ekbdpn

Глеб Эделев

17 марта 2017

F
17 марта, на процессе, где рассматривается уголовное дело против блогера Руслана Соколовского, был продолжен допрос свидетелей обвинения. Униженные и оскорбленные рассказывали суду о том, чем их задели ролики Соколовского:



В конце судебного заседания, Руслан заявил суду ходатайство о смягчении его домашнего ареста. Он попросил суд разрешить ему общаться с его девушкой. Она уже была допрошена судом в качестве свидетеля и никаких оснований в запрете на общение больше нет. Руслан пояснил, что они проживают вместе, у них общая жилплощадь, но при этом они не могут общаться уже больше полугода. Адвокаты Соколовского его ходатайство поддержали.

Судья Шопоняк Екатерина Павловна, сама с собой посовещавшись, постановила: в ходатайстве отказать. Она полностью согласилась с позицией представителя обвинения, что девушка может стать передаточным звеном между подсудимым и другими, еще не допрошенными свидетелями.

После этого, в судебном заседании был объявлен перерыв до 10 утра 27 марта. Судья предупредила, что в этом заседании будет допрошен секретный свидетель. Допрос, скорее всего пройдет по видеоконференцсвязи. Как правило, при таком допросе используются специальные технические средства, затрудняющие идентификацию. По монитору идут помехи или его отключают совсем. А голос искажается до неузнаваемости.

Оригинал
Сегодня, в Верх-Исетском районном суде города Екатеринбурга (ул. Кирова, 2) состоялось слушание дела по обвинению «ловца покемонов» Руслана Соколовского в экстремизме, оскорблении чувств верующих и владении «шпионской ручкой».

На суд подошли сторонники Соколовского. Но самыми активными его фанатами оказались журналисты. Толпа представителей прессы с камерами и без набилась в небольшой зал судебных заседаний. Они толкались штативами, борясь за место под солн… то есть за место рядом с Соколовским.

Прокурор нудным голосом зачитал обвинялово. Потом начался допрос свидетелей обвинения, которые как всегда ничего не видели и не помнят. Прокурору несколько раз пришлось «тыкать носом» свидетелей в их собственные показания, зачитывая их в виду существенных различий между тем, что свидетели говорили в суде и тем, что было отражено на бумаге в ходе следствия. Но самое интересное происходило не на суде, а в перерывах.  На импровизированных «коридорниках», Соколовский общался с прессой. Ради этого и сам Руслан и некоторые журналисты отказались от обеда, заменив его «пищей духовной».  Некоторые моменты этого общения можно просмотреть вот в этом ролике, подготовленном «Грани.ру»:
В суде не поймали не только покемонов. Ни один из обиженных и оскорбленных верующих на суд не явился. Похоже, что в этом деле есть только подсудимый, а потерпевших — и след простыл. Непонятно, а есть ли они вообще? И если их нет, то возникает вопрос. А кого же на самом деле оскорбил молодой блогер?
Завтра, с 10 утра судебное разбирательство по этому делу будет продолжено.
Только что приехали от Бориса. Мы с адвокатом Романом Качановым повидались с ним 18 октября в ФКУ ИК-10 Пермского края, что находится в поселке Всесвятский. Свидание нам дали, хотя после него просмотрели содержимое фотоаппарата. Что незаконно, кстати. Но драться с ними, мы естественно не стали. Будем подавать очередную жалобу. У Бориса как всегда боевое настроение. Он первый политзек, кого отправляют в тюрьму, но сдаваться он не намерен. 17 октября в Чусовском городском суде Пермского края должно было состояться слушание дела по изменению режима отбывания наказания политзаключенному Борису Стомахину, признанному злостным нарушителем режима. По ходатайству администрации колонии, его со строгого режима собираются перевести на еще более жесткий — тюремный.

Однако заседание суда было перенесено на 27 октября из-за технической накладки. К нему приехали на свидание и Борис отказался закончить встречу досрочно для того, чтобы успеть на суд. А без его присутствия, хотя бы по ВКС (видеоконференцсвязи), суд не может состояться. Ведь будет решаться вопрос об изменении приговора в части ужесточения Стомахину режима отбывания наказания. Эту позицию адвокат Роман Качанов довел до сведения суда. Суд учел позицию защиты и перенес судебное заседание на другое число. Судебное заседание предварительно назначено на 10 утра, но судья предупредила, что время может быть изменено. Так что ждем уточнений из суда.

А пока, по словам Стомахина, на него оказывается давление. Борис рассказал, что не получает подписных изданий и корреспонденции. Получил пару писем из-за рубежа и все. Придется опять в прокуратуру жалобы писать!
Вот — пара свежих фоток нашего подзащитного!




p { margin-bottom: 0.25cm; direction: ltr; color: rgb(0, 0, 0); line-height: 120%; }p.western { font-family: «Liberation Serif»,"Times New Roman",serif; font-size: 12pt; }p.cjk { font-family: «Droid Sans Fallback»; font-size: 12pt; }p.ctl { font-family: «FreeSans»; font-size: 12pt; }

Представитель Чусовского районного суда сообщил по телефону адвокату Роману Качанову о том, что администрация колонии ИК-10 подала документы в суд на  политзаключенного Бориса Стомахина. Ему, как злостному нарушителю режима содержания, собираются изменить режим со строгого на тюремный. Заседание суда назначено на 10 часов утра 17 октября, в  Чусовском районном суде.

Адвокату сообщили, что Стомахина в суд не привезут. Он будет присутствовать на судебном заседании при помощи видеоконференцсвязи.

Как уточнил адвокат Качанов, Стомахина могут оставить в колонии до вступления в силу постановления суда. Или же его могут отправить до суда и до вступления постановления в законную силу, в СИЗО. Это может произойти из-за того, что речь идет об изменении приговора и дело будет рассмотрено в рамках уголовного судопроизводства.

Напомню, что в настоящий момент Борис Стомахин находится в ЕПКТ (Единое помещение камерного типа). До этого, на  Бориса много раз накладывали различные дисциплинарные взыскания. Он много раз подвергался заключению в ШИЗО (Штрафной изолятор), был переведен сначала в ОСУОН (отряд строгих условий отбывания наказания), затем в ПКТ (Помещение камерного типа) и, наконец, в ЕПКТ. При этом, уже находясь тяжелых условиях содержания, он продолжал привлекаться к дисциплинарным наказаниям в виде помещения в ШИЗО.

Сломить политзека администрации не  удалось и теперь, похоже, от него собираются избавиться, переведя на  тюремный режим. В этом случае, из ИК-10 его переведут в другое место лишения свободы — тюрьму.

Борис Стомахин отбывает уже третий срок за ненасильственное выражение своего мнения. И  если не будет новых уголовных дел, то он выйдет на свободу через три с небольшим года.


С 10 утра у памятника основателям города появился народный мемориал памяти Бориса Немцова, убитого год назад в Москве на Большом Москворецком мосту. Он продолжит свое существование до 8 утра 28 февраля. С 16 до 20 часов вечера рядом с мемориалом прошел пикет, в котором участвовало около трехсот человек. С половины  второго ночи, рядом с народным мемориалом состоится акция: «10 минут молчания». Именно в это время год назад был убит Борис. Собравшиеся у мемориала люди зажгут свечи и молча почтут память убитого человека.











Оригинал (с фотографиями)
На судебное заседание по обвинению Екатерины Вологжениновой в возбуждении ненависти и вражды к таким национальным группам, как власть в современной России и прочая, я чуть не опоздал. В очереди на досмотр скопилось довольно много людей с различным оборудованием. В основном — телевизионщиков. Так что судебным приставам в этот раз хватало работы. Но это — дело привычное. Аппаратура всегда вызывает повышенный интерес блюстителей порядка.

До начала заседания — считанные минуты. Поднимаюсь на третий этаж… Ощущение такое, что ожидается нападение террористов. Кроме приличного количества судебных приставов, всегда присутствующих на подобных заседаниях, в зале суда и около него вижу неких людей, представляющихся: «мы просто полиция». Имён у «просто полиции» как я вижу, нет. У судебных приставов есть жетон, по которому их можно узнать. А тут — ничего, кроме обычных полицейских нашивок на рукавах. Все при оружии, лица закрыты. Сильные, высокие. Напоминают скорее спецназ, чем простых полицейских. Сразу же вспомнились «вежливые люди». Вот только эти — не особо вежливы.

Встали стеной, оцепив две трети зала. И кроме участников процесса никого туда не пускают. Посетителей весьма много, как и журналистов. А места — мало. Так что давка обеспечена. Наблюдаю такую картину: оператор одного из телеканалов, пытается собрать свой громоздкий штатив. Невежливый человек его отталкивает и требует не толпиться. А как тут не толпиться, если пресса и зрители — все буквально друг на друге? Операторов с большими камерами загнали в дальний угол зала. Они стоят у входа и как там помещаются — не знаю.

Я со своей скромной маленькой камерой устраиваюсь среди зрителей. Все лучше, чем в углу стоять! Рядом со мной консул Франции. Дальше ещё какие-то дипломаты. Так что я хорошо устроился!

И вот, начинаются прения сторон. Судья Иванова сначала предоставляет слово Прокурору Бессоновой, поддерживающей обвинение в этом судебном процессе. Прокурор признает, что уголовный закон является аполитичным, но потом начинает предъявлять политические обвинения: «А в данном случае это касается противостояния лиц, придерживающихся политического курса современной Украины и лиц, выступающих против него… То есть подсудимая делает акцент именно на разжигании ненависти и вражды по отношению к гражданам Российской Федерации, также российской власти, жителям России, русским в целом как общности в контексте российско украинского конфликта, который не давал покоя подсудимой».

По словам прокурора, Вологженинова, размещая на своей страничке в социальной сети «ВКонтакте» материалы о событиях на Украине, преследовала цель формирования резко негативного отношения к современной власти в России, добровольцам из России и Украины, выступающих на стороне Донецко-Луганской народных республик. Говорила она так, словно эти республики являются государствами на карте мира.

Причём прокурор, являющаяся юристом, не может не знать о том, что лица, воюющие на стороне этих никем не признанных самопровозглашённых «республик», являются как минимум наёмниками, а как максимум — террористами. И по российскому законодательству, и по украинскому. Интересно, известна ли прокурору такая формулировка как «незаконное вооружённое формирование?» Так что даже если встать на позицию прокурора и предположить, что Екатерина действительно ставила своей целью возбудить ненависть и вражду к наёмникам и террористам, то является ли это уголовно наказуемым деянием? За возбуждение ненависти и вражды к запрещённой в России ИГИЛ тоже скоро будут привлекать к уголовной ответственности? Особенно если учесть, что сама Екатерина ничего этого не писала, а просто делала перепосты с других материалов, на тот момент экстремистскими не признанными. А даром предвидения она не владеет. Если так дело пойдёт, то и за лайки «сажать» будут!

По окончанию своего выступления, прокурор Бессонова попросила суд назначить подсудимой меру наказания не связанную с лишением свободы и приговорить её к исправительным работам сроком на 1 год, с удержанием 10 процентов от зарплаты.

Адвокат Роман Качанов попросил суд полностью оправдать Екатерину Вологженинову. Он заявил, что солидаризируется со своей подзащитной и вместе с ней находится на скамье подсудимых. Он полностью разделяет её точку зрения на происходящие события. Право на критику, является конституционном правом и Вологженинова этим правом воспользовалась. Она не просто не возбуждала ненависть и вражду, а выступала за мир. Против агрессивной политики России. Защитник привёл стихи великого поэта Александра Галича: «Граждане, Отечество в опасности! Наши танки на чужой земле!»

Вологженинова тоже заявила о своей полной невиновности и потребовала своего оправдания. После выступлений сторон и последнего слова подсудимой, суд удалился в совещательную комнату. Оглашение приговора состоится 20 февраля в 10 часов утра в зале 311 Железнодорожного районного суда города Екатеринбурга.

Расслабляться рано. То, что прокурор не потребовал лишения свободы, ещё не значит, что такую же позицию займёт суд. И любой приговор кроме оправдательного не устроит ни подсудимую, ни её адвоката, ни общественность.

Прослушать выступления сторон можно здесь:

https://www.youtube.com/watch?v=1XJmWltmLbk&feature=youtu.be

Полная видеозапись судебного заседания здесь:

http://www.youtube.com/watch?v=W39qQA72z9I

Оригинал (с фотографиями):

http://gleb-edelev.livejournal.com/62662.html
08 февраля 2016

Как зверя в клетке

С  каждой поездкой к нашему подзащитному Борису Стомахину, отношение и к нему и  к нам со стороны администрации колонии ИК-10 Пермского края становится все более жёстким. В этот раз, Борис общался с нами через решётку. Клетку, в которую посадили Бориса, просторной не назовёшь. В ней можно было только сидеть. Зверей в  зоопарке и то содержат в лучших условиях.

А нас два раза тщательно обыскали. Правда мой коллега по поездке адвокат Роман Качанов уточнил, что это был не обыск, а досмотр. Пусть досмотр. Но очень доскональный. Сначала нас осмотрели на КПП, перед входом внутрь колонии. Осмотрели все сумки, заставили все выложить из карманов. Причём я как гражданский представитель и Качанов как адвокат, уже давно ездим на свидание к подзащитному в эту колонию и до сих пор такого внимания к себе мы не вызывали.


Вообще сложилось такое ощущение, что сотрудники колонии видят нас впервые. Проверили мою доверенность, а удостоверение адвоката у Романа Качанова забрали на  экспертизу. Через полчаса ожидания, удостоверение вернули и оформили нам пропуск для встречи с осужденным.

Телефоны мы с собой в колонию не  берём (хотя имеем право). Но всегда берём диктофон и фотоаппарат, которые нужны нам для работы: сфотографировать подзащитного на предмет наличия или отсутствия у него телесных повреждений, снять копии с документов, записать на  диктофон его жалобы на условия содержания… В этот раз с проносом оборудования возникли проблемы. Нас, в  нарушение закона просто отказывались пропускать! И пропуск не помог! Только после того, как адвокат подарил сотруднице КПП решения Верховного суда, разрешающие проход на территорию пенитенциарных учреждений с этими техническими средствами, нам наконец разрешили пройти.

На этом наши приключения не  окончились. Нас отвели в специальное помещение и подвергли досмотру ещё один раз. Разве что штаны снять не заставили, но… я все равно почувствовал себя стриптизером. И осмотрели, и ощупали, и  ручным сканером со всех сторон просветили. Ничего подозрительного не нашли, только  время потеряли.

Приехали мы в колонию 4 февраля утром, а к заключённому попали уже только после 12 часов дня. Комната, которую нам отводят для конфиденциальных свиданий, представляет из себя маленькое помещение с весьма спартанской обстановкой: стол, кресло для сотрудника на котором нам сидеть не разрешают, табуретка и скамеечка сбоку. Впрочем, для работы большего и не требуется. В  углу комнатки находится клетка, куда едва вмещается один человек. Как правило, мы с Борисом садимся вместе за стол и  начинаем работать с документами. Но не в этот раз. Зайдя в комнату мы обнаружили, что Бориса заранее поместили в клетку, как опасного маньяка. Хотя сидит он по политической 282 статье УК за ненасильственное выражение своего мнения и опасности никому не представляет.

Сотрудники колонии пояснили, что это сделано для нашей же безопасности: а вдруг он нас в  заложники захватить вздумает! Самому Борису сказали тоже самое. Утверждение показалось нам надуманным, но убедить людей в форме не удалось. Возможно, что это связано с активной жизненной позицией Бориса, который и в местах лишения свободы пытается бороться за свои права. Потому он не вылезает из Штрафных изоляторов (ШИЗО) и находится в Помещении камерного типа (ПКТ) как злостный нарушитель режима содержания. Ведь человек несколько лет до этого общался с нами без помещения в клетку и физиономий нам не бил и в заложники брать не  пытался.

Сам Борис выглядит похудевшим, но бодрым. Он рассказал, что администрация колонии, судя по всему, отказалась оформлять доверенности для людей, пожелавших стать его гражданскими представителями. Доверенности оформляются в присутствии осуждённого и там должна стоять его подпись, но по этому вопросу, его никто не вызывал. Причём никаких объяснений ни ему, ни нам не дали. Кроме того, до Бориса не дошла моя телеграмма от 25 января, в котором я уведомлял его о нашем приезде. И тоже никаких объяснений со стороны администрации! Так что адвокат был вынужден оформить адвокатский запрос и по получении официального ответа, возможно будет подан административный иск на администрацию ИК-10.

В процессе работы над документами, общаемся с  подзащитным. Он рассказывает о своем житье-бытье. Находится он в одиночной камере, с 28 декабря по 10 января отбыл очередные сутки ШИЗО непонятно за что. Если и были с его стороны дисциплинарные нарушения, то, по его словам, ему о них не сообщили. Обжаловать свое очередное дисциплинарное наказание он не хочет, так как не верит в российский суд и не желает иметь с этой системой ничего общего. Кроме того, по словам Стомахина, со стороны сотрудников администрации ИК-10 звучат угрозы о применении к нему спецсредств, если он и дальше будет защищать свои права, свою честь и  человеческое достоинство. Впрочем, администрация считает все это нарушением режима.

С разрешения администрации, взяли у Стомахина прошедшие цензуру письма и прочитанные им книги, так как Борису тяжело носить с собой большой архив. Подходим к КПП. Проходим очередной суровый досмотр. Книги и письма привлекают особое внимание. То, что на вынос есть разрешение администрации, не слишком спасает. Темнеет. Мы выходим за пределы ИК-10, колонии строгого режима, где уже около двух лет содержится политзаключённый Борис Стомахин. И сидеть ему, если ничего не изменится в России, почти до середины 2019 года.

Оригинал (с фотографиями): http://gleb-edelev.livejournal.com/61847.html

Съездили в очередной раз с Борису Стомахину в  ИК-10, Пермского края, что находится в  посёлке Всесвятский (станция Всесвятская). Не люблю я ездить в колонии перед большими праздниками, особенно — перед Новым Годом. Но так получилось. Когда я, его гражданский представитель и адвокат Роман Качанов добрались до колонии, то  оказалось, что в колонии никого из  начальства нет. Нет не только начальника, но и секретаря. Ощущение от административных корпусов колонии — жутковатое. Закрытые кабинеты, тёмные, неосвещенные коридоры, холод… По словам местных жителей, единственная котельная, отапливающая не только колонию, но и пос. Всесвятский находится на территории колонии и её начальник дал распоряжение снизить до  минимума отопление. В результате холодно не только в колонии, но и в гостинице (на себе убедились), в домах сотрудников колонии и даже в детском саду дети мёрзнут.

С огромным трудом нам удалось найти зам. начальника колонии и подписать у него заявления на свидание. Тем не менее, у Бориса настроение боевое. Он сообщил нам, что т.н. «врач» отказался давать ему лекарства когда у него болел нерв в зубе, врач его даже  не принял, а просто принёс ему 2 таблетки анальгина, которые не помогли. Борис сообщил, что в знак протеста против неоказания ему медицинской помощи он  после Нового года будет демонстративно отказываться от любых медицинских осмотров, которые администрация колонии обязана периодически проводить. Вот как сам Борис описывает ситуацию:

«28 августа этого года, как только я приехал из этапа, сотрудник медсанчасти ИК-10 изъял у меня все лекарства и тем самым лишил меня всякой реальной медицинской помощи, то я, после новогодних праздников, на весь период своего срока, до 19 ноября 2019 года отказываюсь от прохождения любых плановых осмотров в санчасти ИК-10. Включая флюорографию, которая каждые полгода — обязательна. Им плевать, что мне нужны лекарства, а мне плевать, что им нужен осмотр. Это паскудство и  полный позор. Я не могу таблетку от  головы и от зубной боли вовремя получить. А им санчасть нужна для осмотров. Так вот. Я не буду ходить на осмотры».

Борису Стомахину дали два акта, в соответствии с которыми изъяты 2 его письма. Они не  прошли цензуру. Одно изъято из-за того, что в нем, по мнению администрации колонии, содержатся выражения, затрагивающие честь и достоинство президента России. Второе письмо не  дошло из-за того, что Стомахин в нем попросил связаться с журналистом Муждабаевым и написать об его деле.

16 декабря 2015 года Железнодорожным районным судом г. Екатеринбурга был рассмотрен Административный иск Екатерины Вологжениновой против Росфинмониторинга, включившего мать-одиночку в перечень экстремистов и  террористов. Судья Матвеева отказала в удовлетворении Иска, так что одинокая женщина, воспитывающая ребенка и имеющая на иждивении пожилую мать, осталась без средств к существованию. На этот раз уже по решению суда. Все ее счета заблокированы и она не может получить ни зарплату, ни  социальные пособия. Напомню, что в соответствии с заключением эксперта УФСБ по Свердловской области лингвиста Мочаловой, Вологженинова, размещала у себя на страничке в социальной сети «ВКонтакте» информацию, направленную на возбуждение национальной ненависти и вражды по отношению к представителям власти в современной России, к добровольцам из России, воюющим на стороне ополченцев с востока Украины, к жителям востока Украины, не поддерживающих политический курс современной Украины. Этого заключения оказалось достаточно для возбуждения уголовного дела по ст. 282 УК РФ и передачи его на рассмотрение в суд. Обвинительного приговора до сих пор нет и Екатерина не обвиняется ни в чем, связанным с  финансированием экстремизма или террориста. Вологженинову судят за  перепост материалов, автором которых она даже не является.

Адвокат Роман Качанов, представлявший интересы Екатерины в этом судебном заседании заявил после оглашения решения суда о том, что сама конструкция Закона построена таким образом, что выиграть дела по данным обстоятельствам практически невозможно. Присутствует формальный подход: факт возбуждения уголовного дела сам по себе является достаточным основанием для включения человека в печально известный список, после чего все его счета блокируются и человек не может получить честно заработанную зарплату и другие средства, положенные ему по закону. При этом на фактуру дела никто из заинтересованных ведомств по закону смотреть не обязан.

Оригинал (с фотографиями,  аудио и видеозаписью процесса)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире