В истории с московскими выборами остаётся множество вопросов, на которые нет ответа. Один из них состоит в том, что случилось бы, если фальсификации действительно были бы массовыми.

8 сентября в большинстве районов города голоса или не воровали вовсе, или воровали не слишком заметно. По соседству, в Московской области, жулики действовали гораздо грубее: события в городе Видное служат примером того, как даже множество наблюдателей при деятельном участии оппозиционного кандидата физически не в силах противостоять фальсификациям.

Там, где у комиссий нет злой воли, а есть лишь указания начальства, само присутствие наблюдателей даёт избирательной комиссии возможность сказать: «Мы бы выполнили ваши указания и исказили проценты, но за нами следили. Что мы могли сделать?» В других случаях наблюдатели могут столкнуться с противодействием комиссии, и тогда потребуется вмешательство вышестоящей избирательной комиссии и полиции. Но ни те, ни другие не заинтересованы в скандалах и шуме. Ни те, ни другие не заинтересованы в том, чтобы жалобы на ход выборов были зафиксированы.

Будучи наблюдателем в территориальной избирательной комиссии (ТИК) района Алексеевский, в составе мобильной группы я объездил почти все участки нашего района. Мы выявили несколько серьёзных нарушений правил проведения голосования на дому. Процент голосов за кандидата от власти на выездном голосовании намного выше среднего из-за того, что голосование фактически не является тайным. Многие, конечно, голосуют искренне: пенсионерка в нашем районе проголосовала дома за Собянина и перекрестила урну, желая ему победы.

На одном из участков по нашей жалобе была аннулирована урна с бюллетенями на выездном голосовании. На ещё одном участке мы написали похожую жалобу о неверно оформленном реестре голосования на дому. В ответ председатель комиссии вызвала председателя ТИК на участок, чтобы разобраться в ситуации. Вместе с ней приехал глава управы.

Глава управы и глава ТИК пристыдили нас за то, что мы жалуемся ради отчётности за количество жалоб, которая якобы есть у оппозиционных наблюдателей (это ложь) и ради финансового вознаграждения мешаем работе комиссии (что тоже неправда). По их словам, количество жалоб составляет существенную информацию для префектур. Таким образом, в других районах, где допускали фальсификации, жалоб может не быть, а в их районе — будут, и члены комиссий понесут наказание в виде лишения, допустим, премий (в то время как у реальных фальсификаторов всё будет в порядке). Нарушение было несущественным, поэтому жалобу мы отозвали.

Кроме аннулирования урны, мы участвовали в подаче ещё одной жалобы: добились отстранения члена УИК за то, что она выдала бюллетень по доверенности. Выдала, правда, по распоряжению собственного руководства. Отстранённая была очень рада — рабочий день окончен, можно идти домой.

В конце дня мы с удивлением обнаружили, что ни одна наша жалоба не была зарегистрирована в протоколах, пришедших с участков в ТИК. На результаты голосования это никак не повлияло: итоги подсчёта полностью совпали с подсчётами наблюдателей. Председатель ТИК настаивала, что регистрировать надо только жалобы, оставшиеся без удовлетворения, что не соответствует действительности (Избирательный кодекс Москвы, ст. 72, п. 25 и п. 30). В УИКах никто из наблюдателей не заметил ошибки, да и нарушение было скорее формальным. Но можно быть уверенным, что при подаче существенных жалоб их скрывали бы ещё тщательнее.

У принятых в избиркомах палочной системы одна цель: сократить число жалоб, а если они есть, максимально отсрочить их рассмотрение. Комиссии надеются на то, что или наблюдатели перестанут упрямствовать, или, если они слишком принципиальны, дело рассмотрят вышестоящие комиссии и суд.

В теории перспектива суда должна мотивировать избиркомы действовать по закону.

Но этого не происходит. Любая формальная мелочь в оформлении протокола, которую допустила комиссия, трактуется судом против наблюдателей. Даже если всё оформлено правильно, протоколы могут объявить «тренировочными», как это случилось на одном из наших участков на думских выборах 2011 года. Прецеденты объявления результатов голосования недействительными по решению суда в России редки.

Там, где суды зависимы от исполнительной власти, идеально честных выборов быть не может. Потому в Москву в день выборов свозили военных, а на каждой центральной улице появились автозаки: у избирателей, лишённых законного пути достижения справедливости, остаются лишь противозаконные.

О чём это говорит?

Первое. Наблюдение на выборах очень важно. Наблюдатели реально влияют на результат, они способны превратить ненастоящие выборы в настоящие.

Второе. Обжалование итогов голосования после выборов у нас в стране сейчас невозможно. Побеждать придётся в условиях, когда фальсификации являются одним из факторов волеизъявления. То есть ставить целью набирать на 5%, 10% больше, чем необходимо для победы или для выхода во второй тур. Или быть готовым к тому, что на пропорциональных выборах будут украдены 10-20% голосов, поданных за партию (если число голосов невелико, эта доля может быть ещё выше). Украденные проценты придётся компенсировать честным голосованием: привлекать сторонников и использовать все доступные средства агитации. Кампания Навального показала, что это возможно.

И последнее: те, кто призывают к бойкоту выборов, сознательно или невольно служат интересам «Единой России». Уменьшение явки играет на руку кандидатам от власти и фальсификаторам выборов — и никому больше.

Комментарии

5

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


novosibirskiy 11 сентября 2013 | 23:17

Нужно добиваться посадок исполнителей. Без этого нельзя будет изменить начальников видимо. Пока относится к манипуляцией выборами будут относится как в мелкому правонарушению, так и будет. А то смешно-же, за руку ловят, но на месте разорвали протокол липовый и вроде как конфликт улажен.


genviru Геннадий Вилнер 12 сентября 2013 | 04:03

Иллюзия! Наблюдатели никакого влияния на выборы не оказывают, это игра в контроль. Мошенничество заложено в самой системе выборов и совершаются задолго до дня голосования, когда наблюдателей и близко нет. Как это делается, читайте в блоге genviru/blog@echo.msk.ru от 09 сентября.


novosibirskiy 12 сентября 2013 | 05:41

Оказывают и вполне себе нормальное влияние. Нет, не на выборы разумеется, а только на саму процедуру подсчёта голосов. Нормальные наблюдатели исключают вбросы и т.п. шулерьничество, а подписанная и корректная итоговая копия протокола даёт шанс оспаривать в судах махинации в ТИКах. Всё-же Навальный не Зюганов, которому кинули кость и он успокоился. Уж что-что, а шороху Навальный наведет и просто так голоса отданные за себя не отдаст.


antilux Игорь Петров 12 сентября 2013 | 09:55

Все наши топовые политики, журналисты и блогеры просто провалили кампанию по набору наблюдателей, такой кампании просто не было. Где-то читал, что от Навального были наблюдатели на 61% участков, от других на 50%, на 30%... Через вебкамеры видел участки в Новой Москве, где совсем, похоже, не было наблюдателей. Там так дружно вместе вокруг стола комиссия сортировала бюллетени - за пять минут! Так чья вина?


rek_a Виктор Астапенко 12 сентября 2013 | 14:17

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ КОМИССИИ

Кого ни спрошу: Какую подчиненность имеет Центральная Избирательная Комиссия Российской Федерации? – то сходу слышу ответ: «Ну конечно, государственную, российскую».
«А Московская»?- ответ: подчиняется Москве, т.е. московским властям.
Это не удивительно: в сознании избирателей – обывателей, всякие комиссии навсегда и накрепко сжились с органами власти.
А на самом деле, это совсем не так, избирательные комиссии никому не подчиняются, они независимые! Вернее, должны быть независимыми по закону.
Википедия: «Избирательные комиссии – это независимые коллегиальные органы, формируемые в соответствии с избирательным законодательством, организующие и обеспечивающие подготовку и проведение выборов различного уровня.» «В соответствии с избирательным законодательством избирательные комиссии самостоятельны и независимы от органов государственной власти, органов местного самоуправления и общественных объединений».
Это звучит как-то непривычно и удивительно.
Мы привыкли, что ИКи открыто управляются из мэрии, из администрации президента и других администраций, руководители награждаются государственными наградами, как выполнившие свой государственный и муниципальный долг.
Наблюдатели внимательно наблюдают собственно за тем, выполняют ли комиссии указания органов власти, или действуют независимо, а значит честно.
Далее «Википедия» продолжает: «..однако на практике случаи вмешательства должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления в деятельность избирательных комиссий постоянны».
Каких честных выборов мы хотим, как можно надеяться на то, что государственные избирательные комиссии выберут кандидатов, неугодных государству?
Если только по ошибке, как Евгения Ройзмана, с чем его искренне поздравляю!

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире