ilya_afanasyev

Илья Афанасьев

21 февраля 2014

F

20 февраля. На Майдане 30-40 тыс. человек. Тепло. Предзакатное солнце  расслабляет. Земля и люди отвечают солнцу по-разному. Сожженная громада Дома Профсоюзов придает сталинградский колорит. На лицах преобладает угрюмая решимость. Но встречается  и приподнятое, почти радостное настроение. Особенно у женщин.

Их много здесь – женщин. Они не только нарезают и раздают бутерброды за многочисленными столами или подметают. Женщины стоят в длиных людских цепочках, передавая для баррикад 4-килограммовые выбитые из мощеной площади булыжники. Вот пятеро женщин сидят за работой в импровизированной мануфактуре по производству «коктейлей Молотова». Тут несколько мешков и ящиков с разнокалиберными бутылками, коробки с другими ингредиентами и деталями. Мужчины размешивают и разливают горючие жидкости, женщины взяли на себя несколько других этапов изготовления, образовали призводственный конвейер. Некоторые из работниц сами принесли сырье. Одну из них расспрашивают: как удалось найти столько бутылок? Она весело отвечает:

 – А мы к титушкам пошли, они там возле нас по дворам все время пиво пьют, здоровье губят, так мы возле них насобирали. Хоть какая-то польза от титушек.

Утром активно работали снайперы. Они убили за день несколько десятков человек, стреляли в тех, кто покидал территорию, ограниченную баррикадами. Но, вот уже несколько часов, не слышно ни выстрелов, ни даже ставших привычными разрывов светошумовых гранат.

Из провинции приходят радостные для Майдана вести: в областях по правую сторону Днепра захватывают областные и районные администрации, милицейские управления, блокируют продвижение подразделений армии и милиции к столице.

Поднимаюсь на холм Октябрського дворца, оттуда лучший обзор Майдана.  Солнце красиво садится, тишина, тут почти не слышен гул толпы и лязг ломов о брусчатку. Тут всего несколько человек.

Резкий свист пули. На этот свист, довольно продолжительный, накладывается звук выстрела. Метрах в сорока впереди, с вершины холма, навстречу мне выбегает цепь повстанцев в берцах и в касках. Как отступающие в кино. Первая мысль: наступление «Беркута»? Тогда надо бежать с горы кубарем вниз.  В цепи повстанцев кричат: «Снайпер! Из гостиницы «Украина!».

Быстрым шагом, почти бегом, спускаюсь с открытого места на десяток метров ниже, к деревьям и столбам поближе. Двое матерых прокопченных бойцов средних лет, в армейских касках, доспехах, хмуро смотрят на гостиницу. Спрашиваю, указывая туда:

– Он с крыши валит?

 – Из здания. А с крыши или нет – неясно.

Спускаюсь ниже, на Майдан. Здесь уже пересказывают: после нескольких часов затишья снова дал о себе знать снайпер, только что убил человека.

Через некоторое время выяснилось, что не убил – тяжело ранил. Пуля прошила шею навылет.

Ну, допустим, снайперу приказано не впускать повстанцев в правительственный квартал. Но будь он человеком, то стрелял бы под ноги или по ногам, в крайнем случае. А этот метит в головы и шеи. Ослеплен ненавистью к повстанцам? Но снайпер – профессия не для поддающихся эмоциям. Этот – явно профессионал. Значит, циничный людоед, мразь. Таких нужно судить наравне с нацистскими палачами. 

Люди на Майдане посуровели еще больше. У многих мужиков черные от дыма лица, увенчанные оранжевыми касками, как у шахтеров. Выражение лиц: «Расскажи нам, как ты устал сегодня в офисе». И увесистые дубинки  в мозолистых руках.

Если их столкнут лоб в лоб непосредственно с шахтерами из Донбасса, а не с люмпенами-титушками, будет большая война.

19 декабря на Майдане Незалежности собрались 80-100 тыс. человек. Выступления прерывались массовым скандированием: «Ли-де-ра!». Майдан устал ждать вождя, олицетворяющего и направляющего протесты. Лидера не определили, митинг закончился подавленным настроением многих участников.

На соседней, Европейской площади,  после основного митинга, я стал свидетелем инцидента. В середине небольшой, но взбудораженной толпы обнаружились два офицера ГАИ. Один подполковник, а второй – в неясном звании, так как погоны у него были свежесорваны.Некоторые истеричные голоса в толпе предлагали бить «прислужников  оккупантской власти». Мужчина с обнаженной головой, явно пользующийся авторитетом у толпы,  требовал оставаться в правовом поле и, протестовал против самосуда. Обошлось без избиения.

Через час, рядом с этим местом, без драк не обошлось. Радикалы пошли на штурм вверх по улице Грушевского, ведущей к парламенту.

Напротив входа на стадион «Динамо» (им. Лобановского) они натолкнулись на заслон внутренних войск. Утром я наблюдал поле боя.

Поперек улицы Грушевского образовалось нагромождение из 7 или 8 сожженных крупных автомашин правительственных силовых структур. В основном, автобусов. Еще один обгорелый остов валяется чуть в стороне, у колоннады стадиона. По искореженным черно-серым рамам кузовов висит бахрома сосулек. Вид такой, как если бы неподалеку взорвалась одна из бомб глобальной ядерной войны, и уже отбушевала ядерная зима. Стопроцентная декорация  для фильма про постапокалипсис.

Есть и выжившие.  Сгоревшие автобусы служат линией фронта. В нескольких десятках  метров от нее, выше по улице – выстроились плотные шеренги внутренних войск, со щитами, в шлемах. С их стороны не слышно большого шума. В сотне метров по другую сторону баррикады — повстанцы, их около ста. Мелкими группами и в одиночку. Одеты в строительные, спортивные и армейские шлемы, а также во всяческие экзотические головные уборы. У многих в руках деревянные дубинки из черенков лопат, у некоторых – обрезки стальных труб. Многие пользуются щитами из чего-то вроде пенопласта, обитого фанерой и жестью, у некоторые «трофейные» металлические щиты милицейского образца.  Кое кто припас бутылки с фитилем и маслянистой жидкостью. Одиночки и группы по 3-5 человек, прикрываясь щитами, время от времени подбираются ближе к войскам и швыряют в их сторону какие-то предметы. Парень лет 25, перекуривающий в близком тылу, объясняет любопытствующим: ребята пытаются добросить, но не получается, менты слишком далеко стоят.

Рядом с теми, кто выходит со стороны повстанцев очень далеко вперед, возле колоннады стадиона, часто взрываются гранаты. С грохотом, вспышкой и белым дымом. Светошумовые. Метрах в 100 от баррикады я поднял две резиновые одинаковые детальки с маркировкой: «ТЕРЕН П». Это эластичные пули ударно-травматического действия, для стрельбы из гладкоствольных ружей.

По листам металла в тылу постоянно колотят дубинками несколько человек, очень громко. Колоннада мало пострадала от огня и копоти, но рядом с ней сгорели строительный вагончик и касса, а от портрета Лобановского на входе осталась лишь половина. Сотни булыжников из мостовой, по 2-4 кг каждый, выворочены и сложены в кучки и ряды, на случай наступления милиции. Повстанцы подсоединились к системе водоснабжения библиотеки, тянут шланг на сотню метров вперед, к баррикаде, поливают там водой, хотя огня не видно. Говорят, чтобы укрепить баррикаду льдом. Но зачем нужна здесь баррикада – непонятно, ведь тыл и левый фланг не защищены.

24-25 ноября многие СМИ сообщили, что за безотлагательную евроинтеграцию  собрался  на Европейской площади Киева митинг в составе 100 тыс. человек. В прайм-тайме лидер новостного ТВ Украины, «1+1»,  гигант медиа-рынка, дважды сообщил украинцам в одном сюжете, что в Киеве за «Соглашение об ассоциации» с ЕС вышли на улицу «сотни тысяч людей», недовольных правительством. Развернулась яростная информационная война между так называемой Семьей (президент Янукович и его стремительно обогащающееся окружение) и ее противниками.

Еще с 1930-х гг., классикой пропаганды признана bandwagon. Суть технологии – призыв присоединяться к толпе. В конформистском украинском обществе она отлично работает. «Нас – много! Началось! Народ вышел против бандитской власти!»

Кроме bandwagon, в антиправительственной кампании применили и другие сильные приемы. Почти все украинцы долгие годы мирились с тем, что их грабили на каждом шагу. На кухнях и веб-форумах проклинали власть и друг друга, но почти никто давно не бунтовал в реале.  Не верили в действенность уличных акций. Оказалось, что за демократию, против коррупции, тотального воровства, вывести в Киеве не 50 000, а сотни тысяч людей на улицы – невозможно или очень тяжело. Другое дело – если под угрозой не только деньги, но и жизни. Особенно – если жизни детей.

30 ноября спецназ «Беркут» очень жестоко  и демонстративно, не таясь, избил студентов на Майдане Незалежности.  Множество медиа-ресурсов развернули мощную кампанию со слоганом «Защитить детей от Беркута».

Одним из первых показал и описал это избиение, в самых шокирующих красках,  тот же «1+1», медиа-империя Игоря Коломойского. Кроме того, для выведения на улицы максимального количества антиправительственных демонстрантов, подключились на полную мощность медиа-ресурсы и многих других олигархов. Это СМИ, которые считаются контролируемыми В.Пинчуком, К.Жеваго, П.Порошенко. А также группы журналистов, активно сотрудничающие с британскими и американскими политическими спонсорами.

Основные требования  лидеров  крупных митингов  «Евромайдан»: немедленное подписание ассоциации с ЕС, отставка главы МВД Захарченко, а вслед за ним и всего правительства Азарова,  досрочные парламентские и президентские выборы. Начали штурмовать администрацию президента.

Реальное число манифестантов (см. подробнее в моем предыдущем посте),  было таким.

1 декабря – около 150 тыс. в центре Киева.

8 декабря -   200-250 тысяч.

15 декабря — 100-150 тыс. на митинге Евромайдана.

 

Но в большинстве про-оппозиционных СМИ дошло до абсурдных цифр, не имеющих ничего общего с реальностью. СМИ Коломойского, эта «тяжелая артиллерия», назвали Вече 1 декабря «миллионным шествием в центре Киева», завысив реальную цифру в 4-5 раз!  Однако 15 декабря «пушки Коломойского» прекратили  огонь:  они начали овучивать умеренные оценки численности демонстрантов.

Почему?

18 декабря объявлено, что Азаров подписал льготы трем ферросплавным заводам Коломойского на 2014 год. Это  означало огромную победу в войне между Семьей и Коломойским. Их многолетний конфликт резко обострился как раз в октябре 2013 г., причем основными непосредственными врагами Коломойского выступили глава МВД и премьер. В октябре казалось, что Коломойского скоро заставят даже медиа-империю передать в руки Семьи. Но после мощнейших уличных  антиправительственных  протестов этот миллиардер получил даже больше, чем добивался у правящего клана  в начале 2013 года.

А десятки тысяч людей получили  опыт уличных протестов.

Доказано многократно, что люди летом образуют очень плотную толпу, если их набирается по 4 человека на 1 кв. метр. 

5-6 человек на метр – это Ходынка, смертельная давка. Если толпа довольно плотная, но через нее можно  идти в любом направлении без особого труда, то в ней примерно два человека на 1 кв. метр.

Объем людей в зимней одежде увеличивается приблизительно на треть, по сравнению с летней.

Плотность толпы на митингах Евромайдана в ноябре и декабре 2013 г., на киевских Майдане Незалежности (Площади Независимости) и Европейской площади, в самые пиковые моменты, составляла, в среднем,  2-3 человека на метр.

Серия по-настоящему массовых  акций под  общим названием «Евромайдан» началась 24 ноября. Некоторые СМИ говорили про сотни тысяч  манифестантов, вышедших на Европейскую площадь  в Киеве в тот день  (Евромайдан) и 14 декабря (Антимайдан). В реальности же, участников было не более 50 тысяч. Это элементарно вычисляется.

Пригодная для стояния площадь Европейской пл. с непосредственными окрестностями составляет 20-22 тыс. кв. метров. Остальное пространство, на котором было многолюдно, и которое можно отнести к территории митинга,  — это 6-7 тыс. кв. метров, пригодных для стояния.


Даже если бы на Крещатике от Европейской площади до Майдана Независимости люди стояли одновременно таким образом, что не могли пошевелиться от тесноты,то на всех этих 26-29 тыс. кв. м было бы лишь 75-100 тыс. человек.  Ни на одном  фото 24 ноября не зафиксировано такой плотности, и не видно даже 30 тыс.  человек одновременно, хотя там были десятки тысяч фотокамер. Не отмечено такого и в воспоминаниях очевидцев.


Митинг собрал, примерно, по 2 человека на 1 кв. м Европейской площади с ближайшими площадками, и еще около 0,5-1 человека на метр отрезка Крещатика до Майдана Незалежности.

Реальное количество участников митинга за евроинтеграцию и за отставку правительстваа в Киеве 24 ноября: 40-50 тысяч.

Основываясь на фотокарте города, показаниях вебкамер и видесъемки,  я легко подсчитал, что  на Майдане Незалежности и непосредственно прилегающих участках улиц могут стоять зимой 100-150 тысяч человек, при условии толпы средней плотности, которая и была на Вечах (сильная теснота у сцены, но относительно свободное передвижение в 300 м от сцены). Это вместе с частями улиц Институтской и Городецкого, до стеклянной стенки «Глобуса», вместе с прилегающими дорожками на склонах возле Октябрьского дворца, с участком Крещатика до конца Главпочтамта в сторону Прорезной, включая ул. Городецкого до  Консерватории, и Крещатик до конца Дома Профсоюзов в сторону Европейской площади, — получается около 50 тыс. кв. метров.

Вычитаем стеклянные колпаки, подземные переходы, десятки больших палаток, киоски, сцену, хозпостройки Майдана. Остается около 40 тыс. кв. метров. Добавим, кроме этого, еще несколько сотен погонных метров Крещатика до КГГА, а также пусть будут, допустим, заполнены манифестантами Прорезная (от Крещатика до Пушкинской ), Софиевская, М. Житомирская, и Михайловская. Имеем, в целом, еще около  30 тыс. кв. м вне основной толпы Евромайдана. Это еще до 90 тыс. человек зимой, крайне плотно. Добавим пикеты в правительственном квартале, ротацию.

Итак, факты таковы:

1 декабря – около 150 тыс. манифестантов в центре Киева.

8 декабря, в день максимального количества митингующих, -   200-250 тыс., во всей центральной части Киева.

15 декабря — 100-150 тыс. на митинге Евромайдана.

22 декабря – 100-120 тысяч.

 

 

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире