aav

ААВ-старший

20 октября 2014

F
20 октября 2014

О переезде

Переезд всегда сравним с пожаром в публичном доме во время наводнения.
Наш контролирующий акционер – «Газпром-медиа» – предложил всем девяти радиостанциям холдинга переехать в одно и то же место, Даниловскую мануфактуру, что расположена за Третьим кольцом, в двух километрах от метро «Тульская» на юг по Варшавке.

Ничего не скажешь, здание хорошее, я его посмотрел.
Площадей вроде достаточно, коммуникации уже подведены, что для радиостанции безусловно важно, — электричество, интернет, вентиляция…
Одно но – добираться сложно. Бесконечные пробки на Варшавке в любое время суток, забитая набережная – делают проблематичным приезд гостей.

Для музыкальных и информационных радиостанций это некритично.
Но для «Эха Москвы», которая принимает в среднем 87 гостей в неделю, это не просто проблематично, а практически невозможно.

Бог с ними, с сотрудниками – как-нибудь логистику приезда выстроим.
Но вот гости, которые являются «фишкой», жемчужиной эфира «Эха» – тут дело обстоит по-другому.

Во-первых, охраняемые персоны.
Мои знакомые сотрудники Федеральной службы охраны покачивают головами. Внутри комплекса – высокие дома с огромными окнами, узкие проезды…
«Вряд ли, вряд ли», — говорят они мне.

Во-вторых, телевизионные эфиры.
Если опаздывающий гость может выйти по телефону, то на ТВ-эфиры это практически невозможно.

В-третьих, в-четвертых…
Но.

Но у «Эха» есть не только акционеры, но есть и сочувствующие.
И вот поступают предложения развертывать временные мобильные студии в ресторанах и кафе, книжных магазинах и театрах, выставочных залах и даже учреждениях в самом центре Москвы – чуть ли не в самом мавзолее.

Спасибо, друзья.

Я хотел бы поблагодарить Павла Гусева, главного редактора МК, за ту возможность, которую он предоставил «Эху Москвы» – арендовать помещение для редакции радио в кратчайшие сроки и за умеренную плату.

Я также хочу публично извиниться перед ним за решение Совета Директоров «Эха» расторгнуть договор, заключенный всего три месяца назад, без всякого объяснения причин.
Напомню, что я голосовал против расторжения.

Более того, никто не удосужился предупредить МК о таком расторжении.

Павел, мне жаль.

22 сентября 2014

Пустыня отступит

Я не люблю заниматься благотворительностью. Жизнь научила меня, что вокруг этих благородных смыслов и важных слов постоянно толкутся какие-то сомнительные схемы, сомнительные личности, сомнительные проекты. Я легко помогаю по совету и рекомендации друзей и близких, но и они сами бывают часто обмануты. И это досадно. Не то, чтобы очень жалко было отданных впустую денег, но обидно чувствовать себя лохом и вдвойне обидно чувствовать как смеются над тобой те, которым ты вроде бы помог.

При этом – людей, нуждающихся в помощи и поддержке несравнимо больше, чем кажется на первый взгляд. Просто не всегда они умеют (могут) рассказать о своих проблемах и ранах, которые, если ты не можешь залечить, то боль от них можешь облегчить.

И тогда ты ищешь тех, кому доверишь – нет , не деньги, а экспертизу проблем. Ты ищешь (и находишь) бескорыстных сумасшедших, которые, тратя свое время, деньги, здоровье – то есть свою жизнь – помогают этим, еще вчера совсем незнакомым детям и старикам, больным и изувеченным, сирым и убогим.

Почему ищу? Потому что рядом с ними стыдно. Стыдно, что я здоровый, счастливый, благополучный, небедный… (дальше по списку). Стыдно, что тебе везет, когда другому не везет. Стыдно, что рядом друзья, семья, любимая – а они одиноки.

Чувство стыда – самое светлое чувство, которое очищает и вызывает желание куда-то бежать, что-то сделать, кому-то помочь.

Перевод 100 рублей в Фонд «Нужна помощь» – это не попытка откупиться от себя. Или от них. Это просто заложить свой маленький камешек в здание справедливости.

Я знаю, что мои 100 рублей пойдут на оплату функционирования работы фонда, который в свою очередь поможет и поддержит проекты помощи детским домам и домам ребёнка, бездомным, беженцам, жертвам военных действий, жертвам насилия, заключенным, проекты по защите природы и экологии, по помощи инвалидам и людям, страдающим хроническими неизлечимыми заболеваниями, людям страдающим каким-либо видом зависимости, малоимущим, многодетным, пожилым, пенсионерам, проекты по помощи в образовании и сохранению культурного наследия, по поиску пропавших без вести и помощи пострадавшим от катастроф и стихийных бедствий.

Фактически, жертвуя 100 рублей в месяц я помогаю всем этим людям сразу. Именно эти 100 рублей дают возможность существовать инструменту, самому механизму помощи.

Когда-то в 1993 году я посадил дерево на краю пустыни. Одно. Но вместе с другими. Я был там в этом году. Пустыня отступила под нашим натиском, деревья, деревья… Роща. Лес.

Переведи в Фонд фондов «Нужна помощь» http://nuzhnapomosh.ru/x100. 100 рублей. А лучше сделай это ежемесячно. Или 1000. Или 10 000. Как можешь.

Пустыня отступит. Я это видел. Я знаю. И каждый месяц я сажаю дерево. И чувство стыда отступает.

Перестройка эфира всегда дается нелегко.
Реформа утреннего и дневного разворотов вызывала и вызывает массу вопросов. С нетерпением ждал летние рейтинги, был готов на серьезное падение (до 3 пунктов) – лишь бы удержаться в Топ-5.

И вот они пришли – уф!

Эхо Москвы-TNS-Москва летом (будни) — «Утренний разворот» с 9 до 11 — каждый час 1 место,
«Дневной разворот» с 14 до 17 – каждый час 2 место,
эфир с 17 до 24 часов — каждый час 1 место

Спасибо вам за терпение.
Правильно, пока два народа, российский и украинский, объединенные общей исторической судьбой, воюют друг с другом – кто с экрана телевизора, кто на кухне и на улице, а кто в соцсетях, тем временем, недалеко от наших границ образовалось «Исламское Государство», грозящее России войной на Кавказе и на нашем юге.

Не пора ли оглянуться через плечо – мы вообще о чем думаем?
Разбираясь в истории с гибелью молодого парня, летевшего из Барселоны в Челябинск после свадебного путешествия, принимая на веру все версии, пристально вглядываясь в разные интервью, пресс-конференции и заявления, меня не оставляет чувство, что нас пытаются одурачить.

Очевидно, что трагедия случилась из-за несогласованности работы разных служб, расхлябанности разных людей, которые даже подумать не могли, что могут оказаться когда-нибудь на месте этого парня.
Или близких этого парня.

Давайте зададим еще раз вопросы, на которые ответы либо не получены, либо неполны.

1. Сигнал об экстренной посадке был запрошен и получен в 4-30 утра и содержал в себе просьбу о срочной медицинской помощи.
Почему запрос на реанимобиль (Скорую) поступил в диспетчерскую Скорой помощи в 5-31, через 33 минуты после посадки?

2. Почему вызов Скорой был направлен не по короткому номеру (тогда бы Скорая пошла с ближайшей подстанции их Химок – 5 минут езды), а по городскому в Московский (а не подмосковный центр) – 25 минут дороги?

3. Почему охрана аэропорта не была предупреждена о необходимости пропустить Скорую?
Задержка составила 17 минут.

4. Правда ли, что пограничные и таможенные службы не выпускали больного пассажира и врачей из самолета, требуя сначала пройти необходимые процедуры?

5. Правда ли, что когда Скорая в 6-11 подъехала к самолету, больной находился еще в этом спецлифте, опускаемом из самолета (с момента посадки прошло 1 час 15 минут)?

6. Правда ли, что медицинская бригада аэропорта (врач и фельдшер) пришли на борт с неработающим аппаратом из-за севших батареек и вынуждены были просить батарейки у пассажиров?

7. Правда ли, что главный врач аэропорта Артур Бунин является учредителем компании «Аэромед», которая осуществляет срочную медпомощь в аэропорту?

И вспомним, что на месте погибшего мог оказаться любой из нас или близкий нам человек.
Я категорически против запрета въезда журналистов в страну по политическим причинам.
Всегда выступал и выступаю за то, чтобы журналисты могли свободно и безопасно передвигаться по миру, информируя свою аудиторию о событиях, происходящих в той или иной стране, тем более из зон конфликтов.

Я всегда осуждал запрет на въезд иностранных журналистов в Россию только потому, что их репортажи не нравятся российским властям.
Ровно так же осуждаю запрет на въезд журналистов на Украину.
Нападение на журналиста во время исполнения им своих профессиональных обязанностей с применением насилия – статья 144 УК часть 3 (принудительные работы до 5 лет или лишение свободы до 6 лет).

На журналиста «Эха Петербурга» напали во время того, как он делал репортаж о мирном пикете.

Не там, где идет война, не там, где стреляют и убивают, а в центре «культурной столицы» России — мирном Санкт-Петербурге.

Они напали на безоружного журналиста, били его ногами – за это им административный протокол?

Они в обстановке беспредела чувствуют себя победителями – а на самом деле они трусливые негодяи.

Мы пойдем в суд и будем добиваться возбуждения уголовного дела.

И пусть знают — не испугать.
Часто спрашивают, как появляются новости на Эхе, когда они не являются продуктом информационных агентств, ньюсмейкеров или наших собственных корреспондентов.

Вот пример.

Вчера одной из главных новостей дня у нас стала гибель молодого парня в Шереметьево, когда врачи не успели спасти его ибо непонятно, куда девалась постоянно дежурившая бригада реаниматологов. Собственно, эту новость подхватили другие СМИ вплоть до федеральных, потому что речь идет не только о частной и ужасной трагедии человека, возвращавшегося из свадебного путешествия, и у которого внезапно случилось что-то с сердцем в самолете, но и о состоянии нашей медицины и нашей отзывчивости.

А началось все с того, что Леся Рябцева в свой выходной твитнула ссылку на запись в фейсбуке неизвестного нам человека о неизвестной нам историей со словами «А ведь этого парня можно было спасти».

Наша внимательная служба информации, которая не зацикливается только на конвое, спутниках и Ираке с Палестиной, прочитав это в фейсбук, взялась за новость.

Нашли свидетелей, спасателей и даже молодую жену, уже, увы, вдову этого парня. Продолжали долбить Шереметьево, Центр катастроф, Скорую помощь.

Почему?

Во-первых потому, что мы понимаем – это может случиться с близким каждого из нас, да и с каждым из нас.

Во-вторых, чтобы сказать спасибо тем, кто пытался в самолете спасти это парня, кто дал добро на посадку самолета в Шереметьево, кто поднимал медиков и иные службы глухой ночью-ранним утром.

И В третьих, что бы еще и еще раз напомнить нам, что наша халатность и наше равнодушие приводит к банальной смерти рядом живущего человека.

А всего-то лишь одна запись в фейсбуке и один возмущенный твит.
Не могу вспомнить, что за день.

В Афганистане – День независимости, во Вьетнаме – День революции, в Норвегии – День принцессы Метте-Марит, в США – День авиации, а на Украине – День пасечника

Нет, не то, я не про это.

19 августа, 19 августа…

Нью-Йорк Геральд опубликовало первое сообщение о найденном золоте в Калифорнии, а Александр Покрышкин стал трижды Героем Советского Союза.
Впервые синтезировали витамин А, а «Пинк Флойд» впервые вошел в английский-хит-парад. Квантунская армия капитулировала в Маньчжурии, а тельняшка утверждена в качестве формы матросов на русском флоте.

Нет, не по этому я помню этот день.
Но вот почему же я помню?

19 августа родился Пьер Беранже и Коко Шанель, один из Братьев Райт и Александр Вампилов, Билл Клинтон и Владимир Конкин.

А ушли в мир иной Гай Юлий Цезарь и Блез Паскаль, Сергей Дягилев и Фредерико Гарсиа Лорка, Петр Черкасов и Алексей Черемухин.

Да, все так да не так.

19 августа еще Яблочный Спас и именины Льва.

Отчего же с утра эта дата не дает мне покоя.

19 августа, 19 августа, 19 августа…

Ах, да – годовщина попытки государственного переворота ГКЧП.

А мы и забыли.

Впрочем, за это и наказаны.

19 августа 1991 года.
Есть о чем рассказать младшему и написать для остальных. В назидание.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире