ababchenko

Аркадий Бабченко

30 марта 2017

F

Слушайте, ну это уже категорически невыносимо. Такое ощущение, что последние тридцать лет все прожили в вакууме. И не было ни хиппи, ни панков, ни рокеров, ни неформалов, ни металлистов и так далее, и тому подобное. «Ну а мы, ну а мы педерасты, наркоманы, нацисты, шпана. Как один социально опасны и по каждому плачет тюрьма» — я один эту песню слышал, да? Мы пена в мутном потоке пресловутой новой волны — ну тридцать лет назад все же уже было. И сорок лет назад с битлами. И пятьдесят со стилягами. И двадцать с панками — как показано на этом замечательном кадре из Шахназарова, точно уловившем суть тогдашних событий.

Молодежь всегда бунтовала. Всегда. И читать эти размышления «ах, откуда столько школьников на митинге» вторую неделю подряд ну совсем уже невозможно — ну, друзья мои, ну у вас что, жизнь совсем что ли мимо прошла?

Я в свои пятнадцать лет с длинным хайром в шинели с надписью «Гр.Об» в компании телогреечников в зелеными гребнями на башке точно также бунтовал — против всего плохого за все хорошее. Мой первый митинг был в девяносто первом, когда мы на даче после лебединого озера пошли строить баррикады на централке. А так, дуракаваляния ради. А в девяносто третьем мы с одноклассниками, услышав грохот и по Таганке ходят танки — ломанули к Белому дому, не понимая зачем и даже не зная, где он находится. И если вы скажете, что движение неформалов и телогреечников не было политическим протестом против совка, косности, идиотизма, пропаганды, войны, воровства и геронтологии политбюро — то есть против всего плохого старого за все хорошее новое — подите вы к чорту. И сейчас происходит ровно то же самое. Просто вместо телаги и ирокеза у них сейчас кроссовки, а вместо кассеты с «Гражданской обороной» ролики в ютуб с Навальным. Вот и все.

И да, вангую — сейчас они прочухают, что это не так уж и страшно, спишутся-сконтактируются, создадут новый фан, новый движ, свою «новую волну» и новую субкультуру и второго апреля на Красную площадь уже реально вывалит пара-тройка-пяток тысяч школьников.
Идите Егора лучше переслушайте. «Он все время орал и с майором воевал». Или «Я всегда буду против».
И вспомните себя.

29 марта 2017

Пришел к успеху

Был у меня в школе лучший друг. Звали его — будете смеяться — Аркадий. И была у нас с ним своя группа. Называлась она «Тропические Арканы». И написали мы песню. Офигенную. Ну, объективно. В далекой стране, где цветут каштаны, живут как во сне, Арканы. И все у них есть, ничего им не надо, пьют водку они в облаках из стакана. Вы скажете — нет, не бывает такого. Но это все правда. Такого — бывает. А все очень просто. Мы вещие сны. Мы ваши вопросы. Мы — Арканы. Ну и так далее. И музыка там такая. Офигенная. Не, ну правда. Трам-па-пара-пам, трам-па-пара-пам.
Но почему-то нас никто не замечал, платиновыми пластинками не издавал и миллионами баксы не платил.
Прошло двадцать пять лет. Студент Консерватории Даниил Пильчен читает список врагов народа: Борис Акунин, Евгения Альбац, Диана Арбенина, Лия Ахеджакова, Аркадий Бабченко…
Наконец-то, блин, они начали преподавать меня в Консерватории.
28 марта 2017

Бунт школьников

Вот это вечное желание любое событие преподнести как «уникальное», «беспрецедентное», «впервые» и «останется в истории» — извините, но уже раздражает невероятно. Впервые в политической несанкционированной акции участвовали школьники! Да ну нафик? В тысяча девятьсот девяносто третьем году лично я в возрасте шестнадцати лет побежал к Белому Дому. И таких там было полно.

Роман Денисов, 15 лет. Хотел делать историю и видеть её своими глазами. Вел дневник событий. Убит выстрелом в живот у Белого Дома. Костя Калинин, 14 лет, убит у Белого Дома. Курышева Марина, 16 лет, убита у Белого Дома. Матюхин Кирилл, вместе со своим одноклассником был пойман вэвэвшниками на крыше в районе Белого Дома. Им прострелили ноги, скинули вниз. В списке погибших у Останкино и Белого Дома примерно каждый третий — школьник или студент.

ТЦ «Европейский». Десятый год. Там драться с «понаехавшими» вышли почти поголовно малолетки. Один, помню, сделал себе кольугу из пятирублевых монет, другой самодельную катану. А «Колор-фест» помните? Запрет и жесткий разгон милицией фестиваля красок? Там в основном были дети. Которые этими самыми красками и закидали полицию. Все акции нацболов — малолетки на две трети. Любой «Русский марш» — малолетки наполовину. Причем в этих случаях они как раз  — самое активное ядро. А еще недавно в Екатеринбурге студенты выложили телами слово «Крым» и присели тыщу раз.

А вот вам фотография с Манежки.

Одиннадцатое декабря две тысячи десятого. Фанатско-националистический движ. После убийства Егора Свиридова. Трое Гаврошей лет по 12-14 дерутся с милицией. Не ходят против часовой стрелки с мирной прогулкой, а именно дерутся. Это вполне себе навальновский электорат, к слову. Они тоже против коррупции. Участие школьников и студентов в подобного рода заварухах — вещь самая что ни на есть естественная. И зачастую, как, скажем, в Украине, именно молодежь служит катализатором и запалом событий. Но нигде и никогда еще малолетки не делали сам протест. Это всегда уже — дело взрослых. Это поколение точно так же, как и наше не «вырастет и не изменит страну».

Я вот, например, вырос, но так и не изменил. Да, это важный шаг, но он отнюдь не достаточный. Протест школьников — вообще самый безопасный из всех протестов. А еще он почти всегда разовый. Ахи умиления тут совершенно бессмысленны. Нет, я не хочу сказать ничего плохого. Я просто хочу сказать, что жить все-таки надо в реальности. Вчершние митинги — просто ОДНИ ИЗ череды таких же. Которых и «до» было не пять и не десять, и «после» будет. Этот протест погубят самолюбование и айфоны.

А еще вот хорошая статья про это дело в «Медузе».

27 марта 2017

Мысли о Димоне

Ну что же. Отлично, отлично. Шесть лет назад я ползал на коленках, умоляя не уходить из центра города в загон. Говорил, что несакционированный митинг — это не так уж и страшно. Что «протест» в согласованных загонах — оксюморон. Что Болотная нахрен не нужна. Что выходить нужно в центр и только в центр — Пушкинская, Манежка, Площадь Революции, Тверская. Что нам нужно продержаться всего лишь несколько дней — и не с шариками, а с кострами — и тогда из регионов люди поедут на площадь эшелонами. Что уходить нельзя. Что нельзя проигрывать этот первый шаг. Иначе крышка. Реакция будет жесточайшая. Меня тогда назвали провокатором, обвинили в том, что я хочу крови, что мы «за мирный протест» и увели всех в загон махать шариками и орать со сцены «мы здесь власть».  
Прошло шесть лет. 
Дошло, наконец-таки.
Теперь ровно те же люди в экстазе говорят «как нас много» и «беспрецедентная акция».  
Ну и слава Богу.
Дошло — и ладно. 
Оказалось, что выходить на несакнт совсем не так страшно, правда? Что СОВСЕМ ДРУГОЕ ОЩУЩЕНИЕ, да? Не унижение на рамках под собачьим конвоем, а — выражения собственной воли и чувства гражданского достоинства, да? Совсем по другому в глаза друг другу смотрится, ага? 
Ну, ок. Слава Богу, что дошло. 
Разогнали, не разогнали — тут уже не суть важно. Важно, что вышли. Сами. Не управшивая. Не в загон. Тогда и туда, когда и куда хотели. Чтоб сказать то, что и как хотели.
Это был уже росток настоящего протеста. Выйди на улицу, верни себе город. 
Я горжусь вами, друзья мои, и чертовски жалею, что меня не было вчера на Тверской.
Жаль, правда, что упущен уникальнейший момент, когда власть просто на земле валялась — нагнись и подбери — но, что сделано, то сделано. 

Ну, а теперь в эту замечательную бочку меда — ложка дегтя.
Выйти на улицу — это важно. Это очень важно. Это перехват инициативы. Это навязывание властям своих 
правил игры. 
Это первый и важный шаг. 
Но — он только первый.
И он не будет стоить ничего без последующих. Эйфория от «самого большого количества арестованных» это, конечно, здорово, но это — не результат. 
Это успех, — пусть и первый, маленький, почти не заметный — но его надо закреплять. 
Следующие шаги — не расходиться. Не отдавать своих. Не пропускать автозаки. Бежать из ОВД и возвращаться обратно. Жечь костры. Выходить на улицы. И — сидеть, сидеть, сидеть. Пока не добьемся выполнения требований. 
Суть требований — на самом деле, вопрос уже десятый. Лозунги, заявленные цели, Димон, не Димон — все это фигня. Это не важно. Для начала можно выходить с какими угодно челобитными, это не имеет никакого значения. 
Даже количество людей не важно. 
Важно — сделать первый шаг, и ПОТОМ НЕ ОТДАТЬ ЕГО ОБРАТНО!
Если вы хотите чего-то добиться, драться — придется. Все равно придется. 
Если на осознание этой стадии нужно еще шесть лет — ну, ок. Что ж поделать. 
Но понимать это надо. 
Иначе — никак. Ну вот просто нет другого пути. 
Понятно, что эту диктатуру не сковырнуть, но отжимать у неё понемногу пядь за пядью, не давая развернуться наполную — можно. Вот это — и вправду вполне реально. Постоянное давление на власть. Постоянное дерганье. Постоянная заноза в заднице. Глядишь, и от Украины в конце концов отгребутся.
Это, конечно, не Майдан, Майдан будет, когда вместо айфонов в руках окажутся дымовые шашки, а вместо уточек — покрышки, а родители на следующий же день выйдут за своих детей, но, как бы то ни было, шаг в эту сторону сделан.
Который — уже в сто двадцать пятый раз повторюсь — профукивать нельзя. 
Потому что это, конечно, далеко не первая несанкционированная акция и не первая «всероссийская». И марши несогласных были, и в тот же Владивосток аж спецназ из Москвы присылали, на шахтерских бунты в Междуреченске, о которых уже никто и не помнит, ментов вообще гоняли, как хотели, а до этого вообще были Манежка и ТЦ «Европейский». На Кудринской площади на моих глазах два автозака блокировали, проткнули им колеса, пробили радиатор, раскачали так, что чуть не перевернули — десятка человек не хватило. Так что и этот градус и эта многочисленость и эти несанкты — уже были.
И, к сожалению, эту эйфорию от «уникальности» и «многочисленности» я слышу каждый раз, и каждый раз это кончается одним и тем же — разгоном, посадками, реакцией, затуханием.
Это очень хороший старт. Очень хороший. Давайте не профукаем и его, а?
И тогда, глядишь, вполне вероятно, что к 2018-му и впрямь шанс на открытие нового окна возможностей станет реальным.

Ну и промежуточные выводы: 
1.Алексей Навальный становится реально федеральным политиком, весомой силой и безоговорочным лидером протеста. Что, с другой стороны, для него может оказаться и не так уж и хорошо, потому что практика показывает, что в этой стране с теми, кто реально начинает представлять из себя силу и проблему, перестают церемониться.
2. Протестный потенциал еще есть и не утерян. Хоть он уже и не столь велик, как хотелось бы, и еще не столь велик, как можно было бы ожидать, но, все же — есть. 
3. Активного ядра, способного к действиям, так и не образовалось. Это плохо.
4. На все протесты властям по-прежнему абсолютно плевать и они их совершенно не боятся. Как и всегда. Реакция будет как и всегда — завинчивание гаек, ужесточение законодательства, усиление репрессий. К сожалению, это работает. 
5. Но, по крайней мере, это был протест, а не разрешенное блеяние в стойле.
6. Демократически-либеральных вариантов только два: либо Майдан, с, впрочем, сомнительными перспективами — это тоже надо осознавать, либо — вообще никак. 
7. Жаль, если все опять уйдет в свисток.
8. Надо выходить и дальше, конечно.

В рамках проекта «Журналистика без посредников»
Поучаствовать в проекте можно ЗДЕСЬ

Недавно «Левада-центр» провел опрос, чем гордятся россияне. Результаты, в общем-то, предсказуемые. На первом месте — победа в ВОВ. На втором «Возвращение Крыма в состав Российской Федерации», на третьем — полет Гагарина в космос. Это все понятно. Но есть два момента, которые очень хотелось бы отметить.

Во-первых, на самом деле, россияне не гордятся ничем. Россия, это страна — носитель абсолютно советского менталитета: закрыть глаза и пройти мимо. Всегда. Сделать вид, что ничего не видел. Орать на митингах то, что тебе говорит партия, и после митинга крыть её матом с мужиками в гаражах за водкой. Поэтому россияне, на самом деле не гордясь ничем, показательно будут гордится тем, чем им скажет зомбоящик. Скажет победой в ВОВ — будут победой в ВОВ. Скажут Крымом — будут Крымом. Скажут Трампом — будут Трампом. А скажут Обамой — будут Обамой. Ровно так, кстати, и было. Восемь лет назад победа Обамы вызвала в России шквал национальной гордости, потому что и восемь лет назад россияне почему-то думали, что Барак Обама — это их достижение. Перезагрузка вот это все. Эта гордость, впрочем, улетучилась так же быстро, как сейчас улетучивается гордость от побуды Трампа, которая — ну, а как иначе-то! — тоже наше достижение, но здесь этого не помнят потому что и память здесь точна такая же, как и гордость — как у золотой рыбки, три дня.

А потом можно гордиться всем по-новому, круг за кругом. Рекурсия.

Но самое главное — страна, не способная сочувствовать, не способна и гордиться. Гордость всегда неразрывно связана со стыдом. А если ты не способен чувствовать стыд — не сможешь быть способен чувствовать и гордость.

Страна, в которой каждую зиму год за годом стабильно раз в неделю появляются сообщения, как в минус тридцать из автобуса высадили ребенка-инвалида-бомжа, потому что ему не хватило тринадцати рублей за билет — и это даже вызывает дискуссии среди интеллигенции о том, виновата ли кондуктор или нет, бог же ж ты мой! — такая страна не способна гордиться в принципе. Это называется «нравственная идиотия» или — термин, который мне нравится больше — «нравственная кастрация». Насильственная нравственная кастрация, проведенная над целыми народами в эпоху Большого террора, когда было вырезано все, что возвышалось над воплями «расстрелять, как бешеных собак», и увенчавшаяся полным успехом.

С тех пор Россия — это страна-циник, которой плевать и на стыд, и на гордость. Здесь не стыдятся отказываться от своих мужей, за деньги соглашаясь хоронить их в безымянных могилах под номерами — о какой гордости вы говорите, о чем вы?

Так что здесь растекаться мысью по древу особенно и не о чем. Так, просто отметить состоявшийся факт.

А вот второй аспект, на мой взгляд, несколько интересней.

Помимо первых трех пунктов, россияне «гордятся» еще следующими:

Превращение страны в советские времена в одну из ведущих промышленных держав в мире. Достижения российской науки. Слава русского оружия. Борьба с татаро-монгольским игом, защита Европы от нашествия с Востока. Дух русской вольницы, свободолюбие.

Вместе с победой в ВОВ, возвращением Крыма и выходом в космос это все очень интересные пункты.

Дело в том, что ВСЕ эти перечисленные пункты — мифы.

Полные, абсолютные мифы.

Ничего из перечисленного не имело место в реальности так, как это представляется респондентам.

Давайте вкратце пройдемся по каждому.

Великая отечественная. Ну, тут все более-менее понятно. Такая война существует только в российской истории. Во всех остальных это всего лишь часть Второй мировой. В которую СССР вступил в 1939 году в союзничестве с Германией. Первый штурм Брестской крепости, совместный парад, 29-я бронетанковая бригада РККА комбрига Кривошеина, которая уже самостоятельно добивала вышедший из крепости гарнизон генерала Плисовского, сам Плисовский, расстрелянный в Харькове, раздел Польши и так далее. На самом деле в период с 1939-го по 1945 год в СССР одновременно шло три войны — Вторая мировая, Великая отечественная и Вторая гражданская. Республика Локоть, до двух миллионов русских, воевавших против СССР, выдача казаков Сталину и пр. С победой тоже все не так однозначно — лендлиз, атлантические конвои, «Аэрокобры», поставка стали и вообще всего вплоть до солидола. Так что в том виде Победа, который гордится Россия — это миф. Единственная страна, которая прошла войну от первого до последнего дня — это вообще Великобритания.

«Возвращение Крыма». Если называть вещи своими настоящими именами — захватническая война, аннексия и оккупация. Тут все предельно просто.

Полет Гагарина в космос. У нас очень любят говорить, что американскую космическую программу сделал Вернер фон Браун, руководитель проекта «Фау-2». И очень не любят говорить, что заместитель фон Брауна, доктор Гельмут Греттруп, работал над космической программой СССР, в НИИ-8, на острове Городомля на Селигере. И что первой ракетой в СССР, стартовавшей 18 октября 1947 года в 10 часов 47 минут по московскому времени с полигоне Капустин Яр, была все та же «Фау-2». На основе которой позже была сделана советская «Р-1». Вместе Гертруппом над советской космической программой работали несколько сотен немецких ученых.

Превращение страны в ведущую промышленную державу.

Индустриализация вся, полностью, сделана американцами и немцами. Вся и полностью. «Дженерал Электрик» и «Сименс». Символ индустриализации ДнепроГЭС: главный консультант проекта американец Хью Купер, оборудование Крупп и Мангейм, турбины «Дженерал Электрик». Единственное, что в ней есть советского — рабский труд зэков. И так по всем проектам. По всем. Магнитогорск — американцы. Челябинский тракторный — американцы. Газ — американцы. АЗЛК — Форд. Он сначала и выпускал «Ford A». Казанский авиационный — немцы. Новокузнецк — чехи.

В 1925 году в Москве Юнекрс создал самое передовое по тем временам авиационное производство. Сейчас завод Юнкерса в Филях называется «Космический центр им. Хруничева»

Военно-химическая промышленность — тот самый иприт, которым СССР был завален по самое не хочу и банки с которым находили даже в Кузьминках — основана в Шиханах немцами вместе с летным центром в Липецке (где, по легенде, учился Герман Геринг) и танковым центром в Казани.

В институте Курчатова до сих пор ходят байки о том, как дважды лауреат Сталинской премии штурбанфюрер СС барон Манфред фон Арденне надевал свою эсэсовскую форму и разгуливал по территории ядерного научного центра. Вместе с фон Арденне над советской ядерной программой работало до СЕМИ ТЫСЯЧ немецких ученых. Среди них: Нобелевский лауреат Густав Герц; Герой социалистического труда Николаус Риль, советник Гитлера по научным вопросам Петер Тиссен, создатель газовой центрифуги для разделения изотопов урана Гернот Циппе.

Бог мой, да даже посконный скрепный Уралмаш — и тот немцы! Единственное, что в СССР построили сами, без пиндосов, это Беломорканал. Который оказался нафиг не нужен и которым давно уже никто не пользуется.

Про автомат Калашникова, созданный из «Шмайсера» в то время и в том месте, где в этот момент находился сам Хьюго Шмайссер, я промолчу.

В общем никакого «оставил с атомной бомбой» в реальности не было.

А вот как товарищ Сталин лично распродавал сокровища Эрмитажа, чтобы на эту самую индустриализацию заработать — это да, вот это действительно подвиг. Всего было продано 2880 картин, пятьдесят девять из которых — мировые шедевры. В том числе Ван Дейк, Веласкес, Рембрандт, Рубенс, Тициан, Ботичелли. Всего из Эрмитажа было продано более 5000 экспонатов — алмазы, золото, царские диадемы, яйца Фаберже… Заработано на продаже было несколько десятков миллионов фунтов стерлингов. При стоимости распроданного уже тогда больше миддиарда. Вот это да, это и вправду надо уметь.

Слава русского оружия.

При внимательном рассмотрении многие подвиги, ставшие мифами, начинают, скажем так, вызывать вопросы. Суворов в альпийском походе своих раненых просто бросил. Двадцати восьми панфиловцев вообще банально не было. Бой Пересвета с Челобеем чистой воды сказка. Бородинское сражение — победа очень уникальная, потому что оборонявшиеся русские потеряли убитыми больше, чем наступавшие французы, поле боя оставили, продолжили отступление и в итоге сдали Москву. Невский пятачок просто бессмысленно завалили трупами. Оборона Брестской крепости — миф. Никакого «Ледового побоища» не было, был небольшой бой у какого-то моста через речушку, в котором всех рыцарей участвовало 26 человек, двадцать убиты, шестеро взяты в плен. Командовал боем, скорее всего, Андрей, брат Александра, так что и того героического Александра Невского, каким мы его знаем по мифам — в реальности, вероятнее всего, тоже не было. Куликовская битва была не так, не там и не о том. Петр Первый из под Нарвы бежал, бросив армию, и от страха ушел в запой на несколько дней. Никакой Олег никакой щит к вратам Царьграда не прибивал — да и Олега никакого и не было. Святослав — вот здесь да, Хазарию он действительно разгромил. Одно только «но» — Хазария была иудейским государством с нанятыми в качестве армии мусульманскими наемниками. А после Хазарии он разгромил и Булгарию, где и осел в Преславе и именно этот город и считал «центром земли моей». И так далее, и так далее и так далее.

Нет, настоящих подвигов в русской истории действительно было полно — вот только все они практически никому не известны, о них никто не говорит и ими никто не гордится.

Борьба с татаро-монгольским игом.

Тут все понятно. В гражданской войне между чингисидом Тохтамышем — законным наследником престола Белой Орды (которая у нас почему-то зовется «Золотой») — и полководцем Мамаем, пытавшимся захватить власть — Дмитрий встал на сторону Тохтамыша. Так что мятеж в орде был подавлен при помощи русского князя. И литовского князя Ягайло. Где была сама Куликовская битва, сколько человек принимало в ней участие и прочие детали — неизвестно. Но то, что не на Куликовом поле, это точно. По настоящему нашествию татаро-монгол сопротивлялся Козельск, но кто помнит про его героическую оборону сейчас?

Дух русской вольницы, свободолюбие. Ну, тут без комментариев. Приведу лишь одну цитату из «Повести временных лет»: «земля наша оскудела от войн и продаж». Знаете, что за продажи имеются в виду? Продажи людей в рабство. Работорговля собственным населением была одним из основных источников дохода русских князей наряду с медом и мехами. До такой степени основных, что в английском слово «славяне» осталось как slavery — рабство. Ну, примерно как сейчас слово «таджики».

И так далее, и тому подобное и так везде и обо всем. Глубоководные аппараты «Мир», наша гордость — финские. Самый большой в мире российский ледокольный танкер «Тимофей Гуженко» полностью построен в Южной Корее фирмой Samsung Heavy Industries. В российском лайнере «Сухой Суперджет» российский только алюминий. Единственная в мире «не имеющая аналогов» арктическая российская нефтяная платформа «Приразломная» — это норвежская платформа Hutton TLP, построенная в 1984 году. «Академик Мстислав Келдыш», с которого Джеймс Кэмирон и спускал «Миры» на съемках «Титаника» — финский. Батискафы, на которых Путин куда-то там погружался около нашей (греческой) священной Корсуни — голландские.

Страна, не гордящаяся ничем, что имело место в реальности. И гордящаяся всеми придуманными ею сказками о величии.

В последнее время я почему-то все чаще и чаще натыкаюсь на мысль, что национальный миф не так уж и плох. И если бы не было легенды о том-то или том-то, её, может, следовало бы создать. Мол, национальные мифы объединяют нацию.

Это не так. Миф опасен всегда.

Миф о Владимире и священной Корсуни привел к Крымнашу. При том, что мы даже не знаем, как этого княза по-настоящему звали-то. Владимир — это не имя. Это должность. Мир для крестьянина означал тогда не вообще мир, а — городище, послеление, которое он зачастую никогда за свою жизнь не покидал. Всем миром — это именно всем поселением, а не всей планетой Земля. Владимир — владеющий городищем. На нынешнем канцелярите — губернатор. Так что князь киевский Владимир, примерно то же самое, что мэр московский Губернатор. Но нет. Святой. Крестил. Крымнаш. Оккупация и война.

Миф об арийцах и унтерменшах привел к Аушвицу. Миф о сорока гуриях — к ИГИЛУ. Миф о том, что у Джорджа Буша есть мозги, привел к иракской войне и, в конечном счете, миллионам беженцев. Миф о киборгах в Донецком аэропорту привел к тому, что их их не вывели на две недели раньше, чем это было необходимо, к плену и ненужным лишним смертям.

Возможно, неопасны только те мифы, которые мифы ну совсем уж полностью, например, о том, что, скажем, норвежцы произошли от горных троллей — буде такой существует — но и то уже, глядя на происходящее в современном мире, я, пожалуй, уже не дам гарантии, что какая-нибудь очередная нация не поедет головой на почве своего величия, произошедшего из троллей.

Так что миф опасен всегда.

По настоящему великими становятся только те страны, которые живут в реальности. Которые знают о себе всё — все свои светлые и все темные моменты истории — осмысливают их и принимают меры к неповторению их в будущем. Великая Германия стала великой только после того, как её двадцать лет принудителсьно возвращали в реальность.

С Россией это тоже произойдет. Безусловно. Всех всегда вылечивали от скреп и повышенной духовности. И эту страну вылечат тоже. Тоже обязательно вернут в реальность. И заставят, заставят изучать свою настоящую историю. Только вот лечение это будет болезненным.

А пока — запойная мифическая гордость лишней хромосомой.

В рамках проекта «Журналистика без посредников»

Поучаствовать в проекте можно ЗДЕСЬ

28 февраля 2017

Тьма сгущается

Когда были пытки, честно признаюсь, самое страшное было, вспоминал книгу «1984». Тогда я ужаснулся, что честного человека, который просто хотел жить по совести, его ломали. Я ужаснулся, что самая страшная пытка для этого человека была, когда он в конце хотел поставить любимого человека вместо себя — его пытайте, его убивайте, не меня. 

Во время пыток, когда меня подвесили — скрутили руки за спиной и сковали наручниками, так, что выворачивало плечи и резало наручниками запястья — ощущая эту нечеловеческую боль и параллельно, когда мне сказали, что сейчас уже придет человек и будет тебя насиловать, я помню, что уже минуты через две я сломался. Я готов был просить все, что угодно, чт прекратили эту боль. А минут через пятнацать у меня уже была мысль — готов ли я, чт отказаться от этой боли, самое дорогое что-то отдать. Как у Оруэлла — либо матушку, вот её пытайте, не меня, либо как при Сталине на других доносы писать. Вот если они от меня потребовали бы — напиши донос на мать, или напиши донос на супругу, и мы тебя перетсанем пытать. Как бы я на это ответил? Твердо я до сих пор не помню, но, мне кажется, я ответил положительно, чт избежать этих пыток я готов был подписать любую бумагу. Их пытайте, их убивайте, не меня. И еще дня два-три после этого, когда я чувствовал, что был полностью морально сломлен, когда я был готов супругу свою, возможно, отдать в руки этим палачам, лишь бы самому не испытывать этой боли, я был настолько подавлен, что и жить не хотелось, и я думаю, что если освобожусь, то первое, что я сделаю, это уеду из России, потому что у тех кто борется с этим единственное, что есть, это попасть в руки к этим палачам и садистам... 

...я понял, что не могу призывать людей делать то, за что они могут попасть прямиком в руки вот таких откровенных садистов. Моя цель призывать нормальных людей, пока еще есть возможность, уезжать из России — не переставать бороться, но не здесь, не в руках этих людей. А так просто прямиком к садистам попадаешь.


Это Ильдар Дадин. До тюрьмы Ильдар был идеалистом. Романтиком, верящим, что добро непременно побеждает зло. 
Потом жизнь непременно сталкивает с реальностью. 
И ты понимаешь, что все не совсем так, как тебе казалось.
Ты совсем не центр Вселенной.
«Сломать можно любого, да, Длинный?» — говорил мне Саид, стряхивая пепел мне на лицо, когда я валялся в собственной кровавой юшке на полу сортира в Моздоке. Они тоже хотели меня изнасиловать, потом зарядили автомат холостым патроном, вставили в ствол шомпол и хотели прострелить мне руку. Но мне повезло, перед этим они выбили мной окно, я упал не наружу, а внутрь, а рядом со мной упал полуметровый осколок стекла в виде лезвия. Я зажал его в рукаве кителя — и они отстали. Шомпол, кстати, вошел в стену наполовину, я его потом вытаскивал. А так был бы без руки сейчас. Я все это описал в своем рассказе «Моздок-7»

С этим государством и его любовью я столкнулся двадцать один год назад. И все понял тогда еще. Ильдар — сейчас вот. 
С тех пор я тоже никого никуда не призываю. 

Ни выходить на марши, ни стоять с плакатами, ни бороться как-то еще. Я знаю, что за этим может последовать. Если я иду куда-то сам, то просто сообщаю об этом. Кто хочет, может присоединиться. Кто нет — нет. Ильдар абсолютно прав, каждый теперь решает сам. После пыток это понимаешь очень четко. Ставки слишком высоки. 

Позже в этом интервью Ильдар говорит, что сейчас он готов снова на пытки, хотя думает, что и второй раз тоже сломается. Но все равно готов. 

Мужество — это не не упасть. Мужество — это упасть и суметь подняться.
Но что я хочу сказать.
Уезжайте. 
Уезжайте, друзья мои. 
«Если кто-то обещает вас убить — поверьте им. И убейте их первыми, если сможете. А если не можете — уезжайте»
Возможность мирной буржуазно-демократической революции, появившаяся в 2011-2012-ом годах, профукана нами полностью. А иных возможностей нет. Первыми мы не можем. На данный момент это самая сильная диктатура в мире. С самой сильной армией, полицией, репрессивным аппаратом. Четыре дивизии в течение четырех часов будут в Москве, две из них танковые — на этом, собственно, и точка.

Но дело даже и не в этом. Дело в том, что совершенно никто не представляет в какой момент и за что он попадет под каток этой машины. За плакат ли. За выход ли на марш. За репост. 

Или просто какой-нибудь сынок судьи собьет на переходе, прокурор сделает тебя крайним, ты начнешь упираться и доказывать свою невиновность — и выйдешь из тюрьмы инвалидом с переломанными запястьями. Это наиболее частые случаи, кстати.

Поэтому я советую — поверьте им, и, раз не можете первыми — уезжайте.

Тьма сгущается. 
Я это сейчас пишу не потому, что сам сижу в Праге. 

Мол, смалодушничал, и хочу в это малодушие втянуть всех остальных.

Нет. Я-то как раз хочу вернуться. И намереваюсь вернуться.

Хотя в пятый раз я ко всем этим радостям жизни уже не готов. Ильдар вот готов, я — уже нет. И буду делать все, чтоб избежать этого. Сбежать, значит, сбежать, прятаться, значит, прятаться. Для меня это теперь не проблема. Я хорошо выучил, что такое перелом носа без смещения, парализованные от ударов руки или нежидкостная гематома. 
Я это пишу в качестве совета. 

Не призываю, нет. Каждый решает сам. 
Теперь всё каждый решает сам. На какие риски он готов идти, что готов делать, и какую цену готов платить. Время такое. 
Но — советую. 

Уезжайте.
Если вы не готовы ко всему вышеописанному — уезжайте. 
Риски стали дейстивтельно реальными.  

Вот такие вот пироги. 
А к Зое Световой сейчас как раз пришли с обыском.
Вот прямо в этот момент.

Доброе утро.

У Владимира Кара-Мурзы «острая интоксикация неустановленным веществом». Второй раз. Он опять на грани жизни и смерти. Марку Гальперину утром взломали дверь, он прыгал из окна, арестован. Двести восемдисятая. До пяти лет. У журналистки Ольги Сапроновой, которой он давал интервью, проходят обыски. Сама она сейчас на Лубянке. Алексея Навального и Петра Офицерова судят в Кирове. Второй раз. В Астрахани вынесен первый приговор о недоносительстве. На Ильдара Дадина очередная атака. Это все сейчас, вот в прямом эфире. Дивный новый мир.

Федор Конюхов и Артур Чилингаров установят на дне Марианской впадины российский флаг и православный крест. Крест изготовлен камнерезом Владимиром Михайловым из реликтового известняка. Подходящий известняк палеозойской эры был найден на берегу горной реки Мсты в Боровичском районе — возраст камня составляет порядка 360 миллионов лет. «Он является природным реликтовым камнем, который «создался» на основании древнего морского дна, то есть это осадочные породы, в которые входит практически вся биологическая память земли… Поэтому это все органично войдет туда, где должно быть». Дата экспедиции пока не определена – в настоящее время новый батискаф, рассчитанный на двух человек, пока еще не построен. Работы ведет австралийская компания Ron Allum Deepsea Services под руководством Рона Аллума — создателя Deep Sea Challenger.

Два чувака хотят опуститься в Марианскую впадину на аппарате, созданном австралийцами, с крестом, созданным триллобитами, взятым из религии, созданной иудеями, на деньги от нефти, созданной динозаврами, по пути, проторенному швейцарцем, наверняка на «Мстиславе Келдыше», построенном финнами, записывая на камеру, построенную японцами, переговариваясь по рациям, построенным корейцами, выкладывая в ютуб, придуманный американцами. 
Во славу Великой России с понтом мы самые крутые.
Вот что у них в головах творится, а?
Всё дно, они б*** ищут…

Тут Сергей Лавров высказался про переодетых американских дипломатов, в том смысле, что они в париках и с усами разъезжают по миру и раздают печеньки на перевороты. Давайте-ка напомним Сергею Викторовичу кое-что об оранжевых революциях. А то он, видимо, немножко подзабыл. 

В две тысяче четвертом — две тысячи пятом годах в России было практически уничтожено лесное законодательство. Для того, чтобы власть имущие люди могли скупать землю направо и налево без проблем, ну и как небольшой дополнительный бонус стрелять архаров с вертолетов в свое удовольствие, были приняты поправки в том числе и в Лесной кодекс, выводившие из-под охраны значительные категории земель и лесов, а также практически уничтожившие лесничества как институт природоохраны, лишив их полномочий чуть менее чем полностью. В результате прорубкой противопожарных просек и вообще уходом за лесами заниматься перестали чуть более, чем полностью. 

Все экологи в один голос начали орать — сгорим при первой же засухе, но, естественно, как всегда в этой стране, были заткнуты за пояс.

Затем наступил две тысячи десятый. Это был уникальный год. Год природных катаклизмов по всей планете. Температурные показатели били все рекорды за столетие. А в континентальной России это вылилось жесточайшую засуху, какой не было чуть не за все полторы сотни лет наблюдений.
Более того, аномальное повышение температуры изменило маршруты влажных ветров из Атлантики, которые раньше осыпались дождем в Черноземной полосе России, но в этом году, из-за жары, прошли значительно севернее, и выпали дождем лишь в Пакистане, превысив норму осадков в шесть раз и вызвав в этой стране катастрофические наводнения.

А сама Россиия из-за засухи сгорела. Точно так, как и блажили все эти экологи и прочие балалаечники. 

Ну, вы все помните этот замечательный смог в Москве при плюс сорока. Когда дышать было невозможно, а единственным спасением ночью стала мокрая простыня, повешенная на открытое окно, чтобы хоть как-то заснуть. По примерным подсчетам, эта засуха стоила стране пятидесяти тысяч жизней, но точно сказать никто не может — кто их тут считает-то, пейзан этих.
Все силы были брошены на борьбу с лесными пожарами. Добровольцы, верните мне мою рынду, пожарные десанты из Омской области, Бурматов с опрыскивателем в фотошопе, и, как вершинка на тортике, сам Владимир Владимирович в кабине Бе-200, сбрасывающий воду на очаг возгорания и его знаменитое: «Попал?». Ну, вы тоже все помните.

Но за всеми этими победными фанфарами совершенно забыли еще об одной проблеме. 
Засуха коснулась не только лесов. Но и зерновых. 

А поскольку все тушили леса, то на битву за урожай рессурсов уже не хватило. Собственно, на урожай всем было уже совершенно плевать. Какая пшеница — Путин пожары тушит! Мейнстрим в другом углу.

В итоге в две тысячи десятом году Россия ввела эмбарго на экспорт зерна и полностью прекратила его поставки на мировые рынки.
Это привело к тому, что рост цен на зерно составил тридцать процентов.
Что даже вызвало обвинения в адрес России в «продовольственном империализме».

А знаете, какие страны были основными покупателями российского зерна?
Саудовская Аравия, Иран, Израиль, Марокко, Греция — и, внимание! — Тунис, Египет, Ливия и Сирия.

В Тунисе рвануло в том же году. 
В Египте — в следующем. 
Затем в Ливии и в Сирии.

О чем в один голос предупреждали всякие там либеральные экономисты, но, как всегда в этой стране, были заткнуты за пояс.

Вот, например, статья в «Аргументах недели»: «По мнению некоторых аналитиков, следующая революция может начаться в Египте, который также сильно зависит от российского зерна. Также в зоне риска находятся Ливия и Сирия. В этих странах ситуация похожа на Тунис. В этих странах хорошо понимают всю опасность момента и уже предприняли меры по снижению быстро растущих цен на продовольствие. А Каддафи даже обратился с заявлением. Лидер ливийской революции явно проецирует ситуацию на собственную страну и не желает подобной судьбы для себя». 

В итоге все произошло ровно по тому расписанию, о котором блажили всякие там либералы и прочие балалаечники. Удивительно, правда?

В итоге цепочка складывается очень простая — строишь дворцы, ради чего уничтожаешь леса, ради чего уничтожаешь экологию как класс, потом с горящей жопой вводишь эмбарго на экспорт продовольствия, а потом смотришь, как твоих дружков по всему миру съедают голодные благодарные подданые.

Но только вспоминать здесь об этом очень не любят.
Поэтому на каждом углу орут про проклятых пиндосов, которые переодеваются в парики и делают по всему миру оранжевые революции. Ну, а как же иначе-то. 
Передайте кто-нибудь Сергею Владимировичу привет.
И его знаменитое крылатое выражение. 

В рамках проекта «Журналистика без посредников»

Поучаствовать в проекте можно ЗДЕСЬ

Хотите знать, что такое травля инакомыслящих в путинской России? Сейчас я вам расскажу. На своем примере. Травили меня и раньше — но сейчас атака особенно сильная.

25 декабря разбился российский военно-транспортный самолет с военным ансамблем, летевшим выступать перед российскими летчиками в Сирии, бомбившими Алеппо. Я написал об этом пост в Фейсбуке. Нейтральный. В нем не было каких-то призывов или оскорблений. Я лишь напомнил, что российская армия бомбит Алеппо, не разбирая, где мирные, а где не мирные, что дети там гибнут десятками, что фотографии этих детских смертей облетели весь мир, что Россия — страна агрессор, аннексировавшая Крым, оккупировавшая часть Украины, начавшая там захватническую войну, приведшую к гибели как минимум десяти тысяч человек, а до этого оккупировавшая часть Грузии, и бомбившая города и в этой стране. И я, после всех этих войн и смертей, испытываю от гибели представителей оккупационной армии только одно чувство — равнодушие.
Кому-то этот мой пост — не статья в газете, не телесюжет, просто пост в Фейсбуке! — показался недостаточно патриотичным.
И началось.

Первым выступил депутат Госдумы Виталий Милонов — известный гомофоб и мракобес, инициатор законов, ограничивающих права сексуальных меньшинств, лично участвующий в нападениях на представителей ЛГБТ. Он призвал лишить гражданства меня и Божену Рынску — еще одну журналистку, которая, как ему показалось, тоже написала пост с недостаточной степенью патриотизма — лишить гражданства, выслать из страны и конфисковать имущество.
Затем высказался сенатор Франц Клинцевич, призвавший разобраться с нами «по закону» и уверивший, что «реакция будет».
А дальше травля понеслась, как снежный ком.

Были привлечены все силы пропагандистской машины. Первый канал — самый могущественный государственный канал в России — призвал создать петицию за лишение нас гражданства и высылку из страны. За сутки эту петицию подписали сто тридцать тысяч человек. Другое пропагандистское агенство «Life» пошло на должностное преступление и при помощи службы приставов сделало мне фейковый административный штраф — якобы за неоплаченный проезд в автобусе — при том, что я ветеран боевых действий и у меня вообще бесплатный проезд. Это обычная практика в России, делается для того, чтобы закрыть человеку возможность покинуть страну за долги. Чтоб не сбежал, в общем.

Была придумана компьютерная игра в жанре beat’em up, где призывается «расправляться с врагами Родины при помощи собственных кулаков и сапог». Этих врагов «нужно будет бить, пока не загнутся». Бить, пока не загнется, призывают именно меня. Я — персонаж этой игры.

Пост Божены Рынски сейчас проверяет Генеральная прокуратура. Практика показывает, что результатом такой проверки будет уголовное дело — а это до пяти лет лишения свободы. Заметьте — Генеральная прокуратура занимается не расследованием причин авиакатастрофы, а расследованием поста в Фейсбуке. А у дома Божену поджидают провластные хунвейбины, которые время от времени пытаются прорваться к ней в квартиру. Обливание инакомыслящих зеленкой или фекалиями — тоже обычная практика в России. Так недавно за свои статьи фекалиями была облита журналиста Юлия Латынина. А зеленкой неоднократно были облиты мои друзья-активисты, например Марк Гальперин — за то, что выходил с антивоенными плакатами. Патриоты напали на человека за то, что он протестовал против войны — что это, как не стопроцентная аналогия с романами Ремарка?

В интернете публикуется мой домашний адрес с призывами «зайти к нему в гости».

Сообщения с угрозами расправы со мной и моей семьей поступают мне сейчас тысячами — и на почту, и в Фейсбуке, и на телефон. Нападения и избиения инакомыслящих в России применяются уже давно, счет таким случаям идет уже на сотни, в таких нападениях используются и бейсбольные биты, и металлическая арматура, и стеклянные бутылки, так что за свою семью я опасаюсь вполне реально. Последний такой случай был совсем недавно — неизвестные напали на моего друга журналиста Григория Пасько, избили его. А потом следственный комитет его же обвинил в терроризме и сейчас пытается посадить. При том, что Пасько и так отсидел уже четыре года якобы за «шпионаж».

Провластный мракобесно-патриотичный телеканал «Царьград» формирует «ТОП-100» самых оголтелых русофобов, где ставит меня на десятое место. Меня, человека, дважды бывшего на войне солдатом этой страны.
Дальше больше. Одна из самых популярных российских газет пишет статью с заголовком «Нелюдей, радующихся катастрофе, надо лишить гражданства». При том, что катастрофе, повторюсь, даже никто не радовался и не злорадствовал.

Эта статья написана в таком стиле, что её необходимо процитировать:

«До каких пор нам терпеть тех, кто в социальных сетях радуется случающимся в России трагедиям? Радуется нарочито, откровенно, с использованием оскорблений. Именно сегодня особенно остро хочется призвать таких нечестивцев к ответу и покарать за их грязные слова справедливым возмездием. И начать против тех россиян, которые сейчас откровенно злорадствуют, процедуру лишения их гражданства. Война сегодня не только в Сирии, куда летел наш военный борт с гражданскими людьми. Война сегодня и в России — пусть информационная, но война. И защищать себя мы должны по законам военного времени. И не пора ли в связи с этим появиться закону «О недопустимости выражения ликования по поводу трагических для России событий»?

Да-да, вы не ослышались. Предлагается принять закон «О недопустимости выражения ликования». Более того — эту инициативу уже одобрили некоторые законодатели! Думаю, что такой закон будет принят. Тогда по нему можно будет сажать недостаточно скорбящих людей в тюрьму на законных основаниях.
В целом же эта статья по стилистике совершенно не отличается от статей сталинских газет триждцатых годов — времен Большого Террора — когда «врагов народа» призывали «расстрелять, как бешеных собак». Кстати, про «расстрелять» в этой статье тоже есть — предлагается вернуть смертную казнь. Коллеги от времен репрессий, когда в сталинских лагерях были уничтожены миллионы граждан, недалеко ушли. А, может, наоборот, возвращаются к ним семимильными шагами.

Также эта газета провела опрос «Что вы думаете о россиянах, которые злорадствуют по поводу катастрофы», первый пунктом в котором звучит так: «Это нелюди, таких надо лишать гражданства». Сорок процентов проголосовавших считают, что мы, инакомыслящие — «нелюди».
Вторая по популярности газета — тоже провластная — пишет в таком же стиле: «мерзкий плевок», «юродивые», «пять лет в женской колонии».

Официальный представитель Министерства Иностранных Дел (!) Мария Захарова использует термины «скотобаза, живодерство, грязь».
Ну и вишенка на торте — пресс-секретарь Президента России (!) Дитрий Песков считает, что «это уродливые проявления сумасшествия».
Я не шучу. Пресс-секретарь МИД и пресс-секретарь Президента России называют меня и таких как я скотобазой, грязью и уродливыми сумасшедшими.

Это я вам сейчас говорю только про самые заметные случаи. А так в травле отметились, по-моему, все государственные СМИ. Их десятки. Это невероятный поток расчеловечивания и оскотинивания, противостоять которому невозможно. Пропаганда и «борьба с врагами» в путинской России является приоритетным государственным направлением и на него выделяются гигантские средства.

Травля — инструмент очень действенный. Она выматывает человека. За несколько дней доводит до нервного истощения. В КГБ умеют это делать. У них в прошлом была хорошая школа.

Вам не доводилось ждать ареста? Не дай бог вам узнать, что это такое. Ожидание ареста, или обыска, подброшенных наркотиков, обвинения в педофилии (это тоже обычная практика, именно так недавно был арестован глава карельского отделения «Мемориала» Юрий Дмитриев, именно такую провокацию пытались провернуть со второй раз выдворенным из России диссидентом Владимиром Буковским) избиения в подъезде, нападения на улице, выстрелы в спину.

Это тяжело. Это и вправду тяжело. И это — страшно. Страшно, что происходит с страной. В какую пропасть она катится. И до чего может докатиться.

В школе, когда я изучал историю, я никак не мог понять, как Германия, целая страна, могла сойти с ума. Как целая страна могла начать травить евреев, устраивать погромы, изгонять, убивать в подворотнях и в итоге дойти до того, что начать сжигать людей в лагерях уничтожения. Я не мог понять, как СССР — целая страна — мог сойти с ума. Как он мог начать писать доносы миллионами, уничтожать людей по классовому признаку, объявлять врагами целые народы и депортировать их. Я был уверен, что это время больше не вернется. Никогда.

Сейчас этот процесс сумасшествия я могу наблюдать живьем. На своей собственной шкуре. До лагерей еще дело не дошло, но все остальное в путинской России уже есть. 

В рамках проекта «Журналистика без посредников»

Поучаствовать в проекте можно ЗДЕСЬ



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире