aytakov

Сердар Айтаков

29 марта 2013

F

Похоже, что десятилетняя полемика между Туркменией и Россией о существовании института двойного — туркмено–российского гражданства приближается к своей кульминации. Напомним, что институт, позволяющий гражданам обеих стран иметь дополнительно и гражданство другой стороны, был закреплен межправительственным Соглашением от 1993 года. Но в 2003 году президент Ниязов, под предлогом того, что преступники, совершившие преступления в Туркмении, скрываются в России, приложил максимум усилий для ликвидации этого института и разрыва межправительственного соглашения.

Но пусковым механизмом рождения всей проблемы с двойным гражданством послужил Протокол по прекращении действия Соглашения от 1993 года, подписанный Сапармуратом Ниязовым и Владимиром Путиным в 2003 году. Тогда, подписав этот протокол, Путин постарался закрыть вопрос, сказав ставшую потом знаменитой фразу «кто хотел, тот уехал», подразумевая, что Соглашение от 1993 года имело «эвакуационный» характер и было разработано именно для правового обеспечения миграции русскоязычного населения из Туркмении в Россию. Однако даже краткого знакомства с текстом Соглашения достаточно, чтобы убедиться в том, что Соглашение как раз предусматривало гарантии прав тех людей, которые по каким-то причинам решили остаться жить в одной из стран Соглашения, и никакой «эвакуационной» составляющей не имело.

Цинизма всей ситуации придало то, что буквально за минуту до подписания протокола о прекращении действия Соглашения, был подписан беспрецедентный контракт на продажу всего свободного туркменского газа в Россию сроком на 25 лет. В Туркмении, а потом и в информационном пространстве, этот договор иначе как «договор «газ-люди»» не называли. Не помогает то, что руководство российского «Газпрома» постоянно открещивается от информации о том, что подписание протокола о прекращении действия Соглашения и договор о поставках газа были как-то логически связаны в некое «пакетное соглашение». В туркменском общественном сознании, да и в международном, эти два документа прочно связаны.

Владимир Путин на одной из своих последующих пресс-конференций публично извинился за фразу «кто хотел, тот уехал». Но эта формулировка уже была взята на вооружение туркменской пропагандой и используется до сих пор.

Тогда, в 2003 году, сразу после подписания протокола о прекращении действия двойного гражданства, Ниязов, соответственно, без проблем провел его ратификацию в парламенте (меджлисе) и, не дожидаясь соответствующей ратификации этого протокола Государственной думой России, издал указ, предписывающий в течение двух месяцев всем обладателям двойного гражданства определится с гражданством. Трудно передать ту панику, которая охватила эту категорию граждан.

Резко упали цены на недвижимость в ожидании массового отъезда русскоязычных жителей, отдельные представители власти, пользуясь неразберихой, начали заниматься шантажом и рэкетом, вымогая взятки за оформление документов при продаже недвижимости, оформлении таможенных документов… Ситуацию немного успокоило решение Госдумы России отказаться от ратификации протокола, продиктованное сообщениями в СМИ о панике среди населения Туркмении и произволе тамошних властей.

Пытаясь сгладить ситуацию, российский МИД выступил с заявлением, что туркменская сторона не так поняла суть прекращения Соглашения от 1993 года и закон обратной силы не имеет: все, кто получил гражданство до подписания протокола, безусловно, должны его сохранить.

Но факт остается фактом, — на момент подписания протокола о прекращении действия института двойного гражданства на постоянном учете в посольстве России в Туркмении стояло более 120 тысяч граждан России, постоянно проживающих в Туркмении. По официальной же информации посольства, на начало 2013 года, на постоянном учете стоит 43 тысячи российских граждан. Все последующие 10 лет туркменские власти с разной интенсивностью боролись с двойным гражданством, фактически оставив единственную привилегию для этой категории граждан – без виз выезжать за пределы Туркмении. Все остальные положения Соглашения, де-факто продолжающего свое действие, грубо нарушались и дискредитировались.

Во многих государственных учреждениях выявлялись лица с двойным гражданством с последующим увольнением или смещением на более низкие должности. Дошло до того, что власти обязали соответствующие органы проводить проверки в детских садах и школах, — детей и родителей заставляли приносить свидетельства о рождении, в которых проставлялся штамп о вхождении в российское гражданство.

Очередной виток обострения вокруг «двойных» граждан произошел в 2008 году, сразу после военного конфликта России с Грузией, одним из поводов для которого явилось «нарушение прав граждан России и российских соотечественников». Тогда туркменские власти в срочном порядке организовали показательные и незапланированные военные учения в западном регионе страны, наиболее близком к России.

Отразилось это и на положении «двойных» граждан. Им был запрещен свободный выезд из Туркмении во все страны, за исключением России, даже при наличии визы страны следования в российском паспорте, прошли очередные кампании по выявлению лиц с российским гражданством с последующими чистками, была приостановлена приватизация жилья, — еще одна привилегия для тех, кто на основании российского гражданства или статуса переселенца в Россию, решил приватизировать и продать свое жилье перед переездом. Тогда же в новой редакции конституции Туркмении была закреплена статья о том, что Туркмения не признает за своими гражданами гражданства другой страны.

При всем этом колебания в настроениях туркменских властей в отношении российских граждан совпадали по времени с взаимоотношениями с российским «Газпромом». Взрыв ли на газопроводе, идущем в Россию, уменьшение «Газпромом» закупок туркменского газа, оборачивались очередным давлением на эту категорию граждан.

Окончательным наступлением на институт двойного гражданства стала инициатива туркменских властей по замене заграничных паспортов. Во всех пунктах пересечения границы в середине 2011 года появились объявления, гласящие о том, что паспорта старого образца прекращают свое действие 10 июля 2013 года. В списке документов, необходимых для оформления паспорта нового образца, было включено требование предоставить информацию о наличии других гражданств, помимо туркменского. При этом тем, кто указал наличие иного гражданства, в выдаче паспортов было отказано.

Сначала просто происходили длительные задержки, а затем сотрудники миграционной службы открыто говорили о необходимости отказа от российского гражданства в качестве условия для получения туркменского паспорта нового образца. На очередную волну возмущения в российских СМИ и нот российского МИДа, МИД туркменский ответил знакомой уже формулой: «Соглашение от 1993 года выполнило свою историческую миссию».

Между тем, во время состоявшейся в конце прошлого года всеобщей переписи населения, переписчики, «не для протокола» задавали вопросы о гражданстве и о том, какое гражданство  выберут люди при необходимости такого выбора.

Натерпевшиеся всякого за последние 10 лет граждане России в Туркмении каждую встречу президентов двух стран связывали с гипотетической возможностью достижения какого-то компромисса по вопросу о гражданстве. Но и последний визит Владимира Путина в Туркмению на саммит СНГ так и не оправдал их ожиданий.

В начале этого года и в качестве жеста последней надежды на сохранения российского гражданства, сразу несколько инициативных групп повезли собранные в Туркмении обращения к российским властям разного уровня: от администрации президента России, Государственной думы до Совета по правам человека при президенте России.

Неделю назад, как гром среди ясного неба прозвучало сообщение о том, что, по инициативе российской стороны состоялся разговор между президентами России и Туркмении и »… при обсуждении гуманитарных вопросов особое внимание было уделено положению лиц с двойным гражданством, проживающих в Туркмении".

Вздох облегчения снова сменился тревожным ожиданием, — подробное содержание разговора не разглашалось, а вот туркменские СМИ, упомянув о факте разговора, не упомянули тему, и это в очередной раз заставило людей насторожиться.

Не прошло и недели после упомянутого разговора президентов, как из разных районов страны начали поступать сведения от граждан России, что представители местных властей начали обход домов и квартир с вопросами о том, какое из гражданств – туркменское или российское опрашиваемые решили оставить.

Дальше – больше. Тем, кто уже сдал документы на получение паспорта нового образца и указал наличие российского гражданства, звонили сотрудники миграционной службы Туркмении с тем же вопросом, но поставленным несколько иначе: «Вы уже отказались от российского гражданства? Без этого туркменского паспорта не будет!»

В который раз, по изумительному стечению обстоятельств, попытки туркменских властей решить «русский» вопрос совпадают с очередными инициативами по выводу туркменского газа на международные рынки: будь то продажи его в Россию, или в обход нее – в Европу. На этот раз на середину года, как раз, когда намечена отмена паспортов старого образца и российского гражданства соответственно, намечено подписание договора с Европейским Союзом о строительстве Транскаспийского трубопровода, который должен обеспечить поставки газа в Европу, минуя Россию, против чего Россия и выступает. Местные и международные наблюдатели уже напрямую связывают два этих события.

По одной из версий, Бердымухамедову надо избавиться от любого, даже гипотетического повода, который может дать России повод оказывать давление на него. И именно поэтому проблема двойного гражданства так энергично форсируется именно сейчас. Другие наблюдатели говорят о том, что Бердымухамедов целенаправленно идет на конфликт с Россией перед подписанием газового соглашения с Европой, чтобы иметь повод уличить российские власти в неоимпериализме, использовании гуманитарных проблем для решения проблем геополитических и фактически лишить туркменский газ выходу в Европу. На чем и заработать дополнительную моральную поддержку Запада.

В любом случае, никаких иных мотивов для столь скоротечного решения проблемы двойного гражданства в Туркмении нет. Русскоязычная община и российские граждане в частности, не представляют собой угрозы в виде «пятой колонны». И как таковой объединенной общины  не существует, эта категория населения политически апатична и полностью лояльна туркменским властям.

По данным посольства России в Туркмении, на конец 2012 года на постоянном учете в посольстве стоит 43 тысячи граждан России. Сопоставимое количество заявлений от этой категории граждан должно поступить на подпись президенту Путину, именно он, согласно конституции России решает все вопросы со вступлением и выходом из российского гражданства.

Даже если учитывать все газовые интересы российского «Газпрома» в газовых интригах вокруг туркменского газа, Владимиру Путину снова придется делать выбор между интересами Газпрома и конституционными обязанностями по защите прав граждан России, которые уже 10 лет живут на положении заложников газовых интересов. Каков будет этот выбор, мы узнаем до 10-го июля.

Президент России Владимир Путин – обладатель черного пояса по дзюдо, который любит буравить взглядом вызвавших его недовольство подчиненных. Но, похоже, сегодня к этому крутому кремлевскому деятелю пытается подобраться со своей бормашиной один дантист из Туркменистана.

11 марта В. Путин провел телефонный разговор с лидером Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедовым, во время которого были обсуждены вопросы состояния двусторонних отношений. Как отмечается на сайте президента РФ, в ходе разговора «особое внимание [главой государства] было уделено положению лиц с двойным гражданством, проживающих в Туркменистане».

Как хорошо известно туркменофилам, по договору о двойном гражданстве от 1993 года десятки тысяч граждан Туркменистана являются одновременно обладателями российских паспортов. Поэтому в том, что Путин проявляет интерес к данному вопросу, нет ничего удивительного. За минувшие годы Туркменистан усложнял жизнь лицам с двойным гражданством Туркмении и России. Власти республики периодически предпринимали попытки положить конец этой практике, включая серьезную инициативу десятилетней давности.

В конце 2012 года руководство Туркменистана вновь просигнализировало, что подумывает отказаться от системы двойного гражданства. В частности, эта тема в числе прочих была включена в список вопросов, задававшихся гражданам в ходе переписи населения: респондентов просили назвать гражданство, которому они отдают предпочтение. Практически нет сомнений в том, что В. Путин, подняв данный вопрос с Г. Бердымухамедовым 11 марта, поиграл мускулами и попытался применить всю свою силу убеждения, чтобы добиться от Ашхабада послаблений для обладателей российских паспортов.

Но Бердымухамедов посылает Путину свой собственный сигнал. В неделю, минувшую с означенного телефонного разговора, туркменские власти активизировали свое наступление на лиц с двойным гражданством. Как сообщают обозреватели, местные власти ходят по домам и просят жителей сделать выбор между туркменским и российским гражданством. Некоторые лица с двойным гражданством сообщают, что им звонили по телефону и спрашивали, гражданству какой страны они отдают предпочтение. По словам одного центральноазиатского журналиста, подробно осведомленного о текущих событиях в Ашхабаде, эта новая волна давления со стороны властей «поразила» многих русских и вызвала опасения относительно дальнейших перспектив.

Пожалуй, неслучайно туркменские СМИ в своих репортажах о телефонном разговоре между Путиным и Бердымухамедовым не делали упор на вопросе о двойном гражданстве. Фактически, если посмотреть на двусторонние отношения через искривленную призму Ашхабада, создается впечатление, что никакой проблемы и вовсе нет. «По сообщению пресс-службы главы туркменского государства, лидеры двух стран высоко оценили уровень межгосударственных отношений, отметив конструктивный характер многолетнего успешного партнерства и большой потенциал для новых совместных проектов», – говорилось в сообщении полуофициального информагентства Turkmenistan.ru.

Следует отметить еще следующее: репортаж на сайте Turkmenistan.ru завершался сообщением о том, что Путин «с благодарностью принял» приглашение президента Гурбангулы Бердымухамедова посетить Туркменистан. Сроки визита не уточнялись. По всей вероятности, вопрос о визите останется подвешенным в воздухе до тех пор, пока будет сохраняться неясность в отношении проблемы двойного гражданства.

http://russian.eurasianet.org/node/59948

 

Сразу оговорюсь, дело происходило в городе Ашхабаде, в месяце под названием санджар. В свое время бывший президент Туркменистана Сапармурат Ниязов — Туркменбаши переименовал все месяцы года, — в честь себя самого, январь назывался Туркменбаши, а апрель — в честь своей мамы, он назывался Гурбансолтан, сентябрь назвали рухнама, в честь книги самого Ниязова «Рухнама», а ноябрь назвали санджаром, в честь сельджукского султана Санджара.

Так вот, ровно 10 лет назад, 25-го числа месяца санджара произошло «покушение» на президента Ниязова. Специально закавычил слово «покушение», так как до сих пор нет ясности, что же на само деле произошло на проспекте имени Туркменбаши, где, по словам самого Туркменбаши, была попытка покушения на Туркменбаши. Очевидцы – жители домов по проспекту Туркменбаши рассказывали, что была стрельба. Они же рассказывали, что какие-то люди, уже после стрельбы, разбрасывали стреляные гильзы от автоматов на этом же месте. Чтобы потом каждую очертить мелом и приобщить эту гильзы как вещдоки к делу о «покушении». Ниязов в этот же день назвал участников «покушения», которыми оказались бывшие чиновники его правительства, сбежавшие за рубеж от уголовных дел, возбужденных в Туркменистане и объявившие себя оппозицией. Дальше – больше. Вплоть до конца декабря все дороги в стране были перекрыты блок-постами, внутри самого Ашхабада на каждом съезде с магистралей все без исключения машины останавливались автоматчиками и проверялись на наличие оппозиционеров.

Все закончилось аккурат перед Новым годом, когда по национальному ТВ показали тех самых оппозиционеров, которые признали все приписываемые им заранее преступления, сказали, что они наркоманы и пьяницы и не понимали своего счастья жить и работать под руководством Туркменбаши, которого всем туркменам послало само небо. По всей стране прокатились митинги возмущенной общественности, которые призывали самым суровым образом покарать преступников, покусившихся на светоч туркменской нации. На показательном процессе, где демонстрировались видеофрагменты с покаяниями оппозиционеров, звучали призывы вернуть обратно смертную казнь и казнить отступников. Народный Совет задним числом вернул высшую меру наказания в виде пожизненного лишения свободы уголовный кодекс и осудил на нее многих фигурантов этого дела. Многие получили по 25 лет. Но еще больше народу было осуждено по статье «недонесение». То есть, следствие предполагало, что какой-то человек мог что-то знать, но не донес. Цифры осужденных по этому делу разнятся. Кого-то из врагов Туркменбаши, не имеющих отношения к «покушению», пускали по этому делу «паровозом». Так случилось с муфтием Туркменистана. Он отказался давать согласие на размещение цитат из книги Ниязова «Рухнама» на куполах и минаретах мечети имени Сапармурата-хаджи (того же Ниязова) и был осужден за причастность к «покушению».

Но самым страшным последствием всего этого стала практика коллективной ответственности, которую туркменские спецслужбы начали использовать так широко, что арестам и репрессиям подвергались целые семьи и кланы, один из членов которого оказался замешан в этом деле. Кого-то из таких родственников арестовывали, срочно фабрикуя уголовные дела, не имеющие отношения собственно к «покушению», почти всех уволили с государственной службы, учившихся в ВУЗах отчислили, всем без исключения был запрещен выезд из Туркменистана.

Этот круг был и остается значительно шире, чем собственно количество «покушавшихся». Такие коллективные репрессии применялись Ниязовым и ранее, но именно после «покушения» они стали использоваться не только как мера наказания, но и в качестве меры устрашения. Все поняли, что в случае чего, пострадает не только сам «злоумышленник», но и вся его семья до третьего колена. Недаром в Туркменистане при приеме на работу существует требование о предоставлении сведений обо всех родственниках, включая бабушек и дедушек, родителей, детей, братьев и сестер. Кстати, это требование неукоснительно действует до сих пор. А тогда был принят закон «Об изменниках родине», который определял, что к этой категории мог быть причислен даже тот, кто «сомневался в правильности или дискредитировал политику президента». Закон, кстати, остается в силе.

И Ниязов не был бы настоящим диктатором, если б не пошел до конца. Последним аккордом, правда немного растянутым во времени, стала расправа с теми, кто верой правдой служил Ниязову, занимался организацией и проведением репрессий. Все руководители спецслужб, которые занимались расследованием дела о «покушении» были постепенно смещены со своих постов, против них были возбуждены уголовные дела, все они были тоже посажены. Самая одиозная личность в процессе дела о «покушении» — генеральный прокурор Туркменистана Атаджанова впоследствии получила длительный срок за «незаконное обогащение» и до сих пор сидит в специальном загоне женской тюрьмы на севере Туркменистана.

После смерти Ниязова кое-что в стране изменилось. Были возвращены общеупотребительные названия месяцев и дней недели, был снесен корпус в спецтюрьме «Авадан-Депе», где камеры были высотой в полтора метра и в которых содержались фигуранты дела о «покушении», называли их «горбаты камеры», — человек там не мог встать в полный рост. Выпустили на свободу кое-кого из осужденных по этому делу, — тех, кто явно не имел к нему прямого отношения. А остальные сидят и уже 10 лет об их судьбе вообще нет никакой информации. Но никуда не делась созданная Ниязовым репрессивная машина. Ее все время совершенствуют уже новые власти. Как собака, натасканная «на кровь», она готова в любой момент начать искать и, конечно, найти нужного врага. И тогда все средства будут хороши. Помните про списки родственников? Их продолжают собирать…

Около года назад информационные агентства сообщили, что национальная авиакомпания Туркменистана начала продавать электронные билеты. У знающих это сообщение взывало хохот, так как за этими «электронными» билетами все равно надо было приходить в офис «Туркменских авиалиний», там же проводить оплату наличными и там же получать бумажку с «электронным» билетом. Ни о каких операциях по покупке билета через интернет речи не идет.

При изучении вопроса оказалось, что у национальной авиакомпании Туркменистана нет даже собственного сайта, а зарезервированные за ней доменные имена не используются. Зачем властям нужно было привлекать внимание к несуществующей услуге и вообще к катастрофическому состоянию, верней, полному отсутствию электронных услуг в стране – непонятно.

Характерным примером развития электронных технологий в Туркменистане может служить ситуацию в сфере банковских услуг. Для снятия денег со своей пластиковой карты, надо лично явиться в один из банков, обратиться к сотруднику, который выпишет квитанцию и соберет под ней еще 3 подписи, а потом отправит вас в кассу, за получением наличных. Причем туркменские власти разделили ответственность между банками – один банк обслуживает только карты Visa, другой только MasterCard. С сентября этого года власти объявили, что теперь можно воспользоваться банкоматом, находящимся в здании банка и снять там … 200 долларов за один раз. Но в сообщении не было сказано, что банкомат работает только с картами устаревшего образца, и не приспособлены обслуживать пластиковые карты с электронным чипом. Хозяевам таких карт надо по-прежнему идти в банк и обращаться к его сотрудникам. Такие «услуги» шутники в Ашхабаде сравнивают с привязанному к столу мобильному телефону. Ведь расплатиться банковской картой в Туркменистане нельзя ни в одном магазине, ресторане, отеле. Точно также невозможно осуществить ни один дистанционный, электронный перевод, эту услугу не оказывает ни один банк.

Вообще, спектр услуг, которые оказывают туркменские банки, вызывает удручающее впечатление своей примитивностью и архаичностью. Зато на этих сайтах можно ознакомиться с высказываниями президента Бердымухамедова. Например, на сайте «Президентбанка», единственно полезной информацией оказалась его высказывании о том, что — «Отличающийся высокой степенью единства туркменский народ уверенно создает сегодня свое будущее».

В Туркменистане нет ни одной услуги для населения, которую можно было бы заказать и оплатить через интернет. Невозможно записаться к врачу или в спортзал, не говоря уже об обращении к государственному чиновнику, невозможно купить билет ни на один вид транспорта, нельзя даже узнать расписание движения этого транспорта, нельзя приобрести ни один товар, нельзя дистанционно оплатить ни одну коммунальную услугу.

В Туркменистане через интернет вообще ничего нельзя – ни сделать, ни узнать!

На одном из сайтов, посвященном Туркменистану, есть раздел «полезные сайты», которые при ближайшем рассмотрении оказались совсем бесполезными. Не функционирующим оказался даже сайт министерства связи и государственной почтовой службы Туркменистана, как и министерства железнодорожного транспорта, и многих других министерств. Наиболее содержательным оказался сайт Академии наук. Но на то есть своя причина – этот сайт создавался при грантовой поддержке различных международных организаций, а они требуют хоть какой-то видимости работы. Но и на этом сайте не обошлось без глубокомысленной фразы президента Бердымухамедова:  «Наука и техника — крылья национальной экономики».

Как представляет себе использование достижений науки и техники сам президент¸ можно убедиться по еще одному пропагандистскому материалу туркменских СМИ, которые преподносят в качестве высочайшего достижения организацию видеосвязи между президентским дворцом и офисами хякимов (губернаторов) провинций. В Туркменистане этот вид связи называется «электронным правительством».

«Налаживание этой системы видеосвязи явилось очередным шагом по формированию в нашей стране электронного правительства, концепция которого предусматривает комплексную модернизацию самих принципов организации управления государством на основе инновационных подходов» 

Представление об этом явно почерпнутого из голливудских фильмов, где крутые американские президенты мгновенно связываются по видео связи со всеми подчиненными, во всех уголках Соединенных Штатов, да и со всем остальным миром, отдают приказания и принимают отчеты. То есть, все преимущества телекоммуникационных технологий власти рассматривают исключительно как создание еще одного механизма управления государством и контроля над страной. Тем более, что такой механизм имеет огромный пропагандистский потенциал, — всегда можно показать по ТВ, что президент не только получает отчеты и отдает приказы, но и смотрит в глаза своим подчиненным, — не дрожат ли у него руки во время доклада, находится ли он на самом деле, на рабочем месте, а не отвечает по мобильному телефону, находясь дома или в бане.

Туркменские власти абсолютно не волнует тот факт (а, может они про него просто не знают), что под «электронным правительством» во всем мире понимается совсем иное. А именно – создание максимально эффективного электронного механизма общения рядовых граждан с властями, — от оплаты коммунальных услуг и получение разных бюрократических документов, до доступа к элементарной информации, расписанию движения самолетов и поездов, например. И трудно представить, насколько неразвитая банковская и торговая системы Туркменистана сдерживает экономическое развитие, в первую очередь малого и среднего бизнеса. Сайты туркменских банков и туркменской биржи дают полное представление об этом.

Год назад президент Туркменистана подписал с французской фирмой соглашение о запуске первого туркменского спутника. Наверное, это позволит надеть на каждого туркменского чиновника GPS-браслет (или ошейник), — в целях улучшения контроля и управления. Никаких иных планов «электронное правительство» Туркменистана не имеет.

Туркменистан: параллельная реальность

В эти дни Туркменистан празднует День независимости. Как водится, к празднованию приурочено большое количество мероприятий, в том числе ежегодное заседание Совета старейшин. Вот краткий репортаж с этого заседания:

А в это время в Туркменистане… параллельная реальность:

http://www.rferl.org/media/video/24749599.html

Там все понятно.

Постоянный рефрен, — фраза, которую орут без устали все в зале «Аркадага шохрат» в переводе значит «Слава Аркадагу». В свою очередь «Аркадаг» это титул-прозвище, как шутят в Туркменистане – «погоняло» президента Туркменистана Бердымухамедова. В вольном смысловом переводе «Аркадаг» значит «покровитель». Очередь из людей с букетами цветов для президента – это туркменские государственные чиновники, сотрудники дипломатического корпуса, представители иностранных коммерческих фирм, работающих в Туркменистане, представители туркменской общественности.

России есть, куда стремиться!

Чем больше из Туркменистана наблюдаю за тем, что российские власти творят со своим обществом, тем больше мне кажется, что стерильность общественной жизни в Туркменистане не дает кому-то покоя в Кремле и в его окрестностях. Зависть ведь тоже движитель. Регресса.

Нет, в Туркменистане не объявляли, как в России, общественные организации «иностранными агентами». Их просто все разом прихлопнули. Но мотив (и испуг) туркменских властей был примерно тем же, как сейчас у российских – после «Революции роз» в Грузии 2003 года и при закипании «Оранжевой революции» на Украине в 2004 году, все, кто был уличен, замечен или просто подозревался в получении денег от Госдепа или Сороса, были закрыты по решению судов или в обход оных. Конечно, были оставлены кормившиеся с руки власти общественные организации типа женской организации имени мамы тогдашнего президента, ветеранской организации имени его же папы, молодежная организация и так далее. Но власти и им не оставили никаких шансов вкусить от щедрости иностранных доноров. Тогда же было введено правило «регистрации» всех грантов в Государственном агентстве по иностранной технической помощи. Ладно бы, если б эта «регистрация» стали именно регистрацией – формальной процедурой. Так нет, она превратилась в проверку и оценку «целесообразности» получения той или иной организацией иностранного гранта. Да простят меня представители российских НПО за такую подсказку ретивым депутатам Госдумы России, но логика их последних действий просто обязана быть доведена до туркменского абсурда. Коль обязали НПО называться «иностранными агентами», обязательно следует учредить государственную комиссию по «целесообразности», которая бы оценивала намерения иностранных наймитов и реквизировала бы иудины 30 серебренников в пользу государства. Или в пользу наймитов собственных, — просто порекомендовать донорам профинансировать «нужную» организацию. Кстати, это тоже, — из туркменского опыта. Все иностранные доноры в Туркменистане – от американского посольства, до представительств ООН и ОБСЕ, именно этим и занимаются – финансируют только тех, на кого укажут им власти. А Госдеп и Сорос «отдыхают», ограничиваясь финансированием жалкой кучки оппозиционеров и диссидентов, сбежавших из страны, чем, собственно и проявили свои коварные намерения. Да и бог с ними!

Кстати, о Боге. С тем же упорством, с которым российские попы при поддержке властей сейчас приватизируют право на духовность, туркменские власти полностью узурпировали те же права, но уже всех религий — все права на веру. «Мой поп», — говорил Ниязов, указывая на предстоятеля Русской православной церкви в Туркменистане. А муфтия всего Туркменистана он просто разжаловал и посадил в тюрьму за «участие» в покушении на самого себя. На самом деле — за то, что муфтий всячески противился нанесению цитат из книги Ниязова «Рухнама» на стены минаретов и купола мечетей. «Рухнама» — «книга духовности», и точка. И поместили «Рухнаму» во всех мечетях рядом с Кораном, а на воротах одной из них до сих пор красуется то ли девиз, то ли лозунг: «Коран книга — Аллаха, Рухнама — священная книга». Это я о том, что зря, очень зря, многие в России говорят о возрождении православия и духовности в обществе. Это «возрождение» продлится ровно столько, сколько власти будет нужен этот инструмент влияния на общество. История с «Pussy Riot» есть прямое тому свидетельство. Руками возмущенной воцерквленной общественности российские власти просто раздавили проявления персонифицированного протеста против одного из своих, да и против власти в целом. А заставят попов положить рядом с Библией в церкви какую-нибудь русскую рухнаму – сделают это без колебаний, ибо колеблется РПЦ вместе с линией власти. А перестанет колебаться – пойдут попы в зиндан, кто за ДТП на БМП (боевая машина попа, — термин отца Кураева), кто за махинацию с билетами в плавательный бассейн при ХХС.

Но игр с противопоставлением одной части общества другой, российским властям оказывается недостаточно. Скорей всего по наитию, в поисках «своего пути», но строго в русле логики туркменской власти, власти российские (депутаты и их кукловоды) начали выделять особую роль русского народа, в Госдуме начали подготовку такого закона. Мы, туркмены, прошли через это, когда государственным лозунгом Туркменистана стала фраза «XXI век – Золотой век туркменского народа». Заметьте, не «народов Туркменистана», а только туркменского народа, то есть только туркмен. «К туркмену не прилипнет грязь» — еще один лозунг, еще одна индульгенция, выданная властями по признаку принадлежности к титульной нации, встречал прибывающих в один из аэропортов страны. Изначально в туркменской конституции была статья о том, что президентом Туркменистана может быть только туркмен. Потом ее просто убрали, как неприличную, да и после этнических экспериментов в Туркменистане эта статья стала просто бессмысленной. К чему это я? Да к тому, что такие игры всегда очень плохо кончаются. Помню, как в конце 80-х годов один туркменских интеллигент ратовал за то, чтобы во всех учреждениях был введен строгий национальный дресс-код, особенно для женщин. И помню его же шок, как уже в начале 90-х его пожилой жене, в его присутствии группа молодежи палкой задрала платье, чтобы проверить, носит ли она под платьем балаки – национальные женские штаны. Если власти разрешили проверять на туркменскость, то почему нельзя сделать это и таким методом тоже? Кстати, балаков на той женщине не оказалось и их с мужем оплевали и обматерили (русскими словами тоже). А тот интеллигент давно уже уехал с семьей в Россию. А национальный дресс-код в Туркменистане является обязательным.

И поверьте, от провозглашения одного народа «государствообразующим», до подсчета процентов титульной крови в каждом человеке – всего один шаг. Большинство из нас – туркмен, в начале 90-х этого еще не понимали. Но потом и туркмен власти стали делить – на племя «истинных» и на всех остальных — «приблудных», мешанных с соседними народами, — недотуркменов… Проще говоря, сейчас у нас племя «ахал-теке», к которому принадлежит президент Бердымухамедов, это что-то вроде питерских в России.

А первыми из Туркменистана уехали армяне, евреи, у которых, кажется, генетический нюх на подобные поиски национальной идентичности. Потом потянулись из страны славяне, интернациональные по духу интеллигенты, казахов по специальной программе приняли на исторической родине, остались только те, кому ехать было некуда – их предки жили на этой земле веками. И туркменские власти не смогли предложить им ничего, кроме принудительной ассимиляции, — были закрыты почти все школы с обучением на языках национальных меньшинств, национальный дресс-код является обязательным для всех во всех государственных учреждениях, нет ни одного СМИ на языках нацменьшинств (газета Нейтральный Туркменистан, издающаяся на русском языке – не СМИ, а всего лишь пропаганда), нет ни одного культурного центра национальных меньшинств.

Стало ли туркменам от всего этого легче жить? Все вокруг «туркменское», но отнюдь не твое.
Станут ли татары, башкиры, тувинцы, калмыки, якуты и далее по списку, — терпеть прямые оскорбления от идеологов власти, когда за шагами по укреплению «русскости» в России последуют шаги по сегрегации, а такие шаги обязательно последуют! Ведь пестуемое и провоцируемое властями выделение из всего российского народа только «русского» не имеет ценности само по себе, — это провокация с одной единственной целью – разжечь великорусский шовинизм, отвлекая внимание общества от неспособности власти решить многие и многие, в том числе и национальные проблемы. А уезжать «нацменьшинствам» России за единичными исключениями просто некуда, тут их Родина, их земля.. и как им жить в роли «младшего брата», когда младшинство запланировано трактуется как неравенство?

И что интересно, именно такая политика российских властей самым непосредственным образом отразится на положении русских в странах «ближнего зарубежья». «Наконец, — скажут сатрапы стран СНГ,  — русские взялись за ум и пошли нашим путем». И будут абсолютно правы. Но лучше русским там не станет.

*****

Но вот про разоблачения российской оппозиции на российском ТВ, могу сказать – слабо, мелко, мелочно даже. Все эти подслушивания, подсматривания за оппозицией на взгляд из Туркменистана выглядит как-то явно неубедительно. А вот у нас…, у нас в Туркменистане, все оппозиционеры выступают сами, смело глядя в камеру, рассказывают о том, как они готовили государственный переворот, используя иностранные деньги. При этом они без устали говорили, какие же они сволочи враги народа, как употребляли наркотики и впадали в прочие грехи, как сеяли сомнения в туркменском обществе в правильности государственного курса, провозглашенного гениальным президентом. Кстати, тем же российским депутатам на заметку – в Туркменистане был принят и до сих пор действует закон, согласно которому сомнения в правильности политики президента приравнивается к измене родине и подлежит высшей мере наказания – пожизненному заключению. Явно есть, куда стремиться!

Но той же российской власти, включая и депутатов Госдумы, следует взять на заметку, что почти все туркменские оппозиционеры вышли из числа государственных же чиновников, создававших эту систему. Часть из них посадили за излишний авторитет, приравняв его к посягательству на власть, другим «пришили» финансовые махинации, что не исключало политических амбиций. Часто «оппозиционная» деятельность становилась прикрытием от чисто уголовного преследования. И что-то мне подсказывает, что вслед за зачисткой российской оппозиции, настанет черед проверки на лояльность и в госаппарате. Это давно испытанный метод. Только процессов 30-х годов мы воочию не видели, а вот туркменских начала 2000-х насмотрелись вдоволь.

Кстати, все выступавшие оппозиционеры вещали по ТВ из специальной студии в подвале здания туркменского КГБ, а на чрезвычайном заседании парламента звучали идеи о причинах столь низкого падения этих людей. Одной из них было утверждение, что у оппозиционеров «была разбавлена туркменская кровь». И все получили пожизненное. Ничего не напоминает?

*****

Особенно комично выглядят потуги российских парламентариев ужесточить контроль за шпионами. Нужно им брать за основу туркменский опыт полностью, без вариаций. Например, всех, кто интересовался самой страшной туркменской тайной – величиной запасов туркменского газа, — выслали (иностранцев), а туркмен — посадили. Зловредных «Врачей без границ», которые вдруг обнаружили в Туркменистане побежденные еще во времена СССР заболевания и прочие бардаки в здравоохранении, — выдворили в 24 часа. Всех местных сотрудников изолировали разными способами. Волонтеры американского Корпуса Мира тоже высланы как потенциальные шпионы. Контактировавшие с ними граждане Туркменистана не могут устроиться на работу. Точно также, как и отучившиеся за рубежом, — им заказан путь в государственные структуры, включая работу в школах, медицинских и производственных учреждениях. Вдруг что-то нашпионят о тайнах процветания туркменского народа?

Намерения российских властей лишить своих чиновников права иметь счета и недвижимость за рубежом, не имеют решения. Кроме туркменского. Туркменским чиновникам, даже в отпуск нельзя выехать за рубеж, — специальным указом президента они коллективно отправляются отдыхать в специально построенную резервацию на берегу Каспийского моря. Вот это контроль! И под страхом увольнения им запрещено отправлять своих детей на обучение за границу. А увольнение с министерской должности в Туркменистане имеет вполне конкретные последствия.. ну, вы понимаете.

***

В Туркменистане не подвергают общественному остракизму диссидентов, посетивших иностранные посольства. До этого не доходит. Просто во время визитов иностранных делегаций всех диссидентов просто блокируют в их домах, предваряя домашний арест строгим предупреждением о целесообразности нахождения дома, — мало ли какой «кирпич башка попадет» ©. Желание общаться с дипломатами отпадает само собой. В качестве обвинения туркменские спецслужбы используют термин «несанкционированный контакт». Сейчас он так и просится в УК РФ, с «двоечкой-пятерочкой» в виде наказания.
А возрастные ограничения на российском ТВ? Цензура туркменских властей началась еще во времена перестройки в СССР, с прерывания трансляции фильма «Казанова Феллини», причем глубокой ночью… аргументация была абсолютно та же, что и у российских депутатов и борцов за нравственность. Потом власти вошли во вкус… и что теперь представляет собой туркменское телевидение можно посмотреть на YouTube или со спутника Ямал. Этим убожеством и издевательством над здравым смыслом оборачивается государственная забота о нравственности населения. Население в ответ на такую заботу поставило спутниковые антенны и смотрит российские сериалы, индийские танцы и «Дом-2». Но президент Бердымухамедов, провозгласил очередную эпоху «Могущества и счастья», и в очередной раз приказал спилить спутниковые антенны. В эпоху «счастья» лишняя информация и развлечения не нужны, особенно иностранные, априори посягающие на нравственность туркменского народа. Всем было приказано быть счастливыми.

Обсуждаемые в России ограничения на доступ в интернет тоже имеет туркменское решение. У нас интернет не просто медленный, как каракумская черепаха, но и чрезвычайно дорогой, как ахалтекинский конь. Полностью закрыт доступ ко всем сайтам, которые хоть раз за время своего существования опубликовали критический материал о стране. А самооценка первых лиц государства чрезвычайно высоко задрана, и попасть в «черные списки» сайтов можно даже за упоминание нетуркменского происхождение плова. И социальные сети для туркмен недоступны, не говоря о твиттере, в Туркменистане его уже вылечили. А в России только собираются.

****

Кто-то обязательно скажет, дескать, что за абсурд, мы не Северная Корея и не Туркменистан…. Да, не Северная Корея. Но с туркменами вы, дорогие россияне, жили более 100 лет в одном государстве и расстались только 20 лет назад, в 1991-м. А уже в 2001-м Ниязов написал свою «Рухнаму», поставил ей памятник, назвал в честь нее, себя лично, своей мамы месяцы года, удавил всю оппозицию, стал учредителем всех СМИ в государстве, да много, чего еще успел сделать. И Россия уже ступила на этот путь. Со всеми прибамбасами тоталитарного режима. Избирательные репрессии уже начались. Цензура и поиск собственного пути – тоже.

Поверьте, на туркменский тренированный взгляд легко определяет «туркменские» нотки в речах и поведении господ Володина, Исаева, Воробьева, Никонова, не говоря о клоунадах их младших думских (и прочих) товарищей. И уже нет иллюзий, куда эти господа и товарищи тянут Россию.

Кто-то скажет, что у России свой выбор и свой путь… Соглашусь.

Вот только компас у России – «туркменский».

03 апреля 2012

Секретная миссия

Российское консульство в Туркменистане вольно или невольно посеяло панику среди обладателей так называемого «двойного» российско-туркменского гражданства. Связана она с заменой российских заграничных паспортов, срок действия которых истекает. Как уверяют «НИ» сами обладатели двойного гражданства, в консульстве им объявили, что замена паспортов приостановлена «до особого распоряжения».

У металлической решетки, окружающей посольство, все время собираются группы российских граждан, чтобы поделиться слухами, так как достоверной информации от посольства не добиться. «За 6 месяцев до срока окончания действия паспорта мой сын попытался произвести его замену, – рассказала «НИ» гражданка России с 1994 года Мария Аширова, – Для этого было необходимо записаться на прием в консульский отдел посольства по телефону. Сначала мы потратили несколько дней для того, чтобы дозвониться. Когда же это удалось, нам ответили, чтобы звонили через неделю. Через неделю нам сказали, что запись на сдачу документов ведется только на сентябрь (!) (звонок был в марте). А сама запись начнется только в середине апреля. На всякий случай сказали позвонить в начале апреля, «вдруг что-то проясниться». Прояснилось! Нам заявили: запись «временно прекращена». Каких-либо объяснений, с чем именно связано прекращение записи, не прозвучало».

И таких историй множество. «Когда я раздобыл прямой телефон российского консула, – рассказал «НИ» российский гражданин Сергей Добрынин, – вместо разговора по существу секретарша консула устроила мне допрос, откуда я узнал его номер. Просил представиться хоть одного сотрудника, с кем разговаривал по телефону, в ответ мне просто рассмеялись».

«НИ» так же не удалось прояснить ситуацию: в российском консульстве в Туркменистане отказались с нами разговаривать, сославшись на временное отсутствие сотрудника, уполномоченного давать комментарии.

Оригинал
Недавно на лентах информационных агентств промелькнули две новости. Первая – о присвоении президенту Туркменистана Бердымухамедову звания почетного доктора одного из турецких университетов. Вторая – о том, что новоиспеченный доктор санкционировал распоряжение о срочной замене фотографий в личных делах работниц школ, вузов, библиотек и детских садов. Они должны сниматься только в национальной туркменской одежде. Так что же творится в Туркменистане? За рубежом пишут, что система образования в стране умерла, туркменские власти уверяют, что, напротив, в этой сфере все хорошо как никогда. Лежит ли истина посередине, попытался разобраться корреспондент «НИ».

Любого, кто бывал в современном Туркменистане, поразят здания вузов, построенные за последние несколько лет. Стилизованные под восточный модерн, они производят впечатление настоящих дворцов. Но если заглянуть внутрь и ознакомиться с особенностями учебного процесса, это первое впечатление покажется обманчивым. Беломраморные «дворцы знаний», но без Интернета. Шикарные библиотеки, но без учебников на туркменском языке. Взятки при поступлении и засилье идеологии в учебном процессе – все это повседневные реалии туркменского образования.

Высшая школа Туркменистана стала такой благодаря первому президенту Ниязову. При нем произошел полный отказ от обучения на русском языке, не подкрепленный созданием учебников на туркменском. Преподаватели были вынуждены на лекциях просто «с листа» переводить с русского на туркменский свои предметы. А студентам вместо учебников приходилось использовать только конспекты лекций. Свою роль сыграла замена кириллического алфавита на латинский, что практически полностью отрезало студентов от образовательного и научного багажа советского времени. Сократилось как число преподавателей, так и студентов. Некоторые специальности были ликвидированы полностью. Например, журналистское образование отсутствовало в Туркменистане 10 лет. А потом в учебные планы был добавлен новый предмет «Рухнама» – по названию «бестселлера» Ниязова.

«От нее некуда было деться», – делится с «НИ» своими воспоминаниями Мухаммед Н., выпускник Туркменского государственного университета, окончивший вуз в 2005 году. Он, как и другие абитуриенты, сдавал экзамен на знание «Рухнамы» при поступлении. Затем, уже в вузе, изучал ее по главам. Потом – по отдельным темам, разбросанным по разным главам. И, конечно, был ежегодный экзамен по «Рухнаме» плюс госэкзамен при выпуске. Этим, впрочем, знакомство с книгой Ниязова не ограничивалось. «Всех сгоняли на почему-то называвшиеся факультативными лекции о роли «Рухнамы» в современном мире, – говорит наш собеседник. – А кураторы заставляли нас ставить спектакли по мотивам «Рухнамы». Кроме того, во многих других предметах обязательно присутствовали темы из этой книги.

В результате в Туркменистане сложилось целое поколение студентов, которые вместо почти исчезнувших из учебной программы истории или философии учили книгу президента. В 2006 году, когда после смерти Ниязова его сменил нынешний президент Гурбангулы Бердымухамедов в системе образования произошли некоторые перемены. Сроки обучения были увеличены до минимальных общепринятых стандартов – в школах 10 лет (вместо 9 при Ниязове), в вузах – до пяти лет (вместо четырех). В университеты были возвращены или организованы заново некоторые курсы, потерянные при Ниязове. Появились наконец новые учебные заведения. Но в остальном почти никаких перемен не произошло. «Мы надеялись, что после прихода к власти Бердымухамедова кончится абсурд, но он продолжился», – сетует преподаватель Государственного университета Байраммурад Алтыев. При Бердымухамедове курс «Рухнамы» сократили (но не убрали!), однако в учебной программе появились новые предметы. Нефтяники и газовики изучают роль Бердымухамедова в освоении богатств туркменских недр, будущие врачи – его же роль в становлении медицины, студенты сельскохозяйственного института – в коневодстве, биологи – в изучении лекарственных растений. Не изменилась и атмосфера в учебных заведениях. С момента зачисления в вуз для всех студентов начинается полуказарменная жизнь. Особенно допекают иногородних, которые селятся в общежитиях. Для них устраивают уже настоящую казарму с контролем ухода и возвращения, с «полицией нравов», состоящей из сотрудников администрации вуза, представителя полиции и студенческих активистов, которые следят не только за порядком и дисциплиной, но и вмешиваются в личную жизнь молодых людей, контролируя их знакомства, даже самые близкие.

В стенах самого вуза действует категорический дресс-код, обязательный под угрозой отчисления. На голове у парней и девушек должна быть тахья (тюбетейка). Студенты обязаны носить белую рубашку, галстук и строгий черный костюм, студентки – красное платье до пят с национальной вышивкой. Запрещены сумки через плечо и рюкзаки: только портфели. Существует негласный запрет на выезд студентов за рубеж, посещение баров и дискотек. Встречи Нового года и прочие праздники проходят в присутствии куратора от вуза. Власти рассматривают студенчество в качестве марширующих и танцующих манекенов, которых без особых хлопот можно мобилизовать для массовок на демонстрациях и парадах. В качестве примера можно привести подготовку к 20-летию празднования дня независимости страны. Тогда студенты в течение 4 месяцев ежедневно репетировали участие в демонстрации.

Так почему же в туркменские вузы продолжают поступать, зачастую предлагая за заветную студенческую «корочку» немалые деньги? Высшее образование, даже такое, какое есть, по-прежнему открывает дорогу к карьере. Оно доступно немногим, даже состоятельным туркменам: на 100–120 тысяч выпускников средних школ определена квота в 2,5–3 тысячи учебных мест в вузах. А те, кто действительно желает учиться, едут за рубеж, чаще – навсегда.

Оригинал
Существует такой анекдот о сталинских временах, применимый и к сегодняшнему Туркменистану. Во время коллективизации тридцатых годов один партийный функционер шлет с Дальнего Востока руководству телеграмму: «Колхозы созданы, присылайте колхозников».

Подобная тенденция ставить телегу впереди лошади прослеживается и в предпринимаемых президентом Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедовым шагах по созданию конкурентной политической системы. Туркменистан числится у многих правозащитных организаций одним из самых репрессивных государств мира. Но в последнее время президент Бердымухамедов решил подправить имидж Туркменистана, пообещав создать новые политические партии. Дабы доказать миру, что он действительно намерен сделать то, что говорит, подконтрольные государству СМИ сообщили 26 марта об активной работе властей, закладывающих основы двух политических партий экономического толка, одна из которых будет представлять аграриев, а другая – предпринимателей.

Выборочный опрос общественного мнения среди переживающего сложные времена населения Туркменистана, неизменно дающего сглаженные оценки, свидетельствует о том, что инициатива властей не произвела ожидаемого впечатления. Вместо того, чтобы внушить надежду на лучшее будущее, она вызывает пренебрежение и чувство безысходности. Многие видят в ней неуклюжий пиар-ход, который не окажет ни малейшего влияния на повседневную жизнь рядовых граждан.

Усугубляет ситуацию с инициативой, которую следящие за происходящими событиями люди называют фарсом, тот факт, что создание партий на основе профессиональной принадлежности является нарушением принятого в начале этого года в Туркменистане закона о политических партиях. В пункте 2 статьи 8 данного закона говорится: «Не допускается создание политических партий по регионам и профессиональному принципу».

Другим нарушением законодательства является тот факт, что курирует создание политических партий государственный деятель, а именно зампред туркменского правительства Сапардурды Тойлыев. Второй пункт статьи 9 того же закона запрещает «вмешательство органов государственной власти и местного самоуправления и их должностных лиц в деятельность политических партий». Согласно Конституции, инициировать создание и осуществлять регистрацию партии, включая выработку устава, может лишь организационный комитет или учредительный съезд, но никак не лицо, состоящее на государственной службе.

Как отметил в своем выступлении 26 марта президент Бердымухамедов, создание политических партий осуществляется в рамках работы по укреплению политической жизни общества. «Развитие многопартийности представляет актуальность и с точки зрения масштабных перемен в сфере государственного управления, и с позиций обновления политических механизмов, переосмысления роли и места социальных, гражданских институтов в жизни страны», – цитирует выступление главы государства полуофициальный информационный сайт Turkmenistan.ru.

Разговоры о переосмыслении роли и места социальных и гражданских институтов не слишком обрадовали апологетов гражданского общества страны. Большинство из них полагают, что обстановка страха, господствующая ныне в Туркменистане, в которой подавляются все свободы граждан, в ближайшее время никуда не исчезнет.

На взгляд некоторых ашхабадских обозревателей, президент Бердымухамедов просто пытается повысить эффективность своего авторитарного режима. Создаваемые партии будут функционировать как филиалы главной политической партии Бердымухамедова, Демократической партии Туркменистана, утверждают они. По поручению государства эти новые движения будут пытаться вдохнуть жизнь в две умирающие экономические отрасли республики.

По словам других обозревателей, главной целью означенной инициативы является обеспечить Туркменистану дополнительную возможность отстаивать свою демократическую репутацию на международной арене. Страна давно является объектом критики со стороны международных правозащитных организаций, а в марте на турменские власти ополчились и члены Комитета по правам человека ООН.

Крайне неудовлетворительная репутация Туркменистана в области соблюдения прав человека является препятствием на пути развития экономических связей с государствами Запада, особенно Евросоюза. Так что политический плюрализм, искусственно насаждаемый в Туркменистане, может создать видимость заинтересованности Ашхабада в проведении реформ, облегчив тем самым задачу развития торговли с западными странами, в частности в области экспорта энергоресурсов.

Оригинал
Россияне, вы будете смеяться, но в Туркменистане тоже выборы. Причем в ближайшее воскресенье, 12-го февраля. Выбирать будут аж из 8-ми человек. Компанию действующему президенту составили семеро мало кому известных государственных чиновников, — от министра до прораба.

Публичной политики в общепринятом понимании этого слова, в Туркменистане не существует. Президент Бердымухамедов парит над всеми, постоянно поругивая нерадивых подчиненных, грозя им — то пальцем, то указкой. Мы и предположить не могли того разнузданного буйства демократии, которое произошло в эту предвыборную кампанию. Всем казалось, что наш президент настолько забронзовел и погряз в деле строительства нашего светлого будущего, что идея о какой-то альтернативе ему казалась крамольной даже на уровне мысли.

Демократический шабаш начался с того, что общественные организации Туркменистана и организованные группы граждан выдвинули (о, ужас) 15 кандидатов в президенты! Правда, ЦИК Туркменистана отсеял почти половину, зарегистрировав только 8.

Понятное дело, что предвыборные программы всех восьми претендентов писались в одном месте – в аппарате действующего президента. И, как водится, самому президенту написали не то чтобы хорошую программу, но охватывающую все аспекты государственной жизни. А вот каждому из семи остальных нарезали программу в тематике их профессиональной компетенции. Текстильщик говорил о текстиле, газпромовец о газе, и так далее. Все вместе они смогли бы создать коллективного кандидата в президенты с общей, не то чтобы хорошей, но программой. Но кто ж им даст! В народе уже ходят шутки про волка-президента и семеро козлят-конкурентов, настолько нелепо выглядит эта постановочная демократия. Если в России аналогичные козлята претенденты еще могут выдавить из себя фразу «когда я стану президентом, я сделаю то-то и то-то», то в Туркменистане ни один из семи козлят зарегистрированных кандидатов в своей предвыборной кампании ни разу не произнес такой крамолы. Всем и так все понятно.

А тем временем действующий президент Бердымухамедов широким жестом подарил свое эфирное время, полагающееся ему для агитации, своим конкурентам. То ли из скромности, то ли из жалости, то ли из-за занятости. Да и зачем мелочиться, если во всех СМИ до 90 процентов эфирного времени и печатных площадей отводится именно ему. Вот он на открытии нового дворца, вот он встречается с военными и обещает им повышение зарплаты и разные социальные блага, вот он перед аксакалами рассказывает, как построит им свыше 2000 домов. Он скачет на лошади и пишет про них книги, он летает на самолете и дарит музею свой летный комбинезон, стреляет по мишени от бедра и дарит мишень … правильно, музею. От него не деться никуда. Даже в передаче про природу страны выскакивает его книга про лекарственные растения. Все города и дороги между ними увешаны его портретами и цитатами из него же.

Но кое-чем он все же озабочен. За несколько дней до выборов Туркменистан закрыл для иностранцев все сухопутные границы. А в аэропорту Ашхабада на таможенном контроле проверяют каждый листок бумаги и требуют для проверки компьютеры и флеш-карты, что б прилетающие не занесли какой крамолы. И еще спецслужбы постарались – обвалили-таки два оппозиционных сайта, вещавших из-за рубежа. В самом Туркменистане эти сайты, как и многие другие, и так были заблокированы, но надо же было сделать президенту приятное. А то пишут невесть что. Например, как одной гражданской активистке подбросили отрезанную баранью голову к дверям квартиры, или сколько денег президент оставляет на свои нужды из общей суммы, вырученной за туркменский газ. Как оказалось, это 80 процентов. Или что по всем правозащитным, демократическим и даже экономическим рейтингам Туркменистан каждый раз оказывается в конце списка.

Россияне, вам все это ничего не напоминает? Или это воспоминания из будущего?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире