивная сторона. В исследовании PwC отмечается, что из-за автоматизации появятся новые рабочие места и специальности. Российские эксперты и представители компаний, автоматизирующих свои бизнес-процессы, рассказали Inc., какие профессии, по их мнению, окажутся востребованными в будущем, а какие исчезнут раньше других (некоторым стоит напрячься уже сейчас).

Операторы call-центров

Первыми исчезнут операторы call-центров: уже сейчас можно заменить их роботами, — считает управляющий инвестиционным портфелем ФРИИ Сергей Негодяев. Он напомнил, что в некоторых компаниях (например, девелоперских) сотрудники общаются с клиентами по телефону, используя очень жесткие скрипты. «Будто общаешься с машиной, а не с человеком, — вот до чего доходит», — сказал Негодяев в беседе с Inc.

По его словам, полная замена операторов call-центров — вопрос времени. «Сейчас все хотят функцию переключения на живого человека, если машина ошибается. Но год-два активной эксплуатации — и качество коммуникации значительно вырастет, а количество обращений к живому человеку снизится на порядки. Вместо тысячи операторов будет три — для каких-то суперсложных ситуаций. Но, в конечном счете, их тоже не останется», — уверен эксперт.

Роботы заменят в первую очередь операторов первого уровня поддержки, в задачу которых входит только понять проблему клиента и при необходимости переключить на специалиста, — считает основатель «Школы данных» Сергей Марин. «Сейчас это технология чат-ботов: их учат на большом количестве фраз, они могут понимать, что сказал клиент, и вести его по скрипту», — говорит Марин.

Программисты

Как это ни парадоксально, под ударом находятся и программисты. В этом, например, убежден миллиардер и серийный предприниматель Марк Кьюбан. По его прогнозам, следующей волной инноваций будет «автоматизация автоматики» — программное обеспечение начнет писать само себя, что в конечном итоге ликвидирует крайне прибыльные сегодня рабочие места. «Это ведь просто математика, так? Поэтому  разработчики не понадобятся», — поясняет Кьюбан.

Об этом же, но другими словами говорит известный американский инженер и бизнесмен Винод Хосла. По его мнению, до 80% работ в ИТ могут быть автоматизированы. Кембриджский университет совместно с компанией Microsoft уже сейчас разрабатывают искусственный интеллект, который сможет за несколько секунд написать исходный код программы и составить алгоритм. Программное обеспечение под названием DeepCoder постоянно самообучается. «Автоматизация технологии написания кода позволит значительно сократить время и те усилия, которые раньше уходили на разработку программ», — отметил Армандо Лезама, один из создателей проекта. Сейчас DeepCoder справляется с кодом, размер которого не превышает пяти строк. Более сложные задачи — дело времени, уверены его создатели.

Волна автоматизации затронет и тестирование ПО. Agile-методы все больше распространяются в крупных компаниях, поэтому процесс разработки программ становится все более динамичным и цельным. В этих условиях разработчикам проще тестировать работу систем автоматизированными инструментами, чем нанимать тестировщиков.


Фото: istockphoto.com

Финансисты и бухгалтеры

Гонконгский венчурный капиталист Саймон Сквибб убежден, что к 2030 году в мире не останется банкиров и бухгалтеров. Эти профессии уйдут в небытие из-за внедрения искусственного интеллекта (ИИ) и роботизации. Сквибб отметил, что уже сейчас во многих финансовых компаниях используют робо-эдвайзеры:  это автоматизированные консультанты, работающие на алгоритмах машинного обучения.

Под ударом находятся и трейдеры по ценным бумагам. Если раньше в головном офисе американского банка Goldman Sachs покупали и продавали акции 600 человек, то сегодня их осталось только двое. Всю работу выполняют программы при поддержке 200 компьютерных инженеров. Другой американский банк — Bank of America — открыл три полностью автоматизированных отделения. Их площадь в 4 раза меньше обычной: там нет сотрудников. Клиенты пользуются банкоматами и консультируются по видеосвязи с работниками из других отделений.

Бывший исполнительный директор британского банка Barclays Энтони Дженкинс прогнозирует, что в ближайшие годы количество филиалов и людей, занятых в секторе финансовых услуг, снизится на 50%.

Глава Сбербанка Герман Греф считает, что через 5 лет работу в компании потеряют десятки тысяч работающих ныне людей, так как 80% решений будет автоматически приниматься искусственным интеллектом. Председатель правления Модульбанка Андрей Петров говорит, что вскоре все решения, связанные с управлением рисками, ценами, тарифами, будут приниматься на основе ИИ и машинного обучения: «Машина будет демонстрировать лучший результат, чем человек». По его словам, роботы позволят сократить персонал в системе банковского скоринга: машина по накопленным данным оценивает действия клиента и во многом заменяет комплаенс-аналитика. «Люди нужны только для более глубокого исследования», — отмечает глава Модульбанка.

Российские компании успешно роботизируют и сферу бухгалтерских услуг. Так, сервис удаленной бухгалтерии для малого бизнеса «Кнопка» внедрил в свою работу 62 программных робота — они занимаются классификацией, кластеризацией, предсказанием трендов, поиском аномалий и, в частности, распознают типы присланных клиентами документов, разбирают платежи по назначению, исчисляют налоги. «Точность роботов — 98,2%. Люди ошибаются чаще — в 5% случаев», — говорит сооснователь «Кнопки» Антон Сизов.

Юристы

Сбербанк еще в прошлом году запустил робот-юрист, который самостоятельно пишет исковые заявления на должников. Вскоре он сможет заменить 3 тысячи сотрудников. Сбербанк намерен доверить роботу составление практически всех исков против физических лиц.

Британский стартап DoNotPay заменил ботами адвокатов: проект помогает пользователям обжаловать уведомления о нарушении правил дорожного движения. В другом юридическом стартапе  — eBrevia  — искусственный интеллект извлекает данные из текста для быстрейшего анализа контрактов.

Уже имеются технологические решения, снимающие с юристов часть рутинной нагрузки, но это только начало, — считает основатель сервиса FreshDoc.ru Николай Пацков. Его компания использует робот при подготовке документов для оформления сделок. На эту работу теперь уходит не 2—3 дня, как раньше, а лишь несколько часов (значительно уменьшилось и количество ошибок).

Сейчас автоматизация только разгружает сотрудников, но по мере развития технологий речь пойдет уже о серьезном сокращении штата, — убежден Пацков. Юристам, по его словам, придется повышать свою квалификацию либо искать другое занятие. На их долю останется разве что оформление уникальных сделок, для которых нет смысла готовить шаблон. В конечном итоге роботы смогут работать даже в судах. «Машина вынесет объективное судебное решение, поскольку она оперирует всей судебной практикой и всеми возможностями законодательства. Сейчас это субъективно», — говорит основатель FreshDoc.ru.

Рекрутеры

Революционные изменения переживает рынок найма персонала. По прогнозу консалтинговой компании Harvey Nash, в течение ближайших пяти лет на него окажут наибольшее влияние технологии, связанные с ИИ и автоматизацией рекрутинга. Еще одна тенденция — видеоинтервью вместо «живых» собеседований, которые раньше проводили HR-сотрудники. В этом направлении, в частности, работает российский сервис VCV.

Всю автоматическую работу HR-менеджеров заберут машины, полагает основатель сервиса по подбору персонала JungleJobs Евгения Дворская. «Человеческий фактор все больше будет уходить из HR-практик», — убеждена она.

Сергей Негодяев из ФРИИ убежден, что алгоритмизировать человека проще, чем кажется. «Что такое человек? Это набор параметров какого-то психотипа, например. По классическим психотипам можно расписать любого человека — и это способна делать машина. А ты можешь делать mapping того, что человек говорит и как отвечает на вопросы», — поясняет свою мысль Негодяев. В качестве примера он приводит компанию из портфеля ФРИИ — Stafory, которая при помощи машины подбирает сотрудников для корпораций. «У них была внутренняя задача автоматизировать процессы так, чтобы экономика сходилась, — рассказывает Негодяев. — Сначала они заменили эйчаров на обычных людей со скриптами и сразу получили рентабельность порядка 30%. А потом увидели, что и этих людей можно заменить машиной, и получили рентабельность около 1000%».

Директор по развитию рекрутингового сайта HeadHunter Борис Вольфсон считает, что массовый подбор специалистов и даже топ-менеджеров вскоре будет полностью автоматизирован. «Но в целом я бы не противопоставлял машину и человека: в каждой части рекрутинга (и в HR в целом) будет их «симбиоз» в виде систем поддержки принятия решений. Важно, чтобы HR-специалисты научились эффективно взаимодействовать с машинами», — отметил Вольфсон.

Продавцы и работники общепита

У всех на слуху революционный проект онлайн-ретейлера Amazon — в конце прошлого года он открыл продуктовый оффлайн-магазин без кассиров и продавцов. Посетитель Amazon Go (так называется магазин) прикладывает смартфон к турникету на входе, а оплата за товары снимается автоматически с привязанной банковской карты. Данные о клиенте и выбранных им продуктах будет собирать система, работающая на основе машинного обучения и искусственного интеллекта.

В мире уже всерьез заговорили о том, что модель Amazon Go через несколько лет станет общим стандартом для ретейлеров. Подобный проект еще раньше запустил китайский стартап Wheelys. Он открыл в Шанхае круглосуточный магазин, где покупатели предоставлены самим себе — и машинному интеллекту.

Исследование McKinsey & Co. показало, что в торговле и общественном питании больше всего возможностей для автоматизации. 73% задач, выполняемых сотрудниками ресторанов и кафе, можно автоматизировать уже сейчас, используя существующие технологии. В Сан-Франциско и Гонконге уже открылись мини-кофейни Cafe X, в которых готовят напитки и обслуживают посетителей исключительно роботы. Люди в этих заведениях только чистят и заправляют кофейные машины, а также обслуживают компьютерное и программное обеспечение.

Работу непосредственно с клиентами автоматизировать сложнее. Но на подходе еще одна технология: таргетированное предложение для посетителя. «Когда человек приходит в магазин, робот сразу предлагает интересный ему товар. Причем механизм очень простой — распознавание по фотографии», — поясняет основатель «Школы данных» Сергей Марин. Подобный проект в России развивает, например, стартап RecFaces. В его основе лежит технология распознавания лиц компании Toshiba.

Водители и курьеры

Развитие технологии беспилотного управления автомобилями может лишить работы миллионы людей во всем мире. Uber и ряд других компаний уже начинают тестировать свои беспилотники на дорогах общего пользования, а колонна из трех фур Daimler без водителей успешно проехала по трассе в Дюссельдорфе.

Только в США, по прогнозу аналитиков Белого дома, из-за беспилотников потеряют работу 2,2—3,1 млн водителей, впервую очередь таксисты, курьеры и водители грузовиков. Если единовременная модернизация грузового автомобиля за $30 тысяч позволит заменить водителя, которому нужно платить по $40 тысяч в год, компании пойдут на этот шаг.

Этот как раз та сфера, где машина может заменить человека целиком, — считает основатель «Школы данных» Сергей Марин. «Когда что-то за пределами человеческих возможностей — высокая скорость реакции или обработки большого объема информации — для предотвращения аварии машина может среагировать быстрее человека», — говорит он.

Свою лепту вносят и роботы-курьеры. Они успешно доставляют товары, лишая работы сотрудников логистических компаний и курьерских служб. В апреле этого года такой робот-курьер совместно запустили компания Marble и сервис по доставке еды Eat 24 Yelp. Устройство оснащено системой LIDAR, благодаря чему самостоятельно ориентируется в пространстве. Жители Сан-Франциско могут заказать фалафель, кебаб и любые другие блюда: робот доставит заказ прямо к порогу клиента. По словам гендиректора Marble Мэтта Делани, устройство не сможет доставлять крупногабаритные товары, однако справится с небольшими посылками и будет полезно для аптек и ресторанов, которым сложно организовать логистику. По оценкам компании, небольшие организации тратят на курьерскую доставку до 80% дохода от продажи товара. Замена людей роботами значительно сэкономит их средства.

В Гамбурге этим летом компания Starship Technologies начнет использовать свои роботы  для доставки пиццы Dominoʼs. Устройства способны работать без подзарядки 30 минут, самостоятельно ориентируются в пространстве, объезжают препятствия и переходят дорогу, однако пока не поднимаются по лестницам. По подсчетам Международной федерации робототехники (IFR), за три года — с 2016 до 2019 — логистические службы привлекут как минимум 175 000 роботов.

Какие профессии создаст машинное обучение 

В результате автоматизации многие профессии исчезнут, но появятся новые. «Исторически технологии создают больше рабочих мест, чем уничтожают, и нет оснований полагать, что в случае с ИИ будет иначе», — считает визионер, руководитель Департамента стратегических технологий Microsoft Михаил Черномордиков. 

Правда, по прогнозу Всемирного экономического форума (WEF), количество появляющихся новых вакансий будет значительно меньше, чем количество канувших в Лету. Как отмечается в отчете The Future of Jobs, к 2020 году в развитых странах исчезнет 7,1 млн рабочих мест и появится только 2,1 млн новых — преимущественно в компьютерной, инженерной-технической, математической и архитектурной областях. 

По мнению Сергея Негодяева из ФРИИ, одним из наиболее перспективных направлений станет работа с большими данными. «Чтобы обучать машину, нам все равно требуется живой человек — всегда, — говорит он. — Сейчас нет ни одной технологии машинного обучения, которая на начальных и средних этапах может эффективно решить задачу без человека. Помните, когда появились станки, все массово начали придумывать новые машины? Когда высвободятся человеческие ресурсы, люди будут придумывать, что еще можно автоматизировать. А остальные повысят качество своей работы и будут обязательно где-то востребованы». 

«Можно предположить, что через какое-то время многие курьеры будут заменены дронами. Это создаст спрос на инженеров по обслуживанию дронов, по обеспечению их безопасности, а также на программистов, которые будут писать для них алгоритмы и оптимизировать маршруты», — говорит Михаил Биленко, руководитель управления машинного интеллекта и исследований «Яндекс». 

Сооснователь стартапа Intento, экс-глава разработки Яндекс.Новости Григорий Сапунов считает, что в ближайшем будущем можно ожидать появления большого количества интересных профессий в области биологии, «потому что эта область активно переходит на инженерный подход с появлением синтетической биологии и сильным развитием средств модификации живой клетки. Отсюда и расцвет в медицине, с появлением совсем новых специализаций». В сфере образования, по мнению Сапунова, тоже появятся новые подходы, в том числе с применением искусственного интеллекта в обучении, «так что роль традиционных учителей изменится и появятся какие-то новые роли». 

«Мне кажется, что во всех задачах человек останется всегда, — говорит основатель «Школы данных» Сергей  Марин. — Просто вместо десяти человек будет один, и на нем будет самая сложная функция — принимать решения». 

Кевин Келли, автор книги «Неизбежно. 12 технологических трендов, которые определяют наше будущее», считает, что задачей человека в будущем станет создание новых рабочих мест для роботов, и это бесконечный процесс. «Так что у нас всегда гарантированно будет по крайней мере одна работа», — уверен он.

Автор: Ленур Юнусов, редактор Inc.

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.




Максим Фалдин / Фото: Андрей Стекачев/Inc

Оригинал текста

В 2014 году Максим Фалдин ушел из основанного им интернет-гипермаркета Wikimart и на собственные 100 млн рублей основал Little Gentrys — премиальный онлайн-магазин детской одежды с первоклассным сервисом. Концепция оказалась выигрышной: за два года Little Gentrys приобрел 1,5 тысячи постоянных клиентов, а в 2016 году продажи магазина составили 200 млн рублей. Теперь Фалдин создает собственный бренд детской одежды. Он рассказал Inc., как создать экономическое чудо и поднять продажи до миллиарда рублей в год.

Из Wikimart я вышел в 2014 году из-за разногласий с акционерами по поводу стратегии. К тому времени компания выросла в корпорацию с множеством акционеров и работа не приносила мне удовольствия.

Счастье не в деньгах, а в том, как и для чего их зарабатываешь.Не верю во всю эту чушь, что дети пускай начинают с нуля, а внуки сначала бомжуют. Я давно мечтал создать семейный капитал, но как его создашь, работая на корпорацию?

Мне хотелось основать высокотехнологичный бизнес. Была идея открыть сеть бургерных по модели «Додо пиццы» — с упором на максимальную автоматизацию заведений, но я быстро передумал: тянуло в электронный ретейл. Решил работать в нишевом e-commerce — с детскими товарами. В этом сегменте очень связанная аудитория: мамочки с удовольствием делятся друг с другом мнением о покупках. А сарафанное радио — лучшая реклама.

От идеи продавать коляски и автокресла тоже отказался — такие товары люди покупают вживую, а не заказывают онлайн. В итоге выбрал продажу одежды и аксессуаров. Я сразу понимал, что нужна только премиальная история — нишевой e-commerce не работает вне премиальных сегментов.

Женщины «среднего класса+»

Каждый предприниматель должен создать какое-то экономическое чудо. В моем случае — это высокий темп роста и высокая EBITDA одновременно. Цель — минимум 50% устойчивого годового роста при EBITDA более 30% от оборота. Такая компания — действительно экономическое чудо, и до 2020 года Gentrys должна такой компанией стать.

Чтобы получать 1 млрд рублей выручки в год, нам нужно всего 18 тысяч постоянных покупателей. Сейчас их у нас 1500.Мы поняли, что легко найдем нужную аудиторию в Москве — здесь живет 150 тысяч покупателей «Азбуки Вкуса», а это как раз наш сегмент. Среди покупателей сети нужно найти людей, у которых есть дети и которые готовы тратиться на детскую одежду примерно так же, как они тратятся на питание. Соответственно, нам нужно всего 12% клиентов «Азбуки Вкуса». Как только мы это поняли, то перестали думать про размер рынка, а сконцентрировались на внимании к покупателям.

Большинство наших клиентов — женщины, работающие неполный день или не работающие. Живут они в основном в Москве, причем 2/3 — в южной, юго-западной и западной частях города. Месячный доход семьи наших покупателей — 100 тысяч рублей на человека. Я называю их «средний класс +».

Каждый месяц в магазин приходят 100 новых покупателей.Чтобы увеличить их приток, мы развиваем программу лояльности Gentrys Club: после третьей покупки клиент получает 20-процентную скидку, в том числе на новые коллекции. Еще около 1 млн рублей в месяц тратим на маркетинг — контекстную рекламу, CPA, SMM.


Почти половина (45%) наших покупателей возвращаются за следующей покупкой. Но я хочу поднять эту цифру до 60% — на это, по моим расчетам, уйдет 4—5 лет. Сейчас постоянные клиенты делают примерно шесть покупок в год, средний чек — 12 тысяч рублей. За пять лет каждый из них сделает около 30 заказов примерно на 360 тысяч рублей. На привлечение такого покупателя мы тратим в среднем 20 тысяч рублей, а маржа составляет 40%.

Дорогие деньги

В Little Gentrys я вложил 100 млн рублей. Из них 70 млн ушло на разработку и строительство платформы (включая зарплаты). E-commerce — это ведь не про сайты, а про ERP-систему, и основные силы ушли на ее внедрение. Еще 2 млн я потратил на обустройство фотостудии для съемки одежды. На оставшиеся деньги закупил товар.

У нас свой алгоритм работы с покупателем. Как мы с ним знакомимся, как обслуживаем, как поздравляем с днем рождения, как мы к нему ездим и как принимаем возвраты — все это отражается сквозным процессом в CRM-системе. Она построена на готовом решении Retail Rocket, которое нам пришлось доработать. Да, у всех офлайновых магазинов сегодня есть интернет-магазины, но это — по нашим меркам  — детский сад.

Little Gentrys в цифрах

100 млн рублей
собственных средствФалдина вложено в компанию

1 млн рублей 
в месяц компания тратит на маркетинг

13 тысяч
наименований товаров от 130 брендов представлены в Little Gentrys

12 тысяч рублей — 
средний чек в онлайн-магазине Little Gentrys

1500
постоянных покупателей 

200 млн рублей — 
выручка компании в 2016 году

1 млрд рублей
годовой выручки — цель компании к 2020 году

Мы привлекаем инвестиции на оборотный капитал. Есть возобновляемое банковское кредитование в ВТБ в размере 10 млн рублей под 13-15% годовых. Плюс прямые займы от инвесторов на краудинвестинговой площадке StartTrack — под 24%. Там мы дважды брали по 20—30 млн рублей за сезон. Первый займ выплачен, второй погасим в июне этого года. Деньги дорогие, но работать с этой площадкой проще, чем с банками, а каждый новый раунд дешевле предыдущего.

Деньги через краудинвестинг

Константин Шабалин, 

гендиректор краудинвестинговой площадкиStartTrack

— Когда Little Gentrys подала заявку на финансирование, на ее продукт уже был спрос, подтвержденный продажами, а выручка, с учетом сезонности, из месяца в месяц стабильно росла. Инвесторам нравится работать с теми, кто уже подтвердил спрос и привлекает деньги в оборот: такой бизнес может получить частные займы без залога. Little Gentrys может агрессивно увеличивать объем продаж, но избегает затоваривания. Поэтому маржинальность соответствуют целевым показателям. Это очень круто для ретейла.

Вежливые люди

Наше главное достоинство — сервис. Операторы колл-центра предельно вежливы, отлично знают ассортимент и разговаривают с клиентами столько, сколько нужно. Курьеры привозят клиентам разные размеры одной модели и ждут, пока те закончат примерку. Могут оставить товары на неделю, а потом бесплатно забрать непроданное.

Чтобы обеспечить такой уровень сервиса, мы организовали собственную службу доставки и контактный центр. Аутсорсинг выгоднее, но качество обслуживания мгновенно падает — уже пробовали. Курьерские компании нарушали сроки доставки или доставляли не тот товар, обслуживали недостаточно премиально. Поэтому сейчас 80% заказов развозит наша курьерская служба. Партнерам отдаем подмосковные заказы, например, из Одинцово, — иначе нам пришлось бы в два раза увеличить число курьеров.  

Содержать собственных курьеров и операторов дорого, но выгодно: возвращать недовольного покупателя — еще дороже. Курьеры стоят нам вдвое больше, чем аутсорсеры. Зарплата курьеров (40—60 тысяч рублей) и операторов колл-центра (50—60 тысяч рублей) — вдвое выше средней по рынку. Это позволяет отбирать лучших работников и свести к минимуму текучку кадров.

Сезонный бизнес на год вперед

Детский фэшн-ретейл работает по взрослым правилам: здесь тоже два ключевых сезона — весна–лето и осень–зима. Над ассортиментом мы работаем круглый год — сразу для двух сезонов. Уже сейчас создаем контент для осенней коллекции (ее поставки начнутся в июле), а потом все лето будем работать над логистикой и выложим каталог на сайт. В октябре займемся коллекцией осени 2018 года: изучим тренды, поедем на выставки, которые пройдут в январе–феврале, чтобы отобрать одежду на следующую осень.

Вначале нам сложно давались переговоры с поставщиками.Одежду мы выбираем в Италии, Испании и Франции, иногда — в Великобритании и Португалии, а ключевая выставка — Pitti Bimbo — проходит во Флоренции. Некоторые поставщики не хотели работать с неизвестным магазином: боялись «разводнения» — это когда бренд продается на одной площадке с менее модными марками. Поэтому вы никогда не найдете по-настоящему модные вещи на Wildberries.

Через каждые два сезона мы на четверть обновляем свой ассортимент. В прошлом году продали товаров на 200 млн рублей, а в этом году рассчитываем уже на 300 млн рублей выручки (по данным СПАРК, чистая прибыль компании за 2015 год — 153 тысячи рублей — Inc.). Торгуем и оптом: такие продажи составляют треть выручки, — но розница растет быстрее. Оптовых клиентов всего несколько десятков, в основном это ИП, которые работают в регионах — от Владивостока до Калининграда.

Суровая русская таможня

Наши поставщики работают по предоплате: 30% авансом, 70% — перед поставкой, когда партия отшита. С давними партнерами иногда работаем без аванса или снижаем его до 5–10%. Готовый товар отправляют в Россию только после полной предоплаты  — это неизменное правило, по которому работают все европейские поставщики.

Основное производство — в Юго-Восточной Азии, но поставки у нас из Европы: из Китая или Турции ничего нет. Каждую коллекцию собираем с 10–20 фабрик. Модную обувь шьют в Италии, Португалии и Испании, а casual-модели делают во Вьетнаме.

Привезти товар вовремя — наша головная боль. Особенно если учесть, что спрос на одежду держится всего несколько месяцев в году. Покупатели более активны осенью — со второй половины августа по конец октября, а в ноябре уже начинаются распродажи. Весной высокомаржинальных месяцев всего два — апрель и май.

Если завоз опоздал к сезону, одежду сложнее продать: придется делать скидки и в результате недополучить маржу. Мы долго не могли выверить схему: только этой весной наконец удалось поставить все вовремя. Раньше мы оптимизировали логистику в ущерб скорости — например, сокращали число автомобилей, — и теряли 10% чистой прибыли из-за поздних поставок.

На доставку европейского товара уходит от 12 дней до месяца. Срок зависит от удаленности склада поставщика и от особенностей таможни в разных странах: машину могут, например, отправить на досмотр груза. В Европе задержек практически нет: транспортная компания по нашей заявке забирает груз со склада поставщика и везет до латвийско-российской границы — обычно за 4 дня.

Больше всего времени — около недели — тратим на российской таможне, где требуют декларацию груза, полную дешифровку по каждой номенклатуре, состав ткани, фотографии… Поставщики иногда не могут дать такие подробные сведения, и нам приходится собирать их самостоятельно. Затем груз едет на таможенный терминал в подмосковной Истре, но уже не на фурах, а на «газелях» или «бычках» — так быстрее. И только потом товар попадает на наш склад.

20–23% себестоимости нашего товара — затраты на логистику.Из них 5–7% уходят перевозчику, который также занимается таможенным оформлением и подготовкой деклараций. Оставшаяся сумма — импортные пошлины и  НДС, который зависит от размера и типа товара: для аксессуаров — 18%, для детской одежды — 10%.

«Благородные дети»

В июле мы начнем продавать первую коллекцию собственного бренда школьной одежды — Keiki Nobili, что впереводе с гавайского означает «Благородные дети». Мы два сезона изучали премиальный сегмент, чтобы понять, в чем дети ходят в школу, проводили детские модные показы в школах и на конференции для директоров школ, собирали обратную связь.

На создание первой коллекции ушло 15 млн рублей, в основном — на подбор тканей, дизайн и фотографии. Концепцию бренда нам разработали в Британии. Всего под брендом Keiki Nobili выпустили 60 единиц одежды, обуви пока нет. По моим расчетам, продажи первой коллекции составят 3% от общей доли продаж компании.

Мы будем наращивать пул собственных брендов. Хотим развивать кастомные коллекции в узких сегментах. Не вижу смысла раскручивать чужие бренды, если могу развивать свои, — маржа выше на 15–20%.

Автор: Алексей Упатов, автор StartTrack

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.

  Гульназ Хусаинова / Фото: Даниил Самаров/Inc

Оригинал текста

После российских протестов в 2012 году 23-летняя Гульназ Хусаинова разочаровалась в перспективах бизнеса в России и поехала в Копенгаген, чтобы пройти со своим стартапом EasySize программу акселерации Startupbootcamp. EasySize — это софт для онлайн-магазинов, помогающий покупателям выбрать правильный размер одежды и обуви, а ретейлерам — снизить возврат до 10% и повысить конверсию до 8%. Стартап взяли в акселератор, и три года спустя он занимает 24-е место в рейтинге лучших стартапов Дании. Гульназ вошла в скандинавский список самых успешных женщин–предпринимателей в техиндустрии и продает софт EasySize крупным ретейлерам по всей Европе. Она рассказала Inc., как перевезти стартап в Копенгаген и бесплатно открыть свою компанию, почему нельзя строить успешный бизнес перерабатывая и чем датская трудовая культура отличается от российской.

Решение под себя

Все​ ​началось​ ​с​ ​​фрустрации. Все​ ​сервисы​ ​онлайн-торговли завязаны​ ​на​ ​размеры ​талии, бедер…​ Когда я​ ​покупала одежду онлайн, то редко​ ​угадывала​ ​с​ ​размерами —​ ​товар приходилось​ ​возвращать.​ ​Люди​​ (и я​ ​в​ ​том​ ​числе) не​ ​знают,​ ​как​ ​правильно ​снимать​ ​мерки. Когда​ ​это​ ​делаешь,​ ​только и думаешь​,​ ​что ​надо​ ​​сбросить​ ​вес, расстраиваешься​ ​и​ ​уже​ ​не​ ​хочешь​ ​ничего​ ​покупать. Поэтому я создала решение под себя: придумала технологию, которая рекомендовала бы размер одежды на основе предпочтений покупателя.

Мне всегда нравилось заниматься чем-то своим, но в России на техпредпринимательстве деньги не сделаешь. В Москве до EasySize у меня было два небольших стартапа — система оптимизации резервирования для ресторанов и магазин прикольных вещей с гиковским уклоном (оба впоследствии продала). Одновременно я работала в банке, где анализировала клиентов для формирования кредитных предложений, и часть зарплаты тратила на развитие своих проектов.

После протестов на Болотной я поняла, что буду делать бизнес в другой стране. В России стал портиться и без того плохой инвестиционный климат. Я представила свой проект на московском технологическим форуме Demo Europe, который организовал центр Digital October. Ларс Бух (директор датской программы акселерации для стартапов Startupbootcamp Copenhagen — Inc.),который отбирал стартапы на форуме, сказал мне, что идея ему не нравится и из нее ничего не выйдет. Я расстроилась, но после пары бокалов все же решилась подойти к нему еще раз. Ларс разговорился и в итоге пригласил меня и двух кофаундеров в Копенгаген на selection day. Мы приехали и прошли отбор на трехмесячную программу.

Что такое Startupbootcamp

Startupbootcamp — крупнейшая в Европе сеть программ поддержки техстартапов — создана в Дании в 2010 году. Она помогает предпринимателям привлечь инвестиции за 8% в их компаниях.

Сеть ежегодно проводит более 100 отборочных раундов в 35 странах мира. Стартапы, прошедшие отбор на трехмесячную программу акселерации, получают по 15 тысяч евро наличными на проживание, бесплатный офис и эксклюзивные контракты от Google, Amazon, HubSpot, SendGrid — в среднем на 450 тысяч евро.

Из 404 стартапов, прошедших программу акселерации, 258 (около 71%) получили инвестиции на общую сумму 217 млн евро — в среднем по 816 тысяч евро на компанию. 

Руководитель Startupbootcamp Энди Шеннон (Andy Shannon) рассказал Inc., что на сегодняшний день они вложились в пять российских компаний, а число заявок из России  за два года выросло почти в 2 раза — до 57 (в 2015 году — 31).

No bullshit

Программа акселерации помогает настроить ваш стартап-менталитет. В первый месяц проходит очень много воркшопов и встреч с менторами. Изучают все: от шаблона бизнес-модели (business model canvas) и методологии рационального стартапа (lean startup methodology) — до финансов и азов венчурного капитализма. Здесь не подталкивают к быстрому заработку, а помогают строить бизнес на перспективу. Задача программы — помочь стартапам привлечь инвестиции, но прежде она помогает им лучше понять свой продукт.

Startupbootcamp помог нам с оформлением специальных стартап-виз, арендой офиса и квартиры. Первые полтора года мы пользовались их офисом, сейчас у нас есть собственный. Аренда офиса — 1500–2000 датских крон (13–17 тыс. рублей) за стол в месяц. Startupbootcamp в первые месяцы программы помог с арендой квартиры (аренда однокомнатной квартиры в Копенгагене — 70–90 тыс. рублей в месяц — Inc.).

В Дании отдают предпочтение честному фидбеку в стиле No bullshit. Если что-то не нравится — скажи прямо. Ничего личного, просто профессиональный фидбек. Проблем с этим у меня не было.

Что такое EasySize

EasySize — это софт для онлайн-магазинов, который с помощью алгоритма машинного обучения анализирует поведение покупателей: где, что, когда они купили и был ли возврат. Данные анонимны, их предоставляют партнеры EasySize: магазины, бренды, сторонние сервисы. На основе этих данных сервис помогает покупателям выбрать правильный размер товара. Это снижает возврат покупок до 10% и повышает конверсию до 8%. По данным EasySize, в России до 35% всех покупок возвращают именно из-за неподходящего размера (данные в среднем по Европе — Inc.). В компании утверждают, что без ее софта интернет-магазины теряют до 20% выручки. 

EasySize продает свой продукт по подписке. Стоимость софта для небольших магазинов — от 99 евро в месяц (зависит от трафика). Однако в Европе компания смогла через три года после старта выйти на точку безубыточности через партнерство с крупными ретейлерами, для которых подписка стоит несколько тысяч евро в месяц.  

Сейчас EasySize разрабатывает самообучающийся алгоритм, который в режиме реального времени предскажет магазинам вероятность возврата того или иного товара еще до покупки. Для этого алгоритм будет использовать данные партнеров EasySize о предыдущих возвратах покупателя и статистику о товарах, марках и размерах, которые возвращают наиболее часто. 

В компании работают 9 человек из разных стран Евросоюза.

В нашей компании (как и в Дании в целом) — плоская вертикаль управления, иерархии нет. Все сотрудники совместно обсуждают доходы и расходы, выбор потенциальных клиентов и найм новых работников.

Москва vs. Копенгаген

В Москве мне не хватало стартап-комьюнити: чувствовалась профессиональная изоляция. Очень тяжело делать все самому — всегда легче, когда есть другие стартаперы, организации вроде #CPHFTW (некоммерческая организация, созданная успешными стартаперами для помощи молодым командам)иковоркинг-хабы для техстартапов (в Дании это StartUpVillageFounders HouseDare2Mention — Inc.). В Дании очень сильное стартап-сообщество.

В Копенгагене вы можете встретиться и поговорить с боссами Zendesk, Endomondo, Momondo, Vivino и других глобальных компаний. Достаточно написать любому в LinkedIn: «Эй, давайте кофе выпьем!» Мне это очень помогло.

Найти инвесторов в Дании легко — они сами ищут стартапы, чтобы вложить деньги. Кстати, один из первых наших инвесторов —Клаус Нюенгорд (Klaus Nyengaard), бывший гендиректор сервиса доставки еды Just eat. А в Vigga.us — идею подписки на одежду для детей до 6 лет — вложились местные создатели далекой от шитья гемблинговой компании.

Стандартные для Европы каналы B2B продаж — Linkedin и электронная почта — в России работают плохо: нам просто не отвечают. Поэтому сейчас наши основные рынки — в Европе и Азии. Но я очень хотела бы работать с российскими онлайн-ретейлерами.

В России не все достаточно владеют английским, чтобы обсуждать интеграцию софта, onboarding-процесс или коммерческие детали, но в нашей команде только двое русскоговорящих. Кроме того, Россия — это большой рынок, многие крупные ретейлеры предпочитают продвигаться в новые регионы (quantity), наращивать выручку, а не увеличивать маржу (quality). А наш продукт как раз помогает оптимизировать прибыль.

Я согласна с Павлом Дуровым: в России, в условиях постоянно меняющихся законов, коррупции и бюрократии, сложно создать успешный глобальный интернет-проект. Иностранные инвесторы с осторожностью вкладываются в российские стартапы (особенно сфокусированные только на России), тем более — в условиях политической нестабильности и санкций. Если вы хотите построить глобальную компанию и выйти на международный рынок, увы, сделать это из России сложнее —уровень неопределенности слишком высок.

Незнание датского языка не помеха — в Дании все говорят на английском. Но я бы посоветовала нанять местного бухгалтера: не зная датское налоговое законодательство, можно совершить ошибку в отчетности.

Как открыть компанию в Дании и получить стартап-визу

Зарегистрировать компанию бесплатно на сайте virk.dk может любой человек, проживающий в стране легально (например, по студенческой или рабочей визе). Весь процесс занимает несколько минут, в налоговой вы получаете регистрационный номер компании в течение 24 часов. 

Для открытия компании достаточно иметь на ее счету 1 датскую крону (около 10 рублей) в качестве капитала. Однако минимум 25% годовой чистой прибыли компании должно расходоваться на ее дальнейшее развитие.

Единственный налог для компаний в Дании — налог на прибыль (22% в год). Если вы, расширяя свой бизнес, покупаете другую компанию, то сумма, затраченная на ее приобретение, вычитается из вашей прибыли и вы платите меньше в казну. НДС равен 25%.

Если вы будете зарабатывать меньше 7 тысяч евро в год, юридическое лицо можно не открывать, налог на прибыль в этом случае — 0%.

Если вы находитесь в России и у вас есть интересная идея стартапа, вы можете подать заявку на получение стартап-визы на сайте специальной комиссии, оплатив 310 евро.

В отличие от Москвы, Копенгаген — это баланс между работой и жизнью, хюгге и самая короткая рабочая неделя. Датчане порой чересчур расслаблены, наслаждаются комфортом, и им вроде как не за чем больше гнаться. (В Дании только 2% сотрудников работают сверхурочно, средний показатель в Европе — 13% — Inc.) Именно в таких комфортных условиях, когда есть время и на семью, и на себя (а не только на работу), можно строить бизнес на долгосрочную перспективу. Нельзя развивать компанию, работая по 20 и более часов в сутки, без выходных и отпусков, как это многие делают в России, — можно «сгореть» на работе. Культура труда в Дании позволяет распределять приоритеты по формуле Quality over quantity / Less but better (Качество важнее количества / Лучше меньше, да лучше).

Датская трудовая культура построена на принципе: бизнес и работа — не спринт, а марафон. В Москве, с ее безумной конкурентной средой, переработками и бешеным ритмом, стартаперы ориентированы на короткие цели и быстрые результаты. В Копенгагене тихо и мирно строят компании, которые будут работать и развиваться десятки лет. Правда я всегда была трудоголиком и не очень соблюдаю баланс между работой и жизнью.

Поиск и найм сотрудников в Копенгагене — одна из самых сложных задач для стартапов. Рынок труда там довольно узок, часто меняется иммиграционное законодательство, а процесс получения стартап-визы затягивается (сейчас выдается всего 50 таких виз в год). Легче обстоят дела со специалистами, которых сейчас не хватает стране, — в соответствующем перечне фигурируют, например, data scientist, data architect и web developer.

Дания — дорогая страна. Начальная зарплата у data scientist после университета — 5–6 тысяч евро, но плюс в том, что здесь нет минималки. Если я предлагаю 3 тысячи евро в месяц айтишнику из Европы и он соглашается, — ок. Конечно, нанять на работу человека из России сложнее:  для неграждан Евросоюза в Дании установлен минимальный порог зарплаты в размере 3 500 евро в месяц. Поэтому мы наняли тех, кто уже живет в Копенгагене. В целом, Дания открыта к иностранцам и предвзятого отношения к россиянам нет.

Какие стартапы востребованы в Дании

Все больше и больше компаний интересуются датскими стартапами. Но покупают их, как правило, на поздней стадии. (В феврале 2017 года американская Priceline Group, владеющая Booking.com и Kayak, приобрела датский агрегатор дешевых авиабилетов Momondo за $500 млн. Два года назад про­из­во­ди­те­ль спор­тив­ной одеж­ды и обуви Under Armour купил спортивное приложение Endomondo — Inc.).

Стартаперы в Дании живут в основном за счет местных фондов(FFE-YE, CPHFTW, Start-up Denmark). Но если вы им не понравитесь или у вас слабая идея — придется искать деньги за рубежом.

В плане технологий датчане очень подкованные. Здесь сильные технические университеты DTU, ITU и бизнес школа CBS, уровень талантов в сфере IT и в бизнес-менеджменте высок.

Местным компаниям датские инвесторы доверяют больше.Многие бизнес-ангелы, например, Мортен Лунд (кофаундер Skype), Хенрик Верделин (список датских бизнес-ангелов можно посмотреть здесь — Inc.), сами в прошлом были стартаперами. Они построили глобальные компании и теперь помогают тем, кто идет по этому пути. Но многие из них (особенно не из технической среды) не очень понимают, зачем вкладываться в техстартапы. Я искала деньги не только в Дании  в нас вложились бизнес-ангелы из США, Индии, Швеции, Франции и Сингапура.

В Дании востребованы стартапы в сферах AI и финтех.Подавайте заявки на программы акселерации. Если стартап пройдет отбор, вам не только помогут с визой и жильем (с этим в Дании проблематично), но и введут в нужный круг, где вы обзаведетесь полезными связями.

Две главные ошибки (по версии Гульназ Хусаиновой)

Неправильный подход к построению команды. Всегда нужно обсуждать с сотрудниками возможность негативного развития событий: например, не будет инвестиций на следующие два года, мы разонравимся друг другу и придется делить ответственность… На начальном этапе у меня было экзальтированное отношение к стартапу: представлялось, что мы — будущие единороги — сидим в кофешопе, кодим и получаем миллионные инвестиции после первых же презентаций. Реальность показала, что построение стартапа — тяжелый труд с кучей неопределенностей. Команда, с которой я приехала в Копенгаген из Москвы, распалась. Первый прототип EasySize мы запустили спустя 9 месяцев после окончания программы акселерации с новой командой, которую я собрала в Копенгагене. 

Поспешное масштабирование без четкой стратегии. Как только пришел первый заказ, мы в спешке хватались за все и сразу. Нанимали людей и стремились нарастить продажи без четкой стратегии, рассматривали бесконечные партнерские офферы и давали интервью, пытаясь привлечь внимание к проекту… Занимались всем, кроме самого проекта. Но, к счастью, быстро поняли, что в этом ажиотаже потеряли фокус на приоритеты. Сейчас мы работаем под девизом Less but better (лучше меньше да лучше).

Автор: Александр Костин

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.


 
Фото: Александра Джонсон / пресс-служба РВК

Оригинальный текст

Александра Джонсон более 10 лет приводит в Россию американский венчурный капитал. Она управляющий директор фонда Global Technology Capital (входит в группу Draper Venture Network миллиардера Тима Дрейпера), а раньше возглавляла DFJ-VTB Aurora — совместное детище Дрейпера и банка «ВТБ Капитал». Российские стартапы, в которые инвестировали фонды под управлением Джонсон, превратились в международные компании. Например, Rolith Бориса Кобрина в мае 2016-го купила канадская Metamaterial Technologies, а Grid Dynamics Виктории Лившиц весной этого года приобрел китайский IT-провайдер Teamsun Technology. Александра Джонсон, в поисках новых российских стартапов прилетевшая в Казань, на конкурс IV Russian Tech Tour, рассказала Inc., каково быть женщиной в венчурном бизнесе, почему иногда лучше отказаться от инвестиций и взять кредит в банке и чем отличается подход к бизнесу в России и в США.

«Ценность для компании важнее гендерных стереотипов»

Когда в 2005 году я пришла в венчурный бизнес, он был совсем не женским. В Кремниевой долине на тот момент было примерно 200 фондов, а в них — от силы 3 женщины. В России женщин, владеющих собственным бизнесом, было больше, чем в Калифорнии. Но я убеждена: главное — какой ты бизнес-игрок, а не твой пол, цвет кожи или сексуальная ориентация.

Если хочешь чем-то заниматься и веришь в свои силы, то просто иди и делай. Объяснения вроде: «Я женщина, и поэтому у меня не получилось», — я не принимаю. После прихода в «мужской» инвестиционный бизнес мне понадобилось время, чтобы понять правила игры. Но потом я увидела, что здесь нет никакого предвзятого отношения к женщинам — к мужчинам венчурная индустрия так же требовательна.

Женщины в венчурной индустрии

7%
партнеров (54 из 755) в топ-100 венчурных компаний мира — женщины. В 38 из топ-100 венчурных компаний мира как минимум один партнер — женщина. 

3,616 
женщин-предпринимателей, чьи стартапы привлекли финансирование с 2009 года, насчитывается в базе Crunchbase.

47%
из них имеют диплом о высшем образовании и 19% — степень MBA (среди мужчин высшее образование имеют 51% стартаперов и 21% получили MBA).

3 из 100 
крупнейших венчурных фондов мира основаны женщинами: Scale Venture Partners, Greycroft Partners и Floodgate.

Чуть более 5%
 — доля женщин-CEO в рейтинге крупнейших компаний России РБK 500.

$77 млн
 — средняя сумма инвестиций, которую получает стартап с женщинами-основателями за один раунд финансирования (и $100 млн — стартап, где все основатели — мужчины).

Источники: Crunchbase — Women in Venture Report, 2016, РБКBloomberg

Сегодня число женщин в венчурной индустрии заметно выросло. Все фонды и компании готовы принимать на работу женщин наравне с мужчинами. Но я против слепого соблюдения гендерного баланса в коллективе. Почему неквалифицированная женщина должна занимать место квалифицированного мужчины? Мне такой вариант не интересен — это я вам как женщина говорю. Ценность человека для компании важнее гендерных стереотипов.

Рынок должен быть конкурентным, чтобы у мужчин и женщин было равное право на него войти. Нужно начинать с детских садов и школ, чтобы девочки понимали: они способны становиться инженерами и инвесторами, а мальчики — косметологами.

Как женщина, я понимаю, что инвестор не должен «давить» на предпринимателя. У меня двое детей, и я понимаю, что давление — тупиковый путь. Разве что стартап захочет с обрыва прыгнуть — тогда, конечно, ты можешь его остановить, но в остальном нужно договариваться. Мы можем подсказывать и предлагать, но строить, развивать и контролировать бизнес — задача предпринимателя, а не инвестора. Если отношения с инвестором ведут к потере контроля над компанией, бизнесмену лучше отказаться от инвестиций и взять кредит в банке.

«В России, если я инвестор и даю деньги — я главная»

Бизнес в Долине отличается от бизнеса в России. Внешне там все друзья, нельзя открыто ставить друг другу подножки и говорить гадости, но при этом все эти люди — конкуренты.

В российском бизнесе люди стараются прятать информацию о себе. Например, приходят за инвестициями и не хотят разглашать сведения об остальных инвесторах и условия сделок. Но как можно это скрывать? Если я инвестор второй стадии, то должна видеть, кто еще в них инвестировал! Американские компании, которые приходят за деньгами в фонды, — напротив, открытые. Они точно знают, что я эту информацию могу проверить.

В Долине инвестор — это просто поставщик услуг, который помогает с фандрайзингом и дает советы по экономике.Но в компании главным остается предприниматель. В России же, если я инвестор и даю деньги — значит, я главная.

Мы пришли на российский рынок в 2006 году. В партнерстве с банком «ВТБ Капитал» искали технологические стартапы с глобальным потенциалом. В 2014 году из-за обострения отношений России и США мы ликвидировали DFJ-VTB Aurora, но мне очень не хотелось уходить с российского рынка — была надежда, что отношения двух стран вскоре вернутся в нормальное русло. Сейчас я понимаю, что это маловероятно, и концентрируюсь на европейском рынке, но продолжаю общаться с российскими предпринимателями.

«Когда стартап вовсю выступает на конференциях, инвестировать в него поздно»

Главная проблема российских компаний — неумение себя продавать. Некоторые стартапы сошли с дистанции именно по этой причине. Например, Light Engines Александра Шишова выпускал рекламную подсветку и информационные табло на основе светодиодов. Уникальные оптические решения позволяли сделать источник освещения в четыре раза мощнее аналогов. Но вместо того чтобы развивать технологию и предлагать продукт разным игрокам на рынке, стартап сделал ставку на продажи лидеру отрасли — компании Siemens. Такая бизнес-модель оказалась ошибочной. После предварительной договоренности о покупке светодиодов китайское подразделение Siemens задержало выпуск своей продукции на год. Поскольку на других покупателей Light Engines не рассчитывал, стартап в 2006 году оказался банкротом.

Имеет ли смысл искать стартапы в России сейчас? Да, безусловно. Во-первых, в России встречаются сильные технологии — например, облачная технология нашей портфельной компании Grid Dynamics. Во-вторых, из-за падения рубля российские разработчики (при их достаточно высокой квалификации) стали стоить намного дешевле, чем разработчики в Долине. Создавать и развивать в России IT-стартапы с прицелом на мировой рынок стало выгоднее, а еще более выгодно — оставить разработку в России, а штаб-квартиру компании перенести на Запад.

Если инвестор не ленив, он будет искать стартапы по всему миру. Мне нравится лично общаться с предпринимателями и выстраивать с ними отношения еще до того, как они создадут компанию. Когда стартап вовсю выступает на конференциях, инвестировать в него уже поздно. Мы, инвесторы, соревнуемся друг с другом, чтобы найти нераскрученные стартапы до этой стадии.

Кто такая Александра Джонсон 

Александра «Саша» Джонсон родилась во Владивостоке, получила степень кандидата филологических наук в СПбГУ и степень MBA в калифорнийском университете Беркли. Занималась международным консалтингом в компании Noveco в Вашингтоне. В начале 2000-х занимала пост генерального директора стартапа Libritas (разрабатывал голосовой интернет-протокол VoIP) и основала компанию Landbridge Capital (занималась бизнес-девелопментом для стартапов в Кремниевой долине). Сегодня Джонсон — управляющий партнер фонда Global Technology Capital (GTC), входящего в семью фондов Draper Venture Network (DVN), и занимается инвестициями в Европе. 

Под управлением Джонсон фонд DFJ-VTB Aurora совершил ряд успешных инвестиций в российские стартапы, которые выросли в международные компании. Например, в 2012 году фонд инвестировал в Rolith российского физика Бориса Кобрина (занимался наноматериалами для потребительской электроники), который фонд инвестировал в 2012 году, в мае 2016 года купил канадский разработчик фотоэлектроники Metamaterial Technologies (сумма сделки не разглашается).

Самым успешным экзитом фонда стала продажа в начале 2017 года российско-американской компании Grid Dynamics китайскому конгломерату Teamsun Technology. Фонд инвестировал в стартап $5 млн. По данным Reuters, сумма сделки с Teamsun Technology составила приблизительно $118 млн, однако Джонсон эту цифру не комментирует.


Автор: Наталья Суворова, специальный корреспондент Inc.

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.



Оригинал статьи

Москва ежедневно стоит в пробках, а с реконструкцией городских улиц ситуация совсем усугубилась. Для автомобилистов это потеря времени, а для бизнесменов – хорошая возможность заработать: людям, скучающим в заторах, можно доставлять еду и напитки. Владельцы и менеджеры компаний, освоивших этот бизнес, рассказали Inc., как они это делают и с какими сложностями сталкиваются в работе.

Причина № 1: это необходимость

Тимурмалик Эльмурадов, 

директор по маркетингу в компании «ГОЛОД» (Москва)

— Мы доставляем еду в пробки, потому что это необходимо людям. У нас не служба доставки еды, а сервис моментальных обедов со своей кухней и логистикой. Наши курьеры привозят еду очень быстро, что в пробке актуально: человек застрял, а есть хочется. Клиент открывает наше мобильное приложение и видит, что в пяти-восьми минутах от него находится курьер с едой, после чего оформляет заказ.

Никаких сложностей с доставкой нет. Благодаря GPS, курьер видит на карте точное местоположение клиента, а клиент — курьера. Они встречаются прямо на дороге, в пробке.

Услуга эта очень востребована, особенно зимой. Сейчас спрос несколько упал, но летом снова вернется. Это все-таки сезонный бизнес.

Сейчас мы работаем в небольшой минус. Мы могли бы получать прибыль, но это остановило бы развитие компании: работаем на рост и масштаб.

Причина № 2: это PR-ход

Денис Кутюрин, 

руководитель кондитерской лавки «Foreversweet» (Санкт-Петербург)

— Мы первыми в Санкт-Петербурге ввели эту услугу, но никогда не рассматривали ее как приоритетное направление. Для нас это было больше PR-ходом. Мы нуждались в дополнительной точке продаж. Введение нового сервиса должно было увеличить спрос и, следовательно, повысить выручку.

За несколько километров до нашего кафе стоял промоутер и раздавал меню. Клиент мог сделать заказ по телефону, сообщив марку своей машины и ее госномер. К моменту, когда он подъезжал к кафе, официант уже выносил его заказ.

Не могу сказать, что услуга пользовалась популярностью. Таким покупателям важна цена, а не качество. Для нас это неприемлемый принцип, поэтому мы отказались от этой услуги.

Причина № 3: желание клиента

Илья Чумак, 

владелец сети «Эй, кофе» (Москва, Санкт-Петербург)

— Мы доставляем автомобилистам напитки и сэндвичи, потому что у них есть такое желание. Многие из нас часто попадали в пробку. Бывает, не успел позавтракать или просто голоден. Вот тут на помощь и приходит наш сервис. Заявки мы принимаем двумя способами. Первый — полностью автоматизированный: через сайт, социальные сети и мессенджеры. Второй способ — это предзаказ уже в самой пробке. У нас есть человек, который принимает заказы в начале дорожного затора и передает информацию в фудтрак, после чего доставщик несет клиенту свежесваренный кофе.

Мы уже третий год доставляем напитки в пробках, каждый будний день и всесезонно. Сложностей в нашем деле много, но главная заключается в том, что деятельность автолавок в России никак не регулируется. Она одновременно и не запрещена, и не разрешена.

С точки зарабатываем от 100 до 200 тысяч рублей в месяц. Выручка зависит от сезона и дорожной ситуации.

Причина № 4: люди готовы за это платить

Айрат Шакиров, 

владелец кейтеринговой компании «С.У.П.» (Казань)

— Потребность в этой услуге существует, и люди готовы за нее платить. Заявки мы принимаем по телефону или через интернет-магазин. Для доставки заказа используется квадрокоптер. Иногда курьер пешком идет к клиенту, застрявшему в пробке.

Но эта услуга не пользуется большой популярностью и поэтому не является приоритетным направлением нашей компании. Главная проблема, с которой мы столкнулись, — срочность. Обычно еда требуется в течение 15 минут, что не всегда реально.

Причина № 5: это дополнительный канал продаж

Алексей Федосов, 

управляющий партнер мобильной кофейни «Кофельяно» (Москва)

— Изначально наши мобильные кофейни работали в парках, но мест там меньше, чем желания работать. Поэтому мы начали продавать кофе и в пробках.

Механизм работы очень простой: сотрудники ходят с кофе и предлагают его клиентам. Люди привыкли что-то покупать в пробках, поэтому услуга довольно популярна. Самая большая сложность связана с законодательством: такой вид деятельности считается несанкционированной торговлей.

Что мешает другим компаниям?

Некоторые компании отказались от этого вида услуг по одной и той же причине: пробка, хоть и медленно, но движется. «Мы доставляем еду из ближайших ресторанов и готовы привезти ее в любое место, но для этого человек должен вбить свой адрес, — говорит сооснователь проекта «FoodFox» Сергей Полиссар. — Если человек стоит в пробке, ему необходимо ввести адрес ближайшего дома. Сложность в том, что пробка все-таки движется и через 40 минут человек будет уже совсем в другом месте». 

По этой же причине еду в пробки не доставляет UberEATS. «С точки зрения логистики, это сложно реализовать», — говорит Ирина Гущина, директор по коммуникациям UBER по России и СНГ.

Компания Delivery Club пока не доставляла еду в пробки, но не исключает, что займется этим в будущем. « Если пробка глухая и водитель понимает, что проведет в ней не менее 45 минут, мы, безусловно, привезем ему свежие горячие блюда. Но пока мы не получали таких запросов», — признался управляющий директор Delivery Club Андрей Лукашевич. В будущем, по его словам, доставлять еду в пробки можно будет более оперативно с помощью дронов. «Но такая возможность, скорее всего, появится не ранее, чем через два-три года, когда решатся проблемы с инфраструктурой и примут законы, позволяющие запускать дроны без длительных предварительных согласований», — добавил Лукашевич.

Автор: Карина Меркурьева

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.


Иллюстрация: Seva Mfn/Inc

Оригинал статьи

Российские власти могут легализовать операции с криптовалютами уже в 2018 году. Минфин, в частности, рассматривает возможность приравнять биткоины к иностранной валюте – для их регулирования и борьбы с незаконными транзакциями. Впрочем, некоторые предприниматели не стали дожидаться официальных решений и уже подключили новый способ оплаты своих товаров и услуг. Inc. выяснил, что из этого получилось.

Изменения в настрое властей первыми заметили создатели биткоин-обменников. В августе 2016 года трейдеры, работающие на онлайн-бирже криптовалют LocalBitcoins под именем BTC24pro, открыли первый столичный оффлайн-пункт на Новом Арбате. За несколько дней до этого в правительстве отказались от идеи сажать на срок до семи лет за операции с денежными суррогатами (к ним в России относят и криптовалюты). В сентябре открылись еще два оффлайн-обменника — в Екатеринбурге и в Москве, у Курского вокзала. В последнем можно купить и продать не только биткоины, но и лайткоины и эфириум. Однако уже в ноябре 2016-го обменный пункт на Новом Арбате закрылся из-за нерентабельности. Его владельцы пояснили в разговоре с Inc., что желающих обменять наличные на криптовалюту оффлайн оказалось недостаточно даже для покрытия расходов на аренду. Теперь трейдеры вновь занимаются только онлайн-транзакциями.

Некоторые российские рестораны и кафе начали принимать криптовалюту в качестве оплаты. Одной из первых это сделала передвижная кофейня Headquarters! Coffee, базирующаяся в центральном офисе Сбербанка в Москве. С сентября 2016 года в кофейне можно оплатить кофе, чай и круассаны биткоинами. Совладелец точки Тимофей Куликов рассказал Bloomberg, что добавил новый способ оплаты, так как прямых запретов на этот счет в России пока нет. Для кассового учета предприниматель использует национальную валюту: на виртуальном кошельке Куликова биткоины конвертируются в рубли. Однако он признался Inc., что желающих платить биткоинами совсем немного: это журналисты (для теста) и один биткоин-энтузиаст.

В апреле 2017 года ростовский ресторан «Ростов-Папа» тоже начал принимать биткоины. Представитель заведения Денис Штанько пояснил Inc., что новый способ оплаты добавили с расчетом на наплыв иностранных туристов в 2018 году, во время Чемпионата мира по футболу. А пока биткоинами расплатился лишь один местный житель.

Еще дальше пошел кооператив «Черный», открывший онлайн-магазин кофе в даркнете. Чтобы получить доступ к сайту cherniyx23pmfane.onion, пользователи должны установить анонимный браузер Tor. Оплатив покупку с помощью биткоинов или QIWI, они получают адрес «закладки» (так в скрытой части Сети называют местоположение приобретенного товара). В Москве заказы из «Черного» забирают в кофейне кооператива на Покровке, 31.

Идея обыграть запретную тему возникла у сотрудников digital-агентств Hungry Boys и Possible Group. Она оказалась удачной: за кампанию «Кофе не наркотик» кооператив «Черный» получил маркетинговую премию Effie. О «подпольном» магазине вышло 180 публикаций на 10 языках, а сама компания зафиксировала четырехкратный рост продаж и возврат инвестиций на уровне 2150%.

Некоторые предприниматели рискнули использовать криптовалюты не только как средство платежа, но и для привлечения инвестиций. В апреле фермер Михаил Шляпников из Московской области, известный по судебным разбирательствам из-за создания собственной валюты — колионов — и успевший протестировать расчеты биткоинами на продаже новогодних елок, провел ICO (процедуру первичной продажи монет). От привычного IPO новая форма краудфандинга отличается тем, что инвесторы становятся обладателями криптографических токенов, а не акций. По данным Шляпникова,проект «Экосистемы Колионово», направленный на развитие фермерского хозяйства, за месяц поддержали 103 человека. В общей сложности они вложили в придуманные фермером токены KLN (их можно обменять на реальную продукцию с фермы) 401 биткоин — более полумиллиона долларов.

«Наш эксперимент следует рассматривать как тестирование технологии блокчейна в реальных полевых условиях. Надеюсь, что он поможет доказать перспективность подобной практики. Насколько я знаю, государственные структуры наблюдают за нашей движухой», — прокомментировал на своей странице в Facebook правовую сторону вопроса Шляпников.

В некоторых случаях без вмешательства государственных структур не обошлось. В январе 2017 сеть фитнес-студий NanoFitness начала принимать в качестве оплаты биткоины, но ни один клиент этой возможностью так и не воспользовался. «Хотя в комментариях к нашим публикациям и в личку так называемые биткоин-энтузиасты ссали кипятком, за четыре месяца не было ни одной оплаты криптовалютой. Зато доморощенные кулибины завалили спамом с настойчивыми предложениями принимать их «уникальную криптовалюту», а «профессиональные граждане» обвинили компанию в продвижении плана Даллеса по уничтожению России», — рассказал Inc. представитель компании, который предпочел остаться неназванным.

Вдобавок операциями с биткоинами в NanoFitness (которых на самом деле и не было) заинтересовалась прокуратура. Сотрудники надзорного ведомства провели рейды по фитнес-студиям в Санкт-Петербурге и Тюмени, а их руководителей вызвали на допросы, чтобы предостеречь от нарушения ст. 27 закона «О Центральном банке России». Последняя гласит, что единственной официальной валютой на территории страны является рубль. «Оценив все риски, мы окончательно убедились, что вышли на российский рынок со своим предложением слишком рано», — подытожили свой опыт работы с биткоинами в NanoFitness.

Эксперты соглашаются с мнением, что вводить оплату биткоинами в России пока рано. По словам финансового аналитика ГК «Финам» Тимура Нигматуллина, главной проблемой остается правовая неопределенность криптовалют. В некоторых случаях правоохранители даже могут отнести операции с виртуальными валютами к сделкам по отмыванию денег, — сказал эксперт в разговоре с Inc. Такого же мнения придерживается финансовый директор BMS Law Firm Юрий Степанов. «Скорее всего, подобные операции вызовут повышенный интерес со стороны контролирующих органов из-за требований о противодействии отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма. Также возникнут вопросы о признании полученных средств доходами и их последующем налогообложении», — пояснил Inc. Степанов.

Бум расчетов криптовалютами в России может не случиться даже после их легализации. По оценкам эксперта «Церих Кэпитал Менеджмент» Олега Якушева, большинство заявлений о возможности рассчитаться биткоинами в оффлайне носят рекламный характер и рассчитаны на привлечение наиболее продвинутой целевой аудитории. «Какой-то всплеск действительно может дать приезд на ЧМ-2018 большого числа иностранных болельщиков, для которых привычны биткоин-платежи. Однако в более общем плане биткоин так и останется еще одним инструментом долгосрочных инвестиций», — заключил Якушев.

Вопреки расхожему мнению, в западных странах криптовалюты пока тоже не стали популярным платежным средством. «Люди больше любят говорить о биткоинах, чем использовать их», — написала в прошлом месяце американская газета Wall Street Journal. Издание приводит статистику онлайн-турагентства Cheap Air, которое принимает оплату в биткоинах с 2013 года: продажи за криптовалюту составляют менее 10% общего объема. У спутниковой телекомпании Dish Network Corp. (принимает биткоины с 2014 года) статистика еще более печальная: расчеты в криптовалюте составляют менее 1% от общего объема платежей.

Опрос 4 тысяч владельцев биткоинов из различных стран мира, проведенный компанией CoinDesk в 2015 году, показал, что половина респондентов использует биткоины для покупок в интернет-магазинах. Чаще всего за криптовалюту покупают гаджеты и цифровой контент. Лишь чуть более 10% респондентов приобретают товары и услуги за биткоины в оффлайне. Еще 35% никогда не использовали биткоины для покупок.

Автор: Ленур Юнусов, редактор Inc.

Читайте также: В России планируют легализовать криптовалюты. Стоит ли в них инвестировать?

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.

  Фото: частные авторы/ТАСС

Оригинал текста

Компании много тратят на аренду помещений у физических лиц и коммерческих структур. Субаренда муниципальных помещений стоила Biser 500 тысяч рублей в месяц. Чтобы сократить эти расходы, студия сама приняла участие в городских торгах на право прямой аренды — и выиграла. Совладелец Biser Галина Кисанд рассказала Inc., как это сделать.

Biser придумывает и создает программы для Первого канала, ТНТ, ТВ–3, СТС. Обычно компании такого типа набирают персонал под конкретные проекты. А у нас все 65 человек — монтажеры, авторы, съемочная группа — постоянные работники. Чтобы разместиться и проводить съемки, нужно просторное помещение.

Начиная бизнес, мы с партнерами — Александром Романовым, Максимом Пшенниковым и Яной Жарчинской — за 20 тысяч рублей в месяц арендовали чердак у собственников домана Рождественском бульваре. Тогда у нас было только три-четыре наемных работника. Но студия постепенно разрасталась, мы переезжали с места на место и наконец взяли в субаренду муниципальные помещения на Шмитовском проезде — два подвала общей площадью 300 кв. м, где разместили 50 сотрудников. Субаренда стоила примерно 500 тысяч рублей в месяц (без учета коммунальных услуг).

Штат увеличивался, и мы стали искать новый офис в том же районе. Уезжать с Пресни не хотелось: это почти в центре, несколько станций метро, клиентам удобно к нам ездить.

Чтобы сократить расходы, мы решили участвовать в городском аукционе на права прямой аренды. Изучили информацию на сайте Департамента городского имущества и предложения на сайте «Инвестиционный портал города Москвы». Но боялись, что победители известны заранее.

В Департаменте городского имущества заверили, что наши сомнения напрасны: реальный бизнес приветствуется. Сотрудники мэрии при встрече пообещали содействие.

Эксперимент

Inc. решил проверить эффективность коммуникации с чиновниками Департамента имущества. Корреспондент Inc. позвонила в Департамент и сообщила, что ищет помещения для студии йоги и магазина органической косметики, которые должны располагаться рядом. Сотрудница департамента внимательно выслушала и рассказала об условиях участия в торгах. Она терпеливо отвечала на все наши вопросы и пошагово объяснила, как подать документы на аукцион.

Чтобы увидеть помещение, нужно выбрать объект на сайтеи нажать кнопку «Подать заявку на осмотр». Через один-два дня вам перезвонит сотрудник Департамента имущества и договорится о времени осмотра. Поедете по нужному адресу, и сотрудник покажет вам помещение.

Можно недорого арендовать большое помещение, но только «убитое», без какого-либо намека на ремонт. Три помещения в нашем районе повергли нас в шок: фекалии, крысы, с потолка течет вода, а стены в плесени.

Подвал, который мы арендовали, был не лучше: сломанные окна, нет электричества и все те же крысы. Зато он большой — 265 кв. м — и расположен идеально. Это Шелепихинская набережная, которая скоро будет реконструирована, а в 150 метрах от нашего офиса — станция Московского центрального кольца «Шелепиха». Вскоре рядом откроется новая станция метро.

Подвалу требовался капитальный ремонт, но мы решили, что дело того стоит: даже превысив смету ремонтных работ в два раза (так и случилось — ушло 4 млн рублей), мы отобьем стоимость ремонта в течение года, при пятикратной экономии на аренде. Решили подать заявку на аукцион и посмотреть, что будет.

Какие документы вам понадобится для участия в торгах

1. Заявка на право заключения договора аренды нежилого помещения. Оформить ее можно в электронном виде

2. Выписка из ЕГРЮЛ или ЕГРИП. Ее нужно получить не ранее, чем за шесть месяцев до появления на сайте информации о будущем аукционе.  

3. Копии ваших учредительных документов и устав. 

4. Заявление, подтверждающее, что компания не признана банкротом и не находится в стадии ликвидации. 

5. Решение об одобрении сделки (сведения о лицах, которые будут заключать сделку, ее максимальная сумма, описание объекта и номер лота), если приобретается имущество стоимостью более 25% балансовой стоимости активов компании по последним бухгалтерским отчетам. 

6. Предложение о ремонтных работах, если такие являются условием аренды.

Оформлением заявки и подготовкой документов занимался наш корпоративный юрист. Для участия в торгах нужна электронно-цифровая подпись, которая делается быстро и просто. У компаний, участвующих в госзакупках, она есть. Можно купить ее. Базовый комплект, позволяющий участвовать только в государственных торгах, стоит 3690 рублей.

Участвовать в аукционе может любое юридическое или физическое лицо. Не допустить к торгам могут, только если вы:

  • подали неполный пакет документов,
  • не внесли задаток,

либо ваша компания признана банкротом или Арбитражный суд вынес решение о ее ликвидации.

Чтобы вас зарегистрировали и назначили дату торгов, необходимо внести трехмесячную плату за аренду помещения(проигравшим эти деньги вернут на счет). Победитель аукциона обязан подписать договор аренды в течение 20 рабочих дней, иначе потеряет право аренды и уплаченный задаток.

Торги идут один день. В этот день все участники получают доступ к закрытому разделу аукциона, где видны действия других участников и оставшееся время торгов. Средний шаг аукциона — от 0,5 до 5% от первоначальной цены. Если несколько участников сделали одинаковый шаг, побеждает тот, кто сделал его первым. Единственный участник аукциона получает право аренды автоматически.

В наших торгах участвовали три компании, но шаг — 34 тысячи рублей — сделали только мы и выиграли право прямой аренды помещения. Сейчас платим за него 112 тысяч рублей в месяц — почти в пять раз меньше, чем платили за такую же площадь раньше.

Договор аренды подписан на десять лет. С учетом инфляции, стоимость аренды может незначительно меняться. По договору, Департамент имущества не может повысить арендную плату после ремонта.  

Мы не придали значения пунктам о МОЭСК, Мосэнергосбыте и управляющей организации, о мероприятиях противопожарной безопасности. Думали, это легко. Но все оказалось не просто.  

Два месяца ушло на согласование с Московской объединенной электросетевой компанией (МОЭСК). Для этого нам пришлось на собственные средства  переустановить электросчетчики. В управляющей организации не было документов для расчета платы за отопление — их мы готовили сами. Немало времени и средств понадобилось, чтобы узаконить перепланировку подвала.

Оформление документов заняло два месяца, ремонт — три.В январе 2017 года мы переехали в новый офис. По закону через три года мы сможем выкупить это помещение и будем первыми претендентами на выкуп — если будем вовремя платить аренду.

Наши бывшие арендодатели могли в рабочее время без предупреждения прийти в офис и начать сверлить. Мы же не имели права сделать ремонт без согласования с ними. А новый офис нас полностью удовлетворяет. Мы максимально удобно оборудовали пространство для бизнеса: установили окна, двери, стекла и перегородки, сделали сауну, душ. Есть переговорная комната с диванами, где можно поспать. У нас все условия для проведения съемок и даже кухня, где мы снимаем кулинарные программы.

Выиграть на аукционе оказалось несложно. Торги проходят каждый день — можно постоянно отслеживать новые помещения. Сейчас мы присматриваемся к еще одному интересному подвалу, площадью в 1600 кв. м, но подозреваем, что с сантехникой и электричеством там все плохо.

Опыт Изольды Костиной, основателя семейного центра «Краски-Клуб»

 — Для клуба я искала помещение с кабинетной планировкой, просторными комнатами, чтобы устроить удобную зону ожидания для родителей. Сомневалась, что просто так, «с улицы», можно выиграть аукцион. В нашем случае аукциона не было — он получил статус «несостоявшегося», поскольку мы были единственными участниками, с которыми департамент и заключил договор.

С начала подготовки к аукциону до победы прошло три недели. Мы пользовались помощью юриста, но вполне можно обойтись без нее. Условия проведения аукциона и документация достаточно ясные и прозрачные. Сотрудники Департамента по конкурентной политике поддерживали нас на этапе заключения договора. 

Самым сложным для нас оказался ремонт. Помещение было «в бетоне» и без коммуникаций. С собственниками коммерческих помещений легче согласовать арендные каникулы, договориться о ремонте за счет арендодателя или о его частичной оплате. В случае с муниципальной недвижимостью отношения с представителями МОЭСК и коммунальными службами ложатся на плечи арендодателя. Проблема в том, что на заключение договоров электроснабжения и коммунального обслуживания арендатору дается только три месяца с момента подписания договора аренды. За нарушение этого условия предусмотрены штрафы, но выполнить его весьма сложно: регистрация договора аренды отнимает около двух месяцев, а без него заключить договор на электроснабжение и коммунальное обслуживание невозможно.

Автор: Кристина Шперлик

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.




Виталик Бутерин / Фото: Аня Марченкова/Inc.

Оригинал статьи

Платформу Ethereum называют одной из самых передовых технологий в сфере блокчейна и криптовалют. Ее придумал программист российского происхождения Виталик Бутерин. С шести лет он живет в Канаде, куда эмигрировали его родители. В 2014 году, оставив учебу в Университет Уотерлу, чтобы реализовать свою идею, Бутерин получил грант на $100 тысяч от фонда основателя PayPal Питера Тиля и выиграл премию World Technology Awards, обогнав Марка Цукерберга. Cегодня капитализация Ethereum — больше $4 млрд, а интерес к платформе проявляют IBM, Acronis, JPMorgan Chase, Deloitte, Royal Bank of Scotland, Сбербанк и другие ведущие мировые компании. Microsoft и UBS уже запустили на платформе собственные приложения. В интервью русской версии Inc. Бутерин рассказал, почему нельзя сравнивать Ethereum с биткоином, каким образом с помощью блокчейна побороть коррупцию и как перспективную технологию может использовать бизнес.

Больше чем биткоин

— New York Times писала, что JPMorgan Chase, Microsoft и IBM рассматривают Ethereum как усовершенствованную версию биткоина. Можно назвать его биткоином 2.0?

— Нет. Биткоин — просто цифровая валюта, а наша платформа — это общий децентрализованный мировой компьютер, применение которого гораздо шире. У Ethereum тоже есть криптовалюта, но мы на ней не фокусируемся. Цель проекта — делать то, чего не делает биткоин.

— А что делает Ethereum? Можешь простым языком объяснить, что это такое?

— Это децентрализованная программная платформа, на которой каждый разработчик может построить что-то свое. Ethereum исполняет программный код, принимая и обрабатывая транзакции от любого человека в мире, и делает это по четким правилам, с гарантией результата. С помощью этой платформы могут надежно взаимодействовать даже те люди, которые друг другу не доверяют.

Идея пришла мне в голову в 2013 году, когда стало ясно, что технологию блокчейн можно применять не только в криптовалютах. Тогда было множество нишевых блокчейн-проектов, и я решил сделать одну общую, объединяющую  платформу, на которой можно будет использовать эту технологию в любых сферах. Это может быть работа с деньгами — финансовые контракты, страховка, краудфандинг, все виды инвестиций… Единственное условие — чтобы все операции можно было описать как математические правила. С этой базовой идеи и начался Ethereum.

— Что было дальше?

— Я сделал описание проекта и предоставил доступ к документу своим друзьям. Потом мы подключили новых участников, сделали проект публичным. Вскоре несколько десятков человек предложили помощь в программировании платформы, — так пришли первые кофаундеры Ethereum Гэвин Вуд и Джеффри Уилки.

В середине 2014 года мы зарегистрировали некоммерческий фонд в Швейцарии. Выбрали эту страну, потому что в ней много банков и других финансовых институтов, которым может быть интересна технология блокчейн. Плюс в Швейцарии либеральные законы по отношению к криптовалютам. Мы продали 60 миллионов единиц «эфира» (нашей криптовалюты) и получили за них 18 миллионов долларов, чтобы заплатить за разработку протокола. После этого мы еще целый год делали Ethereum и только в середине 2015-го выпустили платформу.

— Офис Ethereum и сейчас находится в Швейцарии?

— У нас два офиса — в Швейцарии и в Сингапуре, где сейчас тоже идеальная среда для развития блокчейн-проектов. Это мировой финансовый центр, крупный рынок, там больше денег для развития блокчейна.

Что такое Ethereum

Ethereum — открытая платформа для создания децентрализованных блокчейн-сервисов и приложений, работающих на базе умных контрактов. C ее помощью можно создать собственную криптовалюту, лотерею, систему идентификации, платформу краудфандинга, децентрализованный маркетплейс, мобильный платежный сервис и многое другое. 

Платформа была запущена 30 июля 2015 года. Для ее реализации в Швейцарии был организован фонд Ethereum. 

У Ethereum есть собственная криптовалюта — ether («эфир»). В марте 2017 года ее рыночная капитализация составляла более $4 млрд. Сейчас на платформе работают сотни онлайн-сервисов и приложений.

— Что оказалось сложнее всего при работе над проектом?

— Самая большая сложность — технологическая. Нужно было сделать с нуля очень сложную систему, написать много кода и все проверить, чтобы это было безопасно. В конце концов все получилось, но времени ушло больше, чем мы думали.

Вторая сложность — организационная: когда создаешь столь сложную децентрализованную систему, обязательно возникнут проблемы с людьми.

И третья сложность — проблема доверия. Необходимо было рассказать миру о платформе и добиться, чтобы количество операций на ней росло. Это заняло время. Некоторые сразу поняли идею и поверили в нее. Но были и те, кто называл нас жуликами, а проект — нереалистичным, так как считали что технологически его реализовать невозможно.

— Я решил доказать, что все получится. Мне кажется, это удалось. Хотя и сейчас есть люди, которые говорят то же самое. Но их уже мало кто слушает…

— Какие приложения, работающие на Ethereum, можно назвать успешными?

— Несколько проектов пробуют запустить цифровые валюты, кое-кто занимается страхованием, другие — цифровой собственностью и верификацией продуктов. Уже появились команды, которые работают в сфере здравоохранения. Одни приложения уже запущены, но пока не имеют коммерческого успеха. Другие пока находятся на стадии тестирования, она продлится еще год-два.

Сейчас в Ethereum идет формирование инфраструктуры. Нечто подобное в свое время было с Интернетом, который эволюционировал от простеньких веб-страниц до масштабных проектов вроде Gmail, Facebook и Twitter в результате развития его языка программирования. Когда у Ethereum будет развитая инфраструктура — выстрелят проекты на базе блокчейн. Первые по-настоящему массовые проекты появятся через 2-5 лет.

Три преимущества блокчейна (по версии Виталика Бутерина)

1. Дешевизна. Многие проекты на Ethereum можно делать без значительных вложений. Для поддержки сервисов не нужна централизованная IT-инфраструктура.

2. Отсутствие посредников. Люди могут взаимодействовать друг с другом в доверительной среде. Нет необходимости в посреднике, который бы все контролировал.

3. Высокий уровень доверия. Это самое важное преимущество для пользователей. Высокий уровень безопасности и доверия между участниками обеспечивают, в частности, «умные контракты».

Блокчейном по коррупции

— Какие перспективы есть у криптовалют и технологии блокчейн в России?

— Перспективы хорошие. Криптовалюта упрощает международные транзакции. Даже у нашего фонда Ethereum (занимается продвижением одноименной платформы — Inc.) бывают проблемы с оплатой труда контракторов, которые сидят в 15-ти странах. Если им платить через банковскую систему, нужно каждый раз заполнять кучу полей. С криптовалютой все проще: дайте нам адрес (это 40 букв и чисел), и мы пошлем туда деньги. При этом деньги приходят сразу, а стоимость транзакции  очень низкая.

Насколько мне известно, сейчас в России госучреждения думают, как использовать технологию блокчейн для внутри— и межведомственного взаимодействия. Например, Центральный банк изучает сценарий создания мастер-блокчейна, или мастерчейна, — межбанковской системы, в которой будет содержаться база данных всех финансовых операций. Цель — повысить эффективность и прозрачность финансовой системы страны. Когда идет распределение бюджетных средств и ассигнований на целевые проекты (вплоть до построения конкретного моста), цифровые деньги можно пометить. И если средства уйдут не по назначению, это всегда можно отследить, и очень оперативно.

— Ты веришь в то, что коррупцию можно искоренить с помощью технологий? —  Да, с помощью блокчейна это реально. Криптовалюту легко пометить, а значит, легко проследить ее путь до конечного получателя, будь то учитель, врач и так далее.

Для чего блокчейн нужен государству и бизнесу

Владислав Мартынов, представитель Ethereum в России:

— Объясню на простом примере. Сейчас, чтобы зарегистрировать свою недвижимость, вы заполняете документы и сдаете их в соответствующее учреждение. Но где гарантии, что злоумышленник, получивший доступ к данным, не перепишет ваш дом или квартиру на другого? С блокчейн это невозможно. Система распределена на большом количестве компьютеров, и все ее участники тут же увидят изменения: они отслеживаются. Поэтому доверие граждан к услугам с использованием блокчейн резко возрастает.

Или возьмем сферу межведомственного взаимодействия. Сейчас есть централизованные электронные системы документооборота, но опять же, никто не застрахован от манипуляций, подмен или удаления данных. А в блокчейн все транзакции прозрачны и зарегистрированы.

По тем же причинам блокчейн интересен бизнесу. Эта технология в ближайшее время радикальным образом изменит работу компаний в сфере страхования, финансов, логистики и многих других. И масштаб изменений будет сопоставим с тем, как повлиял на бизнес интернет.

— Как платформа будет развиваться дальше?

— Сейчас она готова к применению. Но пока не решена проблема ее масштабируемости — готовности к большому количеству пользователей. Даже если завтра удастся убедить 50 миллионов бабушек использовать блокчейн, сейчас у нас есть место только для 5 тысяч бабушек. Если вдруг количество компьютеров, работающих на платформе, сильно возрастет, нет уверенности, что все будет работать безупречно. Я сейчас работаю над этим и в течение года должен эту проблему решить.

Есть еще проблема макро-конфиденциальности: вся информация на блокчейне публична, но некоторые люди не хотят обнародовать свои транзакции. В таких случаях можно использовать криптографию, но над этим еще нужно работать.

— В одном из интервью ты сказал, что, впервые узнав о блокчейне, удивился: «Как такая система может жить, ведь это просто цифры в компьютере? Какая у них может быть стоимость?» Сейчас ты уже знаешь ответ на этот вопрос? 

— Я бы ответил так: их стоимость зависит от того, что о них думают люди. Это такой эмоциональный момент. Так же, как квадратный метр земли в одном месте стоит намного больше, чем в другом. Нет какой-то одной причины, почему стоимость именно такая, а не другая. Просто уже сформировался рынок и люди валюте нашей платформы доверяют, — это, наверное, все, что нужно.

— А сколько сейчас стоит Ethereum?

— Капитализация Ethereum — выше 4 миллиардов долларов США.

Автор: Ольга Любимова, cпециальный корреспондент Inc.

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.




Анна Цфасман / Фото: Анна Марченкова

Основатель и генеральный директор «Даблби» Анна Цфасман никогда не хотела иметь собственный бизнес. Экономист по образованию, она работала в «Студии Артемия Лебедева», Coca Cola, была управляющим директором сети «Кофеин». Когда инвесторы «Кофеина» начали использовать кофейные зерна худшего качества, Цфасман уволилась и в 2012 году вместе с партнером основала «Даблби». С тех пор сеть кофеен выросла до 77 точек, а ее выручка за последний год увеличилась более чем в два раза — до 666,3 млн рублей. Анна Цфасман рассказала Inc., почему не стоит вкладывать деньги в помещение, какова рентабельность чашки кофе и почему лучший клиент — тот, кто покупает самый дешевый кофе, но каждый день.

— Сколько можно заработать на кофейне?

 — В среднем — 250-300 тысяч рублей в месяц после выплаты всех налогов. Но это если вы сами управляете кофейней. Иначе придется вычесть еще и зарплату управляющего.

— Большая часть кофеен «Даблби» открылась по франшизе. Чтобы управлять такой сетью, нужно регламентировать каждое действие своих франчайзи?

 — Это нереально. Некоторые просто придумывают концепцию, не открывая своих заведений, и запускают франшизу. Вот у них все расписано и регламентировано, но ничего не работает. Они говорят: «Мы будем лучше заниматься нашими франчайзи, помогать им расти и развиваться, чем возиться с собственной рубашкой, которая всегда кажется ближе к телу».

— Но это не ваша история…

 — К нам обратились за франшизой еще до того, как мы открыли первую точку. А после ее открытия спрос только увеличился. Мы продавали франшизы аккуратно и медленно, развивались точечно, долго выбирали партнеров и все равно умудрились наделать ошибок.

Бизнес невозможно зарегламентировать, если он живой. Окружающая среда и люди постоянно меняются. Например, когда мы открывались в 2013 году, черный кофе почти никто не пил: люди не очень понимали его вкус. Сейчас привыкли и им нравится. Это самая дешевая позиция в меню, так что расчет был, в том числе, на скупость.

— Заказывают черный кофе и просят налить молока?

 — Бывает и так.

— При этом вы уверены, что черный кофе рано или поздно станет модным.

 — Мы многое для этого делаем: уговариваем людей попробовать, объясняем, учим… Хотя я сама люблю кофе с молоком, за что профессионалы надо мной часто подтрунивают.

«Космическая рентабельность кофеен — миф»

— Над чем сейчас работаете? 

 — Открываем новые кофейни и увеличиваем долю на рынке. Людям уже не нужно ехать куда-то специально, они могут найти нас рядом с домом или около работы. Еще мы учимся рассказывать клиентам о кофе. Когда гости понимают, сколько труда стоит за чашкой кофе, сколько нужно учиться и работать, чтобы получить конечный результат, то начинают пить больше кофе. Здесь прямая зависимость.

— А в цифрах?

 — Когда люди пьют кофе для удовольствия, а не чтобы проснуться, они позволяют себе две-четыре чашки в день. Наш самый хороший гость — тот, который приходит и заказывает самую дешевую позицию за 150 рублей, но делает это каждый день. Один раз, но каждый день! Нам больше ничего не надо. Если мы сможем завоевать таких гостей, то с нашим бизнесом в ближайшие 100 лет будет все в порядке. Но нужно еще поработать над сервисом.

— С этим есть проблемы?

 — Да, и не только у нас, а у всех кофеен нашего типа в мире. Я разговаривала с японцами, англичанами, американцами… У всех одно и то же. В кофейнях работают молодые ребята — воодушевленные, радостные… Но они не умеют правильно общаться с гостями, делать все быстро и четко. Учить их этому очень трудно, потому что приходится закручивать гайки. Мы не хотим терять эту «живость», когда между гостями и бариста нет стены. Но наши работники должны понимать настроение каждого гостя: кто хочет поговорить, а кто —  нет, делать все очень быстро, знать, с какой стороны подавать чашку. Вот мы с вами сейчас беседуем за столиком, лежит диктофон, а сотрудник поставил чашку прямо возле микрофона. Хорошо обученный официант никогда бы так не сделал. Сейчас просто среда неконкурентная, но рано или поздно сервис выйдет на первый план.


«Даблби» в цифрах

77 кофеен
16 — свои, 61 — франчайзи

110 сотрудников,
не считая сотрудников франчайзи

200 человек в день 
средняя посещаемость кофейни

666,3 млн рублей
выручка в 2016 году

1,5 млн рублей / 1 млн рублей / 20 тысяч евро
стоимость франшизы в Москве / в регионах / в Европе

Главные конкуренты
Starbucks, Шоколадница, Coffeeshop Company

— Какова рентабельность чашки кофе?

 — Она зависит от нескольких факторов. Например, черный кофе у нас сам по себе дорогой. Его себестоимость редко бывает ниже 1600 рублей за килограмм. Чтобы заварить чашку кофе, нужно приблизительно 20 граммов. Плюс еще вода — мы же ее не из крана берем. Ее нужно пропустить через фильтры и определенным образом вскипятить. А еще есть бумажный фильтр, который нужен, когда мы завариваем кофе с помощью воронки, — он тоже денег стоит. Чашку надо помыть, и иногда она бьется. Если все вместе посчитать, то какой-то космической рентабельности, о которой все говорят, не получается. Например, можно услышать, что у кофеен фудкост (food cost или стоимость продуктов — Inc.) — 8%. Это неправда. Себестоимость напитков, в которых используются дорогие сливки и карамели (мы их варим сами), может превышать и 100 рублей.

— Супер-рентабельность кофеен — это миф? 

 — У хорошего ресторана фудкост будет 27%. У очень хорошего — больше 30%, потому что он закупает дорогие продукты, но все равно продает блюда по среднесегментной цене. У нас в кофейнях фудкост — от 19 до 22%. Чтобы зарабатывать, нам нужно большое количество клиентов. Повышать цены — не вариант. Хочется быть доступными для людей, чтобы чашку кофе могли позволить себе и студенты, и пенсионеры.

«Я не знала, что Европа настолько консервативна»

— Сколько стоит ваша франшиза?

 — Для Москвы — полтора миллиона, на регионы — миллион, на Европу — 20 тысяч евро.

— Почему первую кофейню за границей вы открыли именно в Праге?

 — Мы планировали открыть ее в Германии, но там оказался большой налог на продажу обжаренного кофе. В итоге мы «свернули» в Чехию. Мы хотим развиваться в Европе. Еще когда запускали «Даблби», я говорила, что мы это делаем не для Москвы и не для России. Хочу доказать всем, что наши формат, концепция и то, как мы работаем с кофе, — это проект и продукт мирового уровня.

— Что оказалось самым большим сюрпризом при открытии кофейни за границей?

3.jpg
— Я не знала, что Европа настолько консервативна. Чтобы приучить чехов ходить в «Даблби», а не в привычную им кофейню, требуется намного больше времени, чем в Москве.Удивило, что там нет СМИ, в которых мы могли бы о себе рассказать. Там нет TimeOut, «Афиши». Есть издания наподобие журнала «Лиза», но публикация в них не поможет увеличить посещаемость кофейни. У чехов нет стремления узнать что-то новое. Конечно, вода камень точит, и спустя год нас стали воспринимать как своих. Недавно мы победили в чешском чемпионате бариста. Это сразу отразилось на популярности кофейни: плюс 10% посетителей. Сейчас там редко бывают свободные столики, что очень радует.

— Затраты окупились?

 — Пока в процессе, потому что в Чехии мы делаем еще и обжарку кофе, а это довольно большие инвестиции (порядка 130 тысяч евро). Думаю, затраты окупятся через пару лет.

— После Чехии вы открылись в Риге, Тбилиси, Минске, Барселоне. С какими сложностями столкнулись там?

 — В Барселоне практически нет помещений, которые ты можешь просто арендовать. Чаще всего приходится платить traspaso — это когда у кого-то есть договор на 10 лет, он владеет лицензией на ресторан и продает вам переуступку прав аренды. Ее стоимость может быть просто запредельной. Сама аренда будет маленькой — 2-3 тысячи евро в месяц, а переуступка прав аренды — 200 тысяч евро.

— Какой полезный опыт вы получили за границей?

 — Мы поняли, что нужно больше времени уделять соцсетям. Здесь мы точно недоработали и только сейчас начинаем наверстывать и в Барселоне, и в других городах. В Праге я наблюдала, как ребята еще до открытия своей простой кофейни провели в Instagram кампанию: выкладывали фотографии: вот мы стены красим, а вот — пол кладем… К открытию у них уже была аудитория, которая пришла посмотреть, что и как они сделали. Поэтому сейчас мы будем уделять соцсетям намного больше внимания: запускаем свой канал в Telegram, планируем сделать канал на YouTube.

— Сложно найти партнеров в Европе?

 — Если у вас действительно хороший и яркий бизнес в России, то вас буквально завалят разными авантюрными предложениями. Никого специально искать не надо.

— Российское законодательство вам помогает развиваться или скорее мешает? 

 — Я не из тех бизнесменов, которые говорят, что нам тут все мешают и все не так. Когда ты понимаешь, для чего нужны те или иные регулятивные требования, — их легко соблюдать. Опять же, не забывайте: мы — хитрые, у нас нет еды, и большинство сложностей, с которыми сталкивается любой ресторан или предприятие общепита, нас не касаются.

— Не передумали по поводу салатов?

 — Салаты и сэндвичи в «Даблби» точно не появятся — это даже не обсуждается. Но мы сейчас много работаем с выпечкой. Сделали круассаны с заварным кремом — на них гости «подсаживаются» со скоростью звука. Это дает возможность дополнительного заработка, но на наш оборот пока не повлияло. Все-таки к нам ходят за кофе, да и круассаны продаются далеко не тоннами. Но линейка из 4-5 наименований, думаю, повлияет на оборот. Должна, по крайней мере…

«Сейчас рынок дикий»

— Рынок specialty-кофе растет?

 — Обжарщики говорят, что растет. Я скажу больше: он начал влиять на большие компании.

— Каким образом?

 — Представьте фермера, который выращивает кофе и сдает все государству — за копейки, но получает гарантированный доход. К нему приезжает бизнесмен и говорит: «Ты сдавал по 2 доллара, а я буду покупать за 6. Только мне нужно, чтобы ты нормально обрабатывал и собирал кофе. Я тебя научу и доплачу. А если будешь хорошо работать, то сможешь и не за 6 продавать, а за 100». И фермер решает попробовать: получает действительно великолепный вкус и его зерна продаются по высокой цене. Колумбия — большая деревня. Все соседи видят, что какой-то фермер, которому раньше нечего было есть, вдруг купил машину, кто-то все время приезжает к нему на ферму. Они приходят и спрашивают: «Педро, в чем дело?» И вот уже все окрестные фермеры начинают работать по-новому. Из-за этого крупным корпорациям стало очень тяжело покупать кофе по привычным ценам и подписанным контрактам. Объемы уходят в сторону specialty. Есть страны, которые в принципе уже занимаются только дорогим кофе: Панама, Коста-Рика… И крупные трейдеры пока не понимают, что с этим делать.

— Но спрос так или иначе формируется?

 — Рано или поздно мы придем к тому, что хороший кофе появится и в ресторанах, и в отелях… Сейчас рынок дикий: можно встретить итальянские зерна, обжаренные год назад, вперемешку с робустой, а написано будет — «100% арабика». И некоторые рестораны и отели это покупают по 3000 рублей за кг, а то и за 6000! Хотя великолепные зерна можно купить за 1500 или 2000 руб/кг. Ресторанные закупщики не особо хотят во всем этом разбираться. Это все от нецивилизованного рынка. Позже все встанет на свои места. Пережаренные «итальянцы»будут стоить столько, сколько должны: 500 рублей…

— Какие у вас планы по завоеванию рынка кофеен?

 — Моя задача — этот пирог растить. Мне нужно, чтобы он был большой. Потому что к моменту, когда он вырастет, у меня будет самая большая доля. Я хочу половину пирога.

— Какое правило бизнеса вы стараетесь всегда соблюдать?

 — Мы очень трепетно относимся к вопросам аренды. До последнего торгуемся с собственниками и стараемся не арендовать по высокой цене. Мы лучше поищем еще, чем станем рисковать. Аренда может погубить любой бизнес.

— Что еще важно?

 — Уметь принимать решения. Если кофейня работает в неудачном месте или что-то пошло не так — найди в себе силы закрыть ее и откройся в другом месте. Мы разработали формат, который очень легко переезжает. Ошиблись? Просто собираем вещи и съезжаем. Не вкладываем кучу денег в стены и поэтому не тянем дохлую лошадь за собой.

—У вас есть профессиональная мечта?

 — После того как построю крупную мировую сеть — открою собственный отель.

Автор: Ольга Любимова, cпециальный корреспондент Inc.

Читайте нас в FacebookTwitter и ВКонтакте.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире