auerbakh

Кристина Ауэрбах, журналист Bavarian Broadcasting (Мюнхен)

05 октября 2012

F
Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Я провела на Эхе месяц. Это было чудесное время — но все хорошее, как известно, тоже заканчивается. Многое стало мне ясно, но несколько вопросов у меня все-таки осталось:

 — Как вам, русским, удается всегда ходить в начищенной обуви, даже когда на улице дождь, ветер и снег?
 — Как ваши женщины умудряются целый день бегать на таких высоких каблуках? Снимаю шляпу.
 — Существует ли в России специальное министерство отопления? Заседает ли там в огромном кресле «главный по подогреву» и, если ЕМУ становится очень холодно, нажимает на какую-то кнопку — и тогда по всей стране включается отопление?
 — Правда ли, что отрегулировать эту систему отопление самостоятельно невозможно, и если тебе очень жарко — приходится открывать окна? Или надо снова доставать из шкафа летнюю одежду?
 — О чем весь день думает «дежурная у эскалатора»? Мечтает ли она однажды сказать «стойте слева, проходите справа», чтобы устроить в час-пик небольшой переполох?
 — Сколько бронзовых носов уже «затерли до дыр» у памятника собаки на Площади Революции?
 — И кто вяжет такие костюмы от-кутюр для настоящих собак?

827708

 — Убедил ли свист контролерши хотя бы одного безбилетника в метро оплатить свою следующую поездку?
 — Почему на московских улицах сейчас едва ли увидишь Ладу «Ниву»?
 — Как по этому городу передвигаются люди в инвалидных креслах?
 — Почему еще никому не пришла в голову идея завезти «пирожки» и «самсу» в Германию и открыть закусочную, где их будут готовить?
 — Может, мне стоит этим заняться? И включить в меню еще пельмени и борщ с морсом?
 — У Дмитрия Медведева тоже есть своя марка водки?

827707

 — Как песня «Wind of Change» стать такой популярной в стране, где нельзя свистеть в квартирах, потому что «не будет денег»?
 — Почему самая известная и популярная немецкая группа всегда и везде — это Rammstein?
 — «Картошка ФРИ» — это такой зашифрованный политический призыв?
 — Почему в московских ресторанах тебе всегда приносят огромное блюдо, на котором за очень большие деньги сервируют очень мало еды?
 — Никто не находил моего экологического сознания? Оно ушло на поиски мусорного бака для вторичной переработки и с тех пор не возвращалось… Может, оно теперь ищет «главного по подогреву»? Или пострадало при попытке покататься в этом городе на велосипеде?..

Перевод Дарьи Пещиковой

Предыдущая запись: Приключения иностранки в России. Несколько слов о российских поездах.
Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Ни много ни мало 250 километров и три часа в пути — вот что ожидало меня, когда я решила поехать из Москвы в Ярославль. В этом направлении ходит экспресс — едет он быстрее других поездов, но стоит при этом дешевле… Где здесь логика, я не понимаю, но, в общем, плевать. Покупаю билет.

До этого мне доводилось ездить только в российских поездах дальнего следования, и я стала настоящей фанаткой плацкарта. Большинство моих русскоговорящих знакомых всегда смотрят на меня, вытаращив глаза, когда я об этом говорю, но послушайте: нигде не бывает так интересно, как в плацкарте!

В первый день узнаешь все о родственниках попутчика, на второй — все о его родном городе, а на третий уже почти жалеешь, что нужно выходить, потому что только со всеми познакомился.

К тому же, все пассажиры поездов, которых я до этого встречала, всегда имели при себе огромные запасы провианта, которыми они добровольно со мной делились, как только видели мои худенькие «бутерброды». Слово «бутерброд» вообще-то исконно немецкое, но в искусстве подготовки съестных-запасов-в-дорогу вы нас точно обошли. Однажды я ехала с женщиной, которая везла пятилитровую банку консервированных дачных огурцов и накормила ими полпоезда. В Германии такие соленья надо для начала хотя бы найти…

Еще одна важная вещь, которую надо сделать перед поездкой — захватить тапочки! Для меня тапочки — это самое РУССКОЕ из всего, что только существует. Без тапочек совсем никак. Ни дома, ни в поезде. С ними в купе — почти как в спальне.

В поезде, который везет меня в Ярославль, тапочек, правда, нет. Но и едет он не три дня, а всего три часа. Тем более, места, где их можно было бы надеть, совсем нет. Потому что мы сидим, мягко говоря, плотно. Моя соседка настолько объемна, что занимает еще половину моего сиденья, а попутчик напротив решил не укладывать рюкзак на верхнюю полку и держит его на полу у своих ног. Вернее — у наших ног, потому что мне из-за этого тоже приходится подвинуться…

В наших электричках, конечно, тоже не так просторно, но у битком набитой русской электрички совсем другие габариты: три сидения с одной стороны, три напротив, проход — и еще шесть сидений. Так восемь раз подряд, итого — 96 мест на один вагон. Предполагаю, что когда инженеры придумывали, каким образом сконструировать поезд, они сначала посчитали, сколько людей можно разместить на одном квадратном метре. Потом округлили число примерно до 100 — и вуаля! Электричка готова!

Почему, несмотря на это, поездка оказалась хорошей? Конечно, из-за «бутербродов». Даже если места для тапочек не хватает, для бутербродов оно всегда найдется. Причем у обеих соседок справа от меня ассортимент был весьма широким: колбасы, сыры, огурцы, помидоры, хлеб. На мою пачку печенек они посмотрели сочувственно. Потом я узнала все об их семьях, еще позже — о местах, откуда они родом, а потом мне скормили столько сэндвичей, что я едва могла вылезти из вагона… Приехали, Ярославль!

825526
Для тех, кто все-таки забыл взять с собой бутерброды…

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой

Предыдущая запись: Приключения иностранки в России. Я — грибник

Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Я часто думала о том, что буду делать в Москве: ходить в Большой театр; тесниться — при моей-то клаустрофобии — в переполненном в часы пик метро; пробовать непонятную еду в ресторанах — потому что с моим русским с меню разобраться шансов нет; наблюдать за жаркими политическими спорами противников и фанатов Путина; стоять в одиночестве у входа в самые фешенебельные клубы, только оттого что мои каблуки недостаточно высоки, а платье не так изящно… Концерты, музеи, выставки — в общем, все, что обычно представляют себе, пакуя вещи перед поездкой в крупнейший мегаполис континента.

И тут ни с того ни с сего — грибы.

Я смотрю на соседку по комнате и думаю, что ослышалась. «Пойдешь со мной за грибами?» — спрашивает она.

За грибами?!!!? Я представляла себе все, что угодно, но грибы… Это не вписывалось в мою картину мира, как трезвенник не вписывается в пьяную толпу Октоберфеста (который, кстати, как раз сейчас начался в Мюнхене; но это так, к слову).

Моя соседка, однако, не шутит, и мы стартуем. Как только мы выезжаем за МКАД, становится совершенно очевидно: здесь, сейчас (в сентябре) в этом другом мире только о грибах, кажется, и думают. ВСЕ. С ножами, пакетами и корзинами в путь отправляемся не только мы: грибники идут, едут отовсюду, выбираются из припаркованных кругом машин, стягиваются десятками к лесу и исчезают в чаще…

Неподалеку от моего дома в Мюнхене — горы. Там тоже есть грибы, и осенью люди ходят их собирать — но столько грибников я не встречала еще никогда в жизни. Беглого взгляда на добычу в корзинах, однако, достаточно, чтобы понять: это того стоит. Куча белых грибов, истинных королей грибов! И — КАКИХ размеров!..

В нас просыпается настоящий азарт.

Впрочем, очень быстро выясняется: в этом вопросе я ничего не смыслю. Белые грибы я еще кое-как узнаю, узнаю и лисичек. Но остальные… Совсем иначе обстоят дела у тех, кто меня окружает. Они собирают грибы с таким рвением, упорством и пониманием, что кажется, это такой русский национальный спорт. Вырос ты в большом городе или в деревне — неважно, в походы за грибами тебе берут с пеленок, да? И если ты истинный русский, нужно отличать, как минимум, подосиновик от подберезовика… Кстати, соревнования по сбору грибов на олимпиаде в Сочи — будут? Если да, золотые медали непременно должны выглядеть так!

824276

Моя соседка тут же находит белый гриб. Он идеален — нечервивый и ровный. Совсем скоро в нашем мешке оказывается целая россыпь других грибов. Все ее — ни одного моего. И почему там, где я хожу, ничего не растет?!?!

Признаюсь: тайком я думаю, не вернуться ли к дороге и не купить ли там у кого-нибудь пару грибов, чтобы запустить их, пока никто не видит, в наш мешок. Но если меня уличат в таком жульничестве, я, наверно, буду отстранена от «соревнований по сбору грибов» на четыре года, как в спорте за допинг.

Нет уж, слишком рискованно. Да и должен же он мне в конце концов попасться, этот злосчастный гриб!

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой

Предыдущая запись: Приключения иностранки в России. В чреве Москвы

Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Москва — это инь и ян. Ее светлая сторона — это сам город. Но есть еще темная — метро. Особая вселенная, в которую можно проникнуть только по бесконечным, бессчетным эскалатором и переходам. Стражи этой вселенной — «дежурные у эскалатора», которые часами неотрывно смотрят на движущиеся лестницы и наблюдают. Зачем (и за чем), собственно?..

Когда в час-пик непрерывный поток людей тянется мимо «дежурной у эскалатора», она начинает напоминать мне Аида, сторожа подземного царства в мифологии древних греков. Потому что в часы пик московское метро, практичное и приятное в другое время, больше похоже на преисподнюю, чем на чрево города…

Для изучения русского, однако, московское метро подходит всегда. Первым выученным мной русским предложением было: «...будьте взаимно вежливы, уступайте места инвалидам, пожилым людям, пассажирам с детьми и беременным женщинам». Впервые я приезжала в Москву 10 лет назад — и уже тогда эта же фраза произносилась в метро тем же голосом.

Второе предложение, которое я выучила — «Вы выходите?», — знать ОЧЕНЬ важно. Иначе можно провести остаток дня зажатым посреди вагона метро. Это, кстати, первое, чему Москва учит вновь прибывших: если хочешь выйти — готовься, как минимум, за одну станцию до своей, иначе у тебя просто нет шансов. Так что слова «Вы выходите?» нужно запомнить как можно быстрее, чтобы потом говорить их всем, кто стоит перед тобой, и пробиваться таким образом к дверям.

И вот поезд останавливается. К моменту открытия дверей путь к выходу обязательно перекрывает еще хотя бы один человек-столб, который ни за что не подвинется даже на сантиметр — чтобы не уступить свое место тем, кто уже напирает снаружи… В итоге, тебя сдавливают с двух сторон, ни вперед, ни назад протолкнуться ты не можешь, двери закрываются, ты едешь дальше и божишься, что в следующий раз будешь готовиться к выходу за две станции до той, которая тебе нужна.

Может, за столько лет стоило бы изменить объявление этого милого мужчины, который призывает уступать места беременным и детям, на «Будьте вежливы, сначала пропустите тех, кто хочет выйти, а затем заходите сами. Так будет удобнее для всех»? Потому что с беременными и детьми ведь и так все понятно.

Когда я была в Москве в первый раз, один день я полностью посвятила московскому метро — чтобы рассмотреть все станции и подержаться за нос известной собаки на Площади революции. Каждая станция прекрасна своими вестибюлями, колоннами и скульптурами…

Но в одном, дорогие москвичи, вы сжульничали. Так оформляют вход в парижское, а не в московское метро:

822987

Продолжение следует…

Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

У меня не было сомнений, чем заняться на выходных — естественно, пойти на Марш миллионов. Не как участник, а как журналист. Моей немецкой редакции нужен был репортаж — с видео и фотографиями.

Какой он, русский протест? До нас доходят, по большей части, только те снимки, попасть на которые не очень-то хочется: омоновцы, выволакивающие демонстрантов из толпы, драки, задержанные активисты, машущие белыми лентами даже сквозь решетки автозака… Я еще ни разу не попадала в такую ситуацию — ни по собственной воле, ни по работе.

Что меня удивило в первую очередь — досмотр сумок перед точкой сбора участников митинга. Такое чувство, что это не марш, а концерт. Воду с собой брать нельзя. Всё в строгом порядке. Сразу за рамками металлоискателей — ряд биотуалетов. Это пять! Российский протест организован куда лучше любого немецкого…

По мегафонам объявляют, где чья колонна. Потом толпа приходит в движение. У каждого оппозиционного объединения свое место встречи, люди идут колоннами. Если кто-то еще не понял, сейчас уж точно ясно — российский протест лишен единства. Все держатся обособленно. Либералы, коммунисты, геи и лесбиянки, поклонники Pussy Riot. И крайние правые.

Принадлежность всех этих таких разных людей к оппозиционному блоку я, уж простите, понять не могу. Да и не хочу понимать, сколько бы мне ни говорили, что «каждый голос против Путина важен». На мой взгляд, в данном случае цель НЕ оправдывает средства. Как можно обрушить авторитарную систему, опираясь в том числе на националистов, которые сами считают авторитаризм с его ограничениями и дискриминацией лучшей государственной формой? Я этого не понимаю. Ни сердцем, ни умом.

Среди прочих активистов с самодельными плакатами, костюмами и транспарантами больше всех меня впечатлила эта женщина:

821470

Сколько ей лет? Без понятия. Говорит, пенсионерка. В наряде Путина-предводителя стерхов она сидит на обочине дороги, чтобы поддержать молодежь. А они должны идти дальше — чтобы страна, наконец, изменилась. Вот почему она здесь сидит!

Я восхищена этой выдержкой и воодушевленностью. Мне кажется, она осталась бы на месте, даже если бы здесь снова вспыхнули столкновения с правоохранителями — большинство из которых годятся ей во внуки. Решительная пожилая женщина, которая видела в своей жизни худшие времена. А может, и лучшие.

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой
Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Я выучила новое слово: «гулять». По-немецки это будет, как подсказывает мой словарь, «spazieren gehen». У нас это означает передвигаться из точки А в точку Б в довольно спокойном темпе. У гуляющего есть свободное время, лучше всего — если еще светит солнце и ты наслаждаешься днем в окружении друзей.

Здесь у «гулять» столько смыслов, что решила посвятить их осмыслению (а точнее, своим наблюдениям на эту тему) целый пост. Например, «гуляя» в России, по моим ощущениям, совсем не обязательно надо передвигаться: можно просто сидеть. Сидеть на месте. На скамейке. Найти свободную лавочку, как я успела заметить, в Москве почти нереально. Все «гуляют», какая бы ни была погода. Гуляние в России – это народный спорт.

Для дочки-подростка одной из моей подруг «мы гуляли» — главная отговорка, чтобы не отвечать на вопрос, что она делала этим вечером. Ее «гулять в парке» означает слоняться по улицам, слушать музыку, злиться на родителей и ждать, когда уже, наконец, стукнет 18.

820321

Бывают еще гуляния влюбленных. Эта разновидность гуляний – одна из самых распространенных: двое влюбленных сидят в тесных объятьях на парковой скамейке. Тепло на улице, холодно – не так важно. С милым рай… по-любому.

Кстати, мне показалось, или это так задумано: скамейки в московских парках ровно такой ширины, что на них могут поместиться только две парочки? Одна слева, другая справа. Посередине сесть больше никто не может, места хватает разве что для букета цветов. Цветы вообще очень важная составляющая этого вида гуляний. Без — как минимум — одной розы тут не обойтись.

Я слышала, что в России период начала отношений называют «буфетно-конфетным», потому что мужчина постоянно должен дарить своей избраннице цветы и приглашать ее в рестораны, пока она окончательно не определится на его счет. Короче, если девушка слишком медлит, то в таком городе, как Москва, скорее разоришься, чем начнешь отношения…

820322

И еще один вид гуляний. В основном — вечером, на ходу. И здесь у «гулять» нет ничего общего с желанием действительно пройтись с кем-нибудь по парку. «Прогуляемся как-нибудь?» в твой адрес — это, собственно, лишь зашифрованное «Дашь свой номер телефона, крошка?»

Ну почему всех этих нюансов нет в моем словаре?!..

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой
Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…


Скажу сразу — на боксе я не была никогда в жизни. Тем интереснее показалось предложение пойти в субботу на бой между Виталием Кличко и Мануэлем Чарром, которые боролись за титул чемпиона мира. Моей немецкой редакции нужен был материал — в конце концов, Виталий Кличко со своей партией «УДАР» готовится к выборам на Украине, при этом шансы партии войти в парламент вполне неплохи. Я хочу сказать: не так уж часто бывает (на Западе в особенности), чтобы Большой Спортсмен уходил в Большую Политику… Кроме того, Виталий Кличко живет в Гамбурге, его противник Мануэль Чарр — тоже в Германии.

В общем, в Германии интерес к этому матчу был особенно велик.

Ну а для меня это задание стало еще и возможностью сходить в большой московский спортивный комплекс — «Олимпийский». Поразительно, что жизнь вокруг и около «Олимпийского» бурлит, кажется, круглосуточно: в Германии такое бывает, как правило, только в выходные или во время отдельных крупных мероприятий — в другие дни рядом с аренами, мягко говоря, немноголюдно.

В Москве наоборот — у стадиона оживленно, даже когда нет ни спортивных соревнований, ни концертов. На улице перед входом — рынок, перед входом № 1 какая-то женщина продает учебники и карты метро, тут же какие-то палатки и лавочки — от ресторанов до магазинов одежды. Помимо этого — самый большой книжный развал, открытый, прежде всего, в первой половине дня (как мне рассказали, когда я уже во второй раз обегала стадион, чтобы найти нужный вход для пресс-аккредитации). Большая удача, что здесь такое оживление: хватает людей, у которых можно узнать дорогу.

До этого я знала об этом стадионе только из статей о концертах. Громкие титулы и имена — от Мадонны до Rammstein — и конечно, Евровидение 2009.

Теперь, значит, бокс…

Вообще-то бой должен был начаться в 9 вечера. К 9-ти я (как пунктуальная немка, вы угадали!) и приехала… Ха. Кличко и Чарр появились только… ПОСЛЕ ПОЛУНОЧИ. Более трех часов ожидания!

Пока ждешь, можно купить зеленый (!) поп-корн — он повсюду, — а также мороженое. Я едва не поддалась искушению — и таки НЕ поддалась — приобрести в качестве сувенира футболку с Кличко, кепку с Кличко, перчатку с Кличко или даже — видимо, чтобы просыпаться с мыслью о борьбе каждое утро — настоящую Кличко-кружку…

818748

На самой арене, между тем, тоже было весело: все три часа ожидания шли бои между никому не известными спортсменами, а в «перерывах» — «концерты». Мой любимчик на «сцене» — паренек по имени Никита, который долго, настойчиво и ОЧЕНЬ громко играл на гитаре… Было забавно, конечно, но когда вышли следующие музыканты, я решила, что лучше я схожу еще за зеленым поп-корном.

Наконец полночь. Появились спортсмены. Поп-корн я есть уже не могла.

Виталий Кличко и Мануэль Чарр подстрекают друг друга перед официальным взвешиванием и бросают разъяренные взгляды — адреналин во время боя должен быть на нужном уровне. Этот бой длится какие-то феерические 2 минуты 4 секунды. Технический нокаут Мануэля Чарра в четвертом раунде — у него было немного шансов против действующего и нового чемпиона мира.

818749

Мой личный бой этого вечера, однако, тогда еще даже не начался. Он начался только после бокса. И был это бой за такси. Состязания закончились лишь около двух часов ночи, что означает — закрытое метро. И вот одновременно полстадиона пытается поймать такси.

А когда я, наконец, направляюсь в сторону дома, на одной из улиц в районе стадиона случается то, что, наверное, может случиться — в два-то часа, ночью! — только в Москве: пробка.

Никогда в жизни не видела автомобильных пробок в это время суток.

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой, Аллы Максимовой
Всем привет! Меня зовут Кристина, я журналист на радиостанции в Мюнхене. В Россию приехала на два месяца по заданию редакции. По просьбе «Эхо Москвы» открываю свой блог: попытаюсь рассказать, что особенно удивляет гостя российской столицы…

Главное, чтобы здесь стояла печать

Приехать в Россию — не так просто. Так же, как и россиянам, которые хотят попасть в Германию, немцам, которые собираются в Россию, нужна виза. Чтобы ее получить, необходимо специальное приглашение, свидетельство о заработке, две фотографии, копии документов и целая куча верно заполненных бланков. Звучит просто, но на деле оказывается совсем не так. Из 20 людей, которые стояли передо мной в очереди в российское посольство в Мюнхене, все правильно сделали только двое. Но не я. Первая попытка — отказ. А это значит, возвращаться сюда завтра, снова стоять в очереди и надеяться, что на этот раз ты ничего не забыл. Слезы и причитания здесь бесполезны. Пожилая женщина, которая стояла в очереди передо мной и собиралась к дочери на Урал, попробовала — не помогло. В конце концов она зло бросила в лицо служащей у окошка: «У Вас, наверно, не было матери, иначе Вы бы не были так бессердечны!» Служащая спокойно взглянула на нее и закрыла окошко — «Технический перерыв».

Через 10 минут она снова на месте. Вклеивает визу в мой паспорт.

Готово! Здравствуй, Россия!

Нет. Стоп. Еще нет. Ведь при пересечении российской границы нужно разборчиво (!) и черными (!) чернилами заполнить миграционную карту. Я ехала на поезде, вагоны покачивало, и я сомневалась, что кто-то разберет мои и без того неровные русские буквы. Но почерк, в общем, не важен, главное — заполнить бланк, чтобы в 4 часа ночи пограничник мог его проштамповать.

Готово! Здравствуй, Россия!

Нет. Стоп. Еще нет. Ведь каждый иностранец — несмотря на визу и миграционную карту — должен еще раз зарегистрироваться там, где он собирается пробыть больше недели. Иначе, если тебя поймают, — придется платить штрафы. Итак, собираюсь на почту — там можно сделать регистрацию. Там меня ожидает 4 бланка, из которых я не понимаю ни одного и в которых я снова малюю (по-другому и не назовешь) что-то на кириллице.

В конце на почте делают еще одну копию моего паспорта. И вот:

Готово! Здравствуй, Россия.

Нет. Стоп. Еще нет. Чтобы получить здесь официальное разрешение на работу журналистом, нужна специальная аккредитация МИДа. У меня снова требуют копии паспорта, визу, приглашение и две фотографии на документы. И наконец:

Готово! Здравствуй, Россия.

В общем и целом у госучреждений теперь есть три копии моего паспорта, два одинаковых письма, в которых меня приглашают в Россию и четыре одинаковых фото. Помимо этого — 6 бланков, в которых, собственно говоря, написано одно и то же.

817313

И что они только делают со всеми этими бумагами? Куда их складывают? Кто их читает? Каждый день в Россию приезжают новые люди! Это же бессчетное количество виз, миграционных карт и регистраций. Где-то стоит огромный сейф, в котором хранятся все бланки? Или мои аккуратно заполненные листы сразу же после получения отправили на переработку? Из них делают обои? Школьные тетради? Газетную бумагу? Их отвозят в детские сады — как бумагу для поделок? Или, может, сразу пускают на туалетную бумагу? Я была бы рада когда-нибудь это узнать, особенно сейчас, когда проставила все печати и теперь точно можно сказать:

Готово! Добро пожаловать в Россию.

Продолжение следует…

Перевод Дарьи Пещиковой
Те Игры должны были пройти под общим слоганом «Веселые старты» — об этом заявляли заранее – однако Олимпиада-72 обернулась международной трагедией. Палестинские террористы взяли в заложники 11 членов израильской сборной, потребовали освободить более 200 своих соотечественников из тюрем Израиля, а также выпустить на свободу двух немецких радикалов, содержавшихся в тюрьмах Западной Европы. Все это в итоге превратилось в настоящий кошмар: все заложники были убиты, погиб также немецкий полицейский, в ходе операции по освобождению спортсменов убили пятерых террористов.

Сегодня, 5 сентября, ровно 40 лет тем событиям. В Мюнхене вспоминают погибших, по ТВ и радио выступают их родственники, а также журналисты, политики… Все это немного странно: в «некруглые» даты о той трагедии почти не говорят. Но даже в этом году – вроде бы 40 лет! — на открытии Игр в Лондоне, например, так и не объявили минуты молчания в честь погибших в Мюнхене. Хотя родственники жертв очень об этом просили.

817004

Мюнхен-72 – это бельмо на глазу всего спортивного мира: МОК упорно не хочет помнить о «черной» Олимпиаде. Олимпийские Игры, по мнению чиновников Международного олимпийского комитета, это всегда те самые «веселые старты». Но спорт – особенно Большой Спорт – никогда не был в отрыве от политики. Игры часто становились политической сценой – например, для Гитлера в 1936-м, на Олимпиаде в Берлине. А в 1980-м, как известно, ряд западных держав бойкотировали Игры в Москве. В ответ на это в 1984 году несколько восточноевропейских стран, а также ГДР проигнорировали Олимпиаду в Лос-Анджелесе. Наконец, в этом году Евро-2012 – чемпионат Европы по футболу – стал своеобразной политической площадкой для Юлии Тимошенко. В общем, если это возможно, политики не упускают возможности использовать большие спортивные мероприятия в своих целях. Ведь футбол смотрят все. Игры – тоже все.

Вместо того чтобы притворяться, что политика и спорт друг другу чужды, пора бы уже признать обратное и начать говорить об этом открыто. Почему в Лондоне действительно было не помолчать в память о жертвах Мюнхена? Официальная позиция: ряд арабских стран пригрозили бойкотом Игр в Великобритании в случае минуты. Об этом сначала заявил вице-президент МОК. Правда, потом он «отозвал» свои слова. Так вот: неужели так трудно было помолчать минуту?..

Да, «спортивно-политическая» карьера некоторых членов МОК, может быть, и не выдержала бы бойкота арабского мира – все-таки оттуда идут деньги и голоса (во время каких-либо голосований). Но для самих Игр такой бойкот был бы пшиком. Зато такой прецедент показал бы, что события тех дней до сих пор актуальны.

Поэтому то, что сегодня о Мюнхене наконец вспоминают, в самом Мюнхене, — это важно. Тем не менее, День Памяти можно было бы сделать более масштабным и начало памятным мероприятиям положить как раз в Лондоне. Потому что сегодня о той трагедии помнят – с натяжкой – только в самом Мюнхене. А так бы знали и помнили во всем мире.

Жертвы кровавых Игр в Мюнхене этого заслуживают.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире