gagman

Олег Козырев

27 апреля 2017

F

В истории с пятиэтажками есть один финт, на который не все обратили внимание. А именно финт с собственностью. Пока получается так, что собственность в новом доме почему-то на какое-то время будет принадлежать фонду, созданному мэрией. Никаких нормативов о том, когда же квартиру собственно оформят в собственность собственнику бывшей квартиры в пятиэтажке — нет. Могут через год, а могут и через пять лет, а могут и никогда. Кстати, вообще непонятно, зачем посредником выступает тут этот фонд, почему не договор мены или что-то подобное, когда собственность остается в любую минуту в руках и под контролем переселенца.

Но у меня есть одна версия, зачем это делается. Эта версия основана на печальном опыте проживания в прошлом в доме-новостройке. Там застройщик организовал ТСЖ и вы можете понять, что это означало для новоселов — невозможность требовать гарантийного ремонта от застройщика.

После строительства дома жильцы вправе требовать от застройщика гарантийного ремонта, если что-то не так с окнами, стенами, крышей, лифтами — чем угодно. Точнее, требовать могут собственники. Если же дома построил мэрский Фонд и он же занят управлением дома — достаточно, чтобы он контролировал собственность и сделал невозможными гарантийные работы. Очень удобно — сам строишь дома с косяками и сам же принимаешь работы. Срок гарантийных работ ограничен временем — достаточно потянуть несколько лет и все, можно вернуть право собственности людям.

Допустим, что я ошибаюсь. Допустим, право на собственность для переселенцев, которые и ранее были собственниками квартир в сносимых домах, будет оформлено более менее быстро, допустим, за месяц-два-три. Но и месяца-два-три будет достаточно для того, чтобы мэрский фонд… создал свое ТСЖ, которое опять же и является ключевым звеном между жильцами и застройщиком. Все, кто жил в многоэтажных домах, знает, насколько трудно собрать более 50% собственников для создания нового ТСЖ, если есть уже существующее и если оно старается противодействовать новому собранию.

Резюме. Нельзя ни на секунду выпускать собственность из рук. И уж совершенно точно недопустимо, чтобы мэрский фонд сам имел право создавать ТСЖ за жильцов. Иначе будут выселенцы жить не только в промзоне, но в домах с трещинами, с ломающимися и даже падающими лифтами, с кривыми дверьми да окнами.

Оригинал

Представьте на минуту, что вам дали возможность снести десятую часть какого-нибудь города. И допустим (хотя в Москве это не так), что это действительно плохая, уродливая часть города. Более того. Вам — мэру — дали карт-бланш не только на снос, но и на застройку этой десятой части города. Причем застройку не точечную, а целыми кварталами и даже районами.

В вашем распоряжении крупнейший бюджет страны. И даже один из самых больших бюджетов городов в мире. Вы можете нанять лучших архитекторов. Вы можете построить современные здания. Можете разбить парки и скверы. Проложить по-умному дороги. Да даже каналы водные можете проложить. У вас есть инструменты внедрить новые экологические решения, решения по энергоэффективности зданий. Вы можете создать совершенно новую атмосферу районов в Москве.

Вы можете часть города сделать малоэтажной. Часть сделать многоуровневой, с велодорожками хоть на крыше зданий. Можете сделать настоящий водный парк на основе одного из прудов, защитить там природу и добавить настоящую дикую природу прямо в центр города. Вы можете экодуками соединить парки, чтобы животные могли мигрировать из одного зеленого массива в другой. Вы можете сделать обогреваемые тротуары, как в Японии. Можете сделать хорошие дороги, как в Финляндии. Можете сделать жилье, вписанное в ландшафт, как в Новой Зеландии. Можете организовать мусоропереработку, как в Голландии. Можете построить новые зеленые парковки, как в Норвегии. Да даже ладно, можете построить какой-нибудь сингапурский хайтек с домами в облака и роботами-уборщиками и бассейном для всех жителей на крыше.

В общем, вы можете сделать что угодно.

А вы тупо строите окно в окно вертикальные дома-гробы с пятью машиноместами на весь дом, без детских площадок, парков и дорог.

Как Лужков везде делал свои стекляшки, т.к. в те времена дикарские стекляшки казались чем-то красивым. Так и вы строите дома-гробы-гетто формата тотальной застройки в Подмосковье, но строите их уже в Москве, воплощая свои представления о красоте. Лучшие зеленые районы Москвы меняете на вертикальные уродства.

Собянин — человек из девяностых. Он упустил, что на дворе другие времена. Люди покупают уже не квартиры, а инфраструктуру. Им важно, где школа и какая. Им важно, есть ли парк. Им важно, как с поликлиникой. Им важно, где поставить машину. По крайней мере это важно тем, у кого уже есть свой угол и кого из этого угла выселяют в инфраструктурную пустыню.

Даже если оставить в стороне всю несправедливость такой депортации, то ради чего?

Можно же оставить после себя Вавилонские висячие сады. Можно оставить после себя пирамиды. В общем, даже в тоталитарном обществе, с тотальной властью можно хотя бы что-то красивое делать, что-то красивое после себя оставлять. Как нужно ненавидеть город, чтобы даже не попытаться предложить какое-то красивое для него решение. Даже картинки красивой нет для людей.

Нате вам вертикальный гроб, москвичи. Залезайте туда жить, чтобы умирать.

Оригинал

Итак, мэрия наконец-то опубликовала график отселения и сноса 5-этажных, ветхих и аварийных жилых домов в 2017 году. В графике перечислены адреса всех домов, которые подлежат сносу.

На предоставленной москвичам схеме представлена статистическая информация по отселяемым жителям. Указано, сколько детей переедет, сколько пенсионеров, сколько семейных. Рядом с каждым сносимым домом указан адрес дома, куда будут переселять этих жителей. Причем помимо адреса есть и фотографии нового дома, видео. С обзором внутренней планировки квартир, лифтов, описано количество парковочных мест и даже есть схема детских и спортивных площадок во дворе. Также можно посмотреть, какой общественный транспорт есть рядом с этим домом, узнать, за какое время можно добраться до ближайшего метро.

Что еще невероятнее — сразу указаны школы и детские сады, куда будут пристроены дети сносимых домов. Разумеется, все это находится в том же районе, что и бывшие пятиэтажки. Более того, к моменту переселения будут построены новые детсады и школы, т.к. мест ведь понадобится больше.

Приятно, что жителей сразу прикрепили к поликлиникам, которые тоже указаны в схеме. В каждой из них конечно тоже увеличится количество врачей, чтобы справиться с увеличившимся числом пациентов.

Наконец, полной фантастикой выглядит, что есть и статистика по каждому дому — видно, сколько жителей были согласны на переезд. А равно есть информация по тем, кто не согласился, какие варианты домов и районов предложены им.

Итак, где же эта прекрасная подробная схема?

Вот она.

Хотя нет, погодите, там ведь ничего, что я описал, нет. Есть только уведомления о сносе домов. Ни информации о том, куда будут переселены жители, ни информации о школах, детсадах и поликлиниках, ни информации об общественном транспорте — ничего.

А с другой стороны — зачем это знать-то? Только расстраиваться. Да, мэрия?

Оригинал

Свершилось. В Госдуму внесен закон, запрещающий детям пользоваться электронными школьными дневниками и заниматься онлайн-обучением. Закон формально называется «О правовом регулировании деятельности социальных сетей» — по задумке авторов он должен был запрещать регистрацию лиц, не достигших 14 лет, в социальных сетях.

Текст закона находится на сайте Госдумы

Текст закона настолько странный, что под «социальные сети» подпадает вообще любой сайт в интернете. Смотрите сами определение из закона:

социальная сеть — сайт в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (далее — сеть «Интернет»), предназначенный для распространения, передачи в сети «Интернет» пользователями социальной сети (далее — пользователь, пользователи) информации, голосовой информации, письменных текстов, изображений, звукозаписей, музыкальных произведений, аудиовизуальных произведений и для удаленного взаимодействия, иного обмена информацией между пользователями;

В это определение попадают и электронные школьные дневники, и Википедия, и образовательные порталы, и сайты библиотек, не говоря уже о кинопорталах, игровых сайтах и собственно соцсетях.

Оставим на секунду в стороне собственно социальные сети. Предположим даже, что социальные сети не используются сегодня родителями и родственникаим для общения друг с другом, что нет в том же вКонтакте групп одноклассников, через которые классные руководители оповещают детей о событиях в школе. Допустим, что социальные сети это исключительно ад и ужас, и отсутствие теперь регистрации для детей — благо.

Но как быть со школьными дневниками-то, действительно? Через них учителя детям дают задания. Как быть с образовательным ресурсами? Как ребенку зарегистрироваться на образовательном портале, чтобы изучать иностранный язык, чтобы изучать 3D-дизайн, чтобы изучать историю? Теперь никак.

Теоретически конечно это можно было бы делать через родителей, как это происходит с сим-картами. Но текст закона прямо запрещает регистрацию на одно лицо нескольких аккаунтов. Т.е. если родитель тоже образовывает себя — ребенка уже не зарегистрируешь. Кстати, школьного электронного дневника это тоже касается — им теперь сможет пользоваться или школьник или родитель (сейчас может пользоваться и тот и другой под своими логинами).

Не менее плохо, что в законе авторы говорят о том, как важно защищать персональные данные и тут же требуют показывать сканы паспортов владельцам ВСЕХ соцсетей и сайтов с регистрацией. О какой тут защите персональных данных можно говорить, если наши документы будут храниться теперь в каждом утюге? Это насколько надо вообще не врубаться в безопасность персональных данных, чтобы требовать предоставление всем-всем-всем персональных данных россиян. Причем таких данных, по которым можно спокойно очень много чего криминального потом сделать.

IT—индустрия России была одной из лучших в мире. И пока еще одна из лучших. Подобно Горбачеву, рубившему виноградники, новые горбачевы-путинисты рубят нашу IT-сферу новыми ограничениями, безумствами.

Как им объяснишь, что они живут в эпоху людей вроде голландки Лауры Деккер, которая в 13 хотела отправиться в кругосветку, боролась в суде против властей ей это запрещавших, но в итоге одна отправившаяся в путешествие и ставшая самой юной яхтсменкой, в одиночку обогнувшей земной шар. Что мы живем в эпоху Сергея Карякина, ставшего гроссмейстером в 12 (!!!) лет (кстати, на шахматных порталах дети тоже не смогут регистрироваться).

Интернет — это живая книга, от которой депутаты хотят отлучить наших детей. Под благовидными предлогами гонят весь наш народ в каменный век. Лишь бы новые поколения были тупыми, послушными, лишь бы не знали, сколько у них воруют и кто. Лишь бы не вышли в один день против коррупции и вранья взрослых.

Осталось понять — пещера это действительно то место, где мы видим будущее своей страны, своего народа?

Оригинал

Рассказываю единственный способ расселения и сноса пятиэтажек.
Шаг 1

Тот, кто хочет снести дом, должен предложить жильцам хорошую цену и договариваться с каждым собственником индивидуально. Если собственник не соглашается и не хочет переезжать — дом не сносится. Ибо частная собственность неприкосновенна.
Шаг 2

Допустим, всех жильцов удалось переселить. Далее застройщик идет в местную общину, к гражданам и спрашивает, согласны ли они с проектом. Граждане отвечают «в нашем районе не принято строить дома выше пяти этажей» или даже «у вас цвет крыши не вписывается в дизайн нашего района». Ну и может быть «мы разрешаем вам построить дом, проект интересный»
И только после этого можно строить дом.

Все. Других путей что-то снести в нормальном городе и что-то построить быть не должно.

Оригинал

Минюст потребовал закрыть головную организацию «Свидетелей Иеговы». Обвинения старые — экстремизм и прочие страсти-мордасти.

Свидетели Иеговы относятся к так называемым новым религиям. Ни традиционные христианские конфессии, ни протестанты не признают их своими. Подобно мормонам иеговисты включили в себя часть христианского учения, но далее добавили много от себя. Наибольшую критику вызывает тот момент, что иеговисты единственные из крупных конфессий, кто просто взял и переписал Библию под себя. Это так называемый «Перевод нового мира», в котором банально скорректировано все то, что не укладывалось в учение Свидетелей Иеговы. Ну и доктринальная разница с обычными христианами у иеговистов велика.

При этом все признают, что Свидетели Иеговы возможно более всех религиозных течений проповедуют. Их жизнь в целом благочестива, они не пьют, не курят, не принимают наркотики, верны своим женам и мужьям, хорошие отцы и матери.

В личном плане у всех разный опыт общения с иеговистами. Но в целом у них ситуация ничем не отличается от представителей других конфессий. Кто-то из иеговистов более замкнутый, кто-то более радушный и общительный — в общем, как у всех.

Проблемы с внешней средой и с государством у иеговистов возникают только по двум вопросам. Первый — они не приемлют переливания крови, т.к. верят, что это вариант людоедства. Второй — они не занимаются политикой, не служат в армии и не празднуют праздники.

Легче всего критиковать иеговистов за отказ от переливания крови. Но будем честны — в мире есть тысячи разных религий и многие из них с разными странными ограничениями. Иеговисты не увечат тела, не ограничивают себя и детей в еде, не практикуют монашество и уход из мира. Они работают, учатся, живут и проповедуют. Сажать их только за веру — зачем?

Напомню, что даже во время Второй мировой войны Гитлеру не удалось пытками и концлагерями сломить иеговистов. Многие из них погибли в печах и газовых камерах, но не предали свою веру, не взяли в руки оружие. Я не думаю, что Минюсту удастся их напугать, если Гитлер не смог. Мы получим 170 000 (примерно столько иеговистов в России) узников совести, севших только и исключительно за веру. И может быть еще какое-то количество дополнительно поломанных судеб.

К иеговистам у христиан есть тьма претензий. Но это наши «разборки». Все можно выяснять через проповедь, через критику, через апологетику. Зачем государство-то привлекать? Тем более уж кто-кто, но иеговисты уж не какой-то темный лес. Они уже много лет есть на свете, есть почти во всех странах. Довольно обычная религия, будем честны. Да, кого-то раздражает, что они звонят в двери. Но если понять, что среди них есть и бывшие наркоманы и алкоголики, кто мог бы позвонить в нашу дверь совсем по другому поводу — то пусть уж лучше звонят иеговисты. За то, что люди стремятся к праведной жизни, за это наказывать нельзя.

Есть и еще один довольно подлый момент. Свидетели Иеговы из-за своей веры в принципе никак не могут защитить себя политически, т.к. не участвуют в политике. Это не мормоны со своим штатом Юта, это не ученики Христа или баптисты со своими президентами во главе США. У иеговистов в принципе нет политической силы, которая бы их защитила. И этим, конечно, любят пользоваться те христианские конфессии, у кого такое представительство есть и у кого есть свой зуб на это течение.+

Про другие конфессии не скажу. Может если их запретить люди из них и разбегутся. Но со Свидетелями Иеговы мы знаем, что будет. Большинство из них не откажется от своей веры. И что — отправлять их в лагеря? Повторить то, что делали фашисты?

Подумайте, нужно ли нам ломать жизни 170 000 человек.

Три года после победы украинцев над коррупционерами, принявшими пакет диктаторских законов и стрелявшими в народ — достаточный срок, чтобы посмотреть и на ошибки, которые были сделаны. На этих ошибках есть смысл поучиться, чтобы не повторить их в будущем самим.

1. Улики

В первые дни после Майдана было критически важно не дать спрятать оружие, из которого силовики стреляли по людям, быстро схватить подозреваемых в расстрелах. Нет сомнений, что приход любых хороших перемен будет сопровождаться сопротивлением коррупционеров. Украина затянула с первыми обысками, арестами и судами. Даже если у новой власти не было полномочий для суда — хотя бы опечатать склады с оружием, казармы, снять копии с документов — все это можно было сделать.

В общем, первые дни, даже в первый день коррумпированная прошлая власть будет уничтожать улики. Их уничтожения допустить нельзя ни в коем случае.

2. Суды и люстрация

Украина слишком затянула с переменами в судебном корпусе. И в результате даже сейчас, даже в отношении самых одиозных судей тянется какая-то морока. Судьи, отправлявшие невиновных в тюрьмы, остаются в судебной мантии.

Люстрация должна начинаться быстро и начинаться с судей, ибо они первыми начинают тормозить процесс расследования преступлений против граждан. Так что уже в  первые дни важно создать суд или несколько судов из числа честных судей, выброшенных из системы в прошлом и юристов-правозащитников. Пусть таких судов будет всего ничего на всю страну, но это будут уже работающие первые суды.

А дальше будет время для люстрации и перехода к полной реформе судебной системы.

Ну и в принципе люстрация на Украине не пошла. Легче оказалось памятники сковырнуть, чем тех, кто идеологию памятников олицетворяет своей коррупцией, равнодушием, ложью.

3. Иностранцы

Лучшие реформы на Украине по факту проводили иностранцы либо украинцы, которые работали с иностранцами. Коррумпированная верхушка на Украине это быстро поняла, поэтому были приняты законы о невозможности занимать определенные госпосты иностранцам, ну и вообще иностранцев понемногу выдавливают. Это важный урок для России.

Бизнес и наука выбирают лучших из всех стран, не взирая на гражданство. Так же должно быть и в политике. Вне всяких сомнений на переходный период для реформы многих отраслей в экономике могли бы пригодиться иностранцы. Все барьеры для их работы должны быть сняты. Нужно привлечь лучших, без проволочек перенять лучшие практики и стандарты. Условно говоря, грузины могли бы помочь в реформе юстиции. Скандинавы — в реформе образования и социалки, в реформе тюремной системы. Немцы — в дорожном строительстве. Турки — в реформе туристической отрасли. Израильтяне — в реформе медицины. Голландцы в мусоропереработке и альтернативной энергетике. И т.д. Я бы на переходный период даже разрешил иностранцам из демократических стран избираться мэрами городов (ну например тем иностранцам, кто уже был мэром любого европейского города) — ну или в экспериментальном порядке дал бы такую возможность хотя бы нескольким городам страны.

4. Полиция

Здесь в целом опыт у Украины лучше. Но главная ошибка видна и сегодня — нельзя во главе реформ ставить тех, кто из старого теста. Украинцы начали менять полицию, пришли идейные ребята. Но никого из идейных ребят в итоге не назначили собственно главой полиции всей страны.

5. Экономика

Ну здесь вообще никаких перемен к лучшему на Украине. Хотя казалось бы, бери и меняй, делай страну лучше для граждан, облегчай им жизнь. Приоритет должен быть простым — сделать лучше жизнь для простого человека, для малого бизнеса, для фермера. Если им жизнь лучше не делаешь, если не облегчаешь им бремена — не даешь свободы предпринимательства и инициативы — все государство хиреет.

Пост вроде бы негативненький, но не будем забывать, что Украина — демократическое государство, где есть плюрализм мнений, есть оппозиция, есть свобода СМИ и многое другое, о чем нам в России остается только мечтать. Так что уроки из Майдана на будущее извлекаем, но нос кверху не задираем, ибо наше настоящее пока далеко от того, кто есть уже у украинцев.

Оригинал

Это будет самый чернушный текст в моей жизни, но меня допекли рассуждатели в интернете. Так что извините, буду говорить откровенно.
Мне не нравится, что стало обычным сомневаться в оппозиционных лидерах по следующей причине «но ведь если он такой оппозиционный — почему он еще живой?». Для меня нет проблем, если в человеке сомневаются из-за каких-то его взглядов или действий (или бездействия). Но, друзья, сомневаться в ком-то лишь потому, что его не убили — это какая-то беспросветная жесть с нравами уже. Причем не с нравами всей страны, а с нравами вас, кто сомневается.+

Для начала, мне прямо интересно, вот если произойдет это событие и кого-то реально покалечат или лишат жизни — т.е. произойдет событие, которое вас убедит — вы-то чем уже человеку поможете? Будете покачивать головой, что мол, оказывается, вот какой он был хороший, и будете ходить на ежегодные марши его памяти? Извините, но вы были раньше нужны — когда человек был жив, когда вы могли оказать ему помощь волонтерством, агитацией, деньгами, сочувствием хотя бы моральным. И ровно сейчас есть такие же люди, которые ненавистны режиму и полезны для нашей страны, но вы ведь такой умный и сомневающийся во всем, вас так просто не проведешь. вы везде видите руку Кремля и потому просто ждете, пока очередная жизнь хорошего человека не будет искалечена.
Хорошо, посмотрите на историю. Ганди да, был убит. Но, кстати, не англичанами и не их соратниками и уже после его победы. И он много-много лет вел борьбу сперва с расизмом в Африке, а затем с колониализмом в Индии. И в любой день до его смерти в довольно уже преклонном возрасте его могли троллить «а если ты такой независимый, что ж ты тогда живой». Возьмите Мартина Лютера Кинга. Да, вот он точно был убит оппонентами. Но до этого момента он тринадцать лет вел борьбу в ситуации реальной опасности для своей жизни. И до момента гибели его тоже могли троллить и обвинять в соглашательстве (кстати, обвиняли). Сегодня разве кто-то может сомневаться в том, как много он сделал для свободы в США?
Я начал с печальных случаев, но вспомним иные истории. Нельсон Мандела — да, был в тюрьме, но остался жив. И стал президентом. Теперь Мьянма. Кто-то будет сомневаться, что там была реальная жесть? Однако лидер местной оппозиции Аун Сан Су Чжи была под домашним арестом и власти не решились ее тронуть. Лю Сяобо — китайский правозащитник. Да, в заключении, но живой. Вспомним нашу историю. Сахаров был в ссылке, но все же не под арестом.
Даже тоталитарные режимы не всегда рискуют трогать публичных фигур. А у нас все же режим авторитарный, т.е. подавляет инакомыслие не массовыми казнями. Почему? Сложно лезть в головы авторитарной власти, но причины на поверхности. Может быть, власть боится, что если она превратится в кровавую, то закроются двери заграницы для ее детей, для ее бизнеса, для нее самой. Может быть власть опасается радикализации протеста, который вполне может в каких-то условиях из мирного стать партизанским и немирным. Может быть власть опасается вспышки гнева (вспомним, что власть диктатора Маркоса на Филиппинах закончилась буквально сразу после того, как убили лидера оппозиции Бенигно Акино-младшего). Может власть в принципе не готова становиться властью батальонов смерти и ей хочется быть хотя бы немного цивилизованной. А может быть и все эти причины вместе — кто знает. Это не так важно. Вообще не важно.
В политике как в религии — мы ищем и ждем святых. И чем чище помыслы человека и чем ярче его дела — тем легче за ним следовать и его поддерживать. Но давайте хотя бы для начала не будем требовать с нашей оппозиции посмертной святости. Не сходите с ума, будьте хоть немного реальными. Это просто политика. Просто поддерживайте тех, кто разделяет ваши ценности, отстаивает их и борется с тем, что вам самому ненавистно.
Власть и без того давит реальную оппозицию. Людей преследуют, преследуют их родных и близких, закрывают источники финансирования оппозиционной деятельности, изматывают судами и исками. И тут еще вы выскакиваете в комментарии «а что ж ты тогда живой еще». Будьте взрослее, не надо троллить.
У нас в России да, много претензий есть к политике и к политикам. Но обернем ситуацию. Есть не меньше претензий к гражданам, к избирателям. Слушайте, есть много-много стран, где оппозиция была много хуже нашей. И даже там удавалось восстановить демократию. Если честно, нам дико повезло сейчас, что у нас такая оппозиция. Умная, с убеждениями, открытая, умеющая работать командой, смелая. Не требуйте от нее умереть, чтобы доказать вам, что она достойна вашей поддержки. Найдите какие-то иные аргументы, чтобы начать ее поддерживать, ладно?

Оригнал

Алексею Навальному опять втюрили пять лет условно. Втюрили наспех, под неловкий и почти нервный смех судьи. Наверное этот сигнал от за-власть-дрожащих должен был сообщить, что да, Алексей, мы по-пацански уважаем тебя, как противника, поэтому относимся к тебе гуманнее, чем к многим, и всего лишь отправили за решетку твоего брата, кошмарим твою семью, заводим уголовки на твоих соратников, периодически их избиваем и изредка покушаемся на жизнь их близких (см. дикую историю с нападением на мужа Любы Соболь), но в целом ха-ха хи-хи, на выборы мы тебя никогда не пустим, ибо не дураки.

Кремль создал новую реальность, в которой формально законы вроде бы есть, но на практике все понимают, что их нет и вместо законов есть беззаконный беспредел. Хотя нет. Кремль думал, что создал такую реальность.

Но тут появился Алексей Навальный, который

— объявил себя кандидатом

— ведет себя, как кандидат

— с которым борются, как с кандидатом

— которого люди воспринимают, как кандидата

— к которому стекаются волонтеры, как к кандидату

— который открывает штабы в качестве кандидата

— который привлекает средства как кандидат

— который привлекает внимание как кандидат

— и который объявил, что вне зависимости от решения этого суда будет продолжать вести кампанию кандидата

Интересное дело. Есть реальность, которая устами Втюрина говорит «Навальный не кандидат». И есть реальность, которая устами Навального, юристов Навального и устами всех, кто является сторонником Навального, говорит «Навальный кандидат».

Легитимность – любопытное явление. Оно сродни вере. Люди верят, что власть может одним разрешать быть кандидатами, а другим нет. Люди могут поверить, что кто-то на самом деле все же является кандидатом, даже если власть отрицает это.

Возможно впервые за многолетнюю уже историю разрушения выборов мы можем получить ситуацию, в которой кандидат, которого сняли по беспределу, отказывается принимать это снятие и продолжает борьбу. В каком-то смысле это бывало и раньше – кампания Марии Гайдар на выборах в Мосгордуму. Кампания Олега Шеина в Астрахани. Другие эпизоды и в столице и в регионах. Но никогда – на федеральном уровне. И никогда у такого прекрасного организатора, как Навальный.

Кандидат Алексей Навальный избрал наиболее взрывоопасный для властей способ ведения кампании – волонтерство. Кремль до конца еще не понял, что случилось в тот день, когда крутейший Леонид Волков объявил план кампании и номера кошельков, на которые собирались деньги. А чтобы Кремль это понял – ему стоит вспомнить, с чего начались протесты, не так давно потрясшие Москву. С того, что очень-очень-очень много людей… записались волонтерами, сделали что-то для честных выборов и потом увидели, что выборы не честны. Убедились в этом на личном примере.

Невозможно остановить сетевую волонтерскую кампанию, если у людей появится желание в ней участвовать. А оно появилось. По разным причинам. И не только потому, что люди обязательно полностью сторонники Навального. Но еще и потому, что людей не устраивает текущее положение дел в стране, они хотят это положение изменить к лучшему и хотят поддерживать именно и ровно тех, кто не языком мелет, не в офисе штаны просиживает, а умеет пахать, убеждать, организовывать, работать.

Ну давайте честно, никто ведь другой кампанию даже и не пытается пока вести. Тут даже не вопрос праймериз в этот раз. Просто нет никого, кто начал бы уже всерьез бороться за победу. Алексей Навальный и первый вышел на бой, и единственный, кто может завершить его в свою пользу.

Не спорю, команде Навального предстоит еще много сделать и много преодолеть апатии людей, недоверия, незнания, страха. Но, строго говоря, машина уже запущена и ее невозможно остановить. Навальный произнес самое главное для людей – что не отступит. В наши дни это дорогого стоит. Это бесценно.

Признаю, что на данном этапе это все же борьба двух реальностей. Той, которую нам навязывает Кремль. И той, которую нам предлагает Навальный. Но смотрите, это уже борьба. Это уже не пинки сильным слабого. Это уже не игра в одни ворота. Это уже состязание. Давайте же поучаствуем в нем на стороне той силы, которая предлагает нам лучшую реальность.

Оригинал

Признаюсь, меня поразила история с изъятием органами опеки и полицией из многодетной семьи сразу большого числа детей. Мне категорически не нравится, что процесс изъятия сегодня такой легкий и быстрый. Даже если речь идет о якобы временном изъятии. Понятно, что Россия двинулась в сторону западного формата отношения к семье, когда государство может прийти в любую семью и найти повод для изъятия. В демократических странах от такого подхода страдают меньшинства (религиозные, национальные — все, кто не укладывается традициями в общую канву). В авторитарных странах от такого подхода чаще страдает оппозиция и разные неудобные люди на местах. В коррумпированных странах от такого подхода может пострадать кто угодно, любая случайная семья.


Самое поганое в этой моде последнего времени — отношение к детям, как к вещи, которую спокойно можно передавать из семьи в семью, из семьи в интернат. На одной чаще весов у нас декларируемое здоровье и благополучие ребенка. На другой — реальное его благополучие в семье. Тоталитарные общества раньше устраивали эксперименты с воспитанием детей вне семьи — мало что хорошо из этих экспериментов выходило. Эту практику и сегодня использует ряд террористов в Африке и Азии, захватывая детей и воспитывая из них жестоких убийц.


Я рос не в самых лучших условиях. Отец был шахтером и порой выпивал. И когда выпивал мне могло достаться. Однажды он ногу сломал об меня, а я пролетел после его удара всю комнату и врезался в стену. Детство было не самым сладким. Но мне повезло в том смысле, что насилие все же не было нормой для отца, ему потом было стыдно и опять же по счастью он не так уж часто вел себя подобным образом. Было бы мне лучше, если бы меня лишили отца? Я уверен, что нет. Потому что он учил меня и хорошему. В те годы почти все мужчины-работяги вокруг выпивали. И многие вели себя таким же образом дома со своими детьми. Всех сделать сиротами? Вряд ли из нас тогда получилось бы что-то хорошее.


Осознаю, что дети живут в разных обстоятельствах. Домашнее насилие распространено в России и почти что стало нормой. Я понимаю, почему цивилизованные страны стали искать способы защитить жизнь и здоровье детей, действуя в том числе и через вмешательство в жизнь семьи. Но на мой взгляд в результате зашли слишком далеко.


Вернемся к той многодетной семье.



  • почему изъятие было столь поспешным? почему оно базировалось всего лишь на одном эпизоде?

  • почему нельзя детей отдать родным или друзьям? для детей очевидно было бы комфортнее в среде знакомых им людей, нежели в интернате или больнице.

  • наконец, если вдруг подозревается что-то страшное, почему не посадить в СИЗО отца вместо того, чтобы по факту забирать за решетку детей?


Вот это мне не ясно. Отцу могли дать предупреждение или штраф. Но детей вполне можно не изымать. А если возникла такая надобность — семья могла бы указать родных или близких, кто знает детей и кто приглядел бы за ними. Этого не было сделано.


Вообще все это изъятие больше напоминает издевательство, когда формализм главенствует над сутью — интересами ребенка. Отец, временами поступающий неправильно, может исправиться, но он все же остается отцом. А вот жизнь сирот в нашей стране почти на сто процентов калечится сиротскими домами. Очень и очень малое число из сирот потом могут встать на ноги в жизни.


И еще. Дети ведь в семье росли. Они уже привязались к домашнему формату. В самом-самом крайнем случае таких детей может быть можно временно передать в какую-то семью воспитателей, на домашнее содержание и уход, но не в интернат же!


Мне кажется лучше сделать изъятие детей очень и очень сложным. Почти невозможным. Семья плохо воспитывает детей? Дайте семье нянечку от государства. Плохо учатся? Дайте от государства репетитора. Я не понимаю, почему, почему всегда легче убить будущее детей и разрушить семью, чем предпринять усилия для сохранения семьи. Отправьте родителей на занятия анонимных алкоголиков, пусть пройдут какой-нибудь курс родителей или курс управления гневом. Помогите с работой или жильем, если они бедны.


Положа руку на сердце, кто сегодня рискнет утверждать, что в современном российском интернате ребенку будет лучше и безопаснее, чем даже в неблагополучной семье?


Службы опеки должны перестать множить сирот. И должны научиться помогать семьям.


Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире