Кто такая Алена Попова. Ответ Кашину

Олег Кашин задал стандартный вопрос. Кто такая Алена Попова и что я делаю в списке лиц, которые могут знать о том, что такое протестное движение.

Я никогда не вступаю в любимое оппозиционное -«да я такая вот крутая, да у кого и что больше, да кто такой крутой». У меня была и остается четкая и последовательная позиция: споры такого толка показывают слабость оппозиции в целом и отвлекают от решения задач.

Замечу Олегу Кашину и Алексею Навальному: протесты — это не про рейтинги и цитируемость и не количество лозунгов, которые каждый выкрикнул на камеру.

Я гражданка РФ, считающая, что вряд ли вообще оппозицией можно назвать людей, которые борются за то, чтобы соблюдались законы РФ, и я есть тот самый рассерженный горожанин.

Олег, твой вопрос демонстрирует одно: важны не дела, а слова. И пока это так, мало что можно поменять в стране, ибо оппозиция тогда мало отличается от власти. И более того, вопрос: А кто ты такая, чтобы писать о том, какие могут быть сценарии развития страны, — звучит нелепо. Олег, вряд ли ты выбираешь, кому стоит думать о будущем, а кому-нет. И опять же я не видела тебя ни на Оккупае, когда людей разгонялм, ни на Баррикаднлй, не помню, чтобы ты ездил по ОВД и пытался помогать арестованным. Не тебе делать выводы о заслугах, авторитете и уж точно не тебе судить кого-то. Твое право — иметь свое мнение, не читать то, что я пишу, не знать, что я делаю, не тратить свое время на меня.

Чтобы не читать пелену текста ниже: все обо мне тут на alenapopova.ru

На прошлых выборах в ГД я была беспартийным кандидатом от СР (это значит, шла по спискам партии, но не вхожу в партию) по Новосибирску. Вся информация есть на candidate.alenapopova.ru. Это был мой первый опыт избирательной кампании: я не участвовала ранее в публичной политике, ибо считала, что нет смысла, когда в стране все запрограммировано и любая инициатива наказуема. Я работала и работаю в ИТ: все проекты есть на моем сайте alenapopova.ru Я также занималась и продолжаю заниматься поддержкой и развитием гражданских сетевых проектов, ибо считаю это конструктивом, который влияет как раз и есть инструмент изменения среды.

Когда я приняла решение — участвовать в выборах — я поняла причину: я критиковала то, что происходит в стране, но нельзя говорить о вкусе апельсинов, никогда их не пробуя. Если я чем-то недовольна, я должна начать с себя и менять это сама, а никак не постоянно всехругая. Я также видела, как Навальный делает антикоррупционные проекты, но Шувалов не уволен, Тимченко в порядке. Система защищает «своих». Борьба с коррупцией — это вечный вопрос, а что есть эффективность и результат этой борьбы-никому не известно. Сам факт борьбы или результат ( увольнение, штрафы, возращение вывезенных за рубеж активов).

Во время избирательной не было никаких предпосылок к тому, что в стране будут хоть какие-то протесты. Но я счастлива, что люди поверили, и я поверила в то, что от нас самих зависит масса вещей. Мне хотелось влиять на систему изнутри. Поэтому у меня был план действий, чем я буду заниматься, когда стану депутатом. Более того, даже не став депутатом, я продолжила заниматься теми вопросами, которые были подняты во время кампании. И в отличие от всех говорящих политиков, я внесла в комитет по делам женщин, семьи и молодежи законопроект, который мы подготовили с Анастасией Супрун. А решили это делать ровно во время предвыборной.

Я поняла во время избирательной, что у политиков презумпция вины, что такое админресурс, с которым мне приходилось бороться.

Я шла на выборы с программой, что и как я буду менять. Поэтому, когда произошли дикие фальсификации, я вышла на Триумфальную . Вышла по убеждениям. И несмотря на давление на мой бизнес, я приняла решение — быть последовательной и не уподобляться никому, кто меня убеждал, что во имя моего спокойствия от процесса надо самоустраниться

Я принимаю и принимала участие во всех митингах. Во время Болотной и Сахарова занималась общественным пресс-центром. Информации было много и о разных гражданских движениях. Мы с ребятами, участниками протестов, решили запустить проект openaction.ru(давать максимально полную информацию о происходящем, но делать это системно).

Я обещала во время предвыборной — сделать процессы в Думе более понятнымии и прозрачными, и запустила проект OpenDuma.ru. Сначала его вела Маша Баронова, за что ей огромное спасибо. Это было еще одно обещание предвыборное, которое стало не обещанием, а реальностью.

Да, на всех митингах я была и никогда не выступала у микрофона, потому что считала, что сто раз повторять одно и то же- это деструктивно: надо не призывать, а делами менять то, о чем с трибун все так громко заявляют. И я считаю, самой важной проблемой происходящего — вождизм и острое эго всех участников политического процесса и с одной, и с другой стороны. Все рвутся к микрофонам, подчеркивая этим свое лидерство, а это лидерством не является по факту: это просто слова. И поскольку это моя честная позиция: я умею выступать перед публикой, хорошо это делаю и знаю, что сама могу произнести все те же слова, — на последнем митинге, когда мне предложили выступить, я отказалась и отдала свое слово Алисе Образцовой, которая за несколько дней до митинга была задержена за то, что пришла поддержать оккупайск ( против действий Следственного комитета в отношении митингующих людей, пользующихся своим законным правом на свободные собрания).

5 числа марта я была на митинге на Пушкинской, где мне сломали руку. Почему я там была — я уже много раз объясняла. Почему после перелома я не впала в деструктив, не стала кричать, что все уроды и идиоты, что все омоновцы — козлы, потому что я не хотела делать из себя жертву режима. Образ жертвы — это слабость. Моя позиция была четкой: наказать надо тех, кто отдавал приказ и тех омоновцев, кто заведомо знал о нанесении телесных повреждений, сдергивая людей за ноги. И такое больше не должно происходить в принциие. Дело по руке идет. На прошлой неделе я была в ЦСН МВД РФ с Виолеттой Волковой.

После этой истории и, видимо, по причине того, что я была на всех митингах, но не пиарилась, масса СМИ записали меня в помощники Пономарева, коим я никогда не являлась и принципиально отказалась от корочки. Я также, как и все, не защищена «корочками», когда стоюна митингах или участвую в шествиях. Я не считаю деньги ни в чьих карманах и никогда не задаю вопросы, а какое этот человек отношение имеет к протестам.

Моя точка зрения известна

Странно, что Кашин спрашивает про отношение к протестам, будто это орган власти, а не общество, которое поднялось на борьбу с идиотизмом.

Олег, специально для тебя: протесты — это не оргкомитет и не какая-то организация, это люди, которые отстаивают свою точку зрения. У меня есть свое видение, как менять и что менять. Меня многие поддерживают и многие не поддерживают, меня знают и не знают, но это не влияет на то, что я иду к цели. Цель — жить в России, из которой не хочется уезжать, не происходит массовой утечки мозгов и капиталов. И я над этим работаю. Мне не интересны споры о том, у кого и какие права предлагать свои идеи по развитию страны. Ясно, что критиковать всегда легче и проще. По сути, конечно, это и есть твоя работа. Я подхожу к своим словам и делам ответственно, равно как и людям, в которых я верю или с которыми я работаю. И я против того, чтобы политика превращалась только в слова и бои на улице. Или в постоянное выяснение отношений в Твиттере или ЖЖ. Если ты хочешь задать вопрос: задай мне его при встрече или по телефону и делай свои выводы.

Оригинал